Мышиный кешбэк

— Привет, Семёныч. Что это у тебя с рукой? Опять дверью защемил?

— Здарова. Да не, не поверишь, — он поднял правую руку и показал замотанную кисть бинтами. — Мышь!

— Мышь?

— Да.

— Серьёзно?

— По максимуму.

— Они же мелкие и людей боятся. Как это она тебя так?

— Эта хитрая, зараза. В общем, после того как вещи начали пропадать, я камеры в квартире поставил…

— Да‑да, ты показывал, как мышь ночью бегала. Грызла там что‑то.

— Ага. Я посмотрел записи и заметил, что она одним и тем же путём ходит. Ну и купил я, значит, мышеловку. Поставил на её маршруте. И… Ну, в общем, это видеть надо.

Семёныч достал телефон и запустил видео.

— Вот, смотри. Час ночи. Она выползает из норы. Проходит осторожно десять‑пятнадцать сантиметров. Тут она обычно останавливается и вылизывается. Во, видишь? — Его собеседник посмотрел в экран, потом как‑то с осторожностью — на Семёныча. — Так, дальше она идёт под комод и осторожно выглядывает, вот так вот нюхает воздух пару раз. Ага. Теперь быстро перебежит под стол.

— И вправду. А ты сколько дней за ней следил?

— Да не важно, смотри, что сейчас будет. У меня там зеркало во всю стену. Во, во!

Мышь на видео остановилась, посмотрела на себя в зеркало и замерла.

— Во, она обычно не замирает, посмотрит на себя секунду — и дальше бежит.

— У тебя точно всё нормально? — теперь уже с тревогой посмотрел коллега на Семёныча.

— Да. Ну, кроме руки.

Мышь тем временем в зеркале смотрела не на себя, а на что‑то позади своей спины.

— Всё, заметила, — медленно сказал Семёныч.

Мышь обернулась и медленно, с любопытством, пошла к мышеловке. Она осторожно приблизилась и на вытянутых лапках осторожно понюхала деревянное основание. Замерла на секунду. Попробовала на вкус. Снова замерла. Постояв пару секунд, направила свой нос к металлическим механизмам и начала их обнюхивать, касаться своим язычком. Казалось, что на её морде проявился какой‑то азарт. Она ловко изучала механизм.

— Смотри, мне кажется, на её морде появился какой‑то азарт.

— Ну не знаю, просто нюхает. Сейчас она укусит сыр и попадётся. С рукой‑то у тебя что?

— Не, не, не. Смотри.

Мышь слезла с предмета интереса, подошла к его углу, вцепилась в него зубами и попробовала поднять.

— А, она сейчас её перевернёт, механизм сработает, и она спокойно съест сыр?

— Хм, об этом я не подумал, — задумчиво сказал пострадавший. — Возможно, она могла бы так и сделать. Но нет. Смотри.

Предприняв несколько попыток и рассчитав свои силы, мышь впилась зубами и потащила мышеловку.

— Эм, что это она? Куда?

— Не знаю. Сейчас она уйдёт из поля видимости.

Мышь успешно протащила мышеловку и ушла из поля видимости.

— Ну, допустим, ситуация не типичная. А руку она тебе как повредила? Тебя тоже пыталась утащить? — с усмешкой спросили забинтованного.

— Ха‑ха, как смешно. И вообще, я уже начал худеть. Так, я не знаю, что она делала ещё три часа, но вот, смотри, перематываю.

Мышь снова крадётся. Дошла до комода. Выглянула, воздух понюхала и обратно убежала. Прошло несколько секунд — и показался хвост. Мышь тащила капкан для грызунов обратно.

— Эм, что?

— Вот, и я не сразу понял.

Мышеловка полностью показалась в камере. И в лучах раннего солнца что‑то блеснуло.

— Что это там в ней?

— Не поверишь?

— М?

— Смотри дальше.

Мышь убежала. Семёныч промотал ещё на три часа вперёд.

— Сейчас я проснусь и приду.

На видео открылась дверь, вошёл охотник на мышей. Весь в домашнем, волосы растрёпаны, глаза полуоткрыты, движения конечностей в пространстве одновременно и вялые, и дёрганые. Он протёр глаза, нахмурил лоб и посмотрел в сторону мышеловки.

— В общем, я ещё не до конца проснулся и вижу: что‑то блестит. Присмотрелся, а это запонка моя, которую я потерял месяц назад.

Видео было без звука, но по губам было видно, что Семёныч с приятным удивлением сказал: «О!» — решительно нагнулся и сунул руку в мышеловку за драгоценностью.

И снова воображение дорисовало громкий резкий звук захлопывания ловушки. И все остальные ругательства, возмущённо рассекающие воздух, тоже легко считывались.

— Хе‑хе, уделала тебя мышка‑то. Загнала охотника в его же ловушку.

— Угу.

— Ты ей только отраву не покупай, а то она её тебе обратно подсыплет куда‑нибудь в сахар или кофеёк, — продолжал подтрунивать коллега.

— Они у меня в стеклянных банках. Не справится.

— Ну и что думаешь с ней делать? Электромышеловку купишь?

— Не, другая мысль есть.

— Какая?

— Да я, конечно, разозлился сильно поначалу, — на видео Семёныч уже заматывал себе руку. — Начал придумывать планы мести.

— И какая же самая мучительная? — медленно, выделив последние два слова, поинтересовался собеседник.

— Никакая. Не буду мстить.

— Почему?

— Ну ты сам подумай. Мышь‑то полезная. Я ей кусок сыра, она мне запонку. Обмен, так сказать. Симбиоз, так сказать.

— Хм.

— Вот тебе и хм. Дружить надо уметь, а не врагов новых заводить.

— Странный ты, конечно. С мышью дружить. Ладн, мне бежать пора, а ты выздоравливай, не болей! Охотник‑дрессировщик.

— Ага, давай, — махнул ему забинтованной рукой Семёныч и открыл приложение маркетплейса, чтобы заказать самого вкусного сыра.