Могильщик Демонического Культа

Камень дышал сыростью. Не той, что остаётся после дождя — той, что копится годами, впитываясь в породу вместе с потом и кровью тысяч прошедших здесь.

Я сидел на нижней ступени каменного амфитеатра, спиной к стене. Левая нога согнута, правая вытянута. Так быстрее встать. Так меньше площадь поражения.

Вокруг меня — девяносто три человека. Будущие адепты Культа. Будущие трупы.

Тридцать метров слева — группа из двенадцати человек. Держатся кучно. В центре — высокий, со шрамом через всю щёку. Лидер. Остальные смотрят на него, когда он говорит. Зрачки расширены. Адреналин.

Они делят ресурсы. Организованная банда. Опасны в группе, уязвимы поодиночке.

Пять метров справа — трое. Сидят в треугольнике, спины друг к другу. Параноики. Или опытные.

Не доверяют никому. Переживут первый отсев.

На верхней ступени — женщина. Одна. Не двигается уже сорок минут. Дыхание ровное. Контролирует.

Инструктор или ветеран. Наблюдает.

Я перевёл взгляд на свои руки. Тонкие пальцы. Короткие аккуратные ногти — под длинными скапливается грязь и трупный яд, профессионал так не делает. Подушечки исколоты, покрыты микрорубцами от соскользнувших игл. Бледные пятна химических ожогов от растворов.

Руки бальзамировщика, не воина.

Четырнадцать лет. Телосложение жилистое, сухое — большие габариты в Пещере Асуры это большая мишень.

Мёртвые не лгут, сын. Они просто молчат.

Отец говорил это за столом для вскрытия, когда его пальцы входили между рёбер с точностью до миллиметра. Светлые кланы научили их лгать. Я научился читать правду в разрезанных артериях.

Гонг ударил трижды.

Звук отразился от стен пещеры, ударил в грудную клетку. Вибрация прошла через рёбра. В горле пересохло.

Из арки в глубине вышел человек. Чёрные одежды. Лицо скрыто маской из белого металла.

— Девяносто четыре послушника.

Голос ровный, без эха.

— Через тридцать дней останется сорок. Через год — десять. Через пять лет — один.

Пауза. Он прошёл вдоль первого ряда. Скрип кожаных сапог по камню.

— Вы здесь не для славы. Не для мести. Не для справедливости. Вы здесь для результата. Результат измеряется в Очках Заслуг. Очки Заслуг покупают еду. Очки Заслуг покупают защиту. Очки Заслуг покупают жизнь.

Он остановился. Поднял руку.

— Первый отбор начнётся сейчас. Правила: нет правил. Смерть не наказуема. Побег — наказуем смертью семьи.

Маска повернулась ко мне. Холодный металл блеснул в тусклом свете факелов.

— Единица 734. Встань.

Я поднялся. Колени не дрогнули. Дыхание не сбилось.

— Единица 512. Противник.

Из третьего ряда поднялся гигант. Два метра, не меньше. Плечи шире моих на полметра. Кулаки размером с мои головы.

Чхве Ган. Я запомнил его имя, когда он хвастался соседу. Восемь месяцев в Культе. Не продвинулся. Отчаян.

Он улыбнулся. Зубы желтоватые. Один отсутствует слева внизу.

— Маленький гробовщик, — сказал он. — Я сделаю тебе бесплатный гроб. Выбирай дерево.

Два метра роста. Сто десять килограммов избыточной мышечной массы. Центр тяжести смещён вверх — ноги слабое звено. Широкий замах даст мне окно в полсекунды.

Лучевая артерия на запястье — поверхностно, хрящевая стенка, рассечётся от касания. Подколенное сухожилие — при сгибании колена натянуто как струна. Сонная артерия — полтора сантиметра глубины, доступ через угол нижней челюсти.

Вероятность победы в лобовом столкновении — три процента. При точечном вскрытии уязвимостей — шестьдесят семь.

Достаточно.

Чхве Ган рванул первым. Правый крюк — на уровень моей головы. Широко. Медленно. Предсказуемо.

Я не стал блокировать. Блокировать кость костью — глупо. Его кость толще.

Вместо этого — шаг влево. На пятнадцать сантиметров. Достаточно, чтобы кулак прошёл в сантиметре от моего виска. Воздух свистнул.

Левая рука — к поясу. Металлическая рукоять. Лезвие — тридцать сантиметров, односторонняя заточка. Короткий клинок правильной ковки, без украшений. Отец использовал такие для вскрытия грудных клеток.

Удар пришёлся не в тело. В запястье. Поперёк лучевой артерии.

Хрящ хрустнул. Артерия лопнула. Кровь ударила фонтаном — давление в конечности высокое. Чхве Ган заорал. Не от боли. От шока. Мозг получил сигнал: критическая потеря жидкости.

Он попытался схватить меня левой. Ошибка. Вес сместился. Правая нога стала опорной.

Я вошёл в дистанцию. Ближе. Слишком близко для его размашистых ударов.

Чхве Ган замахнулся для удара ногой. Колено поднялось. Внутренняя поверхность бедра открылась.

Бедренная артерия. Глубина залегания: два сантиметра у худых. Три — у мускулистых.

Лезвие скользнуло снизу вверх. Под углом сорок пять градусов. До упора.

Артерия перерезана.

Кровь хлынула в мягкие ткани. Давление упало. Чхве Ган рухнул на одно колено. Лицо побелело. Шок. Мозг не получает кислород.

Он попытался встать. Левая нога не слушалась. Бедренная мышца наполнилась кровью. Отказ.

Я шагнул ближе. Лезвие — к горлу.

Сонная артерия. Глубина: полтора сантиметра.

— Подожди, — прохрипел он. Кровь пузырилась в уголках губ. — Я могу дать тебе Очки. У меня есть…

— Нет. У мёртвых нет Очков.

Лезвие вошло. Хрящ гортани треснул. Воздух вышел с шипением. Кровь заполнила трахею. Удушье наступит через десять секунд. Потеря сознания — через тридцать. Смерть мозга — через девяносто.

Я не стал ждать. Вытащил клинок. Вытер о его одежду. Вложил обратно в ножны.

Рю Джин смотрел с верхней ступени. Не двигался. Записывал что-то в свитке. Перо скрипело по бумаге.

Пэк Сон из третьего ряда бледнел. Он понял. Понял, что я не тот, кем кажусь.

Я вернулся на свою ступень. Сел в ту же позу. Левая нога согнута, правая вытянута.

Кровь Чхве Гана растекалась по камню. Тёмно-бордовая. Густая. Запах железа заполнил ноздри.

Кто-то задрожал. Кто-то отвёл взгляд.

Я смотрел на Рю Джина.

Цель: выжить тридцать дней. Набрать Очки Заслуг. Войти во Внутренний Круг.

Истинная цель: найти тех, кто отдал приказ о вырезке моей семьи. Не для того, чтобы просто перерезать им глотки. А чтобы выпотрошить их кланы изнутри — лишить их богатства, ресурсов, фальшивой чести. Я демонтирую их систему так же, как разбираю трупы на столе. Кость за костью. Связь за связью.

Метод: не выделяться. Не привлекать внимания. Работать в тени.

Время: пять лет.

Камень всё ещё дышал сыростью. Теперь он дышал ещё и свежей кровью.

Я закрыл глаза. Не для молитвы. Для расчёта.

Девяносто три человека осталось.

Сорок выживет.

Я буду в их числе.