Моя дорогая Эн

Воспоминания Эни

Глава 1. Безжалостные.

"Животные. Безжалостные животные", — думала Эн, наблюдая за двумя силуэтами, слившимися в непримиримой борьбе с таким рьяным применением физической силы, что, будь Эни хоть чуточку ближе, причинение травм было бы неизбежно.

Но и оставаться в стороне от происходящего она тоже не могла, поскольку эти две фигуры, к которым испытывалась сейчас злость, ненависть и ничего кроме, были её родителями.

Эн не помнила дней, проведённых в тишине, как полагается семьям, где треплятся частички уважения и любви, семьям хотя бы отчасти благополучно воспитывающим своих детей: родители, не скупясь, поливали друг друга отборными выражениями, оскорбляя самые интимные признаки полов, и окончание таких словесных перепалок было заведомо единственным: пожелание друг другу скорейшего ухода в мир иной и отпускание таких тумаков, после которых Эни становилась между этими двумя животными, вытягивала руки и терпеливо ждала, когда два взрослых человека осознают и заметят присутствие между ними хрупкого детского тельца, дрожащего от их криков и получавшее подзатыльники, приготовленные ими друг другу. Этот раз был не исключением: два силуэта уже слились в жестокой борьбе, после чего Эн пронзительно закричала хриплым голосом: "Хватит!" и пулей подскочив, просочилась между между двумя разъяренными животными, разведя в сторону свои худые рученки. Сильный удар прилетел ей прямо в голову, после чего руки буквально опустились и бессильно обвисли. Не желая более принимать никаких мер, Эн опустилась на пол, накрыла голову руками и заплакала. Заплакала не от нечаянно полученного удара, сила которого была внушительна для маленького ребенка, а от безнадёжности и своего бессилия. Именно бессилие расстраивало её больше всего: никто не придёт на помощь! Никто!

Особенно Эни боялась окончания рабочей недели. Предстоящие выходные, а именно пятница , уже наталкивали её на такие страшные мысли об их препровождении, что в голове вырисовывались самые жуткие картинки предстоящих пары дней, которые в обыденности должны проходить с восстановлением сил к предстоящей неделе, прогулках и детской шалости.

Глава 2. Выбраться любой ценой

К 14 годам Эни так привыкла к ежедневным схваткам, ссорам и жалобам друг на друга, что образ родителей выталкивался из её головы, оставляя страх, ненависть и одиночество. Да и себя она более не ощущала и не понимала. Никакого морального стержня семьи, который так необходим для девочки в столь юном возрасте, построено не было, а потому Эни просто знала: происходящее — не норма, но как должно быть, понятия не имела.

Оставался единственный выход - сбежать! Сбежать как можно дальше, где, наконец, можно в тишине посмотреть на себя, узнать себя, привести в порядок мысли, занимаясь только своей жизнью и не находиться в ежеминутной готовности. Эн вынашивала эту мечту, как самая любящая мать вынашивает столь долгожданное дитя, предвкушая встречу.

Расставив приоритеты, Эн с некоим расстройством осознала, что единственным разумным предлогом наконец покинуть "родной дом" является образование и изменить этот предлог не получится однозначно.

Стоит сказать, школьную программу Эни осваивала без особых усилий. Никакого трепета в обучении и длительных карпений над книгой в поте лица, как бывает у детей идеальных и наиболее прилежных в обучении, у неё не наблюдалось вовсе. Напротив, небрежность и безразличие часто играли совсем не на руку и Эн отхватывала замечания одно за другим. После чего от неё следовали очередные нарушения дисциплины и всё это закручивалась в такой ком, что иногда ситуации казались Эн неразрешимыми.

Справедливости ради, стоит заметить, учителя не пытались усугублять ситуацию вызовом родителей. Возможно, подсознательно понимая неизбежность предстоящей взбучки для нарушительницы. И всё разрешалось как-то и постепенно само собой. Так прошел ещё один год, последний год перед долгожданным побегом.

Наступил день вручения таких долгожданных для детей книжечек в твердом переплете. Эти книжки были символом для одних - взросления, для других гордости. Для Эн эта крохотная синяя книга была билетом на волю, спасением своего я , которое умирало с каждым днём в окружающей трясине.

Эн оставила мечту о красивых нарядах в день вручения книжечки, поскольку материального обеспечения на эти девчачьи глупости не находилось совершенно. А пребывать среди красоты и блеска очаровательных бывших одноклассников в старых вещах Эн не хотелось совсем. Да и выбор между приобретением хоть каких-то продуктов и нарядами был совсем очевидным. Даже мысль об обратном казалась ей постыдным занятием.

Единственным и правильным решением Эни виделось забрать долгожданный документ днём, до вечернего торжества и бежать. Так она и сделала.

Когда её одноклассники блистали в красивых нарядах и принимали поздравления от сияющих от счастья и гордости родителей, Эн, будто преступник, сбегала из родных мест, покидая свой дом, как оказалось навсегда.

Глава 3. Новая жизнь

Обустроив быт и наладив ритм жизни на новом месте, Эн, наконец, вздохнула свободу. Её жизнь более не зависела от чужих настроений и желаний. Полное спокойствие. Замечательно!

И даже материальные трудности, а они были весьма портящими ей настроение, не заставляли жалеть о своём решении сбежать.

Так или иначе её жизнь налаживалась, родители были далеко и Эни наслаждалась.

Нельзя сказать, что она совсем не беспокоилась об их физическом состоянии, поскольку сдерживающего барьера более не было, но возвращаться в этот кошмар не хотелось.

Постепенно прошлое забывалось, вытесняясь новыми заботами, и казалось таким прошлым, даже иногда не верилось в то, что это было вообще. Отношения с родителями зашли в полнейший тупик, они полностью отстранились от Эн. Так шли годы и некогда милая, маленькая Эни, с годами вырастив в себе моральный стержень, нравы и непоколебимое чувство ответственности, стала привлекательной Аннет. В ней более не просматривалась та пугливая, робкая Эн. И лишь под доброй улыбкой и выражением лица можно было разглядеть живущую глубоко в душе взрослой женщины, маленькую девочку Эн, такую же милую, как раньше.

Глава 4. Возвращение

Эни навестила родные места и отчий дом в возрасте, довольно близком к половине прожитой жизни, когда человек умудренный опытом, воспринимает прожитое самое нехорошее легко, как данность, избавиться от которой не в силах.

Люди тех мест уже не были столь душевными и знакомыми. Всё очуждело в её сердце к этим местам.

Войдя в дом, Эн удивилась, как не замечала ранее хмурость и холодность стен. В детстве она жила здесь, а теперь обсолютно пустые комнаты, мрачные, холодные. Окинув взглядом всё вокруг, нашлись прежде любимые вещи, воспоминания нахлынули. И этот маленький, вечно пустой холодильник. Его Эн ненавидела всей душой. Безусловно, здесь, в этом ныне унылом доме, были и счастливые минуты, и хотелось возвращаться сюда, будучи ещё маленькой, но эти счастливые минуты Эн создавала для себя сама.

Больно осознавать безвозвратность времени. Ведь здесь жили люди, она выросла здесь. Теперь же придётся прощаться.

Наспех собрав минимум вещей, напоминающих детство и наиболее нужных, Эни ещё раз обошла дом, прощаясь с ним навсегда и понимая, что сможет только со стороны, проезжая мимо, теперь смотреть на эти некогда родные стены.

Проглотив ком в горле, вышла вон.

Глава 5. Моя дорогая Эн

Эн оборвала рассказ, уснув. Дрова потрескивали в камине и я, вглядывалась в лицо моей милой, доброй, уставшей Эн. Моей бабушки. После услышанного о её детстве, слезы катились по моему лицу. Теперь я понимала почему Эни так долго ничего не рассказывала о детстве. Понимаю почему так усердно отчитывала моего отца, если мать давала хоть малейший намек на его поведение. Но язык не поворачивался назвать эту женщину бабушкой. Она была для меня лучшим другом, моим самым близким человеком, душевная молодость которого превосходила мою. Любящая мир, чуткая, жизнерадостная, она дарила мне уверенность и поддержку во всём.

Даже моя мать, женщина придирчивая и своенравная, а такие обычно ненавидят всех, любила Эни всей душой, что обычно нечасто распространено в отношении свекрови.

Дверь громко хлопнула и в гостиную рука об руку вошли родители. Эти двое не разлучались и никогда не отлипали друг от друга на моей памяти. Отец искренне и верно любил и оберегал мою мать. Иногда, казалось, даже чрезмерно. Поскольку человек в её возрасте должен иметь хоть какие-то трудности на своём пути. Но случались они, и отец тут же брал полностью решение на свои плечи: начиная от помощи в выборе платья и, заканчивая материальным обеспечением нашей семьи. Так уж воспитала его моя Эн.

Я помню только одну, и то несостоявшуюся ссору между ними, после которой моя дорогая Эни долго беседовала с отцом на едине. Мать знала, что за спиной её всегда стоит Эн и бежала к ней с любым вопросом и проблемой, которые даже не пыталась донести своей матери, ибо от неё такой поддержки и внимательности не получила бы. Мать часто ложила ей голову на колени и Эн, гладя мамины волосы, тихонько напевала ей колыбельную. Мать, улыбаясь, иногда засыпала. А я знала как сладко и спокойно спится на коленях у Эн и спешила скорее занять её место, придумывая любые предлоги разбудить мать.

Теперь, во взрослом возрасте, я, видя какие отношения Эн смогла построить с моей матерью, иногда просто невыносимой, видя как воспитан мой отец и услышав о детстве Эн, понимаю насколько она необыкновенный человек.

Моя дорогая Эн...