Молния против демонов

Из песка выполз термит чудовищных размеров и напал на меня. Я едва успел отскочить в сторону.

Поскольку остальная часть отряда отбивалась от нашествия насекомых в километре от меня за барханами на западе, где красное небо то и дело озарялось непрерывными вспышками желтых плазменных выстрелов, мне пришлось справиться с ним в одиночку.

Никто из отряда не мог прийти мне на помощь, и только верный Брут, огромный модифицированный стаффордширский терьер, величиной с носорога, показался вдали и помчался ко мне, оглашая пустынные окрестности планеты Лаймы своим гулким металлическим лаем. Но нет, вряд ли он успел бы добежать до места нашей схватки до того, как термит расправится со мной, слишком уж далеко меня занесло.

Впрочем, мне, как специальному мечнику отряда IV штурмовой десантной роты, полагалось справляться с такими чудовищами без посторонней помощи. Мы ведь намеренно были выведены для такой грязной работы, в результате тех же самых генетических экспериментов, что и позволили появиться на свет Бруту и тысячам его собратьев.

Термит был, повторяю, огромный, размером с межпланетный транспортник, способный перевезти две сотни пассажиров за рейс. Крепкое, сплошь покрытое хитиновыми пластинами тело отливало иссиня-черным цветом, только маленькие глазки ослепительно зеленели в темноте. Огромные челюсти способны схватить и переломить штурмовую машину, а еще между ними я заметил огромные отверстия для брызганья кислотой. В общем, не насекомое, а машина для убийства.

Ну что же, надо делать ту работу, для которой меня создали и отправили сюда, на безжизненную планету Лайма. Я достал плазменный меч, нажал кнопку выброса лезвия и в темно-красной ночи вспыхнул яркий зеленый свет лезвия. Термит снова заметил меня и опять бросился на свет моего клинка.

Но перед этим он решил обильно полить меня кислотой. Так сказать, подарок в знак нашей встречи. Хорошо, что я уже приготовился и успел активировать турбо-режим.

Сверхскоростной режим я получил как раз в результате генномодифицированного вмешательства в клетки моего тела. Благодаря инъекциям и месячному нахождению в лабораторном коконе я стал самым быстрым из мечников пятой штурмовой дивизии. Не скажу, что это далось легко, но зато теперь ни один из моих собратьев по ГМО не мог за мной угнаться, хотя все мы во время боя двигались со скоростью, превышающей скорость звука.

Вот и сейчас я полетел вперед так быстро, что красные пески и багровое небо вокруг слились в одну сплошную кровавую ленту, мелькающую рядом со мной. Когда я остановился, термит все еще продолжал плеваться кислотой в то место, где я только что стоял.

Но теперь все пошло по-другому. Я очутился рядом с его огромными лапами, каждая из которых могла вышибить из меня дух одним ударом. Не теряя времени, я взмахнул плазменным мечом и разрезал ближайшую лапу напополам. Из огромного ствола лапы брызнула черная кровь, термит заверещал и покачнулся.

В этот миг я очутился уже рядом с другой его лапой и расправился с ней также быстро. Затем подрезал третью. Термит, лишившись половины своих ног, повалился на песок, пронзительно вереща, от чего у меня чуть не лопнули барабанные перепонки в ушах. При этом гигантское насекомое вращало остатками лап в стороны и пыталось повернуться, опираясь на уцелевшие конечности, чтобы наконец достать меня.

Только я не собирался давать ему ни малейшего шанса. Подскочив к термиту максимально близко, я вонзил плазменное лезвие ему в бок и помчался вдоль его огромного тела все с той же невероятной скоростью, разрезая врага на части. Надо было только во время ускорения держать меч прямо в теле термита и стараться ускользнуть от любых препятствий, вроде остатков лап или кустиков, каждое из которых при столкновении могло расплющить меня в лепешку.

Когда я остановился, тяжело дыша, термит продолжал верещать, конвульсивно открывая и закрывая искривленные челюсти, но звуки, исходящие от него, постепенно угасали. Ну и хорошо, нечего орать на всю окрестность. Я посмотрел, как из рассеченного брюха насекомого течет черная жидкость с зелеными вкраплениями и нажал кнопку, возвращая плазменный клинок в гнездо.

К этому времени к нам примчался Брут и рыча, бросился на издыхающего термита и вцепился ему в бок. Затем, тряся огромной квадратной головой с массивными челюстями, принялся рвать врага на части.

Глядя, как он наслаждается с новой игрушкой, я вызвал по сенсору командира роты.

— Первый, говорит Буканьер. Как слышно?

Поначалу никто не отвечал, а затем в динамиках послышалось учащенное дыхание и крики. Небо на западе продолжали освещать мгновенные вспышки импульсов.

— Где ты шляешься, Тераи, чтоб тебя поглотила черная дыра! — закричал командир в ответ. — Давай скорее сюда, на помощь! Мы долго не продержимся, тут целая армия термитов.

Ну что же, когда так слезно умоляют о помощи, грех оставить людей в беде. Тем более, что я должен защищать их по долгу службы и даже по своему функциональному предназначению. Однако перед тем, как добраться до соратников, мне не помешала бы транспортировка.

— Хорошо, пришлите флаер, — попросил я, но командир вдруг истошно завопил, а затем его крик резко оборвался.

Мда, придется, видимо, добираться на своих двоих. Расстояние не маленькое, пока я добегу до места схватки на своих двух, от нашей роты уже никого не останется. Хотя почему на двоих, можно и на четверых.

— Эй, Брут, ко мне! — крикнул я, да еще и присвистнул.

Здесь, на Лайме почти не было кислорода, я был облачен в боевой скафандр, по идее, звук не должен был достигнуть ушей пса, но у нас с ним настроена связь на генетическом уровне. Поэтому он сразу услышал, вернее, почувствовал мой зов и обернулся, навострив уши. Зрелище превосходное, огромный пегий пес рядом с неподвижной грудой истерзанного термита.

— Поехали, скорее! — крикнул я и указал на запад.

Таскать меня на спине Брут не любил, поэтому команду пришлось повторить. Только после этого он коротко тявкнул и помчался ко мне, взрывая песок толстыми лапами. Между прочим, помимо огромных размеров, ГМО-животные могли использовать для жизнедеятельности не только кислород, но и азот, которым щедро насыщена атмосфера Лайма. Так что псу не нужен был скафандр.

Я взобрался на него и ухватился за ошейник одной рукой и за загривок — другой. Одновременно дал команду дать мне энергетический коктейль и из глубины шлема, у основания рта тут же выдвинулась мягкая трубочка. Я взял ее губами и глотнул терпкий, чуть отдающий лимоном напиток.

Брут сорвался с места и побежал на запад, а я, подпрыгивая на его широкой спине, глотал энергетик, пока не выпил все поллитра. Ну вот, на ближайшие пяти минут боя я вполне заряжен.

Дело в том, что наши способности к ускорению, само собой разумеется, не обходились для организма просто так. За фантастическую быстроту и прыгучесть в бою на протяжении пяти минут нам, сверхбыстрых мечникам, приходилось расплачиваться колоссальной усталостью и упадком всех сил, физических и моральных.

Восстановление после боя занимало от двух суток до пяти, в особо тяжелых случаях. Энергетик помогал избежать слишком долгого восстановления, придавал сил и позволял дольше бегать на поле боя.

Вот только сейчас все это было напрасно. Пока мы добежали до места боя, все было кончено. Термиты уничтожили всю роту. Когда Брут взобрался на холм, я сразу увидел, что на поле боя не осталось ни одного нашего бойца.

Всюду пески покрывало шевелящееся черно-синее море термитов. Насекомые были размером по колено обычному человеку, гораздо меньше моего недавнего монстра, по их было чертовски много. Разведка, как всегда, дала маху, сообщив, что в районе высадки не наблюдается большого скопления сил противника.

Видимо, термиты как-то научились скрывать свою численность от наших беспилотников. Скорее всего, прорыли еще более глубокие туннели в почве, вдобавок спрятали их под скальными породами, а затем сидели там, ожидая нашей высадки.

Вот вам и подарок, выдохнул я, наблюдая, как тысячи насекомых повернули к нам головы, когда мы взобрались на холм. Я понял, что наступил наш с Брутом смертный час. Поблизости нет транспортников или истребителей, эвакуации или поддержки с воздуха не будет.

Я спрыгнул с пса и крикнул ему:

— Уходи, Брут! Уходи, кому сказал!

Пес тревожно глядел на сотни и тысячи термитов, устремившихся к нам, затем глянул на меня, подпрыгнул на задних лапах и тявкнул.

— Уходи, малыш, — сказал я, толкнув его в каменный огромный бок, хотя малыш на самом деле был больше меня раза в три. — Уходи, быстро!

Вместо этого пес зарычал и бросился вперед, прямо на толпы термитов. Он давил их лапами и рвал на части клыками, но их было слишком много. Чтобы не видеть, как погибнет мой самый верный и храбрый друг, я тут же достал плазменный меч, выпустил из него клинок и мгновенно ускорившись, бросился на разумных насекомых.

Сражение длилось недолго. Сначала я перебил много термитов, но потом на всей скорости наткнулся на двоих и едва не потерял сознание от удара. Свалившись на песок, я выронил меч из рук и термиты жадно набросились на меня.

Их хищные челюсти рвали мой скафандр и сквозь неумолчное верещание я услышал жалобный визг Брута. Едва я успел мысленно попросить у песика прощения за то, что не смог уберечь его, как все мое тело пронзила острая боль. Подняться теперь я не мог, потому что термиты были повсюду вокруг меня и даже взобрались сверху, накрыв меня живым металлическим ковром. Я закричал не своим голосом, а потом начал погружаться в абсолютную черноту.

Последнее, что появилось у меня перед затухающим взором на ухмыляющемся багровом небе, было странное изогнутое изображение крылатого змея, летящего в облаках. Бред, какой бред, подумал я и провалился в тьму.

***

Из этой чернильной ваксы я вынырнул оттого, что кто-то истошно кричал на знакомом и одновременно незнакомом языке:

— Помогите! Люди добрые, помогите! Они убили моего брата!

Вопль был пронзительный и страшный, отзывался в моей гудящей голове непрерывным набатом. Я поморщился и хотел попросить заткнуться крикуна, вернее, крикунью, потому что вопила девочка, но не мог пошевелить губами.

Видеть вокруг я тоже ничего не видел, только в глаза мне вдруг хлынул ослепительный белый свет. От этого невыносимо яркого света мне пришлось на мгновение прикрыть глаза, чтобы привыкнуть к вспышке, но времени, как оказалось, у меня было совсем немного.

— Эй, смотрите, там демон они напал на парнишку! — услышал я отдаленный возглас, а затем к нему присоединились другие, встревоженные, как гудящий улей. Вот только жалить эти взволнованные люди, похоже, вовсе не торопились.

— Надо уходить! — закричала какая-то старушка, которую я так до сих пор и не видел, прислушиваясь к звукам странного гортанного языка, на котором все они говорили. — Я хочу жить!

— Ну помогите же Яманаке! — умоляла все та же девочка и я собрался открыть глаза и подняться, чтобы прийти ей на помощь, лишь бы она наконец заткнулась, когда вдруг я услышал рядом низкое рычание. А еще громкое чавканье, будто кто-то с аппетитом уплетал рядом жирные куски сочного мяса.

Разлепив глаза, я посмотрел в сторону источника звука и сначала ничего не мог разобрать. Зрение постепенно возвращалось ко мне, вернее, его четкость, как будто я смотрел на окружающую среду через бинокль и настраивал резкость фокусировки. Но когда я увидел, кто там рычит и чавкает, мне захотелось, чтобы зрение вообще не возвращалось.

Такого чудища я еще ни разу в своей жизни не видел. Здоровенный, краснокожий, мускулистый, на лохматой голове закругленные рога, глаза выпученные, изо рта торчат длиннющие клыки. На руках и ногах острые когти, как у леопарда. Сам весь полуголый, только на бедрах накидка из тигриной шкуры. Рядом в лужице крови лежала железная шипастая дубинка.

Но когда я разглядел, чем так увлеченно чавкает этот здоровяк, то сразу почувствовал, как горло и желудок сжали спазмы тошноты. Я увидел, как рогатый тип оторвал руку от лежащего перед ним трупа взрослого человека и сунув рот, откусил кусок мяса.

— Твою-то сраку в черную дыру, — прохрипел я и попытался подняться, но ноги и руки плохо слушались меня.

Монстр обернул ко мне окровавленное лицо и удивленно поднял густые брови. Лицо у него было человеческое, вот только глаза круглые и большие, а вместо носа просто дырочки. И клыки торчали в разные стороны, как у гориллы. А желтые волосы росли гривой, обрамляя лицо со всех сторон. Затем с сожалением отложил оторванную руку, взял дубинку, поднялся на коротких изогнутых ногах и неторопливо направился ко мне.

Ждать его прихода я не собирался. И так понятно, чем все закончится. Как бы ни было мне сейчас больно, как бы не раскалывалась голова на куски и не отнимались руки-ноги, мне пришлось сделать над собой усилие и подняться с тротуара, на котором я лежал.

Приближающийся ко мне людоед был и вправду высокого роста, выше меня на две головы. Лапы и голова тигра с его набедренной повязки волочились по пыльному асфальту. Дубинку он держал наготове.

Великолепная подготовка, которым всех нас подвергали, не позволила впасть мне в панику. Окружающий меня мир походил на какую-то древнюю земную цивилизацию. В руке у себя я обнаружил старинный металлический меч, длинный и чуточку изогнутый, с круглой гардой на рукояти. Лезвие меча было острое, но сразу видно, что оружие покидало всякое, побывало во многих битвах. Не плазменный клинок, конечно, но тоже сойдет.

Мы находились на тихой улочке большого города, окруженные небоскребами. Неподалеку собралась толпа зевак, многие из них снимали происходящее на древние светящиеся аппараты. Я понял, что меня, наверное, успели спасти с Лайма, а затем регенерировали, а потом запихнули мое сознание в какую-то обучающую программу, обстановку прошлых эпох. Даже если я сейчас здесь умру, то вскоре возрожусь обратно.

Поэтому я улыбнулся и включил турбо-режим, решив молниеносно обойти монстра с правой стороны и оказаться сзади, одновременно рубя его, как тушу бычка, подвешенную на крюке. Не успеет он сделать и пару шагов, как я искромсаю его на куски.

Но внезапно рогатый поднял руку с дубинкой и направил ее на меня. Я вдруг на полном ходу споткнулся, будто налетел на невидимое препятствие и упал на землю вверх тормашками. Что такое, черная дыра вас всех поглоти?!

Я подкатился к самым ногам клыкастого, как на блюдечке и он, довольно рыкнув, поднял дубинку и опустил на меня. Вернее, на то место, где я только что находился. Ведь меня там уже не оказалось, увидев, что творится, я успел-таки врубить ускорение и слететь с опасного места, как будто ветром сдуло.

Впрочем, надолго меня не хватило. То ли сказались травмы после регенерации, то ли я был слишком слаб, но только я успел отскочить на три метра, как почувствовал, что едва волочу ноги. Я снова упал и кубарем покатился по земле, не выпуская, однако из рук диковинный меч.

А затем все произошло совсем быстро. Краснорожий демон вдруг очутился рядом со мной и замахнулся дубинкой. Я как раз едва успел поднять голову и снова ушел в сторону, но одновременно успел рубануть противника мечом.

Я опасался, что лезвие отскочит от него, как от каменного, но к моей радости и удивлению, меч легко прошел сквозь тело демона, совсем как плазменный. Клинок разрубил его бок и застрял где-то в районе живота.

Рогатый монстр заревел от боли. Не теряя времени, я напряг руки, вытащил застрявший клинок и теперь ударил противника по шее. Раздался хруст, тошнотворный треск и рогатая голова демона слетела с широких плеч. В лицо мне брызнула кровь. Демон постоял передо мной, покачался на ослабевших ногах, да и повалился на тротуар.

Я обернулся назад, вытирая окровавленное лицо и посмотрел на толпу зрителей, ошарашенно следящих за мной. Затем я почувствовал невероятную слабость в теле и опустился на колени, опираясь рукой об асфальт.

Пытаясь отдышаться, я глянул случайно на свое тело и чуть не обмер от удивления. Тело-то ведь оказалось вовсе не мое.