Монстры этого мира. Агнец

– Ваша милость, вы случаем не забыли, что нас уже ждут? Послы прибыли ещё ночью и сейчас, я полагаю, в нетерпении, – поклонившись, молодой эльф Аверин украдкой посмотрел на свою госпожу.

Печаль забот упала на лицо принцессы Лории дин Каар:

– Думаю они до сих пор дрыхнут или активно уничтожают наши запасы.

– Возможно, – усмехнулся эльф. – Но вы сами понимаете кто от кого зависит в эти темные времена.

Принцессе оставалось лишь признать правоту своего телохранителя.

Изначально планировалось, что вся официальная часть пройдёт в Зелёном дворце. Система крупных деревьев, что под действием магии приняла вид огромного помещения со множеством комнат. Но нет – гости остались в шатрах и захотели провести встречу на своей территории.

И что за несносный народ эти люди? Роскошные комнаты, любые удобства, почти как в их собственных дворцах. Более того – благословенная земля, дававшая защиту от любого зла.

Людской лагерь расступился, когда Лория с процессией двинулась к центральному шатру. Солдаты образовали почётный коридор. Быстро оглядевшись, эльфийка далее предпочла смотреть прямо перед собой: все эти сальные взгляды сразу выдавали мысли подавляющего большинства мужчин.

Да, даже по меркам эльфов Лория была красавицей. Высокий рост, полная грудь, отнюдь не осиная талия, длинные крепкие ноги. Довершали образ вьющиеся локоны белых волос, широкие голубые глаза и некая детсковатая округлость лица. Хотя бы полузакрытое платье позволяло чувствовать себя относительно комфортно.

Внутри центрального шатра всё блестело от человеческой помпезности, что не было неожиданностью. Неожиданностью стало другое:

– Доброго вам дня, прохлады и пусть листва вашего дома всегда зеленеет.

Лория остановилась как вкопанная, не зная что сказать. Перед ней в роскошный одеяниях стоял пожилой мужчина невысокого роста. Точеные черты лица, словно высеченные из мрамора, глубокие проницательные глаза. Виски благородного гостя уже убелила седина.

Один из членов правящей верхушки империи. Такого гостя следовало принимать её отцу.

– Доброго вам дня и процветания, магистрат Крейст Мекин, – наконец смогла взять себя в руки Лория. – Что привело вас сюда?

– Сразу к делу, как и ожидалось. Нашим жрецам было явлено пророчество. И только в сегодняшний день звезды сошлись, точно указывая на это время, место, – Мекин приподнял бровь и странно посмотрел на процессу, – и на вас, ваше высочество.

От нереальности происходящего принцесса могла лишь хлопать глазами.

– Да что всё это значит?

Среди сопровождавших её эльфов пронесся шёпот.

– Мы практически полностью уверены, что вы именно та, на кого указывает пророчество. Не даром ваш народ издревле считался ангелоподобным и близким к Небесам. Чтобы удостовериться в этом я лишь прошу вас лично пройти в это огороженное помещение.

Приподняв полог, патриций явил взору небольшое ничем не примечательное крыло внутри шатра.

– Госпожа, я не думаю, что это хорошая идея, – внезапно заявил Аверин.

– О, не волнуйтесь, можете осмотреть помещение, кроме принцессы там буду только безоружный я. А учитывая слухи о проворности эльфов, тут мне впору начать беспокоиться.

***

Подозрительный шум из-за полога палатки заставил Аверина сделать два шага вперёд. Госпожи не было слишком долго, явно что-то не так. Двое воинов тут же перегородили путь эльфу.

– Не стойте у меня…, – начал эльф, когда сзади раздался шум и в шатёр вошёл сам король, его величество Иерофес дин Каар.

В тот же момент откинулся и полог помещения – Лория с Крейстом вышли наружу.

– Дочь! Магистрат Мекин?! – его величество явно был обескуражен.

– Отец! – радостно воскликнула Лория: сегодня великий день.

Будто забыв о приличиях, принцесса подбежала к королю.

– Отец, протяни руку.

Всё ещё ничего не понимающий Иерофес инстинктивно подал руку ладонью вверх. Перед взором всех людей и эльфов предстала старая гноящаяся рана на запястье короля.

Внезапно выхватив из-за пазухи нож, Лория тут же надрезала себе ладонь и накрыла рану отца своей рукой. В месте касания начал струиться красноватый магический свет. Буквально через несколько мгновений от повреждения не осталось и следа.

– Дочь моя, – глядя на запястье король никак не мог поверить в происходящее: Но как?

– Эта благословение Небес, отец, – радостно заявила Лория. – Магистрат Мекин стал исполнителем воли пророчества, он раскрыл мне мою собственную силу.

– На колени перед избранницей! – внезапно воскликнул благородный гость, а затем он сам и вся его свита, включая солдат, преклонили колени.

– Невероятно! – смог лишь вымолвить король.

– Отец, мы ещё многое должны обсудить, но в конкурсе всего 30 тысяч знаков, но одно я знаю точно – я должна отправиться в сердце империи, должна принести свет истины заблудшему народу ради народа эльфов.

– Да, – добавил магистра, – многие не примут вас, многие будут завидовать, негодовать, даже Сенат разобщился в связи с моей миссией. Но я также знаю точно, что империя нуждается в вас, нуждается в обновлении и исцелении не столько тела, сколько духа. Я надеюсь, что мы вместе пройдем этот путь.

***

Карета скрипнула на очередном ухабе. Глядя на принцессу, Аверин не находил себе места. Они ещё даже до столицы не добрались, а самоотверженная Лория уже вовсю помогала нуждающимся. Каждый новый исцеленный приводил за собой десяток. Лория, да и, надо отдать должное, магистрат Мекин, активно содействовали тому, чтобы исцеление получали не только представители знати, но и в равной степени простые люди. И теперь за кортежем тянулась толпа жаждущих.

– Отдохните, прошу вас. Так нельзя! – наконец прервал молчание Аверин.

Принцесса сидела рядом с ним в экипаже ослабленная и бледная. Исцеление и связанная с ней кровопотеря ужасно сказались на здоровье Лории. Услышав это, принцесса улыбнулась.

– Всё хорошо, мой верный страж. Мне лишь надо немного отдохнуть.

– Она верно говорит, – внезапно заявил также находящийся с ними в экипаже Мекин, – жалеть себя нам нельзя. Нужно исцелить кровоточащую рану империи и остановить военную машину завоеваний.

Ага, как будто это благородный себе тут руки режет.

– Вижу ваш скептицизм, но сейчас вы поймёте, что это не пустые слова. Мы въезжаем.

Все трое выглянули в окна. Через центральные ворота столицы было видно охватившее город празднество. В порт с поднятыми флагами заходили несколько военных судов. Солдаты маршировали по улицам под одобрительные возгласы простого народа, везде шли гуляния.

– Это не в честь моего или вашего приезда, не волнуйтесь.

Глядя в окно, магистрат грустно улыбался:

– Уже в дороге мне пришла весть, что имперские войска завоевали остров Молкрейн на западной оконечности империи.

***

Магистрат Барка Пандемоний наблюдал с балкона за остановившейся у здания верхних палат процессией. Видя выходящего из экипажа Крейста, а затем и статную, невероятно красивую эльфийку он скривил губы:

– Привёз-таки, да?

А ведь до этого самого момента всё шло отлично. Он вернулся с войны, принял награды от консула, наслаждался чествованиями своей персоны, размышлял о новых военных операциях в южных болотах, и вот этот пацифист притащил сюда эльфийскую девку, новый символ мира.

Спустившись вниз, магистрат спокойно прошёл на выделенное для него место. Вокруг собралась толпа народа, к эльфийке как раз подвели страдающую подагрой патрицианку. Едва эльфийка коснулась её рук, как та вскрикнула и оттолкнув двух слуг свободно сделала несколько шагов, а затем, даже не поблагодарив свою спасительницу, умчалась прочь.

Люди ахнули. Откровенно говоря, Барка и сам был потрясен. Он и подумать не мог, что Крейст реально привезёт какое-то чудо.

– Так она и раненых солдат неверное также может, – заикнулся рядом Люсиус Эфир, один из высших военачальников империи.

– Заткнись! – бросил Барка. Да кто вообще считает солдат? А вот смещение акцента с войны на это может серьёзно пошатнуть его позиции. Дело плохо.

***

Площадь была полна народу. Весть о посланной Небесами целительнице разлетелась по всей столице и за её пределы, проникнув даже на южный континент.

Аверин же был практически в панике. Уже который день принцесса работала на износ. Лишь еда, сон, официальные приёмы, да время привести себя в порядок, а затем снова в бой. Она просто не справится с такой толпой. И как будто этого мало, были эпизоды с недовольными, тем кому “наглое эльфийское отродье” отказало в “законной милости”. И когда он пару раз осаживал наглецов, местные воины смотрели на это крайне неодобрительно.

– Вы видите сколь велика милость Небес, что ниспослана нам, грешным, – как всегда вещал патриций Мекин, – но мы должны помнить, что, исцеляясь физически, мы обязаны расти над собой духовно. Что из кроткого народа эльфов вышла…

В этот момент на площадь внезапно вошли вооружённые люди. Аверин напрягся – сплошные раненые и калеки. Хуже того, среди них молодой воин заметил нескольких, кто топтал эльфийские земли.

– Правильные вещи говоришь ты, магистрат Крейст Мекин.

Произнесший это также как и Мекин был одет в аналогичную мантию, символизирующую равный сан.

– Магистрат Барка Пандемоний, рад видеть.

Тем временем мужчина прошёл вперёд и занял место рядом с Крейстом.

– Не кажется ли тебе, да и всем присуствующим, что милости Небес в первую очередь достойны те граждане, что проливали кровь за нашу империю?

Аверина прошиб холодный пот. Он видел сколько сил у госпожи забирает исцеление ран. Подобное же число это чистое самоубийство.

– Не сказал бы, что те, кто убивают являются первыми, но и на них, безусловно, должна явиться высшая милость, – резюмировал Крейст.

Барка самодовольно улыбнулся.

– Вы с ума сошли, – Аверин вскочил с места, – разуйте глаза, ей нужен отдых!

Все взгляды устремились на молодого эльфа.

– Это дар… как он смеет… люди страдают… это её долг… нечестивец… грязный эльф…, – доносилось со всех сторон.

Аверин понял, что время настало. Он уже давно наметил все пути отхода. Но сможет ли госпожа бежать?

– Аверин, пожалуйста успокойся, – тихим голосом произнесла Лория. - – Это нужно сделать, во имя жизни и ради нашего народа.

– Госпожа…

Как будто в трансе, разрываемый между яростью и отчаянием, Аверин беспомощно наблюдал как Лория исцеляет каждого воина. Из пятерых первых исцеленных поблагодарил её лишь один. Вообще благодарность была не свойственна имперцам, большинство воспринимали это как само-собой разумеющееся. Нет, было и несколько случаев когда исцеленные рыдали у ног госпожи не в силах выразить свои эмоции. Одна мать исцеленного ребёнка подошла даже к нему и сказала лишь одну фразу: “Люди не достойны её доброты, уведи её, иначе её съедят”.

Между тем шестым перед Лорией встал воин с тяжёлой резаной раной на ноге. Аверин знал такие раны, их наносили эльфийские клинки, когда не отрубали конечность напрочь. Знал он и этого человека – Чернолесный мясник – единолично убивший множество эльфов. Даже сейчас, словно издеваясь, он пришёл со своим трофеем – ожерельем из эльфийских ушей. В самом же взгляде убийцы сквозили презрение и похоть – он словно пожирал Лорию глазами.

Едва эльфийка протянула руку, как внезапно резко пошатнулась.

– Не могу… мои силы… мне нужен отдых.

Аверин тут же вскочил с места, но несколько воинов, будто изначально готовые к такому развитию событий, кинулись ему наперерез.

– Что значит “не можешь”?! А не твои ли родичи оставили мне этот подарок? – завопил воин. – Или кровушки нет? Да я знаю, что в вас полно жидкости. Убедился, когда брюхатил таких как ты!

Выхватив нож, мясник резанул плечо Лории, а затем смочил кровью с клинка свою рану. Гнойник начал затягиваться на глазах.

– Вы все это видели! – заорал убийца. – Её сила тут ни при чем. Достаточно её крови.

К тому моменту Аверин оглушил трех воинов и практически прорвался к своей подопечной. Началась битва. Вся присутствующая стража атаковала эльфа.

– Лория… ЛОРИЯ!!!

Оглушенная принцесса держалась за свое плечо, не зная как реагировать.

– Чтож. Я очень опечален и готов просить прощения у каждого за то, что избранница Небес оказалась не готова исполнять свой долг, – произнёс магистрат Крейст, а затем выбросил руку вперёд. – Убить нечестивца, а её увести с глаз долой.

Аверин дрался как лев, даже когда его пронзили стрелы он продолжал сражаться за свою госпожу. Наконец в глазах потемнело.

– Госпожа… я подвёл вас…

***

С шумом вдохнув, Аверин резко скривился от пронзившей его боли. Он лежал на грязной кровати в каком-то старом доме. Сидящий в углу человек пошевелился, а затем наклонился к эльфу.

– О, очнулся-таки. Так, тихо-тихо.

Аверин удивлённо посмотрел на своего спасителя. Это был тот самый единственный солдат, поблагодаривший госпожу Лорию за исцеление.

– Ох, Фьёр, накличишь ты на нас беду, – из тени помещения вышла пожилая женщина с тазом воды и свежими повязками.

– Мать, я не могу по-другому. Он дрался за избавительницу, а я… я лишь мог стоять и наблюдать, зная что ничего не смогу сделать для неё.

– Как… ? – прошипел, всё ещё снедаемый болью Аверин.

– Они решили, что вы мертвы, а я вызвался избавиться от тела, надеясь хотя бы достойно вас похоронить.

– Где… ?

– По распоряжению Мекина её заточили подвале центрального храма. Говорят даже двое из семерых жрецов-настоятелей сложили свои полномочия и оставили посты в знак протеста.

Превозмогая боль, Аверин смог подняться и сесть.

– Благодарю вас, но теперь…

– Я уже понял, – кивнул головой воин: мать, собирай вещи и уходи из города в деревню. Я же помогу вам чем смогу.

***

Вечерело, а на храмовой площади было не протолкнуться.

– Так, тихо. Аккуратно. Обопритесь о колонну и ждите, я сейчас.

Поглубже натянув капюшон, чтобы скрыть эльфийские уши, Аверин приготовился ждать.

Внезапно двери храма открылись и навстречу народу в окружении пяти настоятелей вышел магистрат Крейст Мекин. Шум мгновенно смолк, сменившись удивленным шёпотом. Даже Аверин раскрыл рот от удивления – магистрат выглядел сильно моложе и лучше, чем раньше. Морщины разгладились, а седина исчезла с висков.

– Братья мои, граждане империи, – начал он свою речь: вы все знаете как велика и монолитна наша родная страна. Но сила её не в армии, а в вас, в вашем духовном стержне. Это та основа, что даёт нам покровительство Небес и преимущество перед остальными народами. В годину испытаний, Небеса посылают нам дары. Иногда эти дары проявляются лишь в сопутствующей удаче, в успехах наших доблестных воинов, но в особых случаях Небеса благословляют нас прямым вмешательством. Милостью из народа ангелоподобных эльфов нам был послана та, кого по скудоумию своему мы приняли за избранницу, однако мы ошиблись. Милость Небес оказалась выше. Это жертвенный агнец.

Крейст взмахнул рукой и из дверей храма вышли воины, ведя за собой закованную в цепи Лорию.

Аверин до крови закусил щеку. От былого величия принцессы не осталось и следа.

Один из настоятелей встал рядом с принцессой, а затем, достав нож, сделал аккуратный порез на руке Лории и подставил флакон. Лишь только тонкая струйка крови наполнила сосуд, как жрец в мгновение ока осушил его.

Уже через несколько секунд толпа ахнула – рыхлость кожи настоятеля исчезла, как и болезненные круги под глазами. А ещё он смог выпрямиться, так как исчез и его горб.

– Вы все видели это, – воскликнул Мекин. – Я клянусь вам, все добрые граждане империи получат этот дар. Во славу империи!

Народ разразился овациями. Аверин же в ужасе смотрел на это, не понимая как такое возможно. Он бы решил, что сошёл с ума, если бы его взгляд не выхватил ещё несколько таких же растерянных лиц. У некоторых в глазах было непонимание, у других же сквозила ярость. Даже один окруженный свитой благородный господин плюнул на землю и тут же покинул площадь.

– Аверин!

Эльф оглянулся, встретившись взглядом с Фьером. Но теперь солдат был не один, рядом с ним стояла группа людей, среди которых эльф быстро признал нескольких поблагодаривших Лорию за исцеление.

– Нас мало, но это пока что всё, что есть.

– Благодарю вас, – промолвил Аверин. – Полагаю это хорошее начало.

***

Стиснув зубы, Барка в ярости наблюдал за этим представлением на площади. Проклятый Крейст снова обошёл его. Идея с толпой раненых солдат казалась гениальной, но нет. Этот лицемер перевернул всё в свою пользу. Покинув трибуны, патриций приказал ехать в свое имение. Уже затемно добравшись до места, он распорядился готовить ванну, а сам с узким кругом доверенных лиц спустился в подвал. Там находился его последний козырь.

– Доброй ночи, господин. Всё готово, – поприветствовал Пандемония чёрный жрец.

Едва за магистратом закрылась дверь, как выверенный удар ножа оборвал крик жертвы из числа рабов. Ритуал начался.

Заунывная песнь жреца усыпляла и вводила в транс, стало жарко, а затем жуткий кровавый алтарь загорелся красным пламенем, исторгнув жуткое существо. Огромное шарообразное нечто повисло в воздухе. Бугристая чешуйчатая кожа с сочащейся слизью, маленькие ручки и ножки, рудиментарные крылья и два небольших рога на голове. У остального не было чёткой границы между лицом и телом. Огромные красные глаза с вертикальными веретенами зарачков и просто невероятная пасть полная острых зубов. И эта пасть была изогнута в улыбке.

– О, демон Зог, посланник Асардона, внемли мне! – закричал Барка. – Мой враг получил власть над посланницей Небес, с её помощью он прибирает и власть в империи. Уже скоро провозгласит себя императором.

– Жадность и зависть, мои любимые пороки, – рассмеялся демон.

– Если ты поможешь мне, я дам тебе любые жертвы какие захочешь.

– Не нужны мне твои жертвы, – осклабился демон. – Ну какие сделки между друзьями? Я помогу тебе так, а цена… сочтёмся позже.

Двинувшись вперед, демон завис над Баркой.

– Ты все делал правильно, друг мой, но в какой-то момент потерял ориентиры. Твой соперник не в курсе, но сила избранницы исходит от её сердца, там средоточие всей её мощи.

– Но что мне это даёт?

– Глупый ты. Да полстраны как минимум отвергает методы твоего конкурента. Даже тут в столице таких немало. Выступи перед народом, заяви с трибуны о святотатстве, обвини Крейста в ереси. Возьми штурмом главный храм, ведь военная верхушка подчиняется тебе… пока ещё подчиняется.

– И как только я первый проникну в подвалы храма…, – улыбнулся Барка.

– То ты знаешь что делать. Вырежи её сердце и съешь тут же, всё, без остатка. И тогда ты обретешь невиданное могущество.

Барка улыбнулся. Демон был прав, но политически не дальновиден. Устраивать беспорядки это последнее дело, он всё сделает тоньше.

***

Жара была невыносимой, даже настежь открытые окна не помогали. Крейст Мекин отложил бумаги в сторону и откинулся на спинку кресла. Сплошные поздравления и клятвы в верности. Причём некоторые от членов Сената. Если добавить к этому полную поддержку от знати всех окрестных земель и даже ряда колоний, то ждать осталось не долго. Ещё немного и на очередном заседании Сената он заявит о необходимости реформы системы государственного управления и назначении себя императором.

В коридоре раздались шаги и в помещение вошёл Севус Алиминий, его самый доверенный протеже по всем внешним делам.

– Докладывай.

– По поводу нашей гостьи, то дела идут неплохо. Скорость её регенерации просто невероятна. Если вовремя и обильно кормить, то мы получаем практически безграничный источник… хм, эликсира.

Он не сказал “крови”. Что ж, действительно, недавно они выяснили, что и её плоть также прекрасно работает. Теперь они не только сцеживают кровь, но и срезают куски. Благо всё это тоже отрастает.

– Надеюсь серьёзных злоупотреблений не замечено?

Севус осклабился.

– Ну… как сказать… вреда-то никакого нет, но ряд воинов и не только они сочли, что силой наделяет не только её плоть, но и совокупление.

Крейст покачал головой.

– Мда, человек слаб. Не так должно это использовать.

– В целом же знать, да и простолюдины выстраиваются в очередь за эликсиром. В столице, да и в ряде регионов дошло до потасовок со смертельным исходом. На юге ситуация похуже, там эта практика пока не в почёте.

Крейст задумчиво почесал голову.

– А как с распределением? Простой народ имеет равный доступ как и знать?

Севус тяжело вздохнул, не зная как отвечать на столь наивный вопрос.

– Мы прикладываем усилия.

Крейст встал и подошёл к балкону. Перед ним раскинулись великолепные виды столицы.

– Это самое главное, Севус. Я всё понимаю, но позаботься, чтобы те, кто действительно этого хотят, получали это в первую очередь. А есть ли те, кто отказывается?

– Да, среди армейских корпусов, где это вменено в обязанность, находятся те, кто жертвуют карьерой лишь бы не следовать указам.

– Печально.

– Господин, осмелюсь предложить, но не стоит ли нам всё-таки придумать красивую легенду, что это не плоть и кровь, а некий целебный продукт наших лекарей, этакое открытие. Так ведь можно было бы победить отвращение…

– Только попробуй! – гневно процедил Крейст. – Я живу здесь и поставлен на эту должность ради заботы о нашем дорогом отечестве и благе всех наших граждан. И я не допущу лжи в таком важном вопросе. Граждане империи должны быть едины в своих стремлениях. Что до остальных, то их осудит время.

***

Эта ночь всё решит. Аверин ещё раз проверил легко ли выходит из ножен меч и хорошо ли приторочены кинжалы. Раны всё ещё болели, сковывая движения эльфа, но он прекрасно понимал, что время его госпожи на исходе. От одной мысли, что каждый день подготовки это ещё один день ада, через который проходит Лория, сердце эльфа обливалось кровью.

– Сюда, – грузный мужчина в черном балахоне нащупал брешь в стене, а затем внезапно отворил её как дверь.

Жрец Теперий был из числа настоятелей центрального храма, которые демонстративно оставили свои посты когда Лорию заточили в подземелье. По его словам, “кощунство” стало последней каплей.

– Изверги. Бедное для. Превратно толкуя закон, они лишились рассудка, – причитал клирик.

И Аверин поймал себя на мысли, что в кое-то веки разделяет помыслы человека. Вообще, последнее время с ним это случалось довольно часто.

– Давайте, быстро, – скомандовал Аверин остальной группе.

После ранения и чудесного спасения Фьером в их ряды один за другим стали вливаться и другие сочувствующие, а скорее их можно было назвать “не потерявшими рассудок”. Весть о чудом спасшемся эльфийском воине, что дал бой имперским палачам, проникла по кривым улочкам и шепоткам в тавернах во многие круги, формируя команду проверенных людей. Это чудо, что имперские ищейки хоть и пытались, но так и не смогли найти их.

Когда за последним заговорщиком закрылась дверь с площади раздались крики. Ожидаемо. Эта ночь была выбрана не случайно. Просочились слухи, что власть предержащие начали грызню между собой. Магистрат Барка при поддержке нескольких наскоро отозванных с пограничья военных корпусов готовил сегодня военный переворот. Просто идеальный момент для скрытой операции по освобождению принцессы.

Аверин аккуратно повел группу по коридорам, периодически разведывая обстановку впереди и консультируясь с бывшим служителем храма насчёт переплетений коридоров.

Пару раз выглянув в редко попадающиеся окна, Аверин видел, что площадь перед храмом заполняется огнями. Столица определенно не спала. Что странно, среди присутствующих были не только военные, но преимущественно обычные граждане. Походу этот Барка нашёл поддержку и среди простого народа. Настоящее народное восстание, но вот повод …

После недолгого плутания вся группа наконец вышла к дверям подвального святилища. В хорошо освещенном широком притворе стояла немногочисленная охрана из элитной гвардии Сената. Остальные воины уже выдвинулись вперед на защиту центрального входа.

– Другого выхода точно нет? – уже наверное десятый раз спросил Аверин.

– Ну только если вы обратитесь змеей и проползете по воздуховоду, – попытался пошутить Теперий.

Храм содрогнулся. Видимо протестующие пробили главные ворота и вошли внутрь. Медлить было нельзя.

– Что ты творишь?! – зашипел Фьёр, когда Аверин выпрыгнул прямо перед гвардейцами. Он не мог иначе. Эльфийский кодекс чести.

– Я даю вам последний шанс одуматься и перестать служить злу, – бесстрастно заявил Аверин. – Уходите и будете жить.

Лязг оружия и смех стали ему ответом.

Незажившие раны горели, но эльфийской мастерство меча было на голову выше людской элиты. Империя всегда брала числом и коварством. Через пару минут последний враг с криком слег от нескольких стрел, выпущенных друзьями эльфа.

К сожалению, битва заняла слишком много времени. Аверин ринулся к воротам святилища, когда вход в притвор разлетелся в щепки. Пространство с криком наполняли вооружённые кто чем люди. Среди них тут и там мелькали представители военных кругов.

Аверин что есть мочи налег на ворота, надеясь успеть прорваться в святилище и, если получится, хотя бы оказать госпоже последнюю милость. Но ворота не поддавались, они были плотно заперты.

– Не это ищешь, эльф? – раздался надменный голос. Из строя солдат вышел Барка.

Один из офицеров уже обыскал тело гвардейца и передал магистрату ключ.

– Вы все видите, что я был прав, – воскликнул Барка. – Именно этой ночью группа заговорщиков понадеялась украсть у нас наше сокровище. Сенатор Крейст помог нам разглядеть этот дар, но он совершенно не в состоянии его сохранить.

Толпа одобрительно зашумела. Аверина закрыл глаза. Их провели, не искушенный эльф и группа его союзников оказалась лёгкой добычей для прожженых лицемеров и манипуляторов. Им изначально скармливали дезинформацию, чтобы в итоге они попали в эту ловушку. Это спектакль и они его главные актёры.

Резко бросившись вперёд, Аверин попытался достать Барку, но толпа уже сомкнулась вокруг эльфа. Последнее что он услышал были крики его союзников, а также слова магистрата:

– Знаете, а ведь возможно не только наша гостья является даром. Может кровь и плоть любого эльфа обладает таким эффектом. Ну а мне нужно проверить как там наша подопечная.

Громко рассмеявшись, Барка повернул ключ в дверях святилища.

***

– Всё ещё сопротивляешься?

Улыбаясь, Барка смотрел на это раздавленное тело, некогда бывшее гордой эльфийской принцессой. В глазах эльфийки горели страх, непонимание и мольба. Но не ненависть, её там не было.

– Прошу… не надо…, – сорвалось с пересохших, еле живых губ.

– Неблагодарная тварь! Так ты благодаришь меня?! – воскликнул магистрат. – А ведь я принёс тебе величайший дар, избавление от страданий!!!

Сердце стучало в ушах словно звон сотен колоколов, когда он взял кинжал в руки. Всё прошло идеально, дело за малым.

– Вместе с твоим сердцем, твоим последним вздохом я заберу всю твою силу и тогда, тогда я стану императором, уничтожу этого выскочку Мекина и весь его род!

Она не кричала. Даже когда он схватил её тёплое сердце и вырвал из груди. Лишь непонимание, глубокое непонимание…

– Молодец, – раздался над ухом грубый голос. Горячее дыхание обожгло шею. – Давай, быстрее, ты почти у цели.

Не долго думая, Барка впился зубами в ещё живую плоть, всеми силами подавляя в себе отвращение и рвотные позывы. Сердце было невероятно жёстким. Достав нож, Барка попытался разрезать его.

– Что ты делаешь?! Глотай, затолкай его себе в глотку!!!

Но даже тут его ждала неудача, нож как будто натыкался на что-то твёрдое.

– Слишком долго. А теперь узри.

В эту секунду зрачки мёртвой эльфийки шевельнулись и сново сфокусировались на Барке. Она что не умерла? Может отрастить даже сердце?

– Вкусно? – спросила принцесса.

Её губы неестественно растянулись в широкой ухмылке до самых остроконечных ушей. Во рту обнажился ряд острых как бритва мелких зубов.

Принцесса рванулась к Барке и впилась зубами в его шею. С криком солдаты разлетелись в стороны, а удерживающие принцессу цепи лопнули или были вырваны из стены.

Сквозь боль патриций наблюдал за метаниями солдат. Некоторые офицеры уже пришли в себя и попытались спастись бегством. Эльфийка выбросила руку вперёд, и бегущих объяло пламя.

Наконец хватка ослабла, и Барка скатился вниз по лестнице к подножию алтаря. Лория же подняла собственное сердце, а затем, не стесняясь наготы, начала грациозно спускаться вниз.

Затаив дыхание от ужаса, Барка наблюдал за внезапно начавшейся дьявольский метаморфозой. С каждым шагом эльфийка менялась. На кончиках пальцев отрастали длинные, но элегантные когти, зрачки стали красными и вытянулись словно веретена как у змеи, чёрные рога увенчали голову, а на спине, разрывая кожу, словно жуткие отростки рождались два кожаных крыла.

– Вы пили мою кровь и ели мою плоть, – изменившийся, звенящий голос демонессы эхом разносился по залу. – Но во имя кого она была пролита? Вы взяли её насильно. Мне было противно, но я играла роль несчастной мученицы, доброй эльфийки Лории. От её имени я заявила, что готова исцелять всех, столько сколько потребуется. Но вы хотели больше, хотели всё и сразу, и буквально сожрали её, сожрали меня. А теперь пришёл час расплаты.

– Кстати об исцелении, – раздался мерзкий шипящий голос так хорошо знакомый Барке.

Злобный пузатый демон материализовался словно из пустоты.

– Верни-ка эту силу обратно. Тебе не подвластна магия крови. Выполняй условия договора.

Не удостоив демона взглядом, демонесса швырнула своё сердце. Барка наблюдал как в руках толстяка сердце лопнуло, обнажив странный металлический шар.

– Ты! – Барка сплюнул кровь. – Ты обманул меня!

В ответ демон посмотрел на него взглядом как будто увидел перед собой кучу дерьма.

– Я? Да я не сказал тебе ни слова лжи. Если бы ты съел её сердце, съел это, – чудовище подняло перед собой артефакт, – то ситуация была бы иной, а так…

Сбоку раздались шаги. Барка не мог видеть идущего, но затем заметил края благородной ризы магистрата.

– У… ублюдок! – прошептал Барка, а затем закашлялся кровью. В эту секунду казалось, что весь страх прошёл, душу распирало от ярости.

Крейст Мекин подошёл к демонессе, а затем, преклонив колено, поцеловал её руку.

– Всё прошло как вы и хотели госпожа Вериф. Этот мир теперь ваш.

Небрежное движение ладонью и Крейст упал рядом с Баркой, держась за порезанную щеку.

– Нет, не мой! – крикнула демонессу. – Ты, именно ты не смог заставить их всех принять мою плоть! Да, практически вся знать, однако только несчастная треть простого люда. Остальные осудили, а некоторые даже жалели несчастную Лорию! А этот эльф… я еле могла выносить его присутствие, а самопожертвование чуть не разорвало мою связь с этим миром. Ты не дал хода мне в этот мир, лишь расширил щель до небольшого отверстия, но до полноценной двери ещё далеко.

– Но… столица практически полностью приняла вас, да и все исконные земли. Лишь провинции южного континента оказали сопротивление, – попытался оправдаться оправившийся Крейст. – Я воздвигну алтари по всему городу и ваша сила возрастет. В центре я построю дворец, который будет назван “Народным” в честь принявшего вас народа. Однажды этот мир будет ваш.