Мы успели. Мы смогли. 09.05.2025

Каждый год 9 мая в нашей области проходит традиционный автопробег "Ветеранам глубинки - заботу и внимания". Эта замечательная акция была начата уже давно активистами движения УАЗ-Патриот. И к ней каждый год присоединялись люди разных организаций, обществ и просто люди, которым это значимо.

Я со своей Школой Безопасности присоединилась к ней совсем недавно - лет эдак восемь назад.

Каждый год люди на внедорожниках и обычных авто скидываются деньгами, собирают коробки с подарочными продуктами для стариков и выезжают в сельскую глубинку, подчас - в труднодоступные поселения, чтобы от души поздравить ветеранов ВОВ с Победой. Помню, были года, как мы получали долгие и сложные маршруты - пока доберёшься до отдалённой глухой деревеньки, где осел когда-то ветеран, все буераки дном и бампером пересчитаешь! Потому в такие поездки всегда особо готовились автомобилисты - и бывало, приходилось пользоваться не только домкратами, но и чем посерьёзнее... чтобы вылезти из очередной грязевой "дороги". Но и другим членам "поздравительного десанта" находились дела: кто-то репетировал песни для душевного исполнения вместе с ветеранами, кто-то готовил самодельные открытки и сувениры. А когда приезжали на место, то тоже, бывало, одними поздравлениями дело не обходилось - старики часто жили заброшенными, забытыми и добровольцы акции могли помогать по хозяйству - от вскапывания огородов до ремонта плит, электрики и всякого прочего. Ну и, конечно, записывали истории ветеранов - кто что помнил.

Душевные истории получались. Каждый о своём рассказывал. И всеобщий миф о том, что ветераны не любят говорить о войне - развенчивался на раз! Любят... но не хотят, чтобы их слушали кое-как и кое-кто. А если с душой и пониманием к ним и с уважением к их судьбе - рассказывают всё, как на духу...

Каждый раз для меня и моих друзей эти поездки - откровение. Какая-то особая истина проявляется, когда встаёшь перед человеком, не просто прошедшим войну, нет - прошедшим жизнь. По настоящему понимаешь фразу - "жизнь прожить - не поле перейти". Там, в их судьбах, не только война... Там всего хватало. И, когда имеешь возможность прикоснуться к этому... Ну, словами не описать, какое появляется чувство Величия Жизни. Тут не в самой войне дело, нет. Тут что-то другое... Я это "другое" каждый раз, когда встречаемся с этими железными стариками, пытаюсь как-то осознать и вербализировать... И не получается. Не доросла я ещё, увы.

Самые впечатляющие встречи для меня были - с мужчинами под девяносто, которые при этом жили в деревенских домах одиноко и сами справлялись с хозяйством, да ещё и чем-то занимались... Помню свой шок, когда 89-летний старик с гордостью показывал стоящую у него на закрытой веранде мебель явных тенденций конца 19-начала 20 века, которая выглядела словно сейчас только из-под резца! А оказалось - так и есть! Он реконструировал и ремонтировал антиквариат, который к нему везли с разных частей области!

Видела я и трогательную историю, когда старику уже 90, а старухе 86. Но она - лежачая и уже с погасшим рассудком, а он - ходит пока что... Дети разлетелись, разъехались, а они - живут. Он каждое утро готовит кашу, жену омывает, расчёсывает, кормит и заново терпеливо рассказывает ей о том, как они когда-то встретились и сколько уже вместе пережили...

В общем - словами не передать, какие сильные и удивительные судьбы можно встретить у этих, железных людей!

И в этом году я, несмотря на пошатнувшееся опять здоровье, твёрдо сказала себе: едем! И...

Мы — успели. Мы — смогли.

В этом году, в 80-летие Великой Победы, мы снова небольшим отрядом от Школы Безопасности «Оберег» присоединились к акции благодарности клуба УАЗ-Патриот «Ветеранам глубинки — заботу и внимание»

Тремя машинами мы прошли по данному нам маршруту Победы — № 5 «ВОСТОК», доехав до ветеранов Богатовского и Кинель-Черкасского района Самарской области.

И нас дождались! Четыре ветерана в возрастах от 97 до… 105 (!!!) лет встретились с нами, чтобы услышать наши слова благодарности и увериться — будущее, за которое они боролись, есть! Оно — светлое! Оно — деятельное! Оно — настоящее!

Спасибо моим друзьям за то, что мы с ними плечо-к-плечу в любом замесе.

Спасибо моим ученикам за то, что они именно такие, за которых и боролись наши деды — умеющие быть благодарными, сильными, понимающими и добрыми…

И спасибо организаторам акции «Ветеранам глубинки» за то, что сделали нам такой подарок — возможность успеть сказать СПАСИБО!

Мы — успели! Мы — смогли!

_____________________________

ЯКОВ ПАНТЕЛЕЕВИЧ, 97 ЛЕТ

Хотя ноги уже плохо ходят, но разум твёрд и ясен, а рукопожатие до сих пор удивительно крепко!

Как положено — поздравления, вручение подарков. А после — возможность порасспросить, узнать о жизни — как на войне, так и вне её.

Яков Пантелеевич был призван из родного села в возрасте 18 лет. К тому времени он закончил лишь 5 классов сельской школы, а дальше, поскольку жизнь была сложной, сразу пошёл работать в колхоз. Колхоз и дал ему и постоянное питание, и кое-какую рабочую одежду, и место для жизни. Но пришёл 1945 год и, хотя многие считали, что война закончена, это было не совсем так… Яков Пантелеевич мобилизовался и был отправлен на Дальний Восток для отпора японской армии.

Служил он в 220 артиллеристской бригаде младшим сержантом топографической службы.

Ярко помнит момент отбытия в Корею, на 37 параллель, нескольких тяжёлых суток сурового марша — и днём, и ночью, — когда необходимо было быстро доставить на новые позиции тяжёлые арторудия: 152 мм гаубицы и пушки. Перевозили их разным транспортом — более лёгкие гаубицы тащили тягачами, полученными по ленд-лизу от США, а со 152-мм пушками справлялись только наши трактора ЧТЗ «Сталинец». Скорость их движения отличалась в 2-3 раза: гаубицы опережали, а пушки едва-едва двигались со скоростью в 6-8 км/ч. А требовалась скорость выше! Да и местность была сложная — двигались по бездорожью. Люди надрывались в такой сложной обстановке, некоторые погибли ещё до боя — на марше, из-за перегрузок и несчастных случаев. Но дойти и закрепиться успели!

Когда вышли на позиции, как было приказано, дали три ракеты, чтобы показать «своим», что встали. А в ответ… на них пошёл залп! Уставшие люди, большая часть которых была обстрелянными уже фронтовиками с западного фронта, злые от тяжёлого пути, привычно переждав первый вал огня, сноровисто расчехлили «Катюши». Боевая машина огрызнулась в сторону врага. И японцы сразу начали сдаваться… Оказалось — хотя численность у них была высока, но их части находились ещё в движении, никто не ожидал, что серьёзная советская артиллерия сумеет подойти настолько быстро!

Яков Пантелеевич рассказывал об удивительных моментах межнационального конфликта. О том, как в самом начале корейцы тут же переходили на другую сторону улицы, если вдруг встречали идущего русского. И лишь после признались, что виной тому страх — японцы убивали любого местного, кто осмеливался идти им навстречу, и они думали, что советские люди будут такими же. И лишь позже, узнав этих закалённых в боях и труде людей советской державы, стали выражать своё почтение и перестали бояться.

Рассказывал о том, что японских военнопленных практически не сторожили в лагерях пленных, а оберегали — и никто из военнослужащих Страны Восходящего Солнца, этих гордых самураев, даже не пытался бежать из советского плена. Попросту потому, что любой побег грозил гибелью — оказаться в одиночестве на территории народа, который люто ненавидит тебя после всех совершенных тобой и твоими соплеменниками бесчинств и зверств, означало только одно — жестокую расправу… Поэтому японцы не бежали из лагерей, а советские люди больше охраняли пленных от местных, желающих устроить самосуд над сдавшимися захватчиками…

Рассказывал ветеран и о том, на какие хитрости шли японские военные, чтобы попытаться убить советских офицеров — как притворялись мёртвыми, чтобы оказаться у наших войск в тылу и броситься на военачальников, пользуясь своими недюжими талантами в рукопашном бою. Но не выдерживали схватки с обстрелянными, уже тёртыми войной советскими солдатами — те брали где сноровкой, где упорством.

Рассказывал и том, как советский офицер применил «военную хитрость» — стоя перед огромным войском с небольшим количеством своих людей, он воспользовался знанием местности. Японцы хорошо видели, что у советского отряда слабая позиция и мало людей, а сами отлично устроились на двух сопках, простреливая удобную для движения территорию меж ними. Советский офицер, имеющий приказ пройти здесь, поступил так — он отправился к японцам с требованием сдаться. И когда те удивились такой наглости, он сообщил, что следом за ним идёт танковая дивизия. И даже показал направление — откуда. Именно там в воздух поднимались пыль и дым — на сопку, невидимые ещё из-за вершины, тянулись какие-то явно тяжёлые машины. Японское командование, со своих позиций не могли видеть — что там за машины. И решили сдаться. Каково же их удивление было, когда на сопку с трудом заползли русские грузовики, гружённые людьми, и трактора, тянущие за собой пушки — к фронту продвигался 220 артиллеристский! Так артиллеристы и проехали мимо сдавшегося подразделения японцев, провожающих их злыми взглядами…

Но особо ярко и нежно Яков Пантелеевич рассказывал об обретённом на этой войне семейном счастье… Именно там, на Дальнем Востоке, во время службы, он и встретил свою будущую жену. Молодая комсомолка, учительница из Куйбышевской области, попала туда по распределению для работы в школе. Но встреча с младшим сержантом Куникиным, привела к романтической истории. Молодой боец сделал ей предложение сразу после окончания войны. И хотя девушка была согласна, но оба написали письма домой с просьбой родителям благословить брак и оба получили отказы: «нечего в свой лес дрова возить!» — написал отец Якову Пантелеевичу, строго выговаривая, что жену нужно искать в своём же селе, а не привозить из неведомо откуда! Так же попеняли родители и девушке. Но молодые не послушались и подали заявление прямо там, в ближайшем ЗАГС-е. Правда, тут тоже оказались «подводные камни» — Яков Пантелеевич был человеком служивым и ровно перед запланированным для росписи днём, его с сослуживцами приказом отправляют на лесоповал. Так бы и сорвалась свадьба. Но боевые побратимы сказали молодому товарищу строго: «Дело важное! Иди! Прикроем!» — и Яков Пантелеевич «ушёл в самоволку». Правда, дорога была сложной… Сперва 15 км по тайге. В сумерках, шарахаясь от тёмных кустов и странных объектов на дороге — каждый раз ожидая, что вот-вот выбежит из леса медведь, потому что в последнее время поговаривали о лютых нападениях зверей… А дойдя до жд-станции, он напросился на маневровый тепловоз, идущий к посёлку, где ждала невеста. Но — увы — и там его подвезти смогли одну станцию. А после — снова пешком, пытаясь сократить путь — через лес. Шёл и оглядывался, потому что параллельным курсом шла, порыкивая, рысь, ожидающая, когда сядешь отдохнуть да зазеваешься… Но дошёл! В ночь уже прибыл к невесте. А с утра, едва успев чуть прикорнуть перед рассветом, они уже вдвоём торопились в совет — на роспись! И тут же после неё, он снова поспешил обратно — на лесоповал, к боевым товарищам. Через некоторое время начали отправлять с фронта домой демобилизованных, дошла очередь и Якова Пантелеевича. Тогда бы принцип: неженатых рядовых отправляли домой грузовыми поездами, а офицеров или семейных — пассажирскими. Якова Пантелеевича сперва, как и всех, на грузовой определили, но тут боевые товарищи и запротестовали: «Как это так! Женатый он! Нужно пассажирским!» Командиры удивились, но представленным документам поверили и, восхитившись выдержке, честь-по-чести проводили домой вместе с женой.

Так вместе они и прибыли в Самарскую область, где и обосновались. Сперва никак не удавалось найти Якову Пантелеевичу достойную работу — образование не позволяло, а кормить новую семью да ещё и появившейся дочкой нужно было! На каждом заводе, куда подавал документы, требовалось время до месяца для проверки — где служил, чем занимался — а время поджимало! В конце концов взяли на 9 ГПЗ г. Куйбышев. Поскольку работа была сложной, то сразу поставили условие: иди и учись! Яков Пантелеевич днём трудился в цеху, а вечером бежал на занятия в вечернюю школу. За лето жена-учительница подтянула его по самым важным предметам, и он смог со своим 5-классным образованием сразу поступить в 7-й класс! Было сложно, он многое не понимал и постоянно донимал жену: объясни да подскажи, не понимаю! Рассказывал, что хуже всего ему давались абстрактные понятия: «Вот поезд из точки А едет в точку Б… Что такое А, что такое Б? Не понимаю!» — и жена терпеливо, как ребёнку, все поясняла. Так он и получил среднее образование.

А после пришёл к начальнику цеха и сказал — отпусти, не хочу больше! На родину тянет, в деревню.

И, хотя уехал в своё родное село, к жене и дочери, но сельским трудом так и не зажил — не лежало сердце. А пошёл в ближайшее железнодорожное депо и устроился на работу кочегаром. Работа была непростая — требовала сурового нрава и железных мышц. Испытание было для соискателя простым — поработать у топки, загнав паровоз в гору. Дело это оказывалось очень сложным — для того, чтобы локомотив взобрался вверх по рельсам, нужно было поддерживать в топке очень высокий жар. А тут едва приоткроешь топочный люк и жаром пышет так, что опаляет! И угля-то не добросишь — сам задохнёшься от горячего воздуха или обгоришь! Несколько человек, пришедших устраиваться, сбежали от такой работы, а Яков Пантелеевич справился. И стал работать кочегаром.

Более того — работа ему понравилась. И он стал изучать поезда, из конструкции, особенности движения. Осознал, что ему не хватает образования, чтобы многое понять в своей новой профессии. И… снова пошёл учиться!

К зрелому возрасту Яков Пантелеевич уже имел высшее техническое образование и заслужено работал машинистом-инструктором!

Такая удивительная судьба.

Яков Пантелеевич в разговоре с нами спокойно и чётко рассказывает о службе, как о выплаченном долге. С нежностью — о жене и о своём романтическом подвиге ради семейных уз. И с гордостью — о своём рабочем пути, о том, как из необразованного юноши, имеющего за плечами всего-то 5 классов сельской школы, стал человеком с высшим образованием и правом передавать свой опыт следующим поколениям!

______________________________

ВАЛЕНТИНА АЛЕКСЕЕВНА, 99 лет

Валентина Алексеевна плохо ходит – травмированные во время войны ноги дают о себе знать. Но для того, чтобы встретить всех желающих поздравить с Днём Победы, она вышла даже за территорию дома. И неспроста – ведь в честь неё по улице пройдёт Авто-Парад – земляки собрались более сотней машин, украшенных флагами, чтобы медленно, с торжественной музыкой времён Победы, проехать вдоль её дома!

Но ровно до авто-парада к Валентине Алексеевне приехали мы.

Вручили цветы, детские поздравительные открытки, подарки. Спели для неё под гитару родные-добрые «Катюшу» и «Смуглянку». И, конечно, немного поговорили.

Валентина Алексеевна не любит рассказывать о войне. Родственники сразу предупреждают – не надо! Будет плакать, очень расстроиться. Поэтому всего лишь в двух словах.

Призвана была в 43-м под Сталинград, была в железнодорожной роте. Задача у них была простая – срочный ремонт разрушенных дорог возле линии фронта. Хрупкие молодые девушки ворочали рельсы и шпалы, загоняли молотом костыли, крутили шайбы на сборных мостах… Но линия фронта – капризная штука. Сейчас ты за спинами наших бойцов и машешь лопатой, крепя железную дорогу, чтобы прошёл санитарный поезд или подвоз боеприпасов, а спустя час или два – здесь уже наступает противник. И девушки хватают автоматы и отбивают атаки. Выживают не все…

Валентина Алексеевна попала под налёт авиации, работая с другими на мосту зимой 1944 года. Её, оглушив, взрывной волной сбросило с моста. Пролетев десяток метров, она упала в реку, пробив ногами лёд. Сама не помнила, как смогла выбраться – и выбралась ли сама или помогли? В себя приходить стала уже в госпитале… После восстановления вернулась на фронт и ещё почти год провела в инженерных войсках, восстанавливая инфроструктурные объекты в Восточной Европе. И лишь в сентябре 1945 года вернулась в родные края… Замуж вышла, как говорится, «в большую семью», где уже были дети, которые нуждались в материнском внимании и заботе. Занялась домом, детьми, родила и своих. Сейчас уже и внуки, и правнуки, и праправнуки. Огромная семья не оставляет без благодарности и ответного внимания!

Валентина Алексеевна не просто удивительной красоты и душевности человек. Её улыбка не просто знак радости от общения и воспоминаний о Великой Победе… Это – душевная чистота и сила! Не поверите, но Валентина Алексеевна в свои 99 лет – волонтёр и благотворитель! Да, да! Это удивительная женщина помогает ближайшему детскому реабилитационному центру – каждый год присылает туда ручной вязки шапочки, шарфы и варежки для выздоравливающих деток. С каждой пенсии просит дочь перевести деньги на благотворительные фонды…И ещё она до сих пор «куёт победу» - теперь как волонтёр СВО. Она вяжет из закупленной на свою пенсию шерсти шапки, носки и жилеты для русских солдат…

Но и для своих – своего дома и многочисленных родственников – Валентина Алексеевна много вяжет. Именно это позволяет ей сохранить ясность рассудка. Она вяжет с колоссальной скоростью и очень сложные рисунки! Большинство из узоров придумывает сама, удерживая в голове сложные схемы для вязания крючком и спицами. И радует всех своими работами…

Может быть поэтому мы столкнулись у калитки её дома с огромным количеством людей, приехавших поздравить Валентину Алексеевну с Днём Победы? И только то, что мы приехали издалека, заставило их нехотя пропустить нас к ней первыми… А за нами осталось очередь – приехавшие родные её большой семьи, авто-парад земляков-водителей, разные детские коллективы, привезшие танцевальные и вокальные номера, администрация посёлка с ценными подарками и письмами…

А мы уезжали от этого удивительно прекрасного человека со светлым чувством белой зависти – вот так нужно проживать жизнь!

------------------------------------------------------------

ТАТЬЯНА НИКОЛАЕВНА, 105 лет

Сюда мы ехали с некоторыми опасениями. Уж больно возраст ветерана огромен. Эдакая махина жизни – даже страшно себе представить! И мы очень боялись, что не успеем – приедем, а там…

И некоторое время мы даже находились в мучительных сомнениях. Дело в том, что в этом доме мы долго стучали в забор, ходили по соседям, ища телефон жителей дома, но попасть внутрь, к ветерану никак не могли. Закрадывались самые тяжёлые опасения… Однако в конце концов нам открыли! И мы смогли поздравить Татьяну Николаевну с Днём Победы! Она была поражена тем, что до неё доехали и поздравляют от души совсем посторонние люди – привыкла уже к формальным отпискам администрации, а тут такое!

Татьяна Николаевна уже плохо слышит, но, когда мы все вместе – девять человек поздравительного десанта - под гитару затянули «Катюшу» - со слезами на глазах она подпевала знакомые слова! Это было так удивительно душевно и трогательно, что у нас дрожали голоса…

Нам удалось немного поговорить с Татьяной Николаевной. Её рассудок ясен, голос твёрд и память цепко хранит моменты войны…

Татьяна Николаевна до войны, получив полное среднее образование, успела немного поработать бухгалтером в авто-транспортной организации. Но началась война и она пошла добровольцем на фронт. Попала в пограничные войска. Сперва рядовой, а закончила войну уже в звании ефрейтора. Служила радисткой в батальоне связи. Основная работа, конечно, была при штабе. Но и в её жизни оказались сложные боевые моменты…

День Победы Татьяна Николаевна встретила в Польше, в Кракове, где стоял её батальон. Не ей, а другой радистке, пришло сообщение о победе, но она хорошо помнит – как же все радовались! Какое это было счастье!

Сразу покинуть войска, конечно, не удалось – ещё требовалась её профессия в тех местах. Лишь спустя полгода она смогла уехать с фронта. Сперва в Красноярск, потом в Ташкент… Жизнь её помотала, прежде чем она осела в Куйбышевской области, всю жизнь проработав бухгалтером.

Несколько раз её рассказ прерывался – она пыталась рассказать одну и ту же историю о том, как стояла в дозоре в Польше, на мосту небольшой речушки… Потом тихо говорила – «Страшно было… как же стра-а-ашно-о-о было» - и слезы прерывали рассказ. Увы, мы так и не узнали, чем закончился тот её дозор, но, смотря на светлые глаза, застланные слезами… может быть и хорошо, что не узнали…

_______________________________

И мы снова вернулись в город с удивительным чувством... Ощущением, будто всё то, чем мы жили, о чём мечтали, что желали - это всё будто смыло из нас. Как постирало душу изнутри...

Вечером на Набережной был салют. До полночи работали кафе. Шумел полупьяный народ на улице...

А хотелось оставаться дома. Сидеть, смотреть из окна на небо и... молчать.

Внутренняя пустота заполняла рассудок. И сердце радовалось прохладному ветру... птицам в небе... закатному солнцу... Ти-ши-не.

Мирного неба.. даждь нам днесь; и остави нам долги наша...