МЫШИ В ГОРЛЕ

Мыши в горле

Рассказ основан на реальных событиях

Рассказ

Сколько себя помню, у нас была пасека. Отец вывозил её в лес — всегда на одно и то же место. Там стоял небольшой шалаш, а недалеко были поля, где сеяли гречиху. В лесу росли разные цветы, где пчёлы собирали нектар.

На летних каникулах мы с сестрой жили на пасеке с тётей Дусей. Она жила вместе с нами. Это была сестра моего отца, она была одинокая и считала нас своими детьми.

Вечером мы сидели у костра. Варили гречневую кашу. Тётя заваривала такой вкусный чай, который пах костром. Мы сидели у огня и слушали разные истории из её жизни.

Утром ходили по ягоды. После обеда помогали таскать рамки с мёдом, а тётя ставила их в медогонку и качала мёд.

В выходные мы уезжали домой. На смену приезжал отец.

Он умел ставить медовуху и любил угощать всех, кто приезжал к нему или просто оказывался в лесу.

Однажды летом он пригласил на пасеку сторожа, потому что не мог всё время находиться там.

Вечером они со сторожем хорошо выпили медовухи и разошлись спать. Сторож лёг в небольшом сарае через стену шалаша.

Ночью оба проснулись.

Была лунная ночь. Луна светила так ярко, что пасека была видна почти как днём, только всё вокруг казалось серебряным. Ульи отбрасывали длинные тени, а лес стоял тихий.

Отец услышал за стеной какой-то шорох.

Он забыл, что на пасеке ночует сторож, и подумал, что это какой-то лесной леший. Выскочил из домика и бросился бежать.

Сторож проснулся, увидел, как кто-то убегает от пасеки, и решил, что это вор. Он тоже побежал следом.

Отец потом рассказывал:

— Бегу и думаю: вот ведь леший какой быстрый.

А сторож говорил:

— А я бегу и думаю: вор какой шустрый попался!

Так они пробежали метров триста.

Отец оглянулся и крикнул:

— Ты кто?!

Сторож остановился и отвечает:

— А ты кто?!

И только тогда при лунном свете они разглядели друг друга.

Постояли, отдышались и расхохотались.

Но на этом история не закончилась.

Медовуха у отца стояла всё лето. Частое употребление медовухи и привело к тому, что у него появилось першение в горле.

Першение не проходило, и он решил поехать в город, в больницу проверить горло.

На приёме сидела молодая врач-терапевт. Она расспрашивала его, что случилось.

Отец стал рассказывать:

— У меня в горле будто мыши шуршат.

Врач испугалась.

— Как это… мыши? — переспросила она.

— Да вот так, — говорит отец. — Шуршат и шуршат.

Врач побледнела, вышла в коридор и вызвала бригаду из психиатрической больницы.

Так отец оказался в психушке.

Когда он не вернулся домой, мама начала волноваться. Тогда по её просьбе в город поехала наша участковая фельдшер — Галина Михайловна.

Она стала искать его по больницам и так узнала, что отец находится в психиатрической больнице.

Ей пришлось долго объяснять врачам, что он нормальный человек — просто неудачно подобрал слова, описывая своё состояние.

Только через три дня его удалось забрать домой.

Вся деревня тогда смеялась над этой историей.

Но отец был грамотным человеком и очень любил читать. У нас дома была большая библиотека.

С детства он прививал нам любовь к книгам. Вечерами, когда все дела были сделаны, мы с сестрой садились рядом и слушали, как он читает.

Пошевелиться было нельзя. Если мы начинали вертеться, он говорил:

— Тихо. Слушать надо.

Особенно он любил читать смешные места из «Поднятой целины».

Иногда он откладывал книгу и говорил:

— Вот дед Щукарь так бы сделал…

И начинал пересказывать на память:

— Я человек грамотный: могу и расписаться, и крест поставить!

Мы с сестрой смеялись.

Потом отец продолжал:

— А ещё Щукарь говорил: «Я человек хозяйственный: если где плохо лежит — обязательно подберу!»

Мы снова начинали смеяться.

Иногда отец добавлял:

— Вот бы Щукаря на нашу пасеку. Он бы и пчёл пересчитал, и медовуху попробовал.

Он читал нам стихи Пушкина, Лермонтова, Есенина. Многие из них я до сих пор помню наизусть.

Мы сидим у костра. Вокруг лес, тихо гудят в ульях пчёлы, светит луна и потрескивает огонь.

С тех пор прошло много лет.

Но иногда, когда я слышу гудение пчёл или чувствую запах дыма от костра, я вспоминаю те вечера и тот случай.

Мы потом ещё много лет вспоминали эту историю и шутили:

— Это всё медовуха… и те самые мыши в горле.