Моя НЕвеселая ферма 1

Я открыл глаза и сразу же об этом пожалел – яркий свет ослепил. Солнце жарило так, что впору запечься. Причем спину тоже жгло нещадно. С чего вдруг душно-то стало? На улице вроде осень. Люди в куртках ходят.

Башка еще болит…

Прикрыв лицо рукой, я почувствовал, как на кожу что-то посыпалось. Песок какой-то. Снова большегрузы из карьера до стройки через город катаются? Заманали уже, честное слово. Шумят еще, как твари, да и водители у них, в большинстве своем, козлы еще те – класть хотели и на окружающих, и на правила дорожного движения.

Крики чаек сбили с мысли. Вот разорались. Мешают слушать приятный шелест волн. Стоп! Какой шелест волн на трассе М-3?! В Калуге родимой можно на берегу Оки задремать. Но я-то в машине ехал!

Решительно не понимая, что происходит, я резко сел. Солнце слепило. Осмотреться получилось только сделав из ладоней «козырек».

– Какого… – на всякий случай я потер глаза.

Ничего не изменилось. Ущипнул себя – больно. Это что же получается – вижу хорошо, трезвый и не сплю.

Но как так-то?!

Кругом, куда не глянь, бескрайнее море – волны, запах соленой свежести и водорослей. Еще чайки, которые все никак не заткнутся. Но это все еще полбеды. Сидеть на крохотном песчаном островке абсолютно голым – вот это уже проблема. И, что еще хуже, я понятия не имел, как так получилось.

– Твою дивизию! Дела… – протянул я, пораженно озираясь.

Как быть, кто виноват и что делать? Вопросы теперь насущные, но могут и подождать. По крайне мере два из них точно. А вот что делать – надо придумать. Причем чем быстрее, тем лучше – оставаться на таком солнце смертельно опасно.

Встав и стряхнув с тела песок, я подошел к воде и потрогал ее ногой – теплая. Плавать можно. Но куда плыть? Осмотревшись еще разок, приметил у самого горизонта далекий берег. Вроде бы. Солнце отражается от воды и безжалостно слепит – разглядеть что-то просто нереально. Кажется, даже гора какая-то там вдалеке.

– А толку-то? – пробубнил себе под нос. – Не доплыву один хрен. – Я взъерошил волосы и запоздало сообразил, что они сухие, да и причесаны были нормально.

Если не приплыл, то как я здесь оказался? И где это – «здесь»?

Сзади булькнуло, а потом кто-то чихнул прямо у меня за спиной!

Ситуация стрессовая. Я на взводе. Среагировал рефлекторно. Так, как учили: мгновенно сгруппировался, резко развернулся и ударил. Безвольное тело тут же рухнуло прямо к моим ногам. Наверное, зря я так. Но нехрен подкрадываться!

Опустившись на колено, я взглянул на жертву обстоятельств и моей тяжелой руки и удивленно присвистнул.

– А в песне пели, что дельфин и русалка не пара. Если так, то каким макаром ты такой получился?

Бессознательное туловище поражало воображение: одновременно и рыба, и человек. Синеватая покрытая чешуей кожа обтягивала худое долговязое тело. Из одежды только набедренная повязка. На длинных когтистых пальцах перепонки, под крошечным круглым подбородком жабры. Нос – две дырки – чисто как у того-кого-нельзя-называть, но все называют. Волос нет, вместо них красноватый гребень, больше похожий на плавник.

Костюмчик, что надо – скроен со знанием дела. И сидит, как влитой.

Пока я разглядывал это чудо-юдо, оно пришло в себя и уставилось на меня огромными круглыми глазами. Они напоминали блюдца. Только мутные… Немытые какие-то.

– Простите, милейший, – молвила эта шутка природы абсолютно человеческим, членораздельным русским языком. – А что тут происходит?

Ясно. Какие-то шутники решили меня разыграть. Ну и приколы у них. Не зря, значит, этому клоуну в челюсть зарядил. За то, что раздели меня, надо еще добавить. Или это не розыгрыш?

Сейчас разберемся.

– Что происходит? Это ты мне скажи, Ихтиандр хренов. – Я с укоризной покачал головой. – Вы тут кино снимаете что ли?

– Что? – круглые глаза приобрели растерянное выражение. – О чем вы?

– Не беси меня, Кевин Кестнер доморощенный. Это че за водный мир?

– Кевин? – шутник с трудом сел и затряс головой. – Вы меня с кем-то путаете…

– Ну да, конечно, с соседом моим. – Всплеснул руками я. – Одно, блин, лицо.

– Правда? – искренне изумился он.

– Ты дебил что ль? – вспылил я. – Какая нахрен правда?! Ты себя в зеркало-то видел, окунь костюмированный?

– Костюмированный? – он оглядел себя с головы до ног. – Не понимаю.

Не понимает он! От злости я даже зубами скрипнул. Очень хотелось приложить этого придурка еще разок. Но пришлось сдержаться – он ж доходяга совсем, чутка переборщу и отпевать придется.

Так, как там мне психолог говорил? Надо бороться с гневом. Контролировать его. Глубокий вдох и медленный выдох. Спокойствие. Только спокойствие. Никакого гнева. Я абсолютно спокоен и совсем не хочу свернуть шею этому малохольному придурку в костюме рыбы!

Не сработало. Так и знал.

– А почему я упал? – пробормотал тот самый придурок.

– Не знаю, – фыркнул я, поднимаясь на ноги. – Голова закружилась?

– Нет… кажется. Я вроде почувствовал удар, – он потрогал челюсть и поморщился.

– Это солнечный.

Пока мой новый приятель ощупывал свою выпуклую башку, я прошелся из одного конца островка до другого – двадцать пять шагов. Как память не напрягал, так и не смог вспомнить, где в Калужской области есть такое место.

– Ты куда меня привез, уродец? – я развернулся на пятках и уставился на собеседника, обжигая его взглядом также, как солнце мой затылок.

– То, что я не выгляжу как вы, не дает вам право называть меня уродом, – надулся он.

– Да мне похрен, как ты выглядишь. – Меня понесло. – Урод ты не физический, а моральный. Хотя, кто знает? Снять с тебя костюм, кто ты без него? Доходяга, задрот, мудак? Говори, что тут творится, или я за себя не ручаюсь.

Парень в костюме выглядел смущенным. Выходит, это не костюм у него, а грим? Уж больно много эмоций на лице. С маской такого не выдашь. Или это какие-то новые технологии?

– Я собирал жемчуг на продажу, – задумчиво начал незнакомец. – Вынырнул, чтобы немного отдохнуть. Увидел вас. Решил спросить, не нужна ли помощь. Позавчера был сильный шторм, вдруг ваше судно потерпело крушение, а вам посчастливилось выжить? Я вышел из воды, хотел представиться, но чихнул – со мной такое бывает, когда дышу на поверхности. А потом…

– Охренительная история, – прервал я рассказчика, так как дальше уже все знал. – Но я-то тут как оказался? И где я вообще?

– А вы не местный?

– Издеваешься?

– И в мыслях не было! – парень отступил на шаг и оглядел меня с ног до головы. – Ваша кожа покрыта рисунками, – он указал на мои татуировки. – Вы с севера?

– С Калуги я. Тебе не надоело дурака валять?

– Не знаю никакой Калуги.

Этот парень, конечно, дико бесит, но отыгрывает он отлично. Прям актер. Может, правда, кино снимают или шоу какое? Типа голые и смешные. Надеюсь, причиндал мой хотя бы цензурой закроют. Стыдиться-то мне нечего, природа не обидела, но как-то не по-людски все же.

В любом случае, надо бы взять себя в руки. В переносном смысле, конечно. Покалечу дурака, так потом по судам затаскают. Может, не похищал меня никто? Сам выпил перед командировкой, ну и перебрал…

Вот только я же помню, что в машине ехал, а даже чутка выпив за руль никогда не сажусь. И что тогда получается?..

– А Калуга, она на севере? – робко спросил паренек в костюме.

– Ты когда мальком был, в школе не учился что ли? – я решил ему подыграть. – Калуга – это город в России.

– А Россия – это что?

– Это страна, на языке которой мы с тобой сейчас разговариваем. Хорош придуриваться уже! Мы, по-твоему, сейчас где?

– В море…

– Слышь, карась, не беси меня или на уху пущу.

– Я не карась… – он осекся, встретившись со мной взглядом.

– Тебя схоронят прямо в этом твоем рыбьем костюме, – мрачно пообещал я.

Весь мыслительный процесс парнишки читался прямо на его одутловатом лице. Ну или на маске, не знаю. Он выглядел крайне задумчивым, но потом словно прозрел и широко улыбнулся, демонстрируя два ряда острых зубов.

– Понял! – просиял он. – И как я сразу не догадался? Вы – иномирец! Уму непостижимо. Никогда бы не подумал, что мне повезет увидеть одного из вас!

– Из каких «нас»? Я один здесь. – Наверное, сильно я его приложил. Парнишка-то совсем кукухой поехал. Или он такой и был? Кто ж теперь разберет-то?..

Блаженный, тем временем, продолжил:

– Меня зовут Уттуро Он’зарр. – Он коснулся перепончатой рукой груди. – Я из племени рыболюдов. – Заметив, что я нахмурился и решительным шагом направился в его сторону, парень затараторил. – Мы не враги. Вы просто не в себе. Такое бывает при перемещении. Я могу помочь.

– Себе помоги! Нацепил костюм и людям мозги морочишь! Дай-ка… – я вцепился в него, пытаясь поддеть маску, но вдруг понял – ее попросту нет.

Никаких швов, молний, застежек или клепок. Да и краска под пальцами не расползается. Невозможно! Все выглядит так, словно костюма нет и этот парень… Существо. Оно настоящее. Живое. Такое родилось. Или как там эти рыболюды на свет появляются?

Нет, бред какой-то!

– Вы делаете мне больно! – взвизгнул парень, пытаясь отстраниться.

Но из хватки чемпиона области по боевому самбо так просто не вырваться. Шансов у него не было. Вот только мои планы резко изменились, а пальцы вдруг разжались сами собой. Едва не разинув рот от удивления, я смотрел, как за спиной этого Уттуро поднимается солнце.

Но если оно с этой стороны и только встает, то что тогда печет мой затылок? Нервно сглотнув, я повернул голову.

– Твою мать… – в небе за моей спиной сияло солнце.

Еще одно.

Мало что понимаю в спецэффектах, но подстроить такое наше ТВ точно не способно. Если это голограмма, то слишком уж натуральная. Такое вообще не сделать! Тем более в каком-то шоу со случайными людьми.

– Это что за дела? – я с силой тряхнул парня за плечи. Он аж зубами клацнул.

– Понимаю, вы удивлены и напуганы, – очень мягко начал Уттуро и немного отстранился от меня, явно опасаясь, что его тонкая шея может снова оказаться под угрозой. – Пожалуйста, постарайтесь успокоиться. Скоро вы все поймете.

– Ага, успокоишься тут, – к стрессовым ситуациям я привычен, за почти сорок лет всякого повидал. Но одно дело боевые действия, а другое – какая-то невозможная дрянь!

Этот карась назвал меня «иномирцем». Выходит, этот мир не мой. Он другой? В голове не укладывается! Такое же только в кино или книжках бывает. Я такие сам читал. Может, все же сплю? Уснул с температурой, а там что только не приснится.

Рыболюды, например.

Должно же все происходящее прямо сейчас иметь хоть какое-то логическое объяснение? Иначе быть не может. Скорее всего, сон. Не могут же гигантские бледно-розовые щупальца, которые только что появились на поверхности воды, оказаться настоящими? Они прямо сейчас бесшумно скользили прямо к нам... И выглядели очень реально.

– Это что еще за дерьмо?! – я с трудом оторвал взгляд от щупалец и посмотрел на рыболюда.

– Мое лицо, – недовольно буркнул он.

– Да при чем тут твоя рожа? Сзади смотри, за спиной!

Из-под воды появились еще щупальца. Я не видел их целиком, но даже так скользкие отростки с присосками уже превышали в длину десяток метров. Они извивались и дергались, поднимались все выше. Вскоре над волнами показалась уродливая голова какого-то кальмара-переростка, осьминога или спрута. Все равно, как назвать тварь, лучше от этого она не станет.

Уттуро обернулся, потом взглянул на меня и нервно сглотнул.

– Спящий пробудился, – выдохнул он, и вдруг сорвался с места. – Бежим! – крикнул рыболюд, проносясь мимо меня. Несмотря на короткий разбег, скорость этот парень набрал почти мгновенно.

– Куда?! – заорал я, ломанувшись следом.

Он не ответил. Вместо этого сложил руки перед лицом и издал какой-то звук, как будто дунул в пионерский рожок.

Понятия не имею, зачем он это сделал. Может, рехнулся, бедолага? Мы бежали уже почти по пояс в воде. Я не смотрел назад. Только время потеряю. Уверен, этот Спящий и не думал отставать. Если он нас схватит – это конец.

Никогда не думал, что умру вот так, посреди пляжа и с голым задом…

Вода доходила до середины груди, когда из-под нее вдруг вынырнула огромная рыбина. Я уже собирался резко свернуть в сторону, но Уттуро устремился к рыбе и крепко вцепился в ее плавник.

– Хватайся! Быстрее! – он протянул руку.

Не знаю, что задумал этот внебрачный сын Посейдона, но лучше бы ему поторопиться. Вцепившись в узкую ладонь так, словно это был спасательный круг, я подтянулся и забрался на рыбину. Уттуро снова издал какой-то утробный звук, и наша спасительница устремилась вперед.

– Что это за?.. – я обернулся как раз в тот момент, когда два щупальца обвились вокруг моего спутника и сдернули его со спины огромной рыбы.

Уттуро успел только взвизгнуть, как его разорвали пополам. Темная кровь рыболюда полилась прямо на уродливую морду спрута, который от удовольствия даже зажмурился. Его бледно-розовая кожа начала пульсировать красным цветом.

Меня замутило. Но на опорожнение желудка не было времени. Я мертвой хваткой вцепился в плавник рыбины и заорал, что есть мочи:

– Шевелись, Плотва!

Не знаю, почему на ум пришли именно эти слова, но они подействовали. Рыба развила поистине крейсерскую скорость и понесла меня к той самой узкой полоске суши на краю горизонта.

Только бы успеть!

Тем временем спрут закончил с Уттуро и пустился в погоню – его красная башка то и дело поднималась над волнами то справа, то слева.

– Быстрее, мать твою рыбью! – я в сердцах хлопнул по чешуйчатому боку.

Но моя спасительница уже выжимала из себя все, что только можно. Брызги летели во все стороны, соленый ветер бил мне в лицо. Рыба жала, как водитель маршрутки Москва-Калуга, который не укладывается в расписание.

Чтобы удержаться на скользкой спине пришлось напрячь все силы. Я даже ладони порезал об острый плавник. Но и не подумал ослаблять хватку – такие раны затянутся, а вот спрут порвет меня так, что потом точно не выздоровею.

Силы стремительно таяли. Умом я понимал, что мы с рыбой несемся с бешеной скоростью, но чертов берег, казалось, застыл на месте и никак не хотел приближаться. Хоть сам начинай грести. Только толку мало. Сильнее уже не ускориться.

Лучше уж потратить силы на то, чтобы держаться. Если хоть чуть-чуть расслаблюсь или изменю позу, то сразу останусь «за бортом». А там уже никакого спасательного круга. Только смерть.

Умирать я решительно не хотел. Меня, правда, никто и не спрашивал. Но от этого решимость только крепла.

– Давай! Поднажми! – орал я рыбе, как будто мои вопли могли изменить хоть что-то.

Полоска берега наконец-то начала приближаться. Да еще как! Я уже мог разглядеть полоску песчаного пляжа, густые зеленые заросли и возвышавшуюся над ними заснеженную гору. Красота, да и только. Жаль, наслаждаться ею некогда.

Почувствовав опасность, я прижался к рыбьей спине. Над головой влажно чавкнуло – щупальца «поймали» воздух. Рыба резко вильнула в сторону, едва не сбросив меня. Еще два извивающихся отростка вынырнули из-под воды, но слишком поздно, чтобы схватить проворную «плотву».

– Молодцом! – адреналин выделялся уже изо всех мест сразу, так что контролировать себя становилось все сложнее. – Хорошая рыбка!

Но радоваться было рано. Еще одно щупальце чиркнуло по затылку так, что чуть не сломало мне шею.

– Иди ты нахер, тварь уродливая! – незамедлительно огрызнулся я.

Берег уже совсем близко! Сквозь прозрачную воду уже виднелось дно.

Почти!..

Сильный удар все же достал рыбу. Мы оба взмыли в воздух. Блаженные мгновения полета – и столь желанная земля встретила меня жестким ударом под дых. Я прокатился по песку несколько метров, прежде чем смог вскочить на ноги.

Жив! Цел! Орел!

А главное – я выбрался из воды. Теперь спруту меня не достать! Кстати, где он? Отстал? В прибрежных водах вроде не видно.

– Пронесло, – облегченно выдохнул я, после чего поспешно ощупал тело – вроде, ничего не сломано. Нога только болит, зараза, и плечо – ушиб, при падении. Ладони еще порезаны о плавники.

Но это ничего. До свадьбы все заживет. Теперь нужно побыстрее убраться от воды. Щупальца у спрута длинные, да и мало ли, вдруг он может передвигаться по суше? Узнавать это я, конечно же, не собирался.

Справа раздались какие-то шлепки.

Точно! «Плотву» тоже выкинуло на берег. Мы же вместе летели. Вместо того, чтобы идти к лесу, я заковылял к бьющейся на берегу рыбине. Она, как-никак, спасла меня. Нельзя бросать ее вот так. Не по-человечески это.

– Тихо, тихо! – я положил руку на чешуйчатый бок. – Сейчас помогу.

Рыба будто бы все поняла. Она покосилась на меня круглым глазом, прекратила биться и послушно замерла. Только рот открывала и закрывала, но беззвучно. Так что, если и хотела что-то сказать, у нее не получилось.

Но слова были не нужны.

Уперевшись в прохладный бок, я закряхтел – рыбка-то тяжелее, чем казалось. Но мне все же удалось сдвинуть ее с места. Медленно, но верно, мы приближались к кромке воды. Нога и плечо болели все сильнее, но я терпел. Потом себя пожалею, если не забуду.

Наконец, мы добрались до воды. Точнее, добрался я, а рыба была успешно транспортирована. Она сразу же отплыла подальше и скрылась под водой.

– Всегда пожалуйста, – устало махнул рукой я, после чего поспешил на берег: после недавних приключений купаться совершенно не хотелось.

Выбравшись из воды, я отошел подальше и наконец перевел дух. Резкий всплеск заставил шарахнуться в сторону, но тревога оказалась ложной – это «плотва» все же решила сказать мне «спасибо» и попрощаться.

Рыба красиво выпрыгнула из воды на фоне поднимающегося солнца. Это зрелище заставило меня улыбнуться и вспомнить детство, когда мы с пацанами, вместо того, чтобы учить уроки, смотрели «Освободите Вилли» по видику.

Сейчас бы встать под рыбой и победно вскинуть руку, как на кассете!

Но эта мысль мгновенно исчезла из моей головы, когда гигантские щупальца вырвались из-под воды, обвили рыбу прямо в полете и резко утащили на дно.

Морская гладь пошла пузырями и забурлила, а потом волны окрасились в алый. На берег выбросило оторванный плавник.

– Хреново-то как вышло, – потрясенно пробормотал я, глядя на него.

Но теперь ничего не изменить. Уттуро и его чешуйчатую подружку уже не вернуть, а составлять им кампанию на том свете в мои планы не входит.

А что в них вообще входит, в эти мои планы?

Осмотреться. Разобраться, где я и как сюда попал. Найти людей… или тех, кто на них похожи. И попросить помощи. Еще бы прикрыться чем-то. Вдруг приличное общество, а я без исподнего. Непорядок. Собираюсь ведь на дружеский контакт идти, а не на половой.

Придется взять в руки свой характер и произвести хорошее впечатление. Хоть раз в жизни. Ну или попытаться хотя бы. Как показывает практика – разочаровывать окружающих у меня получается куда лучше, чем радовать. Раньше меня это не слишком-то беспокоило, когда вокруг все было знакомо и привычно.

Сейчас все иначе.

Попадалово какое-то!

– Ничего, прорвемся, – подбодрил я сам себя и поковылял в сторону леса.

Несмотря на то, что уродливый спрут остался позади, меня все еще не покидало смутное ощущение нависшей прямо над головой опасности. Поганое чувство, терпеть его не могу. Раз появилось – жди беды.