Молотобоец. Первый пользователь

Уж не знаю, есть ли на этой земле человек, который любит звук своего будильника, но я точно не входил в ту когорту. Каждый раз, когда начинала играть надоедливая мелодия, я готов был бросить телефон в стену с такой скоростью, чтобы он разлетелся на мириады атомов, но неимоверным усилием воли клал его обратно на подушку, лишь переведя следующий звонок на пять минут.

Когда же очередная пятиминутка истекла, а совесть заявила, что на сделку со мной больше не пойдёт, я всё же решился приподняться на локте. Мир за окном ещё только начинал сереть, а в комнате царил утренний полумрак, который, вкупе с тёплым, тяжёлым одеялом, так и манил обратно улечься в кровать.

Сонная пелена перед глазами была настолько плотной, а мысли ворочались медленно, будто мухи в мёде. Я потёр глаза, надеясь, что это поможет мне разогнать туман, но зрение прояснилось ненамного. Казалось, чтобы смыть эту пелену, стоило сунуть башку в бочку с водой, но рядом её не было.

Нащупав телефон, я поднял его к лицу, чтобы окончательно отключить ненавистный будильник, но тут взгляд зацепился за экран. Поверх стандартной заставки висело странное уведомление. Не от многочисленных установленных мессенджеров, не от соцсетей, а просто белое полотнище с текстом в верхней его части. «Условия пользовательского соглашения», — гласил заголовок.

— Чего? — сипло пробормотал я в пустоту комнаты.

В голове мелькнула смутная мысль, что вчера я точно ничего не скачивал и ни на что не подписывался. Но палец сам потянулся к экрану, и текст услужливо раскрылся. Сонным, расфокусированным взглядом я пробежал по первым строкам. Там было что-то про некую «Систему», про глобальную интеграцию, испытания, эволюцию и о том, что весь этот процесс коснётся всех через месяц. Мелькнуло слово «выживание», затем какой-то юридический жаргон про ответственность и, наконец, жирным шрифтом: «Однако для вас, как для нашего опытного пользователя, мы готовы активировать полный функционал досрочно. Нажмите «Принять», чтобы получить доступ сейчас».

Я моргнул. Потом ещё раз. Буквы расплывались и плыли перед глазами. «Ага, конечно. Опытный пользователь, — мысленно хмыкнул я, чувствуя, как в голове пульсирует лёгкая боль от постоянного недосыпа, ставшего моим вечным проводником за последние несколько лет. — А ладно, пофиг, потом разберусь». Сейчас этим никого не удивишь: заманивают людей обещаниями сверхспособностей, а потом выкатывают донат на полную катушку. Кто вообще читает эти пользовательские соглашения? Там же всегда одно и то же: «мы можем делать с вашими данными всё, что захотим». Читать этот бред, тем более спросонья?

— Глупость какая-то… — выдохнул я и, не глядя, ткнул на экран, не смотря, куда попал палец: в отклонение или принятие. Какая разница? Оно услужливо исчезло, уступив место классическому интерфейсу с часами и пропущенными ПУШ-уведомлениями от многочисленных приложений, которые стеной висели у меня на экране.

Время безжалостно высветилось на дисплее: 08:03.

— Твою ж краснознамённую дивизию…

Через полчаса уже нужно было быть на первой раздаче, а я не то что не завтракал перед длинным рабочим днём, но и даже толком не умывался. Пришлось сбросить с себя остатки одеяла, сесть на кровать, свесив ноги. Пол встретил меня стандартной утренней прохладой и лёгким сквозняком из плохонького окна. Пришлось посидеть так минуту, собирая мозги в кучу и волю в кулак, чтобы тело наконец стало подчиняться командам. Сонливость всё ещё липла к телу, словно вторая кожа, но деваться было попросту некуда.

Поднявшись, я пополз на «приборах» в ванную, не открывая глаз. Прохладная вода немного взбодрила, хотя тёмные круги под глазами никуда не делись. Мне казалось, что через три-четыре месяца таких рабочих «приключений» я стану подобен панде с её тёмными пятнами.

Почистив зубы и кое-как пригладив вечно торчащий вихор волос, я вернулся в комнату, где меня уже ждала униформа. Хотя полноценной «униформой» назвать её было невозможно. На деле это была футболка под кофтой, джинсы, удобные кроссовки и яркий дождевик с логотипом доставки, который бросался в глаза каждому прохожему.

Натягивая носки, я поймал себя на мысли, что снова смотрю на телефон. Экран был чист. Никаких уведомлений, никаких «Систем». Выходит, что показалось? Да, вполне возможно: по утреннему пробуждению и не такое может привидеться, особенно если пил. А пил ли я вчера? Нет, вернулся со смены затемно и просто бухнулся в постель.

Проверил заряд внешнего аккумулятора, наушники, кошелёк с картами, ключи. Всё было на месте, так что пора выдвигаться.

Уже натягивая вторую кеду, я бросил взгляд на телефон, чтобы узнать, насколько опоздаю и что первый заказ не успели повесить. Экран засветился, и в углу снова замигал яркий значок с новеньким уведомлением. Я машинально дёрнул пальцем, смахивая его в сторону. Некогда. В конце концов, если это какая-то важная информация, она никуда не денется, подождёт до вечера. Сейчас главное — успеть на утреннюю раздачу, пока толпа голодных коллег не расхватала все самые лёгкие и близкие заказы.

Утро встретило меня серым пейзажем спального района. Весна в этом году выдалась на редкость капризной: снег то таял, то снова выпадал, асфальт превратился в месиво из грязи, песка и бесконечных луж, из-за которых город становился похожим на извращённый вариант Венеции.

Лавируя между лужами, я потопал на точку сбора. В ушах играл какой-то подкаст, но мысли оказались заняты другим — адской сменой почти в шестнадцать часов работы. До полуночи, а может, и сильно за полночь. И всё это ради того, чтобы завтра утром, едва продрав глаза, тащить своё бренное тело на пары в институт. Великая комбинация, ничего не скажешь: курьер-недоучка, зарабатывающий на хлеб с маслом ногами и убивающий остатки молодости в попытках получить вышку, которая, возможно, никогда и не пригодится.

Пока я шагал, телефон снова тренькнул. Краем глаза глянул — опять эта иконка. Белая, с какими-то шестерёнками внутри. «Система», значит. Я фыркнул и смахнул уведомление влево, даже не останавливаясь. Оно исчезло, но через минуту появилось снова. Настойчивое, зараза.

— Да блин, — пробормотал я под нос, отключая звук уведомлений для этого приложения. — Работайте, господа разработчики, работайте. Я потом гляну вашу рекламу, честное слово. Когда ноги отвалятся.

На раздаче было людно. Несколько ребят уже крутились возле стеллажей, сверяя номера заказов. Я быстро взял первый попавшийся маршрут, закинул термосумку на плечо и рванул к адресу. Первые часы всегда самые бодрые. Организм ещё не понял, что его ждёт, и работает на утреннем адреналине. Ноги несли сами, мысли были ясными, и даже грязь под ногами не раздражала так сильно.

Но уже к обеду, когда солнце попыталось пробиться сквозь тучи, а количество пройденных километров перевалило за десяток, энтузиазм начал угасать. Я остановился у подъезда очередной хрущёвки, переводя дух, и снова увидел на телефоне уведомление: «Система: прогресс выполнения ежедневных заданий. Пройдено: 12 км. Отжимания: 0/100. Приседания: 0/100. Пресс: 0/100. До завершения дня осталось 11 часов».

Я тупо уставился на экран. Серьёзно? Какие, к чёрту, отжимания? Я тут, блин, Робинзон Крузо наоборот — не на необитаемом острове выживаю, а в каменных джунглях с пакетами еды наперевес. Смахнул и это сообщение. Потом разберусь. Может, это какое-то фитнес-приложение, которое само установилось? Надо будет вечером почистить телефон от этого мусора. А то потом ещё до заводских настроек сносить, опять всё устанавливать… Морока да и только, а мне такого счастья не надо.

Дальше всё пошло по накатанной: адреса, домофоны, лифты, которые вечно не работают, и люди, которые вечно недовольны: «Почему так долго?», «А где мой соус?», «Поставьте пакет у двери, я в пижаме». Я кивал, улыбался, извинялся и бежал дальше. Кроссовки уже насквозь промокли от бесконечных луж, и каждое наступание в очередную жижу отдавалось противным хлюпаньем и мыслью: «Когда уже я куплю нормальный электровелосипед?» Аренда — это разорительно, а свой — дороговато будет. Вот и приходится месить грязь ногами, натаптывая мозоли и зарабатывая варикоз в придачу.

Ближе к вечеру организм перешёл в режим энергосбережения. Я перестал замечать, что именно несу. Руки сами брали пакеты, ноги сами несли к нужному подъезду, губы сами проговаривали стандартные фразы. Перед глазами мелькали лица, но они уже не откладывались в памяти. Как зомби, я заходил в подъезды, ждал лифты, выходил, бежал дальше. Телефон периодически вибрировал, но я перестал на него реагировать. Если что-то срочное — позвонят. А какая-то левая программа пусть хоть обвибрируется.

Когда часы на телефоне показали без пятнадцати двенадцать, я только что передал очередной заказ какому-то сонному мужику в спортивных штанах. Он что-то буркнул про «долго», захлопнул дверь, а я просто развернулся и побрёл вниз по лестнице. Ноги гудели сильнее парового котла, будто я ими не ходил, а отбивал чечётку на раскалённой до красна металлической плите целые сутки. Спустившись, я вышел из подъезда и, не глядя, побрёл вперёд. Нужно было найти место, где можно присесть и сообразить, как теперь добираться до дома. Метро уже закрыто, автобусы ходят редко. Такси? Дорого, но сил идти пешком через полгорода не было от слова «совсем».

Взгляд упал на одинокую мокрую скамейку возле детской площадки. Мокрая — не страшно, у меня дождевик есть, подстелю. Я доковылял до неё и буквально рухнул, даже не проверяя, чистая ли она. Сумку скинул под ноги, откинул голову назад и закрыл глаза. Тишина. Только где-то вдалеке лаяла собака, да шуршали шины редких машин по мокрому асфальту.

Так, стоп. Нужно открыть навигатор и построить маршрут до дома, а то заказы завели в какие-то пикули, выбраться из которых даже с курьерским опытом почти невозможно. Я с трудом заставил руку подчиниться и вытащил телефон. Экран загорелся, и я обомлел. Всё пространство уведомлений было забито одним и тем же значком. Десятки, если не сотни сообщений от приложения «Система». Они висели одно за другим, бесконечной лентой. Я нахмурился и, движимый уже не раздражением, а каким-то мрачным любопытством, потянул шторку вниз.

«Прогресс выполнения ежедневных заданий. Пройдено: 23 км. Отжимания: 0/100. Приседания: 0/100. Пресс: 0/100. До завершения дня осталось 5 часов».

«Прогресс… До завершения дня осталось 4 часа».

«До завершения дня осталось 3 часа».

«Внимание! Вы не выполнили норматив по физическим упражнениям. Рекомендуем найти время и завершить задания до полуночи».

«До завершения дня остался 1 час».

«Критически низкий прогресс! Для получения награды за день необходимо выполнить все условия. Пройденная дистанция засчитана. Остальные показатели — 0».

Я тупо листал эти сообщения, и внутри начало закипать глухое раздражение. Какое, к чёрту, задание? Какие отжимания посреди ночи на мокрой скамейке в спальном районе? Это что, розыгрыш? Но когда я дошёл до самого последнего сообщения, отправленного всего пять минут назад, у меня внутри всё похолодело.

«Ежедневное задание: НЕ ВЫПОЛНЕНО.

Пройдено: 28,7 км (требование 10 км) — ВЫПОЛНЕНО (перевыполнено).
Отжимания: 0/100 — НЕ ВЫПОЛНЕНО.
Приседания: 0/100 — НЕ ВЫПОЛНЕНО.
Пресс: 0/100 — НЕ ВЫПОЛНЕНО.

ВНИМАНИЕ.

Применены санкции первого порядка».

— Какие, чтоб его, санкции? Чё это вообще значит? Какой-то вирусняк? Розыгрыш?

Я поднял голову, чтобы оглядеться в поисках шутника с камерой, но вокруг была только детская площадка, мокрые качели и тёмные провалы немногочисленных подъездов, которые ещё не успели обзавестись домофонами.

И тут я заметил движение возле старой горки, где свет фонаря не доставал до земли. Там клубилась тьма. Не тень — нечто густое, живое, будто завихрения чёрного дыма, который не развевал ветер. Я замер, не веря своим глазам. Дым сгущался, принимая очертания. Сначала это был просто странный, неровный сгусток, но через пару секунд там стояла фигура. Вполне человеческая, пусть и отдалённо, но похожая. Вот руки, вот ноги, вот торс — всё было на месте, но пропорции такие, будто их делал неумелый скульптор. Поверхность тела переливалась угольной чернотой, от которой веяло могильным, мёртвым холодом.

Но самым страшным было то, что у существа не было лица. Только гладкое пятно на его месте. И над этим «лицом» прямо в воздухе висела табличка. Красная, светящаяся, с чёткими буквами на родном языке:

«Тень. Уровень 3».

Я выронил телефон. Он глухо шлёпнулся в грязь, и экран погас. Сердце пропустило удар, а потом заработало с бешеной скоростью, толкая кровь в виски. Это не сон. Это не розыгрыш. Это… это реально. Я ещё не настолько уработался, чтобы не суметь отличить реальность от галлюцинаций.

Тварь шагала в мою сторону. Медленно, шаркающей походкой, будто ноги не гнулись. Она двигалась прямо на меня, и в этом движении не было ни сомнения, ни злобы — только механическая неумолимость.

— Ах ты ж… — прошептал я, и голос сорвался на писк.

Инстинкт завопил: беги! Я рванул со скамейки, но ноги, проведшие шестнадцать часов на работе, подкосились. Я едва не упал, удержался за спинку и, хромая, попытался отбежать. Но куда? Позади только стена дома, справа запертые двери подъезда, слева пустырь, залитый грязью. А эта тень уже переставляла свои жуткие ноги, и, хоть она не бежала, расстояние между нами неумолимо сокращалось с пугающей уверенностью. Сердце колотилось где-то в горле.

В отчаянии я заметался взглядом по земле. Что угодно, хоть камень, хоть что-то… И тут под ногой звякнуло. Я нагнулся и выдернул из грязи первое, что попалось под руку. Длинная, толстая, крепкая, тяжёлая. А как говорил Борис Бритва: «Тяжесть — это хорошо. Тяжесть — это надёжно». И я был чертовски согласен с этим выражением.

— Не подходи, — выдохнул я, хотя понимал, что это глупо.

Тень не обратила на мои слова никакого внимания. Она приблизилась на расстояние вытянутой руки, и тогда я увидел, что вместо пальцев у неё — чёрные когти, длинные, как гвозди.

Тварь взмахнула рукой. Я отшатнулся, и когти просвистели в сантиметре от моей куртки. В ту же секунду я изо всех сил врезал палкой по этой твари. Удар пришёлся в плечо. Я ожидал, что палка пройдёт сквозь дым, но нет — раздался глухой стук, будто по мешку с песком, и тень покачнулась. Значит, её можно бить. Скорее даже нужно.

Ко мне пришла злая ярость, но тварь не издала ни звука боли. Она развернулась и снова потянулась ко мне когтями. Я шагнул назад и рухнул в лужу. Холодная вода мгновенно промочила штаны, но адреналин заглушал все остальные чувства. Я вскочил, разбрызгивая грязь, и, не целясь, рубанул палкой сбоку. Попал по корпусу. Тень отступила на шаг, но не упала. Она была медленной, но крепкой, как будто сделанной из резины, и палка просто отскакивала.

Мы кружили на мокром асфальте. Я тяжело дышал, в глазах темнело от усталости и страха. Тень снова шагнула вперёд, и я, собрав остатки сил, замахнулся, целя прямо в голову. Но в этот момент нога поехала на мокром, и удар вышел скользящим. Зато я оказался почти вплотную к тени. Она взмахнула когтями, и предплечье обожгло болью. Куртка прорвалась, по руке потекла кровь. Дикая боль привела меня в бешенство.

— Ах ты мразь! — заорал я и, не думая больше ни о чём, с разворота всадил палку прямо в центр её туловища, вложив в удар всю массу тела.

Раздался звук, похожий на лопающийся воздушный шарик. Тень выгнулась, издала тонкий, едва слышный писк и… рассыпалась. Чёрный дым брызнул во все стороны, осел на землю грязными хлопьями и растаял в воздухе. На месте, где только что стояла тварь, осталось только тёмное пятно на асфальте.

Я стоял, тяжело дыша, сжимая палку дрожащими руками. Кровь капала с локтя, смешиваясь с грязью. В ушах стоял звон. Я смотрел на пустое место и не мог поверить, что это произошло. Я только что убил… монстра? Порождение Системы?

Мысль о телефоне заставила меня оглядеться. Он валялся в луже экраном вниз. Я поднял его, дрожащими пальцами вытер о штанину. Телефон чудом остался жив, пусть и покрылся слоем тонкой грязи. И не успел я нажать на кнопку блокировки, как тут же всплыло уведомление:

«Поздравляем! Вы уничтожили первое порождение Системы — Тень (ур. 3).
Награда: +50 очков опыта, открыта способность «Анализ» (базовый уровень).
Текущий уровень: 0 (опыт 50/100).
Напоминание: ежедневное задание не выполнено. Штрафные санкции первого порядка применены. Завтра, в случае повторного невыполнения, санкции будут усилены до второго порядка. Рекомендуем серьёзно отнестись к требованиям».

Я перечитал сообщение несколько раз. Способность? Опыт? Уровень? Это что, теперь моя жизнь — игра? Играть, чтобы жить, и всё дела? Значит, эта тварь была санкциями первого порядка? И что будет дальше? Два монстра? Три? Орда? Или чего похуже? Всё это выглядело как бред сумасшедшего, но боль была реальной, как и кровь, расплывающаяся по остаткам куртки. В голове не укладывалось…

Но одно я понял точно: утром, когда я ткнул пальцем в экран, я подписался на что-то гораздо более серьёзное, чем фитнес-приложение. И теперь выбора у меня нет. Придётся отжиматься. И приседать. И качать пресс.

Ладно, доживём до завтра, а там и посмотрим.