Музыкальная шкатулка

Девочка забежала в кладовую, хотя ей не разрешали сюда заходить. В этой небольшой комнатке, можно было

найти старинные вещи, которые давно никому уже не нужны. Но ей так было интересно посмотреть и потрогать.

Она смотрела по сторонам.

-Красота какая...- девочка замерла от удивления, некоторые вещи уже нельзя было трогать-возьмешь в руки и сразу сломается.

По углам паутина, от того, что, никто давно тут не убирался, и запах смолы, а может не смолы, но очень на что-то

похожее. Но вдали она увидела как мерцает какая-то коробочка, девочка подбежала к ней и взяла в руки, дунув на крышку, чтобы убрать пыль с нее.

-Тут даже ключик не нужен.-она открыла данную коробочку, а из нее поднялась маленькая куколка и

заиграла мелодия.

Это куколка начала кружиться, поднимая руки вверх, а одна ножка согнута-это куколка была похожа чем-то на креветку, но она так красиво кружилась, не переставая. Девочка сразу же побежала к своей маме...

-Мама, мама, смотри , что я нашла...-девочка протягивает коробочку маме, на что она мне отвечает:

-Ты вновь забралась в кладовую? Сколько раз я тебе говорила, не заходи ты туда...Ну что у тебя там, показывай.-

мама забрала у девочки с рук коробочку.-Это же...-у мамы по щеке начала течь слеза.

-Что это за коробочка такая, что вызвало у тебя такую

эмоцию?

-Когда-то давно, когда я была в твоем возрасте... 40 лет тому назад.

Помню в детстве мне бабушка подарила музыкальную шкатулку. В ней была маленькая девушка, которая крутилась вместе с музыкой. И внезапно мне захотелось, стать такой же как она. Выступать на больших сценах.

Теперь моя мечта научиться танцевать, но ноги у меня кривоваты, а синхронность хромает, да и в музыку я не могу вслушаться.

-Бабушка, когда я стану балериной, ты будешь гордиться

мной.-я мягко улыбнулась и еще долго смотрела на эту

шкатулку.

Мне захотелось выбежать во двор и поиграть со своими подружками, да и похвастаться музыкальной шкатулкой. Но на тумбе я увидела ленту, такая алая как аленький цветок. Я взяла ленточку в руки, и она мягко скользнула между

пальцами, как будто была теплой от чьего-то прикосновения. В ту же секунду я представила, как она украшает мои волосы на сцене, как я кружусь в белой пачке под ослепительным светом софитов. Во дворе подружки уже звали меня в догонялки, но я стояла, прижимая ленту к груди. Казалось, что с ней в руках я уже сделала первый шаг к мечте. Я взяла ее на запястье и побежала к ним, но в голове все еще звучала тихая мелодия из музыкальной шкатулки. Может быть , ноги мои и кривоваты, а такт ускользает, но пока музыка жива во мне-я еще могу стать той самой куколкой, которая танцует без усталости. Девочки начали надо мной хохотать.

-Посмотрите на нее, как она смешно прыгает!-сказала одна , прикрывая рот ладонью.

Я замерла на месте , чувствуя, как внутри все сжимается. В груди стало горячо, будто кто-то зажег там маленький

костер. Хотелось убежать, спрятаться, но я упрямо продолжила прыгать, делая вид, что не слышу. В голове звучала та же мелодия из шкатулки, тихая, упрямая. Пусть мои ноги и смешные, но они-мои. И я все равно станцую.

10 лет спустя.

-Девочки, ноги прямо, еще прямее,-сказал преподаватель, проходя вдоль ряда стройных фигур у станка.

Я стояла среди них, в белой тренировочной пачке, и смотрела в зеркало на свое отражение. Взгляд был уже не детский, но в нем по-прежнему жила та девочка с алой ленточкой на запястье. Мелодия из музыкальной шкатулки теперь звучала не в воображении-я слышала ее в каждом своем движение.

-Девочки, у меня новости. Закончили тренировку. На следующей неделе пройдет отборочный тур-решат, кто

станет главной примой-балериной. Очень важно сейчас усерднее заниматься,-сказал преподаватель, оглядывая нас внимательно взглядом. В зале стало тихо, даже дыхание казалось громким. Каждая из нас знала, что это шанс, который выпадает один раз. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, а ладони стали влажными. Перед глазами вокруг всплыла та маленькая куколка из музыкальной шкатулки-и я поняла, что это мой момент. Когда тренировка закончилась, меня к себе подозвала Мелина.

Девушка, которая тренируется двадцать четыре на семь. А я ее мама, самая знаменитая в этом театре. Мелина склонилась чуть ближе, так, чтобы никто не услышал, и тихо, но с ядовитой улыбкой произнесла:
-Не думай даже об этом. Ты тут только потому, что твоя бабушка за тебя замолвила словечко. Ведь все знают, кто
твоя бабушка. И твое место быть на левом фоне. Слова обожгли сильнее, чем усталые мышцы после репетиции.
Я сжала губы и молча смотрела ей в глаза, не позволяя себе моргнуть. Внутри что-то дрогнуло-смесь злости и решимости. Если раньше я мечтала просто танцевать, то теперь мне хотелось доказать, что я заслуживаю свое место
сама. На следующий день мы начали готовить номера для выступления. Зал был полон тихого шороха пуант по деревянному полу и приглушенных разговоров. Вдоль стены стояли ряды зеркал, в которых отражались наши отточенные движения. Мелина репетировала свой гран-па-де-де, а я снова и снова прокручивала в голове каждое па, стараясь не сбиться. Преподаватель ходил между нами, внимательно наблюдая, время от времени останавливая, чтобы поправить осанку или указать на ошибку. В воздухе витало напряжение: ведь от этого выступления зависело, кто станет главной примой.
-Ты что, забыла наш вчерашний разговор?-холодно
спросила Мелина, поправляя ленту на пуанте.
-Да я лучше тебя станцую, и все,-добавила она с усмешкой, словно уже видела себя в центре сцены, купаясь в аплодисментах.
Я сжала кулаки, но промолчала.
-Девочки, почему я слышу разговоры?-голос преподавателя раздался так резко, что в зале наступила тишина.-Хотите
что-то доказать? Так выйдите сейчас и станцуйте перед всеми. А потом продолжим тренировку.
Мы с Мелиной обменялись взглядами. В ее глазах блеснул вызов, в моих-решимость. Зал замер, кто-то отложил растяжку, кто-то перестал шнуровать пуанты. Музыка звучала, и все внимание устремилось на нас двоих. Мелина первой сделала шаг вперед. Ее спина была идеально прямая, подбородок чуть приподнят, а движения- будто отточены до блеска. Каждый ее прыжок был высоким и уверенным, словно она бросала вызов не только мне, но и
самому воздуху. Когда настала моя очередь, я глубоко вдохнула, чувствуя, как пуанты слегка пружинят под стопами. Музыка словно влилась в кровь-я не думала о каждом движении, просто танцевала. Пируэты сменялись мягкими арабесками, а в глазах у преподавателя мелькнуло что-то, похожее на одобрение. В зале царила тишина, лишь слышалось наше дыхание и легкий стук пуант о пол. Каждый понимал: это уже не просто репетиция-это маленький отбор перед настоящим боем за сцену.
-Закончили,-сухо сказал преподаватель, а затем, после короткой паузы, добавила:-Ты...зайди ко мне.
Она указала на меня пальцем, и этот жест показался мне тяжелее любого укора.
Мелина приподняла бровь, на губах ее появилось едва заметная ухмылка, словно она уже придумала, что скажет
другим после моего "разговора".
Я выпрямилась, но внутри все сжалось. За дверью преподавательской всегда решались важные вещи-и не всегда в пользу того, кто туда заходил. В кабинете пахло кофе и свежей бумагой. На столе лежали партитуры, аккуратно перевязанные лентой, а у окна висели тяжелые бордовые шторы, почти полностью скрывая дневной свет. Преподаватель не сразу заговорила-она медленно пролистала какие-то записи в блокноте, будто нарочно
растягивала паузу.
-Ты танцевала...иначе,-наконец сказала она, подняв взгляд.
Я не поняла, что кроется за этим словом: похвала или упрек.
-В этот есть что-то живое, но...-она наклонилась вперед,-ты слишком часто позволяешь эмоциям управлять движением. Это может либо поднять тебя на пьедестал, либо уронить перед самым финалом.
Я почувствовала, как сердце забилось сильнее.
-На отборочном туре,-продолжила она,-ты должна показать, что умеешь быть не только страстной, но безупречной. Я поставлю тебя в сольный номер. Не подведи меня.
Когда я вышла из кабинета, коридор показался слишком тихим. Но стоило сделать пару шагов, как в этой тишине
начали поступать голоса.
-Ну, понятно...-шепнула кто-то из девочек.
-Бабушка постаралась,-тихо, но достаточно громко сказала Мелина, даже не глядя на меня.

Я почувствовала, как внутри закипает злость, но взгляд мой был холоден. Я прошла мимо, будто их слова ничего не значили, хотя сердце стучало так, что казалось, его слышит весь зал. В этот момент я поняла: отборочный тур уже завтра и борьба начинается прямо сейчас. На следующий день начался отборочный тур. Я надела свой красивый наряд-платье из нежного атласа, сшитое бабушкой, и оно мягко обвило талию. Когда я натянула пуанты, то ощутила что-то твердое, но решила не придавать этому значения. Может, просто складка или песчинка,- мелькнуло в голове.
На сцену первой вышла как всегда Мелина, а затем я. Свет софитов ударил в глаза, а зал, полный строгих взглядов
жюри, застыл в ожидании. Первое па-и я поняла: в правом пуанте острый предмет. Каждое движение отдавалось
жгучей болью в стопе. Но я продолжала. Пируэт, прыжок, арабеск...Боль пронизывала, но я превращала ее в силу. Зрители видели только пластику, грацию улыбку, а не то, как под лентами пуант уже теплеет кровь. К концу танца я чувствовала, что ступаю на лезвие, но не позволила себе сбиться. Последний аккорд- и зал взорвался аплодисментами.
За кулисами я села на скамью, дрожащими пальцами развязала ленты и осторожно сняла первый пуант. Легкий
воздух вырвался сам собой-внутри, среди смятой стельки, лежал маленький осколок, весь в теплых каплях крови.
Я замерла, держа его на ладони. Сердце билось громко, что казалось, его слышат все. Это было не случайно.
В отражении зеркала мелькнул силуэт-Мелина проходила мимо, даже не глядя в мою сторону. Но уголки ее губ были
приподняты в едва заметной улыбке.
-Что произошло?-преподаватель почти подбежала ко мне,
бросив взгляд на мою стопу.
Я не сразу ответила, лишь сжала в кулаке маленький окровавленный осколок.
-Все в порядке,-выдохнула я, пытаясь спрятать боль за спокойствием.
Но ее глаза говорили, что она все поняла. Она опустилась на корточки, осмотрела рану и тихо сказала:
-Кто-то очень хотел, чтобы ты не танцевала сегодня...
Я почувствовала, как во мне загорается новый огонь.
-Но я станцевала,-ответила я твердо,-и буду танцевать
дальше.
В зал вошла ассистентка жюри, держа в руках листок. Шепот участников моментально стих.
-Внимание,-ее голос прозвучал отчетливо, но без эмоций.
-По решению комиссии,-произнесла она,-примой балерины тетра на этот сезон назначается...Лия Стон.
На секунду в зале воцарилась мертвая тишина, будто никто не поверил своим ушам. А затем- взрыв аплодисментов,
перемешанный с перешептываниями и неодобрительными взглядами. Я встала, чувствуя, как в груди поднимается волна эмоций. Боль в стопе еще отзывалась в каждом шаге, но теперь она казалась мелочью. Преподаватель посмотрела на меня с легкой, но гордой улыбкой. На краю зала стояла Мелина, ее руки были скрещены, а глаза-холодны. Она не аплодировали.
Вечер премьеры.
Сцена утопала в мягком золотистом свете, а зал затаил дыхание. Я вышла, держа в руках маленькую музыкальную
шкатулку-подарок бабушки. В зале стояла такая тишина, что был слышен щелчок крышки. Зазвучала тихая мелодия, хрупкая, как стекло, и я начала свой танец. Каждое движение было продолжением этой мелодии: плавные па, легкие пируэты, резкие, но точные акценты. Боль в стопе давно ушла, уступив место ощущению полета. Я танцевала не для жюри, не для зала, а для себя- и для той девочки, что когда-то впервые надела пуанты в маленькой балетной студии.
В конце я остановилась, прижав шкатулку к груди. Зал взорвался аплодисментами, а за кулисами я заметила Мелину, чьи глаза больше не были холодными-теперь в них была тень уважения. Я знала: этот вечер запомнят надолго.
Время сейчас.
-Вау, мама, это была прекрасная история, но мне кажется ты многое не сказала.-девочка улыбнулась прижав ладони к щекам.
-Вот когда подрастешь, узнаешь все, все-все тайны этого мира и балетного театра.
-Мама, я тоже стану как ты, и тоже буду танцевать, давай возобновим эту шкатулку?-девочка хихикнула так мило, что
на щечках появились ямочки.
-Я буду гордиться тобой!