Моя Академия 7

Ночь, улица, фонарь, аптека… Ох, нет, это не отсюда. Настроение у меня примерно такое. Усталость, практически за все сутки на ногах, накатывает неожиданно и почти мгновенно. Стоит мне сделать только пару-тройку шагов по ступеням Академии, как первые нотки этого состояния-нестояния откликаются во всём теле.

Заставляю себя сделать ещё один шаг. И ещё. Хорошо, что ночами по коридорам Академии никто не шарится. Слышу приглушенные шаги, но далеко. Ночью тут можно встретить разве что озадаченного преподавателя или редкого студента с бессонницей. Но мне везет — навстречу никто не выходит.

Шаг за шагом заползаю в основное здание. Директор меня не провожает, но это и понятно. У него после приезда образуется куча накопившихся дел. И, судя по сосредоточенному и готовому к бюрократическому бою взгляду, перепоручить эти дела особо некому. Да и ночью все наверняка спят.

Пока иду, стараюсь не отключиться на ходу. Удивляюсь, что столько событий происходит меньше, чем шесть часов. Мысль приходит и сразу же уходит. Не успеваю зацепиться за неё и обдумать. Состояние муторное и сумрачное.

Снова шаг. Один-другой. Хорошо, что иду по знакомому маршруту. С трудом переставляю ноги. В крайнем случае, если начну отключаться, кину зов в общую сеть, ребята помогут. Но будить их, конечно, не хотелось бы. Времени, чтобы отвечать на вопросы пока нет.

Добираюсь до комнаты без особых проблем. Захожу и закрываю за собой дверь.

— Завтра, все завтра, — флегматично кидаю бесёнку, который ждёт меня на стуле. — Часа через три.

Раздеваюсь. Ложусь на кровать, и перед тем, как закрыть глаза, выпиваю пилюлю директора. Меня отрубает как по щелчку пальцев. Без тревожных мыслей, размышлений и сноведений. Проваливаюсь в бездну и ничего не чувствую.

Зато просыпаюсь самостоятельно уже утром. Странно, вроде не слышал ни звонка, ни вызова по общей сети. Сигнал к пробуждению, собственно, тоже не слышу. Либо слишком крепкий сон, либо ничего из этого не происходило.

Бесёнка рядом тоже не вижу. То ли ему надоело ждать, то ли появится чуть позже. Не исключаю, что он мне вообще привиделся среди ночи. В том состоянии мог увидеть, что угодно. Очевидно одно — сейчас его в комнате нет.

Встаю, словно родившийся заново. Душ, одежда.

Что там говорил Генрих Олегович? Не сворачивая, идти сразу к Пилюлькину. В общем-то, так и сделаю, но чуть позже — неожиданно в кармане вибрирует информер. Смотрю на машинку. Шесть пропущенных вызовов за утро. Всё-таки звонки были, но я их напрочь не слышал. Пять из них от юриста. Один с незнакомого номера. С последним, видимо, буду разбираться чуть позже, а вот с юристом…

— Это Ларион Орлов. — Вызываю Полевого. — Вы меня набирали, — говорю, как только он поднимает трубку.

— Добрый день, — отвечает он. — Да, я звонил. — По голосу прочитать эмоции не получается.

— Что случилось? — уточняю. — От вас пришло пять вызовов.

— Всё так, — взволнованно подтверждает Полевой и молчит, словно собирается с мыслями.

— Марк Анатольевич, вы меня вызывали пять раз за сегодняшнее утро, — нетерпеливо повторяю, стараясь добиться объяснений. — Что-то срочное? — спрашиваю.

— Наверное, да, — неуверенно говорит он, а я напрягаюсь всем телом. — Но не в том смысле срочное, что вам нужно срочно реагировать, — бросается в объяснения юрист. — Скорее, вы просто должны об этом знать.

— Ну! Не тяните кота за хвост, — не выдерживаю. — Марк Анатольевич, я немного тороплюсь. И будет здорово, если вы расскажете всё как есть.

— Кота за хвост — хорошее выражение, — нервно смеется юрист. — Ваш отец нашёлся, — сообщает он.

— Тааак, — удивлённо тяну. — В каком смысле?

— Сегодня нашли его на дирижабле без сознания, — рассказывает Полевой. — Вроде пришёл в себя. Дирижабль ещё не сел, так что в город он прилетит только через дня четыре. Ничего больше не знаю и сказать не могу. Граф и это передал с трудом.

— Допустим, — сдержанно отвечаю. — Откуда летит дирижабль?

— Пока ничего не знаю, — повторяет юрист. — Информацию сообщили прямиком с дирижабля. Корабль рейсовый, направляется длинным маршрутом через Светлогорск. В полёте четыре дня. К сожалению, раньше попасть в ваш родной город не сможет, даже если сейчас граф поедет перекладными. Там примерно такое же расстояние.

— Что еще известно? — задаю вопрос.

— Переговорить с вашим отцом лично пока не получилось, — отвечает Полевой. — Каким образом он оказался на дирижабле, мы пока не знаем. Его обнаружили на рейсовом дирижабле в отдельно снятой каюте. Каюта оплачена на месяц вперёд.

— Откуда у вас вся эта информация? — интересуюсь

— Я знаю всё это только потому что ваш отец уговорил капитана черкнуть пару строк, — объясняет Полевой. — Пока больше ничего неизвестно.

— Так, ясно, это хорошо, — стараюсь усвоить неожиданную информацию. — Главное, он жив.

— Да, и это самое странное, — продолжает юрист. — Я ещё не успел вам сказать, но вчера пришла информация о гибели всей их группы во время стычки с некромантами. Безусловно, наше государство отреагирует и обязательно пришлёт ноту, но вы же сами понимаете, что мы находимся в состоянии не очень устойчивого мира. Всерьёз никто следить за ситуацией не будет.

— Я уже понял, — отвечаю. — Но отец жив и может разговаривать, если я правильно услышал из нашего разговора. Раз передал капитану весть — значит, себя осознает. И это хорошо.

— Когда он окончательно придёт в себя, я обязательно поставлю вас в известность, — обещает Полевой. — Более того, постараюсь направить вызов в город для личной встречи, если у вас получится.

— Хорошо, пусть так, — соглашаюсь. — Это очень правильное решение. Буду ждать вашего сообщения.

Надеюсь, у меня неплохо получается изображать энтузиазм. Всё-таки встречаться со своим отцом, да ещё и в сознании, пожалуй, всё-таки лишнее. Думаю, что определённые изменения в характере сына он заметит быстро. С другой стороны, если учесть, что с ним произошло и что произошло за всё это время со мной, любые изменения вполне себе закономерны. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Отключаюсь.

Снова собираюсь как на войну. Сегодня меня ждут ещё восемь тяжёлых часов. Если повезет, то немного меньше. Выложиться в любом случае придется.

Выхожу в коридор чуть позже завтрака. Народу уже не просто много, а очень много. Смешиваются все параллели Академии: от первого до третьего курса. Ребята сильно отличаются друг от друга, будто совершенно разные люди. При этом никто никого не задевает, все спешат по своим делам.

Наверное, именно так выглядит учебный процесс в постоянном формате, когда студентов в Академии становится больше. Коридоры, ведущие к столовой, заполнены учениками чуть более, чем полностью. Местами приходится проталкиваться.

— Ларион! — слышу голос Олеси неподалеку.

— Привет, Олесь, рад тебя видеть. Что случилось? — Оборачиваюсь.

С девушкой мы в последний раз виделись вчера вечером, но в то же время кажется, что месяц назад. Слишком плотная череда событий отделяет меня от вчерашнего вечера

— Ты не отвечаешь на вызовы по сети, — в голосе девушки звучит беспокойство. — Преподаватели сказали, чтобы мы тебя не беспокоили. В чем дело? Ты в порядке?

— В полном, — отвечаю. — Мне нужно помочь Пилюлькину, и сейчас я некоторое время буду у него. На первые пары не приду по распоряжению директора.

— Ну, если по распоряжению директора, тогда конечно, — соглашается девушка. — Точно всё хорошо? Ты просто какой-то странный, — замечает Олеся. — Словно беспокоишься о чем-то.

Девчонка всегда отличалась внимательностью — ничего не укроешь. Да я, собственно, и не собирался. Единственное — не хочу говорить про дела с Пилюлькиным. Остальное — не такая уж огромная тайна. Можно обрисовать в общих словах.

— У меня небольшие семейные неприятности, — поясняю своё состояние. — Мне только что звонил юрист.

— Тот, с которым ты встречался в городе? — уточняет Олеся.

— Да, он, — подтверждаю. — Вообще не ждал от него звонка.

— Чем-то можем помочь? — сразу же уточняет девушка.

— Знаешь, наверное, нет, — отказываюсь. — Просто нужно будет решить небольшие сложности. Это недолго.

— Ну ладно, — неуверенно отвечает Олеся и кидает взгляд вглубь коридора. Видно, что ей хочется еще немного поболтать, но пора на занятия. — Тогда я побежала, иначе опоздаю. У нас сегодня первое занятие у физрука — сам понимаешь.

— Здорово, что я его пропущу, — не скрываю улыбку.

— Не уверена, что здорово. Он тебя и так недолюбливает, — не соглашается девчонка. — Его распоряжения директора вообще, судя по всему, не волнуют. Ты бы с ним поаккуратнее. Ладно, надо сообщить ребятам, что я тебя встретила. — Олеся ждет, пока я кивну.

В общей сети раздаётся голос девушки:

— Ларион нашёлся, всё в порядке, — сообщает она остальным.

— О, здорово, — откликается Макс.

— Я тут. Живой, — сразу вношу ясность. — У меня небольшие проблемы, которые желательно решить за сегодняшний день, поэтому на парах не ждите. Меня ангажировал на помощь Пилюлькин.

— Нормально, мы теперь не волнуемся, — слышу голос Марины. Народ в чате соглашается с необходимостью. — Если что, Аглая ведёт чёткий точный конспект всех занятий, так что не переживай. Потом, как освободишься, сможешь спокойно всё прочитать.

— Спасибо, ребята. Ваша поддержка очень кстати. — Улыбаюсь про себя. Почему нет? На самом деле приятно, когда ты не один.

Олеся быстрым движением целует меня в щеку и убегает на пары. Замечаю, как в мою сторону идет директор.

— Здравствуйте, Генрих Олегович, — здороваюсь. Удивительно, что сегодня он расхаживает по Академии в странном гражданском одеянии.

Директор смотрит на меня с интересом, будто впервые увидел, но тоже здоровается. Не обращаю на это никакого внимания — ночь у него явно была долгая. Бегу к Пилюлькину.

— Ларион, доброе утро, — здоровается со мной целитель, как только захожу в целительскую. — У меня для тебя две новости.

— Кажется, я уже в курсе одной из них, — отвечаю. — Мне позвонил юрист.

— Быстро, быстро, — улыбается целитель.

— Как вы это провернули? — интересуюсь.

— Без особых заморочек, — отвечает Пилюлькин. — Каюту взял из нашего резерва.

— Какого резерва? — не понимаю.

— Что ты как маленький, честное слово? — обращается ко мне целитель. — Академия торгует ингредиентами. Я в свою очередь немного воспользовался своим положением. Теперь связать твоего отца с Академией просто так не получится — контрабандисты люди осторожные. Все цепочки к аренде той каюты, в которой его нашли, давно уже оборваны.

— Что я вам должен за это? — задаю логичный вопрос.

— Нет, Ларион, — машет руками Пилюлькин. — Каюта резервируется на любом рейсовом дирижабле. Как минимум, одна под наши цели, а то и больше. Просто получилась небольшая задержка, а с учётом стазиса, вообще никакой проблемы. Все всё знают, но без конкретики. Если глубоко не копать, то вообще ничего не нароют.

— А если глубоко? — уточняю.

— Ну, а глубоко — не та птица, — усмехается целитель. — Теневой оборот ингредиентов — слишком налаженное дело, чтобы туда пускали кого угодно. Скажу тебе так: в итоге окажется, что на непонятной станции твой отец зашёл сам. Сам занял каюту и заперся в ней. А пара свидетелей прекрасно это подтвердят. Он и сам не сможет сказать ничего другого, так как память за последние дни у него отсутствует, как я и обещал.

— А что с ритуалом на его теле? — спрашиваю. — Там же вся кожа изрезана рунами и знаками.

— Ну, тут главное было нарушить структуру, — поясняет Пилюлькин. — С помощью твоей крови мы начали это делать. Когда ты ушел, мне эта идея никак не давала покоя. А ведь логика-то есть. Мы с тобой убрали только один механизм, но процесс шел дальше. Ритуал поддерживал сам себя. Когда я начал искать, то понял, что ритуал создан для работы с детьми конкретно этого человека.

— И ритуал работает против детей? — уточняю.

— В этом я как раз и разобрался, — отвечает целитель. — Кому твой отец насолил — непонятно. Я так понимаю, что основная задача — уничтожить не его самого, а его потомство. Местами задача уже исполнена. Больше детей у твоего отца быть не может. И кровных родственников осталось всего пять человек.

— Удивительно, — говорю. — Троих я знаю. Себя и двух моих братьев.

— Ну, — пожимает плечами Пилюлькин, — у всех свои тайны. Встретишься потом с отцом — будет, что обсудить.

— Я подумаю над этим, — отвечаю.

— Кровных родственников там немного, — продолжает целитель. — Основная задача ритуала — уничтожить потомков. Об этом я прочел в записях некроманта. Основная идея была очевидна. Попробовал сделать подмену.

— Что попробовали сделать? — переспрашиваю.

— Ну, кровавую куклу, — объясняет Пилюлькин. — Через неё обычно перетягиваешь разные болезни с человека. Конечно, если они заработаны магическим образом. Сложная технология, и не особо принимается в обществе. Хотя, не понимаю, почему… А тут мне показалось хорошим вариантом использовать именно её.

— И что вы сделали? — продолжаю расспрашивать.

— Сделал твоих двойников, — слишком спокойно рассказывает целитель. Так, будто занимается этим каждую неделю. — Они умерли, и проклятие сразу перестало работать. Собственно, мы же нашли его ещё в первую итерацию по выполнению условий. Остальные условия нашёл в дневниках. Нет, когда сейчас рассказываю, вообще ничего сложного, всё ясно и понятно. Но тогда, конечно, голову поломать пришлось.

— Я вам очень благодарен, Константин Иванович, — искренне благодарю целителя.

— Да, есть за что, — кивает Пилюлькин. — Но, на самом деле, мы с тобой как-нибудь потом посчитаемся. Не уверен, правда, что счёт будет в нашу пользу, — смеётся он. — Но Академия своих не забудет. Да и Генрих Олегович будет присутствовать сегодня на нашей работе с бойцами. Поэтому пока расслабься, директор ещё не пришёл.

— А я еще удивился, что никого из студентов нет, — признаюсь.

— Ну, нельзя же их постоянно привлекать, — пожимает плечами целитель. — В качестве аврала — это нормально. В качестве дежурства тоже. Но не десять же человек. Это уже порочные идеи. И так тебя постоянно срываем с занятий.

— Да я вроде успеваю, — не сильно расстраиваюсь по этому поводу.

— Да, знаем, знаем, — улыбается Пилюлькин. — У тебя обучение в процессе идёт куда эффективнее, чем на обычных занятиях. Прямая практика, как-никак. Мы уже поняли, что тебя лучше погружать в прикладные вещи.

Получается, что преподы не просто меня используют. Ещё умудряются выстроить учебную программу, исходя из условий. Думаю, не только для меня одного. Вполне возможно, что каждого студента допиливают исходя из склонностей самой личности.

А ведь это многое объясняет. Вот, почему Алекс работает нашим куратором, хотя еще не достиг возраста выпускника. Видимо, тоже изучают навыки парня по направлению работы с персоналом, лидерства, ответственности и так далее. И та девчонка из целителей, она же еще студентка, но уже допущена преподавать. Майя, Олеся, тот же Кормак… Даже маркиз — и то отдельная работа.

Начинаю вспоминать все больше людей и подобных случаев. Понимаю, что наш общий поток — скорее, фикция. Похоже, с каждым работают в том числе индивидуально. Просто занимаются разные преподаватели. Всего парой слов и парой дополнительных занятий направляют каждого студента к чему-то своему. Интересно, что в глаза вся эта нехитрая схема вообще не бросается. Только сейчас понимаю, почему со мной столько возятся.

И ведь действительно, исходя из обещаний директора, я уже сейчас опережаю заявленную программу первого курса. Дальше, кажется буду опережать еще сильнее. Если так посмотреть, то ничего серьёзного для этого не делал. Зато уже мог создавать стазис, щиты, росчерки. Неплохо отслеживаю ментальные атаки. Да и директор обещал дополнительно позаниматься.

Постепенно все навыки нарабатываются, а магические мускулы растут. Похоже, преподы любыми силами пытаются помочь студентам расширить возможности, ну и мои, в частности. Всё же, трудности остаются пока что только с пеленой.

А, может, просто совпадают их цели и мои желания? Ведь цели у нас плюс-минус одинаковые.

Мои мысли прерывает директор. Он заходит в кабинет в своем обычном костюме Академии.

— Утро доброе. Молодец, что не стал задерживаться, — кивает мне Генрих Олегович.

— Доброе утро, но мы же только что здоровались, — отвечаю ему.

— Как дела, Орлов? — смеется директор. — Так-то часа три с лишним назад. Считай, уже наступил новый день.

— Нет, я не об этом. Вот, сейчас, в коридоре, — уточняю. — Правда, вы были одеты по-другому. В гражданское.

— Я?! — удивляется директор и тут же мрачнеет.

________

И снова огромная благодарность, что вы с нами :) добавляйте книгу в "читаю", все же далеко не всегда она туда попадает автоматически https://author.today/work/542776

От автора

Вашему вниманию: завораживающая история повелителя големов, оказавшегося в теле тульского мастера. Ламповое фэнтези с магией, интригами и приключениями! Здесь --> https://author.today/work/476594