Моя бедовая сверхновая

Перед глазами плыло, но я упрямо тыкала проекцию кнопок на столешнице, уповая на удачу, которая поможет мне сразу найти нужные документы. Пальцы слушались плохо: эх, зря я пила тот незнакомый коктейль! Видимо, в него входило что-то невероятно ядрёненькое…

Наконец компьютер декана ожил и развернул голоэкран. На нём почему-то вместо стандартного рабочего стола высветилось изображение мужчины в форме. Сердце в груди успело испуганно трепыхнуться: вдруг я ненароком совершила видеодозвон к кому-то из абонентов декана, но в следующий миг сообразила, что это, скорее всего, фото какого-то родственника капитана нун Скайловски.

А что? Весьма умно… Простейшая защита от недалёких: кто полезет в компьютер декана, наткнётся на этот скриншот, подумает, что случайно нажал включение видеосвязи, бросит всё и удрапает восвояси…

Но меня-то такими штучками не проведёшь!

Я окончательно расслабилась, облизала изображение взглядом и не удержалась от восхищения:

– Вот это красавчик! Чистый секс! М-м, милый! Тебе так к лицу форма! – присвистнула и хихикнула, осознав, насколько пьяненько и глупо это прозвучало.

На секунду показалось, что губы на портрете дрогнули и едва уловимо растянулись в мягкой улыбке. О, Первозданные! С умопомрачительными ямочками в уголках рта… Уииии! Я его уже хочу-у!..

Через секунду мужчина на проекции стал опять серьёзен, и я окончательно захлебнулась от восторга:

– Интерактивное фото?! Кру-уть! – невольно дотронулась до технобраслета, желая скинуть себе фото красавчика, но тут же с досадой отдёрнула руку: он и так уже дышит на ладан… Да и это фото наверняка весит немало… Эх!

– Прости, малыш! – расстроенно коснулась кончиками пальцев изображения. – Я бы украла тебя и любила потом долго-долго… Но злой рок против нашей любви! – опять хихикнула над тем, как пафосно это прозвучало, и добавила: – К сожалению, я здесь не из-за тебя…

Портрет нахмурился. Хотя при подрагивающих губах (или это у меня в глазах прыгало?) строгое выражение скорее походило на вопросительно-ошарашенное.

– Ну, не обижайся! Я навсегда запечатлею тебя в памяти и обязательно буду вспоминать холодными одинокими вечерами, – хулигански подмигнула ему, максимально уменьшила окошко и переместила в угол рабочего стола. – Так, пока повиси вот тут в уголке, мне кое-что нужно сделать…

Через команду последних вызываемых программ нужная таблица с табелем экзамена открылась сразу. Умолкла, вглядываясь в расплывающиеся перед глазами строчки. Искала я две фамилии – свою и этого подонка, Троя самех Товальда…

Строчка с его именем нашлась сразу. Ткнув в неё, открыла бланк его ответов и задохнулась от ярости: этот гад полностью слизал мой ответный лист! А нажав на строчку «Тиана тау Рэврей», окончательно вскипела:

– Негодяй! Мерзавец! Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! – потому что Трой не просто украл мой бланк, он поменял его местами со своим! А так как он непроходимый тупица и лентяй, после этого я была не удивлена, почему меня не допустили ко второму экзаменационному туру – всего три правильных ответа из ста!

– Сволочь! Какой же гад! Сдохни, ничтожество! – шипела я, всё больше впадая в отчаяние: и что теперь делать?! Ждать ещё пять лет?! А то и больше с учётом того, что вакансии на главный императорский флагман Семьи открываются очень редко!

Ну уж, нет! Нужно сбросить это всё себе на браслет, чтобы было с чем идти к ректору…

Чем и занялась.

Пока файлы копировались, увеличила портрет красавчика. Интересно, кто он капитану Скайловски? Брат? Племянник? На сына по возрасту не тянул… Или, может быть, это просто модель, сгенерированная нейросетью? Впрочем, неважно.

Погладила пальцами изображение, мурлыкнув влюблённой кошкой.

– Прости, милый, это всё я не о тебе... – не удержалась и пожаловалась: – Один урод украл мой тест… Вернее, подменил на свой! Как можно быть таким дебилом?! Ответил всего на три вопроса, на что он надеется?! Как с таким уровнем он сможет пройти экзамен до конца?! С-скотина… – до хруста в пальцах сжала кулак и грозно потрясла им в воздухе. – Но я всё равно добьюсь своей цели! И буду в команде пилотов на императорском флагмане! А этот отброс вылетит даже без зачисления!

Из коридора донеслись голоса, заставившие меня настороженно умолкнуть. К счастью, браслет пиликнул о завершении копирования, замигав напоследок красным огоньком, что память в нём перегружена. Я торопливо закрыла все окна, развернула изображение с красавчиком на во весь экран, как оно и было, и мгновение помедлила, прежде чем нажать кнопку спящего режима для компьютера.

Нет, всё-таки, какой экземпляр! Просто ах…

– Прости, дорогой… Злые силы против нашей любви! – коснулась пальцами своих губ, а затем дотронулась до проекции, будто передавая поцелуй. С пафосной театральностью выдохнула: – Прощай! Прощай навсегда… – нажала кнопку и нырнула под стол.

Как раз вовремя: в кабинет, обнимаясь и целуясь, ввалились двое. Их лиц из-под стола мне разглядеть не удалось. Может быть, подвыпившие гости перепутали кабинет с гостевой комнатой, а может быть, это был и сам декан? О том мне было неведомо.

Но я не без облегчения выдохнула, когда услышала, что они направились в смежную с кабинетом комнату, захлопнув за собой дверь. И я незаметно выскользнула из-под стола и рванула на выход.

***

А в это же самое время в кабинете ректора Академии Космического Флота, полковника Зидана Ноктиса, под гробовое молчание коллег капитан Итан Клайд ошарашенно пялился в экран. На нём замерло изображение девушки, которая, судя по всему, только что преступно проникла в домашний кабинет капитана Скайловски и взломала его компьютер…

Более того, похитила какие-то файлы! Что она там говорила про экзаменационные тесты?..

– Это что сейчас было?.. – наконец смог выдавить из себя.

Дружное мужское «аха-ха-ха!» оглушительно сотрясло воздух.

– А это, – отсмеявшись, просипел ректор, – мы, кажется, нашли для тебя претендента на связку…

Итан возмущённо прищурился, надеясь, что он шутит. Но полковник Ноктис азартно закивал, и капитан Гаррет Старклауд, декан пилотно-исследовательского факультета, его поддержал:

– Ты же сам слышал, что она готова пойти на всё, чтобы поступить! О лучшем подарке судьбы тебе, уж извини, сейчас и мечтать не приходится!

Итан запротестовал, почти срываясь на мольбу:

– Не, не… Не-не-не! Вы не можете со мной так поступить!.. Исследователь?! Какой из неё, в дыру, пилот-исследователь… – осёкся. Вспомнил: – К тому же девчонка хотела поступить на специальное элитное направление, чтобы попасть на флагман… – немного успокоился и заключил: – Она не согласится.

Ноктис равнодушно пожал плечами:

– Не согласится, тогда и говорить не о чем. Но на твоём месте я бы сделал так, чтобы согласилась, – и с намёком посмотрел на Итана. Но, заметив, что тот упрямо поджал губы, решил зайти с другого края. – К тому же нам не помешала бы твоя помощь: представляешь, какая поднимется шумиха, если станет известно, что на главный императорский флагман может пробраться кто угодно?

Старклауд поддакнул, озабоченно потирая подбородок:

– Подмена тестов – это серьёзно… Система защиты программы разработана на высочайшем уровне, не каждому спецу её под силу обойти. И уж точно не сопляку, который из ста вопросов на первоначальном этапе правильно ответил всего на три… Тут, скорее всего, замешан кто-то ещё… Мальчишке явно помогали…

– Вот-вот! – воскликнул ректор, неприлично ткнув пальцем в сторону Старклауда. – О чём и речь! В академии завелись крысы, а эта девчонка — ценный свидетель! Нет, она должна поступить. А связка с тобой гарантирует, что её не подкупит и не запугает злоумышленник. К сожалению, из-за того, что она уже оказалась втянута в такую неприглядную историю, специальное элитное направление ей не светит. Но вот пилотно-исследовательское…

– Да положа руку на сердце, – вновь вклинился Старклауд, – этой малышке с такой склонностью к авантюрам на флагмане делать-то и нечего! Она попросту закиснет среди всех этих высокомерных заносчивых алеф-снобов и загубит свой талант!

Итан цыкнул: противопоставить ему этим старикам пока было нечего. С досадой буркнул:

– Есть ли он у неё вообще? Как по мне, пока я увидел в ней лишь талант взломщика! Какой из неё пилот, нужно ещё посмотреть!

Ноктис и Старклауд рассмеялись, заставив Итана поморщиться: он разве сказал что-то смешное? Но те глумливо хихикали, бросая друг на друга странные взгляды… Что за игра в гляделки?!

– Для исследователя это уже немало, поверь мне. Вижу, она тебе понравилась… – Итан возмущённо вздёрнул подбородок, но ректор жестом велел ему молчать: – Впрочем, пока действительно рано о чём-то судить. Может быть, у неё нет задатков пилота, а флагман прельщает её только в качестве площадки для поиска жениха с высоким генным уровнем. Сама-то она, судя по внешности, простого происхождения… – с намёком выгнул бровь. – Может случиться и так, что ваша связка окажется невозможна из-за отсутствия совместимости…

Итан понял, что хотел сказать ему Ноктис: ректор был единственным человеком, кто знал про него правду. Из-за которой Итану действительно было сложно найти пару в связку для продолжения исследовательской работы…

Но даже если девчонка подойдёт, он всё равно против её кандидатуры, будь она хоть тысячу раз последним человеком с подходящими комбинациями мозговых волн и генов! Женщинам не место среди пилотов-исследователей! Пусть выходят замуж, точат языки с подружками в салонах красоты или для шику рассекают в лаковых спортивных карах – ему всё равно!

Но не лезут туда, где в любой момент их на условно пригодной для колонизации планете может сожрать незнакомая ядовитая тварь…

Однако, видя настрой стариков, он понял, что его доводы не будут услышаны. Ещё больнее было признавать, что эта девчонка сейчас была нужна больше ему, чем он ей… И всё по той же причине, что и у неё, – для восстановления справедливости…

Демонстрируя своё негативное отношение к затее, Итан поднялся и привычно вытянулся:

– Если это всё, то разрешите идти?

– Свободен, – вздохнул ректор, устало откинувшись в кресле. Кивком отпустил поднявшегося следом на выход капитана.

Как только двери за ними закрылись, полковник Ноктис плеснул из графина в стакан воды и отсалютовал застывшему на голопроекторе изображению девушки:

– За тебя, милая! Очень надеюсь, ты сумеешь поставить мозги на место этому а-аалеф-упрямцу! Буду болеть за тебя, ты его последняя надежда!