my pretty little vixen

Её привели в небольшую прохладную комнату без окон, с железным столом, привинченным к полу, и двумя стульями. Посадили на один из этих стульев, учтиво, вежливо, но требовательно. На некоторое время оставили одну. Потом в комнату вошёл тот человек, который хотел поговорить с ней. Он кивнул ей, закрывая за собой дверь, будто они были единственными знакомыми людьми во всём здании. Этот человек собрался сесть за стол напротив неё, но остановился на полпути и учтиво спросил, не хочет ли она воды или, может быть, кофе? Она помотала головой. Человек пожал плечами и вернулся к своему первоначальному плану действий. Сев за стол, он достал из-под стола матовый графитовый кейс, щёлкнул застёжками и выложил на стол документы. На них были какие-то штампы, гербы и печати, которых ей прежде не доводилось видеть. Но это не вызвало и тени любопытства. Вся ситуация была довольно-таки впечатляющей, что уж неожиданного в новых секретных организациях?

– Мне нужно, чтобы вы рассказали мне всё по порядку с самого начала, – спокойно и ненастойчиво произнёс человек, собирая стопку бумаг в руки и внимательными бесцветными глазами глядя на свою "гостью". – Не торопитесь, подумайте и постарайтесь вспомнить, когда и с чего именно всё началось.

Она знала, что он спросит именно так, что он захочет узнать всю предысторию, полагая, что это поможет ему разобраться в ситуации. Поэтому, чтобы начать, ей потребовалось только глубоко вдохнуть.

– Мне было шестнадцать лет. Если оглядываться назад, то я могу сказать, что именно тогда изменилась моя жизнь. После средней школы я поступила в специальную академию с определённым уклоном, чтобы проучиться в ней пять лет, а к моменту выпуска точно знать свой дальнейший путь.

Она замолчала и внимательно посмотрела на своего слушателя, с интересом наблюдая, насколько хорошо он ориентируется в происходящем. Для неё видеть незнакомого человека с такой осведомлённостью было довольно непривычно.

– Мисс Карпентер, – заговорил человек, кладя на стол стопку документов. – Вы ведь не ждёте моего удивления, так? – он говорил спокойно, уверенно, но вместе с тем мягко и учтиво.

– Пожалуйста, Кассандра, – поправила она. – Вы правы, не жду. Но я впервые слышу о вас, и для меня не так уж привычна осведомлённость посторонних.

– Если в этом есть необходимость, я могу представиться, – произнёс с готовностью человек.

– Ваше имя я не запомнила, простите, – кивнула Кассандра. – Поэтому да, было бы неплохо, если бы вы повторили.

– Детектив Кристофер Тодд, к вашим услугам.

– Я ведь правильно поняла с первого раза, вы не имеете отношения к Скотленд-Ярду?

– Разумеется. Иначе я едва ли сидел бы здесь с вами, мисс… Кассандра.

– Я могу узнать хотя бы принадлежность организации, к которой вы относитесь? – без надежды спросила Кассандра.

– У моей организации нет принадлежности, – без промедления ответил детектив Тодд. – Мы служим Верховному Суду.

– Вер… ховному? – переспросила Кассандра, вскидывая брови. – Универсальному, хотите сказать?

– Я думаю, вы слышали, что у нас не любят это новомодное слово. Оно ужасно безвкусно и совершенно не отвечает величию того института, которому мы принадлежим.

– Извините за бестактность, детектив, но от вас не пахнет тысячелетиями, максимум сотня, и то неполная. Поэтому я не сказала бы, что верю, будто оскорбила вас безвкусным новомодным словом.

От услышанного лицо детектива Тодда сразу же смягчилось, плечи расслабились, глаза улыбнулись.

– Вы раскусили меня, Кассандра. Мне сорок семь. Я действительно в курсе того, что происходит в этом мире, но укрыто от людских глаз. В Верховном Суде я уже больше двадцати лет, но, вы правы, презреть и возненавидеть слово «универсальный» со всей душой и искренностью я не смог, для меня оно совершенно обыденно. Это издержки организации, скажем так.

– Почему универсалы заинтересовались мной? – довольно жёстко перебила его Кассандра.

– То, что произошло, вызвало огромный резонанс в Суде, и не только в нём. До сих пор неясно, как именно это случилось, поэтому мы с вами здесь, чтобы попытаться разобраться в ситуации. Я надеюсь на ваше сотрудничество, Кассандра.

– Что будет со мной, когда вы закончите следствие? Я предстану перед Судом?

– Мы постараемся избежать этого, если будет возможность. Нам дали месяц на то, чтобы прояснить ситуацию. Если вы поможете мне в этом, то я сделаю всё, от меня зависящее, дабы убедить Главного Судью снять с вас все подозрения.

– Вы ведь допрашиваете именно меня просто потому, что больше никого не удалось поймать. Вы и любому другому сказали бы то же самое, мистер Тодд? Пообещали бы избавить от следствия? Обеспечить алиби? – бесстрастно спросила Кассандра. – Каков наш непредвзятый и справедливейший из судов, – презрительно усмехнулась она.

– Мисс Карпентер, – похоже, начиная нервничать, сухо проговорил детектив, – мы оба с вами знаем, кто вы такая, и кто такой я. Вы можете находиться здесь только, если сами того захотите. Я никак не смогу вас удержать, и вряд ли смогу вам навредить при попытке побега. Более того, я вряд ли смогу защитить себя, если вы захотите убить меня. Поэтому все ваши вопросы я считаю напрасными. Я прошу у вас помощи в обмен на свою. Я надеюсь на искренность и по мере того, как буду узнавать детали, надеюсь понять, что сам могу сделать для вас. Поэтому, будь вы даже самой виновной из виноватых, я сделаю всё, чтобы смягчить вашу участь.

– Вы обвиняете меня в чём-то? – холодно произнесла Кассандра.

– Я лишь объясняю вам свою позицию, – развёл руками Кристофер, снова смягчаясь. На некоторое время в кабинете наступила тишина, затем Тодд сдвинул в сторону бумаги, положил руки перед собой и, сцепив их в замок, с мягкой улыбкой напомнил: – Вы остановились на своём выпуске из академии.

– Ошибаетесь, – мотнула головой Кассандра. – Я говорила о поступлении. – Кассандра Карпентер откинулась на жёсткую спинку стула и выложила руку на стол, окунаясь в август, на несколько лет назад.