Мои маленькие кошмары

Темень. Укатавшись под плед, малыш слушал шелест и звуки за окном. Он боялся заснуть, боялся попасть в сон, где его ждут жуткие твари. Стоит закрыть глаза и он видит их, они пытаются напугать его, сломать и растерзать. Яра посмотрел в оконный проем, на ветки деревьев, которые тряслись в разные стороны. Луна взошла и бледный свет падал на поверхность комнаты. Он повернулся на другой бок, уставившись на дверь. Донеслись звуки, кто-то подходил к комнате, собираясь войти. "Монстры!" - подумал Яра, быстро укатавшись под одеяло, так что из тьмы можно было разглядеть только его глаза. Сейчас придут, начнут дергать ручку, ломится внутрь, напрыгнут на него с рыком и будут кромсать его. Он зажмурился. Дыхание и сердцебьение усилилось. Дверь открылась легко, поддалась лишь прискрипнув. Он открыл глаза.

— Ох, милый, я думала ты спишь, — мама спокойно присела рядом.

— Нет, я все-ещё не могу заснуть.

Мальчик присел протерев глаза.

— Яра, мой хороший, — Она погладила его по голове, — А ты не пробовал подружиться с ними? Может быть они сами бояться тебя?

Он задумался.

— Но как такие как они... разве они могут бояться?

Мама улыбнулась, погладила сына по щеке.

— Мой милый Яра, тот кто дарит страх другим, сам живёт в постоянном страхе, а теперь... — Она отошла к комоду, достав из ящичка металлическую конструкцию, — Твой любимый фонарь.

На протяжении всех ночей, фонарь дарил спокойный сон Яре, спасал его от жутких когтистых лап.

— Постой... — он быстро спохватился, — Можно мне сегодня поспать без него?

Мама не скрываемо удивились, но собралась. Она уже было тянулась к кнопочке, включающей устройство. Рука остановилась почти уже вплотную к ней.

— Хорошо, как скажешь, ещё-раз спокойной ночи, мое солнце! — Она поцеловала его в лобик, открытый крайне короткой стрижкой, напоминающую ёжика.

Дверь закрылась. Темнота. Он один.

Облакотился, перевернулся на бок, подсунул под подушку теплые руки. Глаза сомкнулись.

* * *

Ветер. Кожа чувствует его содрагаясь, покрываясь мурашками. Яра открыл глаза. Босые ноги стояли на земляной поверхности. Мальчик осмотрелся. Ёлки. Так много ёлок, деревья окружали его по всюду. Было понятно он находится в лесу. Холодно, ветер обдул с силой. Деревья покосились, некоторые наклонились и почти сразу вернулись в изначальное положение. Что ему делать? Где они? Где мама и папа? Только вопрос пронесся в его голове, как сразу же после, послышался отчаянный крик, голос принадлежал женщине:

— Яра!

— Мама! — он узнал голос, он мог узнать его из тысячи, — Где ты?

Мальчик ринулся на звук, побежал со всех сил. Холодный ветер будто бы стал холоднее. Движение за движением, деревья сменяли друг друга. Яра остановился. Лёгкие горели. Паренёк согнулся пытаясь напитаться воздухом, холодный, он проходил по его трахеи и казалось замораживал лёгкие. Не смотря на те ощущения, в Яре были силы продолжить бег. Но голоса все не слышалось.

— Мама! — Еще-раз крикнул он, и его голос эхом подхватил ветрище, унося дальше в чащу.

Наконец, отдышавшись, мальчик продолжил свой медленный ход. Главное не пропустить, не пройти место где сейчас находится мама! Он боялся больше за неё, за то, что если не успеет, произойдет что-то плохое, что-то ужасное, эти мысли сводили Яру с ума.

— Солнышко мое! — Голос мамы, охрипший и уставший, но не смотря на это она каким-то образом нашла в себе силы выкрикнуть.

Сказать, что её сын побежал, не сказать ничего. Он в момент, молнией перебирал ногами, бежал, будто за ним гонется самый жуткий из чудищ. Деревья мелькали. Краем глаза он увидел как сидящая ворона на кроне древа уставилась на него, будто следила. Не было времени, чтобы тратить его на странную птицу, все мысли были о родном человеке, о матушке. Дыши. Дыши. Он уже привык к гадкому, холодному воздуху, привык на столько, что он показался ему противоположенно теплым. И в момент, сам не уследив, он выбежал на опушку. Растущие ели будто специально для него расступились, образовав в форме овала, чистую от деревьев, поляну. Силы просто кто-то высосал, хотелось упасть замертво на коричневый слой земли. Мальчик препал на колени. Дыхание нарушилось, воздуха не хватало. Он пытался с большей силой отдышаться. Забрав воздух, он поднял голову, уставившись вдаль леса.

— Яра, солнышко мое... — Голос был неестественно высоким и в какой-то момент низким, хрипел будто это был сломанный динамик.

Это была не мама. Звук, в тени показалась фигура, под весом треснула ветка, упавшая на землю.

Сердце заколотило, руки затряслись.

Высокий силуэт, он отодвинул лапами ветки. У Яры участилось дыхание. Глаза округлились. Он бы закричал, но не мог, будто бы сковало.

— Яр-а-а-а... - прохрипело существо.

Последняя ветка отогнулась. Кот, высокий стоящий на двух лапах, где-то два метра. Он был белоснежным, его темные глазницы, с такими же почти сливающимися глазными яблоками. Существо, подходило аккуратно, голова и глаза упёрлись в лицо мальчика. А туловище подергивалось, кошмар подходил, перебирая лапами. Он напоминал большую плюшевую игрушку, только эффект был совершенно другим, пугающим. Глаза Яры и монстра встретились. Не. возможно. Отвезти. Взгляд.

— Я... РрррА. А... - Его имя прерывисто и почти не разборчиво доходило от существа.

Он откинулся назад, упав спиной на землю. И краями, кожей рук и ног почувствовал что-то не ладное, что-то его накрывало. Не пошевелиться. Нет. Не может быть.

Существо подходило все ближе, его пасть открылась в широкой улыбке, это были человеческие зубы, явно не порядку стоявшие во рту. Откуда у него зубы? Мгновенно он пожалел о своем вопросе, додумав ответ на него. Он их отобрал, вырвал с таких как он. Нет! Все больше он понимал, он ощущал, что чем-то накрыт. Это... Сон. Он спит. Кот резким движением оказался на нем. Кошмар встал на четыре лапы, все глубже приоткрывая глаза. Существо принялось давить на его грудную клетку, Яра брыкался, ворочался, но не мог изменить ситуацию. Он начал задыхаться. Мальчик зашелся кашлем. Давление. И он закричал... Последнее что он увидел, это был динамик кота, который находился чуть выше груди.

* * *

Крик подхватил его, вынес из страны кошмаров, в его не менее грустную реальность. Он понял, что не давало ему двигаться и то, что он чувствовал в конце сна. Это было его одеяло. Пот капал с лба, он сталкивался с слезами. Мальчик зарыдал. Ком в горле вел именно к этому. Воздух выходил прерывисто из-за надрыва и плача. В комнату октралсь дверь, отторопью влетела мать, она мгновенно прижала к груди сына. Руки водили по волосам, гладя их из стороны в сторону. Солнце пробивалось лучиками сквозь оконную раму, где-то лучи блокировали зановески, из-за чего в комнате было не прям светло.

— Вспомни мои слова, это всего лишь кошмар, всего лишь дурацкий сон... Ты опять не помнишь, что там было?

Яра сделал паузу в рёве, а затем помахал головой. Почти с самого рождения, где-то каждый третий сон мальчика был ужасным кошмаром. Удивительно, то что после самого сна он забывал его содержание. Сначала желание было оправдано, тем что он сам не хотел вспоминать то, что там происходило, эти страшные морды, отвратительные локации и звуки. Но после продолжительного времени, появилось другое желание, всё-таки узнать, что же находилось в очередном кошмаре? Желание уснуть просто пропадало из-за опасений попасть в злосчастный сон.

— Хорошо, успокайвайся, а я тебе приготовлю кружку горячего шоколада, согласен? — Она приободрительно посмотрела на сыночка, тот в свою очередь протер руками мокрые глаза.

— Ладно.

* * *

Из кухни доносился приятный аромат выпечки, звук треска сковороды. Мама одетая в джинсы и рубашку, а также фартук, познавший многие года, отмеченный засохшими пятнами от еды. Она крутилась у плиты, одной рукой выливала на сковороду содержимое кастрюльки, жижу приятного телесного цвета.

— Ура, блинчики! — Яра с восторгом воскликнул, до конца утерев последнюю слезинку с лица.

— Да, солнышко, сегодня на завтрак блинчики с сгущенкой, и мне надо бежать на работу. Через час должна прийти Аня, она с тобой побудет до приезда папы, накормит и поиграет.

Юноша сел на стул рядом со столиком, с интересом посматривая на готовку сладости. Мама в этот момент отклеивала последний блинчик, положила его в тарелочку, а её на середину стола, затем сразу открыла холодильник с торжеством достав вскрытую баночку сгущённого молока. Она поспешно сняла фартук, развязав державшие его на её пояснице прямоугольные верёвочки.

— Все, Яр, я пошла, — она поцеловала его в лобик и быстром шагом, мельтешивши, ушла в коридор, а после хлопнула дверкой и закрыла мальчика одного.

Тем временем Яра сворачивал блинчик в треугольный конвертик и аккуратно макал в посудину, куда налил из банки немного сгущенки. Такая история с ним не редкость и юнец уже привык на некоторое время оставаться один. Блины на тарелке кончились сразу, раньше бы он наложил себе по семь, по восемь штук, но сейчас после недоедков мама начала ругать его, "нужно класть столько - сколько съешь" - говорила она. После неудачных попыток до него дошло. Малец быстро взял тарелку, блины накрыл и поставил в холодильник. То из чего он завтракал ему пришлось вымыть. Рядом с раковиной, после микроволновки стояла заветна кружка горячего шоколада, напиток можно было учуять оттуда. Этот завораживающий запах, притягивал к себе, заставляя выпить его до дна. Яра взял кружку и отпил, вкус был потрясающим, сладким, таким терпким и согревающим, он поднимал настроение и смог дать сил. Выпивать за раз не хотелось. Каким-то образом он усмотрел на своей домашней одежде довольно большеватый след от сгущенки, она видимо упала когда он откусывал от блинчика кусок. Мама учила отмывать одежду сразу и он поспешил к раковине. Быстро включив горячую воду он принялся мочить часть футболки. Теперь вместо следа было огромное намокшее пятно, но даже так, Яру это больше устрайвало, чем след от сгущенки, мало ли ещё родители увидят. Он посмотрел в зеркало на раковиной в ванне. Осмотрел свое лицо, свой маленький, коротковатый нос и яркие зелёные глаза. Волосы, темные, будто угольного цвета. Но приглядевшись на волосах, он отдвинул небольшую их часть, и увидел белое пятно. Оно было где-то с двух мизинцев. Яра приблизился ближе к зеркалу, замерев и раскрыв глаза от удивления, его волосы каким-то образом обрели белый цвет. Но не все, лишь эта часть.

— Что это? Я что, поседел?

Вдруг голова загудела, мальчик скривился, сжался, взявшись за голову. Её будто бы буравили три дрели, не давая продохнуть, головная боль была на столько сильной, что в какой-то момент ему показалось что он уже ничего не чувствует, вообще ничего что делает его живым. Но она ушла также, как и пришла, мгновенно, внезапно и совершенно непонятно. Яра открыл зажмуренные от боли, до этого момента, глаза. И уставился на зеркало. Позади него стояло сутулое существо, представляющее собой тень, клубы дыма исходили от неё. Его поверг ужас, но он смог обернутся, существа позади не было, да и в зеркале кроме него никто не стоял. Почудилось? Он открыл кран, холодная вода потекла ручейком. Ладошки упали под струю, и окатили лицо. Хватит на сегодня кошмаров.

* * *

Разбитое кое-где зеркало отражало подростка лет четырнадцати. Он сверлил его своими ярко зелёными глазами, будто бы ища в нем ответ на все свои вопросы. Ссадина на лбу и синие мешки под глазами придавали ему горький и поникший вид. Темные волосы, были коротко постриженны, но успели отрасти так, что выглядили опрятно. Парень умылся, вода была холоднющей, он сделал это не от того, что хотел себя свежо почувствовать, а от того, что горячей воды попросту не было. Зеркало отражало не только его, но и изрисованные стены туалета, кабинки отделенные лишь полустенками и сами туалеты, представляющие собой дырки в полу. На нем виднелась школьная одежда, свитер и брюки. Дверь в туалет открылась, в неё зашли двое школьников, которые сразу же обратили внимание на него.

— Ты что тут ныть собрался? — Один из них подошёл к нему из-за спины

— Нет, — спокойно заявил парень.

— Слышь, иди в класс, не хочу чтобы на меня пока я ссу какой-то петух смотрел.

Он понял, они не уйдут. Нужна драка. Им нужно избить его, возможно макнуть в унитаз головой. Таких людей даже видеть не обязательно - сразу понимаешь по разговору. Но он развернулся и упёрся в их туповатые и наглые лица.

— Тебе че сразу не понятно? Свалил от сюда, или тебе по другому втолковать? — Говорил второй, он был одет в паленую куртку, спортивные штаны и имел очень неприятное вытянутое лицо.

— Втолкуй — Он не отводил от него взгляда.

Хулиган озлобливо подвинул дружка подходя к нему.

— Имя скажи свое, я на могилу лично приду, цветы принесу.

— Яр... — Он не успел договорить как в него влетел кулак, попал по щеке и скуле.

Он отлетел в сторону от удара, но смог удержаться на ногах.

— Чё, уже не смелый? — Лицо перекосилось на этот раз от улыбки, — Я знаю тебя. Яра, о тебе вся школа знает. Бля, думал, что ты не на столько отбитый.

Яра выпрямился и собрался. Это не первый бой и вероятно, явно не последний. Хулиган замахнулся, кулак не попал, а он воспользовавшись моментом ударил его ближе к животу и почкам, правда особого смысла это невызымело. Краем глаза, он увидел что его дружбан стоял у выхода на стрёме, при первой возможности сказав о надвигающейся опасности. Но главной опасностью для Яры были не учителя, а локоть задиры прилетевший по его челюсти, хоть и не со всей дури но с достаточной силой, чтобы упасть. И он упал. Спина упёрлась в стену, а он оказался на полу. Ситуация была без поворотная.

— Ты ведь вообще драться не умеешь, — он попал кулаком по лицу.

На пол упало пятно крови.

— Но... Можешь постоять за себя. — Он потёр руки, — Не суйся к нам - трогать не будем, ещё-раз выкинешь что-то подобное, разбитого носа мало покажется.

Они вышли из туалета оставив лежащего юношу. Яра притронулся к ноздре, медленно, но верно из неё выливась алая жидкость. Собрав силы он решился встать, упёрся, держась за стенку туалетной кабинки, затем встав. Подошёл к умывальнику, начав упорно отмывать нос. Вода окрасилась в красный. Парень шмыкнул так, что кровь отошла назад по носоглотке, после сплюнув сгусток в раковину. Кран был выключен. Класс, в который он зашёл представлял собой помещение с партами, шкафами по краям, учительским столом и доской для записи. Масса учеников, предвещая скорый звонок усаживались на свои места. Яра прошел к парте, достал свой синий потрёпанный рюкзак, вынул, оттуда влажные салфетки и вытер последние засохшие следы от крови. Трель звонка раздалась, звук заставил притихнуть всех учащихся в классе и ознаменовал собой приход учителя.

— Записываем тему, линейные уравнения, — Мария Николаевна, как звали учителя по математике, села за свой столик, вслед за этим листая страницы учебника.

Яра вместо того чтобы открыть свою тетрадь, положил на стол изношенный черновик. Дошел до одного из листов, и ручка скользнула по разделенной сеткой поверхности. Сам же юноша упорно смотрел на доску и то, что записывала их преподаватель.

— У нас есть пример, где неизвестен X, — Говорила она, — допустим, Ax умножить на B и это все равняется нулю. В данном случае, A и B действительные числа. По этой формуле мы можем решить почти любое начальное уровнение.

Яра устало глянул в черновик. Мазки, линии, которые тянулись по всей плоскости, штриховка, образовывали покрытое шерстью лицо. Это было жуткое и зловещее существо виде кота. Знакомый, который так и пытался вырваться из сна подростка, теперь преследовал его и в собственных каракулях. Юноша потёр глаза. Лицо с тетрадки пропало, вместо него и правда остались одни лишь мазки, да не создающие рисунок линии.

* * *

Как обычно бывает, юноша вернулся домой раньше своей матери. Та была на работе и он не знал, придет ли она домой вообще, есть шанс что останется на дольше. Голова болела, этот факт давал ему немного сил чтобы дойти до аптечки и принять лекарство. Парень торопливо поплелся в кухню, достал закрытую сумочку, вынув из неё короб. Таблетка, маленький, белый кругляшок. Он запил её водой, проглотил и спокойно сел. Хотелось спать. Очень хотелось. Но также хотелось оставаться с трезвой головой. Представить только, что его ждёт в стране снов, какие ужасные вещи приготовили его демоны в голове? Яра прошел в комнату, сел на застеленную кровать. Отцепил от стенки календарь и взял маркер лежащий на столе. Он поставил крестик по середине у сегодняшнего числа, повесив календарь обратно. Два дня без сна. Его рекорд. Хоть и спать не особо хотелось, прилечь, ему никто не запрещал. Взбил подушку, лег на бок и фокусировал взгляд на своих вещах. Шкаф, маленький пузатый телевизор, ещё один шкаф, старые игрушки и стол. Глаза сомкнулись. Нет сил больше сдерживать себя, он заснул мгновенно.

* * *

Ноги коснулись холодного пола, коридор, длинный холл. Он стоял на выложенной плитке, темного цвета. Стены поклеены обоями, бордовые, с рисунком виде белых завитушек. Конца коридора он не видел, внутри по какой-то причине был довольно густой туман. Яра осторожными шагами пошел вперёд. Со временем тумана становилось все меньше и меньше. Кто-то плачет. Звуки доносились вдали и усиливались когда он подходил ближе. В конечном итоге, юноша увидел проход в комнату. Она была средних размеров, стены покрытые пылью, обои пооблезли, оставив бетонные пространства. Рыдания были настолько хорошо слышны, что Яра понял: они исходят из этой комнаты. Стоять или идти обратно не хотелось, поэтому он зашел внутрь. Женщина расположилась на стуле, она закрыла лицо руками и залилась слезами. Сидела на кухне, каким-то образом очень схожей с их. Стол стоял рядом, на нем расположилась кружка остывшего кофе, пепельница с догорающей сигаретой и какой-то документ. У женщины были каштановые длинные волосы, которые навесали над её лицом. Яра узнал свою мать. Он подошёл ближе дотронувшись до плеча.

— Мама...

Плач прекратился. Руки матери медленно опустились на стол.

— Почему... — Она произнесла надрывом.

— Мам, что с тобой?

— Ты... — Она упорно игнорировала его вопросы, — Ты виноват.

— Мама...

— Ты виноват... Ты виноват...

Мать встала, неприятный звук, проскрипел стул. Подросток увидел маниакальные глаза, которые упёрлись в него. Он попятился, страх заставил его затрястись. Она подошла к нему.

— Ты убил его. Ты виноват. Ты виноват. Ты виноват. Ты винов... — Женщина упала, потеряв сознание.

Её тело поддалось судорогам, пена из рта сходила по подборотку. Из глаз полилась ручейком кровь. Она приоткрыла рот. И Яра готов был поклясться, из её рта что-то полезло наружу. Что-то тонкое, чёрное и длинное вылезало прямо к верху, затем щелкнуло и образовало угол, мгновенно парень понял, что это чьи-то конечности. Лапки покрытые маленькой еле видной шерсткой, продолжали вылазить из рта матери. Когда он насчитал их восемь штук, вылезло и тельце, существо было размером где-то под сорок сантиметров. Гигантский паук, наконец вылез и всеми своими шестью глазами смотрел на парня. Тот закрыл свой рот ладонью сдерживая рвотные позывы.

— Обернись. — Проговорил голос исходящий из паука.

Он не хотел оборачиваться, но какая-то неведомая сила повернула голову. В другой стороне комнаты лежало бездыханное тело. Сама комната каким-то образом открывала темный проход в еловый лес, ибо стены просто пропадали. Яра невольно встал, пошатнулся чуть не упав и шагнул на встречу. Здесь, он смог разглядеть кто лежал на полу. Это был его труп. Половины тела не было, она заканчивалась безобразно, на пол выпали внутренности, схожий на кровяную колбасу кишечник. Бордовые следы указали на то что тело двигали. Его лицо искривилось в ужасе, внутренности поедали белоснежные волки, морда которых измазалась в крови.

— Это ждёт тебя...

Он медленно опустил взгляд на свой торс. Образовалось огромное кровавое пятно на одежде, оно постепенно расползалось и увеличивалось. Юноша поднял футболку и увидел горизонтальные раны, из них выступал кишечник упёршись об одежду. Слабость прошлась по телу, Яра упал на колени.

— Нет... Нет.... Это не по-настоящему, это неправда!

Ему хватило секунды чтобы вспомнить.

— Это сон. Это не реально.

И парень открыл глаза от глубокой дремоты.

* * *

На улице уже смеркалось, на часах десять часов. Привстал с кровати, потянулся, рука дернула верёвочку от светильника на столе. Живот забурчал, желудок жадно требовал еды, понимая это, Яра шеркая ногами, плелся к кухне. Оглядел квартиру, проходя, увидел что комната мамы открыта. Лежала она уткнувшись в подушку, сопела с закрытыми глазами. Яра подошёл к кровати, поправил и укрыл одеялом маму, сделал это так аккуратно, дорожа каждой секундой её сна. Вышел, закрыл дверь и наконец очутился у заветного для него холодильника. Макароны с котлетой отправились в микроволновку, он же покорно сел за стол, облакотившись подбородком об ладонь. "Подружиться с чудищами во сне...". Звучит легко, но когда твари хотят твоей смерти, это превращается в квест. Эта мысль ветает уже с детства, не даёт покоя. Легко бы было взять громадный меч и проткнуть уродцев, но сердце подсказывало Яре, что вариант безобразный и не правильный. Только он окажется в лесу, в страшном коридоре, на странной туманной улице, и других местах во сне, то его сознание воспринимает места по-другому, оно банально не даёт ему какого-либо действия. Он наотрез немог понять что находится во сне, но... Так было с детства, начиная с десяти лет, ближе к концу кошмара голова становилась на место. Тоесть у него было осознание того, что он находится во сне. И хоть помнил он не все, отрывки доходили, и то что он вспоминал что спит, давало надежду. Микроволновка запиликала. Думы были прерваны и юноша взял свой ужин, принявшись за трапезу. Но мысли не покидали его, что ему нужно сделать чтобы они прекратили издеваться над ним? Вилка, за вилкой и тарелка опустела. Яра отправился в комнату. Желание разобраться волнительно. Он снова лег на кровать, снова повернулся на бок, снова закрыл глаза.

— Мне плевать, не хотят объяснять, я сам добьюсь ответа!

Моментальное преображение, ветрище подхватило бы его, чуть став сильнее. Еловый лес трепещал, кроны шатались яростно. Лесу не нравился тон подростка. Сопротивляясь ветру, Яра шагал по тропе, заваленной по краям шишками, хворостом и ветками. Он не дрожал от холода, не боялся что за деревом может прятаться монстр, не боялся шороха за кустами, хватит уже бояться.

Опушка, которую он уже видел не раз неизменно оставалась жуткой и закрытой древами с сторон.

— Я знаю что ты здесь, — Яра громко на весь участок леса прокричал фразу, — Я пришел закончить это, хватит мучать меня!

Треск. Топ. Звук приглушённый, такой... Объемный и увесистый. Ещё треск. Под давление сломалась палка. Белые точки. Глаза показались меж ёлками. Вытянулся, грациозно приблизившись, шагнул лапой, встал на две ноги. Белоснежный кот предстал перед ним, нависая. Он проницательно всматривался в парнишку, буравя его своими глазницами.

— Я... — Он чувствовал, это чувство, но соврал, — Я не боюсь тебя.

Яра подобрал ветку, встав защищаясь ей, словно оружием. Ветка отогнулась, подрасла, увеличилась, приобретая совершенно другую форму. Теперь это не палка, нет. Это длинноватый, вытянутый деревянный меч. Подросток щёлкнул зубами от нарастающего напряжения, ноги впечатались в землю. Монстр пошатнулся, сделав шаг назад, его затрясло. Перекошенный меч приближался, Яра держал орудие в двух руках, сдерживая страх и гнев. Чудище опустилось на четыре лапы, огрызаясь и рыча. Момент которого он ждал, прекращения постоянного страха, постоянной боли и отчаяния.

— Я убью тебя! Я убью тебя! — Он прокричал будто доказывая монстру, что кончен день когда он боится кошмаров, кончен день когда власть над ним брал первобытный ужас.

И он замахнулся...

...

Дрожь шерсти, котенок дрожал с такой силой будто бы перед ним был самый настоящий монстр. Парень выронил меч, вещь упала на землю превратившись обратно в палку. Там, где раньше стояло огромное чудовище сидел ,на холодной земле, маленький вислоухий котенок, белый словно иней, он дрожал от страха. Он боялся. Но кого? Кого он боялся? Яра обернулся, но не увидел никого. Только себя. Подросток упал на колени. Слезы, каплями как дождик полились по щекам. Волосы парня поседели, он поднял голову устремив взгляд на котенка, тот аккуратно подошёл к нему и положил лапку на его руку. Ладонь спокойно погладила до сели пугающую шёрстку. Зверь лег на его ноги, замурлыкав.

...

"И где-то напорюсь, и поборюсь, сколь хватит сил, но

Зачем убивать того,

кого можно бы приютить?"