Моя геройская попадания

Часть 1: Момент, когда я умер

Я умер не красиво.

Не героично.

И, что самое обидное — даже не вовремя.

Я всегда представлял, что если смерть и найдёт меня, то где-нибудь в старости.

За кружкой горячего чая, с компьютером напротив, с черновиками очередной схемы робота.

Или во сне, как тихие люди, прожившие тихую жизнь.

Но смерть нашла меня между холодным металлическим манипулятором и бетонным полом.

Я помню холод металла.

Хруст рёбер.

Глухой удар, когда я упал.

И самое страшное — я помню, как моё тело перестало быть моим.

Я видел себя со стороны.

Со стороны.

Твою мать… моя смерть выглядела как дефектная запись камеры наблюдения:

тело падает, шея выворачивается, глаза бессмысленно смотрят в потолок.

Странно, но я не кричал.

Не ругался.

Не плакал.

Я просто смотрел.

Смотрел на то, каким меня увидят утром сотрудники:

«несчастный случай»,

«ошибка автоматики»,

«надо ужесточить протокол безопасности».

Смешно.

Я программист безопасности, инженер, который всю жизнь писал код, чтобы такого не произошло.

И всё равно — произошло.

Но это был не конец.

Даже не начало конца.

Это был первый прыжок моей души.

Я провалился в темноту.

Но темнота оказалась не пустой.

Она была… живой.

Пульсирующей.

Внутри неё мелькали окна — сотни окон, тысяч.

Города, которых я не знал.

Здания, которых не существовало в моём мире.

И среди них… место, я видел однажды на экране.

Большой кожаный диван.

Сломанное зеркало.

Картонные коробки.

Пыль, висевшая в воздухе неподвижно.

Я узнал.

Год 2008.

Комната Дэвида Райса.

Самый первый прыжок из фильма “Прыгун”.

И в следующую секунду я рухнул на пол.

В новом теле.

В новом мире.

С новой силой.

Силой, которую я всегда считал фантастикой.

Я прожил здесь год.

Год бесконечных тренировок.

Год скрытности.

Год, в котором я учился управлять телепортацией:

прыгать по памяти,

прыгать по страху,

прыгать по желанию,

пробивать пространство, словно ткань,

уходить из ловушек,

телепортировать предметы,

и самое сложное —

прыгать в то, что ещё не существует.

Я стал сильнее человека.

Сильнее самого себя прежнего.

И в какой-то момент — сильнее того, кем я мог быть.

Но я сделал ошибку.

Я попытался открыть разрыв между мирами.

Не просто телепортироваться.

Не просто шагнуть в другой город.

Я хотел шагнуть в другую реальность.

В ту, в которой я жил каждую ночь — в эпизодах аниме, что были для меня утешением.

Мир Наруто.

Я стоял на крыше заброшенного склада.

Ветер бил мне в лицо.

Город шумел где-то внизу.

Внутри меня крутилась сила, похожая на огонь, который не обжигает, а рвёт пространство изнутри.

— Наруто… мир чакры… разлом… вход… направление…

Я создавал воронку энергии.

Что-то шло не так, я чувствовал это, но продолжал.

Пространство дрогнуло.

Сначала тихо.

Потом громче.

Потом — взрыв.

Я видел, как моё тело разлетелось в сторону.

Как душа вылетела наружу.

Я умер — второй раз.

И во второй раз видел себя со стороны.

Но на этот раз я был не один.

Пустота была белой.

Тела не было.

Был только я — душа, облако, вспышка сознания.

И два силуэта.

Два мальчика.

Два почти одинаковых лица.

Две судьбы.

Первый — с мягким выражением, светлыми волосами, спокойными глазами.

Минато Намикадзи.

Второй — темнее, серьёзнее, с тенью на лице.

Макуто Намикаци.

И я понял.

Я должен был войти в тело Минато.

Это была “цель” моей силы.

Он был ближе по структуре чакры, по вибрациям, по… судьбе.

Но что-то сломалось.

Пространство…

или я…

или мир.

И я полетел не туда.

Моя душа рванулась в сторону —

и ударила в грудь второго мальчика.

В Макуто.

Я захрипел.

Воздух ворвался в лёгкие, будто я впервые дышал в жизни.

Но грудь болела — словно тело перед этим получили смертельный удар.

Я открыл глаза.

Надо мной — деревья.

Чёрные силуэты, качающиеся на ветру.

Лес.

Ночная тишина.

Моё сердце стучало не моё — но родное.

Я поднял руку.

Она дрожала.

Пальцы — тонкие.

Кожа — слегка загорелая.

На лбу — слабая влажность, будто перед этим я долго лежал без сознания.

— …где… я?

Мой голос был тихим.

Гораздо выше, чем в теле взрослого мужчины.

И тогда всплыло имя.

Меня зовут Макуто.

Макуто Намикаци.

Брат Минато.

Но я был Николай.

Я был Прыгун.

Я был дважды умершим.

И сейчас — я был всё это сразу.

Они ударили меня, как волна.

Дом.

Старый дом клана Намикадзи/Намикаци.

Пустые комнаты.

Затхлый запах.

Пыль, которую никто не вытирал.

Минато — сияющий, улыбчивый, почти гений.

Все видели его.

Любили.

Ставили в пример.

Макуто — в стороне.

Тихий.

Слабый.

Слишком странный.

Родители исчезли.

Клан вымер.

Соседи избегали.

А Макуто…

Умирал.

Он умирал прямо до того, как я занял его тело.

Его душа медленно уходила, растворялась, будто сама судьба вычёркивала его из этого мира.

И я занял пустое место.

Я не украл его жизнь.

Он всё равно бы исчез.

Я стал тем, кто остался.

Слева треснула ветка.

Я вздрогнул.

Сердце забилось быстрее.

Несколько тёмных силуэтов.

Высокие.

Шиноби.

Их чакра была холодной.

Угрожающе плотной.

— Он ещё жив.

— Добей.

— Приказ был не оставлять.

Они говорили о мне.

Я поднялся на ноги, шатаясь.

Колени подкашивались.

Моё тело слабое, почти погибшее.

Но сила…

Сила Прыгуна…

Она жила во мне.

Горела внутри.

Я чувствовал пространство вокруг — как тонкую ткань, которую можно разорвать.

И я рвал.

Я прыгнул.

Не головой.

Не телом.

Всем существом.

Мир взорвался светом.

И тёмные шиноби остались далеко позади.