Мой коллега кот

Разбудил меня ненавистный писк неумолкающего будильника. Не с первого раза, но мне все-таки удалось заставить его замолчать. С чистой совестью, перевернувшись на другой бок, укрывшись одеялом с головой, я собрался вновь провалиться в сон. Однако не тут-то было! Кузя, наглая рыжая мордочка с усами, запрыгнул прямо на подушку и замурчал, так громко, словно трактор. Пришлось разлепить тяжелые веки.

Отыскав рядом с собой мобильник, включил его. Свет резко ударил по глазам, и на мгновение я зажмурился. На экране вспыхнуло одно-единственное уведомление.

Любимая:
«Удачной смены! Целую»

Она была в сети два часа назад. Я быстро напечатал короткий ответ и под мяуканье кота поднялся с такой теплой и уютной постели. Размяв шею и плечи до хруста костей, принял упор лежа. Неспешно отжался пару десятков раз, разгоняя по венам кровь и отгоняя прочь липкие отголоски сна.

После недолгой пробуждающей разминки мой взгляд зацепился за часы. Полночь. Пора приступать к работе. Но кто начинает смену без горячего кофе? Наверное, тот, кто не рассчитывает дожить до рассвета. К счастью, я давно работаю здесь, и знаю, что без кофе, даже самого дешевого, никак не обойтись.

Монитор старенького, но выполняющего свои функции, компьютера мигал, будто напоминал о себе и призывал к рабочим обязанностям. На небольшом столе среди грязных кружек, которые я сам себе обещал помыть уже тысячу раз, пряталась почти нерабочая мышка. Поводил ею по гладкой поверхности, но движениям мешала посуда. И недовольно вздохнув, я принялся за уборку. Таская кружки в небольшую раковину в уборной, щелкнул электрический чайник.

Спустя пять минут в маленькой коморке витал запах кофе и слегка плавленого пластика. И я в очередной раз дал себе клятву, что с зарплаты закажу новый чайник. Если, конечно, выживу. Думать о смерти не хотелось, особенно ночью. Такие мысли всегда поднимали волну страха и паники где-то глубоко в груди. Отчего сердце стучало быстрее, а кожа покрывалась мурашками. Я тряхнул головой, будто это действительно помогало успокоиться.

Кузя ласкался подле моих ног, громко мурлыча. И я с самым ответственным выражением лица взвесил порцию кошачьего корма (рыжая морда за последний месяц уж больно прибавила в весе, и теперь я, как хороший хозяин, следил за питанием питомца), а после насыпал его в мисочку, что стояла возле любимой лежанки Кузи.

Сделав несколько бодрящих глотков горячего кофе, я сел за рабочее место, ожидая, когда прогрузится нужная программа. Взгляд невольно упал на цветные стикеры, приклеенные к монитору и стене. Они остались от прошлого сборщика заказов. Не знаю, по какой причине я не выкинул их. Наверное, потому что боялся что-то забыть. Либо из уважения к предыдущему сменщику.

«Не шуми» – было написано на оранжевой бумажке.

«Записывай номер товара»

«Следи за временем»

«Не ходи вниз без фонарика» – гласила синяя записка.

«Перед выходом обязательно погладь кота!»

И еще парочка стикеров, напоминающих об элементарных правилах выживания.

Наконец-то программа полностью загрузилась. И я под хруст кошачьего корма стал выбивать заказы. Старый компьютер самую малость капризничал, подвисая, но я терпеливо ждал, обхватив ладонями кружку.

Я аккуратно вывел на руке черным маркером номера заказов, чтобы те не вылетели из головы в момент выброса адреналина и кортизола. Натянул теплую толстовку, потуже завязал шнурки на серых кедах, пригладил вьющиеся волосы. Кот, закончив с поздним ужином, теперь с любопытством наблюдал за мной. Отыскав в шкафу черный рюкзак с неумело пришитыми лямками, я присел на корточки перед Кузей. Он сразу потянулся к моей руке, принимая ласку.

– Пожелай мне удачи, – улыбнувшись, произнес я. – Она мне пригодится.

Кот протяжно мяукнул.

– Спасибо. Что ж, до встречи. Веди себя хорошо, не грызи коробки, договорились? Иначе мне вновь прилетит штраф за плохую упаковку товара.

Кузя развернулся, словно на прощание махнул пушистым хвостом, и улегся на лежанку, прикрыв зеленые глаза. А я, поправив рюкзак за спиной, в последний момент взял фонарик со стола и направился прочь из безопасной коморки.

Склад на первом этаже встретил меня привычной прохладой и неприятным скрежетом когтей по металлическим стеллажам. Однако сегодня мне нужно было спуститься в цокольные помещения, а потому этот звук казался невинным и почти безобидным, по сравнению с тем, кто или что поджидал меня внизу.

Спускаясь по узкой лестнице, с каждой новой ступенькой я ощущал, как температура снижается, а темнота вокруг сгущается. Коридор отныне казался тесным и душным, будто бы стены сдвинулись ближе, а потолок угрожающе низко нависал сверху. От тупого и липкого страха сердце забилось чаще. Но я упрямо шел вниз, ощущая, каким отрывистым становится дыхание. По привычке, оставшейся с детства, я шептал глупую считалочку.

– Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана. Буду резать, буду бить, все равно тебе водить…

На последнем слове приложил ключ-карту, раздался знакомый писк, дверь открылась. И я зашел на склад. Где-то вдалеке раздался утробный рык. По спине пробежал холодок, ноги онемели, а пульс, казалось, достиг критического значения.

Я некоторое время просто стоял, вглядываясь в темноту, и прислушивался. Теперь все было тихо. Даже слишком тихо. Ни шороха, ни звука, кроме моего собственного дыхания и далекого гула вентиляции.

Стараясь не обращать внимания на давящий дискомфорт в грудной клетке, я двинулся вдоль рядов. Самое главное правило, которое я уяснил уже на второй смене, – не поддавайся страху. Иначе умрешь. Быстрой, но страшной смертью.

Фонарик в моих руках едва заметно подрагивал, то ли от накалившихся нервов, то ли из-за стремительной ходьбы. В другом конце склада мигала лампочка, будто бы издеваясь, нагнетая и без того жуткую атмосферу.

Освежив в памяти номера заказов, я начал искать нужный ряд среди многочисленных стеллажей, что окружали меня со всех сторон. В первые недели работы я плохо здесь ориентировался (в особенности на цокольном этаже), блуждал часами по помещениям в поисках товара или скрываясь от того, что прячется во тьме, но со временем приноровился и теперь в голове заранее продумывал маршрут до нужной ячейки, в которой хранились коробки с необходимым предметом. Как они там появлялись, я не знал, да и не хотел знать. Ведь верно говорят: меньше знаешь, крепче спишь.

К моему удивлению, я без проблем забрал первый из списка товар. Находился он довольно близко к выходу в ячейке в ряду «Г-1». Это была мягкая игрушка, немного испачканная, но целая. Звук молнии рюкзака, в который я положил маленького плюшевого медведя, оказался слишком громким для царившей здесь тишины, как и мое шумное дыхание. Послышались тяжелые, однако быстрые шаги где-то справа. Я торопливо спрятался под стеллажом и, наученный прошлым опытом, выключил фонарь.

Совсем рядом раздался противный и пробирающий до костей вопль. И спустя мгновенье я уже видел огромные, изуродованные, голые ступни немыслимой твари, обитающей на минус первом этаже. Прикрыл рот холодной рукой, дабы монстр не распознал мое присутствие. Мир сузился до стука собственного сердца и доли секунды между вдохом и выдохом.

Продолжая издавать булькающие звуки и свирепые крики, мутант стоял прямо передо мной, не желая уходить восвояси. Чему я, безусловно, был недоволен.

Паника теперь была не мимолетной вспышкой, она превратилась в фоновый шум, не позволяющий мышцам расслабиться. Воздух застрял где-то посередине груди. Я сидел на корточках, чувствуя, как дрожат ноги, а по спине скатываются капли пота. Уж не знаю, сколько прошло времени, прежде чем вонючий урод соизволил сделать несколько шагов в сторону в поисках добычи. Но, когда это произошло, всего на секунду мне стало легче. Проваливаться в это приятное чувство и терять бдительность было бы смертельной ошибкой. Усилием воли я спрятал довольную улыбку, сосчитав до тридцати, включил ручной фонарик и неспешно вылез из своего укрытия. Тварь бродила довольно далеко от меня, позволяя добраться до следующего ряда, в начале которого висела табличка «Р-4».

Рисковать вовсе не хотелось, а потому я передвигался медленно, на корточках, чтобы в ту же секунду, когда рядом вновь послышались шаги гиганта, успеть юркнуть в укрытие.

Я нашел ячейку с товаром в ряду Р-4 быстрее, чем ожидал. Наверное, потому что двигался почти на автомате. Руки сами тянулись к нужным коробкам, глаза ловили нужные цифры и буквы на табличках. Мышечная память работала лучше мыслей. Однако нужная мне коробка оказалась на верхней полке. Я выругался, потянулся, встал на цыпочки. В этот момент где-то в глубине склада раздался знакомый топот. По полу прокатился слабый вибрирующий отклик.

– Только не сюда… – тихо взмолился я, понимая, что рядом с ячейкой негде скрыться, и мне придется бежать к другому стеллажу.

Вытянув руку еще выше, сдвинул коробку и схватился за край, потянул. На мгновение мне показалось, что сейчас вместе с ней я опрокину весь стеллаж, но все обошлось. Вытащил оттуда пару тюбиков гелей для душа, облегченно выдохнул. Ибо никакое голодное и злое существо не прибежало.

Без особых проблем забрал еще два заказа, спрятав те в черный рюкзак. Чтобы выполнить норму за эту неделю, необходимо было добраться до самых крайних стеллажей. Затея эта была опасной, однако получать очередной выговор от неизвестного начальства я не желал. И все, что мне оставалось, так это направиться по указателям к самым дальним полкам.

Колени и спина заныли, пришлось выпрямиться во весь рост. Я направил луч света вперед и увидел, что стеллажи здесь стоят плотнее, проход между ними уже. Пол местами был заляпан чем-то темным и липким. Чем именно, думать не хотелось… хотя предположение было.

Я почти добрался в угрожающей тишине склада до «Ю-4», как вдруг из-под света фонаря поперек прохода метнулось нечто, похожее на младенца с вывернутым туловищем. Маленькие руки были согнуты под ломаными углами, голова откинута так далеко назад, что лицо смотрело вверх. Сердце дернулось, сбилось с ритма, дыхание стало отрывистым, внутренности сжались в тугой узел, а голова закружилась. Мысли разлетелись. Я закричал. И слишком поздно осознал, что наделал. Где-то справа, за стеллажами, что-то увесистое заскрежетало о металл. Затем послышался топот, глухие удары, от которых вибрировало все вокруг.

Я сорвался с места, фонарик прыгал в руке, луч света хаотично метался по стенам и стеллажам. Тяжелые шаги позади становились все громче. Оглядываться я не решался. Во мне жила лишь одна мысль. Нужно срочно забрать последний товар, а после выбираться наверх. К Кузе… К любимой… Они ведь меня ждут! Они верят в меня!

Бежал я по прямой, ощущая, как монстр несется за мной, по-звериному рыча. Вдруг я уперся в стену, поняв, что не заметил в темноте развилку. Едва успел забраться под нижнюю полку стеллажа. И мимолетно рассмотрел своего преследователя, но и этого было достаточно. Массивная, но асимметричная фигура, покрытая чем-то похожим на чешую, с длинными руками, заканчивающимися слишком большими кистями с кривыми когтями. Кривой рот и залитые кровью большие глаза.

Зубастая тварь практически схватила меня за щиколотку. Тьма давила на меня, как и мерзкие звуки, исходившие от обитателя склада. Тело давно уже не дрожало, оно тряслось, волоски встали дыбом. Даже теплая толстовка не согревала меня в эту минуту. Только тонкая надежда, что сегодняшней ночью я останусь в живых.

Опустившись на пыльный пол, я полз под металлическими балками. Рюкзак задевал полки, привлекая ненужное внимание чудища, которое будто бы дышало мне в спину. Быть может, проще лечь и не двигаться? К горлу подступил тяжелый ком, который так и не превратился в крик о помощи или громкие рыдания.

– Я выживу, я выживу… – одними губами шептал я, чувствуя влагу на щеках. – Я должен выжить.

Глаза все же привыкли к темноте и я, сощурившись, силился разглядеть, что написано на стеллаже в ряду напротив. И счастью моему не было предела! Мои расчеты были верны! Прямо напротив нужная мне ячейка и коробки с последним на этой неделе товаром.

Гигант стоял в нескольких шагах возле бетонной стены. Чтобы схватить и сожрать меня, когда я буду доставать товар, ему нужно обойти целый ряд. И хотелось верить, что мне хватит времени. И я, набрав побольше кислорода в легкие, выскочил из своего укрытия, метнулся к коробкам, слыша, как ревет тварь. Пальцы отказывались слушаться, не хотели сгибаться до конца, и я уронил картонную коробку, рассыпав содержимое, схватил книгу, заказанную каким-то задротом, и понесся к выходу наверх.

Лампочка все так же моргала, отчего мой собственный глаз задергался ей в такт.

Склад отныне казался лабиринтом. Пускай и я знал его слишком хорошо, но в стрессовой ситуации, в мгновения, когда от тебя зависит твоя же жизнь, все смешалось вокруг. Крик рвался наружу, но сжатое горло родило лишь жалкий стон. Глаза застилала белая дымка, мозг отключился, выдавая только одну и ту же команду: «Беги! Беги или сдохнешь!». И я бежал… Бежал, чувствуя голодного преследователя позади. Он ревел, кричал, сопел, желая нагнать свой ужин.

Однако сегодня удача была на моей стороне. Уже виднелась дверь на лестницу. Каждую секунду я ждал, что чьи-то жилистые и кривые пальцы вцепятся в меня, дернут назад, в темноту. Паника кричала, что все равно не успею, что дверь – всего лишь мираж. Но уже весь вымотанный, я заставил себя ускориться. И вот, я коснулся прохладной ручки.

Не сдержавшись, я истерически расхохотался. В последний момент, прежде чем захлопнуть дверь перед уродливой мордой гиганта, я показал тому средний палец и прокричал:

– Поцелуй меня в задницу, урод!

Замок щелкнул. В дверь с той стороны склада врезалась увесистая туша, злобно вопя. А я все еще смеясь, привалился к стене спиной, соскользнул вниз, усаживаясь на холодный пол. Пытаясь отдышаться, я чувствовал, как дрожат руки и ноги. Легкие горели, а в ушах стоял грохот собственного пульса.

Я выжил. Снова выжил.

Посидев так пару минут, я поднялся, вытер со лба пот рукавом и посмотрел на часы. Половина шестого утра.

Как же быстро и странно течет время на этом складе.

– Пора возвращаться к Кузе, он, должно быть, уже проголодался, – произнес я, поднимаясь.

И, немного прихрамывая от усталости, я направился вверх по лестнице.