На дело одна ночь

- И последнее, на дело тебе даётся одна ночь. Утром Вирджиния Толуорти должна быть у нас, либо у тебя в машине. Но никак иначе. Ты понял?

Джереми посмотрел на говорящего через стакан с джин тоником и согласно кивнул.

Наниматель - немолодой человек, только начавший седеть, что было хорошо заметно в припорошенных сединой волосах, в дорогом костюме, с золотой цепочкой часов выглядывавшей из петлицы - с неудовольствием смотрел на сидящего перед ним молодого человека. В своём деле он повидал немало людей, и немногие из них были честными или обладали маломальской гражданской совестью. Большей частью это были отъявленные негодяи. Но этот…

- Мистер Джереми, вы меня слышите? Вы должны сделать это за ночь.

Джереми снова кивнул и больше ничего не дожидаясь, отставил стакан, встал, поклонившись в знак прощания. Развернувшись после этого, пошёл к дверям.

- Внизу, у Старка, получите ключи от машины, - громко крикнул наниматель вслед молодому человеку.

- Понял, - буркнул тот, даже не потрудившись обернуться.

Дорога меж двух городов стремительно уменьшалась по мере того, как белый "ферари" с тремястами лошадиными силами подобно фантастическому экипажу рвался вперёд к сияющим огням, выныривающим из нарождавшейся ночи. Джереми некоторое время слушал старые хиты Элтона Джона, но потом резко вывернул ручку громкости приёмника. Наступила тишина. Не зловещая, а слегка прерываемая мягким урчанием работающего двигателя и шуршанием шин по полотну магистрали. Сработал будильник в часах. Джереми опустил глаза, желая убедиться, что успевает. У него было ещё больше полутора часов. Он вдавил педаль газа в пол. Стрелка скорости резко скакнула вперёд и закачалась за отметкой триста.

Откинувшись на спинку кресла, левой удерживая руль, правой поискал сигареты. Карманы куртки были девственно пусты. С неосознанной четкостью Джереми вспомнил, как достав пачку "Кэмэла", положил её на край стола нанимателя, после того как тот попросил не курить. Выругался. Жутко хотелось курить. Язык пересох и почти трескался от сухости во рту. Одну затяжечку! Втянуть дым, чтобы закружилась голова!

Белый «ферари» призраком ворвался в пригород. Скинув скорость, Джереми медленно проезжал по улицам в поисках открытого магазинчика или киоска, где можно было бы купить сигарет… Где-то за тумбой объявлений мелькнул свет. Джереми остановился, и вышел из машины. Казалось, что всё вокруг вымерло. Слишком тихо и спокойно, что даже удивительно для подобного рода окраин. На противоположной стороне беспокойно защёлкали каблучки спешащей куда-то женщины. И снова тишина. Джереми поискал сигареты, и вспомнил, что остановился, чтобы их купить. Собравшись с мыслями, он за несколько шагов подошёл к освещенному киоску. В крошечном завешанном изнутри помещении для глаз посетителей открытым оставалось маленькое окошечко. За ним сидел средних лет толстячок. В цветном стеганном жилете, с паклями волос на полысевшем черепе, с пенсне на большом мясистом носу. Человечек с воодушевлением читал какую-то газету, громко смеясь и причмокивая.

- Пачку "Кэмэла" - сказал Джереми, протягивая в окошечко десятку.

Человечек взглянув на него мокрыми от смеха глазами, и кивнул. Его руки запорхали под уровнем окошечка, забирая деньги и выкладывая пачку на подоконник.

- Всё? - спросил он, замерев. Джереми кивнул. Человечек снова опустил глаза в газету, и, казалось бы, забыл о существовании молодого человека. Но тот ещё некоторое время стоял возле киоска, вглядываясь в свет окошечка. Неожиданно ему захотелось остаться рядом с этим освещённым газетным киоском. Таким спокойным и уютным выглядел последний…

- Купите игрушку, молодой человек! - на высокой ноте прокричал чужой голос. Джереми вздрогнул и обернулся. Из круга темноты, окружавшей киоск, с уровня трёх футов над землёй на него смотрело сморщенное личико с пустыми глазами. - Купи игрушку, мальчик, - проскрипело существо, выступая из скрывавшей его тени, маленькое, в грязных лохмотьях. Длинные сухие руки, похожие на лапки паука, протягивали Джереми нечто маленькое треугольное, в треугольных наростах разной величины. - Купи игрушку!

Парень отступил к киоску, заслоняя спиной свет.

- Купи! - послышался голос мужичка из киоска. - Купи, всё равно не отстанет…

- Сколько?

- Доллар, мой мальчик! Всего доллар… - прокаркало существо.

Джереми захлопал по карманам, выискивая сдачу с сигарет. Бросив её в ладонь существа, он схватил угольчатую вещицу и большими нервными шагами вернулся к машине. Садясь за руль, он на мгновение глянул на купленную игрушку, а потом бросил её на заднее сидение. Через несколько минут он припарковался на противоположной стороне от дома Толуорти.

Одного взгляда на машину, стоявшую у входа, и водителя в униформе, который эту машину обхаживал, хватило на то, чтобы понять, что Толуорти уезжают. Они не заставили себя ждать. Вскоре супруги вышли из дома. Всё складывалось как нельзя лучше. Ведь Вирджинии с ними не было.

Джереми осмотрел дом. На верхнем этаже также темно, как и на первом, за исключением одного окна. В светлом пятне двигалась изящная девичья фигурка. Прислушавшись, Джереми услышал музыку. Пришлось ждать, но недолго. Полчаса или около того. Музыка смолкла. Яркий свет сменился более приглушенным. "Ночник или телевизор" - решил Джереми. Голубые отсветы заплясали на потолке. "Телевизор", - сделал окончательное заключение молодой человек, и открыл дверцу автомобиля. Тишина. Ни музыки, ни человеческих голосов, и даже животные оставили этот район. Перейдя улицу, он подошёл к парадной двери. Для отвода чужих глаз, одну руку протянул к звонку, другой нащупал замок. Заперто. Впрочем, он и не надеялся на другое. Опустив к замку вторую руку, он недолгими манипуляциями, заставил послышаться негромкий щелчок. Дверь тихо отворилась, пропуская молодого человека в тёмную парадную.

Во мгле угадывалось расположение. По правую руку ещё один коридор заканчивался кухней. Оттуда доносилось приглушенное бряканье стекла и плеск воды. Слышалось даже тихое пение. Впереди большие двери, скорее всего ведущие в гостиную. А рядом с ними – внушительная лестница наверх. Недолго думая, Джереми начал подниматься. Тёмный коридор с несколькими дверями по обе стороны. Искомая дверь просто притягивала к себе взгляд, обведенная голубым прямоугольником света. Зайдя, Джереми сразу же огляделся. Обычная комната обычного тинэйджера, погруженная в полумрак от работающего в половину громкости телевизора, транслирующего концерт какой-то молодёжной группы. Джереми сморщился. Он не любил современную музыку, или точнее то, что ею назвали.

Его жертв лежала на постели. В ночном белье, с распущенными по плечам волосами, и явно не смотрела телевизор. Она спала. И это облегчало работу. Джереми шагнул вперед, и его нога наткнулась на небрежно брошенный роликовый конек, который тут же стукнулся о металлическую стойку кровати. Легкое сотрясение разбудило девушку, и она сонно подняла голову. Всего мгновение Джереми позволил ей себя разглядывать, и прежде чем после появившегося в глазах осмысления, она хотела закричать, кинулся на постель, и ладонью зажал ей рот. Добравшись другой рукой до её горла, проговорил:

- Шевельнёшься, или скажешь хоть слово, удавлю или просто сломаю тебе шею. Поверь, мне это совсем несложно. Деньги меня не остановят.

Девушка в ответ проскулила что-то соглашающееся. Джереми перехватил её руки в свой захват и поднялся. Жертва действительно не делала попыток от него отклониться. Понуро опустив голову, она стояла перед ним на коленях.

- Пошли! – приказал молодой человек, и грубо стянул её с постели. Выкрученная рука хрустнула, и девушка всхлипнула от боли, - Не вой! Это даже не вывих. Я слышал это по звуку… Иди аккуратнее, - его свободная рука, предупреждающе легла на тонкую шею девушки, скрытую копной волос. Девушка кивнула. Чувствовалось, что она чудовищно напугана, и не понимает происходящего. Но не пытается паниковать. Это было гораздо сложнее, чем думалось. Справиться с кричащей и упирающейся, куда проще, чем с думающей и размышляющей.

На выходе из комнаты, Джереми сообразил, что стоит накинуть на тонкие дрожащие плечи хотя бы колледжскую курточку. Носки на ногах девчонки его вполне устраивали. Они спустились вниз, и девушка слегка склонила голову в сторону кухни с её почти затихшими звуками жизни, словно надеясь на помощь оттуда. Джереми погасил эту надежду куда быстрее. Одним толчком он выкинул девчонку за дверь, а, оказавшись рядом с ней распростёртой на асфальте, грубо поднял и повёл к машине. Кинул её на заднее сидение, а сам сел за руль. Через мгновение белый «ферари» сорвался с места. Минут через пять сзади послышались сдавленные рыдания.

- Мистер, отпустите меня, пожалуйста! Я никому не скажу! Только отпустите…. Отпустите… - тихие всхлипы превратились в дикие рыдания истерики, - Мистер, отпустите! Я хочу домой, к родителям!

Не удосуживаясь оглянуться, Джереми просто бросил взгляд в зеркало заднее вида. Девушка сидела у противоположное ему дверце, искала, но не находила на ней ручку.

- Замолчи! Своими криками ты мешаешь мне думать… Я отпущу тебя, только не сейчас и не у родителей. Другие люди попросили привезти тебя к ним. И за это они платят мне деньги. Эта машина тоже принадлежит им. Согласись, невежливо было бы с моей стороны отказывать им в такой мелочи, как увидеть тебя… - эти слова как будто бы убедили девушку. Она замолчала и больше не пыталась выпрыгнуть из машины. Забившись в уголок, она просидела так что-то около часа. Потом, ещё раз глянув в зеркало, Джереми с удивлением заметил, что она дремлет, или может быть, только притворяется. Впрочем, это не было важно. Главное, что через час с лишним Джереми будет уже у нанимателя, и, передав ему девушку, получит свои деньги.

Он закурил. Город исчезал в море собственных огней, отпуская машину во владения пустынной магистрали. Послышался кашель. Проснувшаяся девушка исступленно кашляла, оказавшись в клубах дыма. Джереми открыл окно, и подержал его некоторое время открытым, проветривая салон. Девушка смолкла и вновь откинулась на спинку.

- Тебя как зовут? – вдруг решил спросить Джереми. В машине стояла нехорошая тишина, но радио включать не хотелось.

- Вирджи…. – начала девушка, запнулась, но всё же договорила, - …ния…

- Как? – не понял молодой человек.

- Вирджиния…

- Во как… - похлопал по карманам, вспомнил про жвачку, - «Орбит» будешь? – и, не дождавшись ответа, кинул полный блок назад…

Вирджи было страшно. Хотя отец, как мог, готовил её к подобному. «Я сделаю всё, чтобы это не случилось, но согласись – я не всемогущ. Пока ты была маленькой, я пытался не пугать тебя такими вещами, да и время тогда было другое…» - словом все речи его сводились к одному. Если случиться что-то подобное, ни в коем случае не паниковать. Но сейчас… Сейчас ей было очень страшно. Этот человек появился в её комнате, как призрак. Она почти спала, убаюканная одиночеством и телевизором. Конечно, она была чертовски зла на Рича за то, что он не захотел сегодня за ней зайти, или может быть, она всё-таки была не права, устроив скандал на физике?… Короче, она дремала, размышляя подобным образом, но что-то звякнуло. А когда возникшая из темноты и шума телевизора фигура зажала ей рот… Нет, всё это было безумно страшно…

Сейчас она сидела в холодной машине. Дико ныла ободранная коленка, и расцарапанная при падении ладонь. Ей было холодно. Ведь под курткой у неё была одета длинная футболка, а носки едва согревали ноги. А ледяной осенний ветер, врывавшийся через открытое окно, не улучшал положения.

- Закрой окно, - попыталась попросить она, но сжатое страхом горло пропустило последнее слово. Водитель не отозвался. Продолжая одной рукой удерживать руль, он другой держал у рта сигарету, и торопливо курил. Вирджи потянулось было к его плечу, чтобы напомнить о себе. Её нога соскользнула с сидения, а обутая в трикотажный носок стопа обо что-то укололась. Вскрикнула и тут же испуганно смолкла, посмотрев на похитителя. Тот даже не заметил этого. Нервным щелчком он отправил окурок в окно, и закурил новую сигарету. Вирджи увидела его лицо, освещенное фарами встречной машины, и невольно залюбовалась. Он не был похож ни на кого из тех, кого она знала раньше. В кругу её знакомых было мало подобных ему людей. Взять хотя бы то, что в круг её друзей или друзей отца не было людей его возраста. Он выглядел лет на 25. Этакий денди. Правда, Вирджи плохо представляла себе настоящий смысл этого слова, но казалось, что это должно быть что-то аристократическое. Этакий отпрыск древнего рода. С красивым благородным лицом, с аккуратной прической, в шикарном костюме и куртке из какого-то модного дома моделей. На указательном пальце правой руки кольцо. Массивная печатка с каким-то узором. Зверем или цветком, было не совсем ясно. Слишком слепил свет проходящих машин. Морщась Вирджи снова подалась вперёд, и её нога снова на что-то наткнулась. Девушка склонилась и пошарила рукой в темноте возле сидений. Практически сразу её пальцы коснулись… Даже вытащив это на свет, она не смогла назвать эту вещицу. Это угловатая шипастая штука только и могла называться «Это». Именно так с большой буквы. И всё же было в ней что-то такое, что заставляло попытаться разобраться в странном совершенно запутанном устройстве. Очередной порыв ветра, заставил её поежиться и чихнуть.

- Тебе холодно? – поинтересовался похититель. Вирджи задумчиво посмотрела на него через зеркало заднего вида. Через какой-то безумно длинный период времени она вспомнила, что её похитили и сейчас она в машине похитителя. И человек, сейчас обращавшийся к ней с вопросом, вытащил её полуголую с постели из дома родителей.

- Да, немного! – отозвалась она, пытаясь закутаться в куртку, и попутно спрятать угольчатую вещицу.

- Пошарь на заднем стекле. Там где-то должен быть плед… Минут через сорок мы будем на месте, и твои мучения кончаться.

- Ты так думаешь? – Вирджи нервно шарила над сидением, - Ты так думаешь? – повторила она, найдя плед, и стаскивая его на себя, - А у тебя есть идеи, что будет со мной после того, как ты сдашь меня Им в руки? Думаешь получить деньги и смотаться?

- Ну, в общем, именно так, - отозвался молодой человек, - Мне никогда не приходилось разбираться в морали того, что я делаю…

- А зря!

- Когда не пытаешься вникнуть в суть проблемы, меньше проблем со своей совестью.

- Но почему же? Совесть полезная штука, когда не мучает…

- Мне это не нужно. Мне платят деньги, я тебя отдаю, и больше мне ни до чего нет дела!

Вирджи хотела что-то ответить на эти слова, но чихнула и вслед за этим замолчала, кутаясь в плед. Тепло размаривало. Отвернувшись к окну, она посмотрела на светлеющую ночь. Где-то там, в домах, с огромной скоростью пролетавших мимо виднелись яркие предпраздничные огни и украшения. Вирджиния подтянула к себе ноги, и тихонько вздохнула, чувствуя себя способной разрыдаться. Панический страх, вслед за ним к глазам подступили горькие слёзы. Её друзья сейчас развлекаются, её родители слушают любимую оперу, а те люди, мимо, чьих домов она сейчас летела, даже не подозревали об её крошечной проблеме. Её похитили из дома, полуголую затолкали в машину, а сейчас везут к кому-то, кто за то, чтобы увидеть её, заплатили деньги.

Опустив глаза, она почувствовала текущие по щекам слёзы. Вот теперь, когда она подробно и четко всё разложила по полочкам, её снова стало страшно. Она зябко поежилась, ощущая першение в горле, предвещавшее скорую простуду, и вновь вспомнила об угловатой штукенции. Пошарив в складках пледа, она поднесла её к глазам. Вздрогнула, когда молодой человек, забыв о ней, включил радио. Что-то классическое, с органами. И хотя Вирджи какое-то время занималась музыкой, этого произведения она не узнала. На мгновение её взгляд улетел вслед за знаком границы штата, но стоило ей вспомнить, что домой она попадет теперь не скоро, вернулся к угловатой вещице.

Сейчас она ясно видела, что все угольные выступы способны двигаться по поверхности основы. Проверяя, Вирджи пальцем слегка двинула один из шипов, и мгновенно ещё около четырёх поменяли свои позиции вслед за ним. Отодвинув тот же шип в сторону, она заставила половину выступов наклониться, отчего игрушка стала походить на пьяного ёжика. Это забавляло. Вещица напоминала головоломку Кубик-Рубик, главной задачей которой было собрать на каждой из шести граней свой цвет. Что же было задачей этой штуковины оставалось только догадываться.

Вирдж в задумчивости взялась за два самых больших шипа и с силой развела их в стороны. Она успела только почувствовать, как чертова игрушка практически полностью перестраивается в её руках, но в следующее давление в занесенной машине придавило её к спинке, едва не выдавливая на заднее стекло. Не понимая, или слишком хорошо понимая, что происходит, Вирдж истошно закричала, но тут же её заткнул грозный оклик. Вцепившись в одеяло и спинку сидения, она с ужасом следила за тем, как молодой человек пытается удержать в руках дико сопротивляющийся этому руль. Впереди, выхватываемые светом фар, мелькали какие-то нереальные фигуры и летящий красный песок. В очередной раз отчаянно взвизгнули тормоза, пытаясь напомнить, что они не вечны. Машину занесло ещё раз и после короткого мгновения она начала куда-то падать.

Наверно на время падения Вирдж потеряла сознание, поскольку всё то, что было дальше, помнилось её с острого запаха бензина, который ручейком протекал рядом с её руками, прижатыми к голове. Она больше не сидела на заднем сидении. Судя по тем отрывочным картинкам, которые выхватывал из темноты её озадаченно-потерянный взгляд, машина лежала на крыше, а она вместе с ней на том, что раньше было потолком салона. Всего в нескольких дюймах от её пальцев виднелась щель люка.

Вирдж попыталась подняться, и это у неё получилось. Вместе с увеличившимся обзором вернулось умение слышать. Далекий автомобильный клаксон, звук воды или…бензина!!! Наверно, если бы её стукнуло током, эффект вряд ли был бы столь впечатляющим. Инстинкт выживание сработал безотказно. Теряясь в истеричных рыданиях запоздалого ужаса, в течение первых нескольких секунд она всё также не сумела найти ручку на двери. Потом её удалось вспомнить, что ручки там и не было. Со своего места она не могла покинуть салон автомобиля. А запах текущего бензина становился всё сильнее и острее, по мере того, как им пропитывалась обивка ручной работы. Выбраться из машины стало первой необходимостью. Но как? Высокие спинки кресел и сплюснувшаяся крыша не позволяли ей протиснуться вперёд и открыть двери там. Здесь нет ручек, но… Есть стекла. Раздавленные стекла!

Вирдж торопливо оглянулась назад. И хотя от резкого движения голова беспощадно заболела, наградой было увидеть украшенной сетью трещин заднее стекло. Если бы только удалось его выбить. Вирдж развернулась и без промедления ударила пятками по пластику стекла. Наверное, будь оно целым, её ногам пришлось бы хуже, но… И от этого удара, она едва не взывала, почувствовав отдачу. Но, закусив зубами, край куртки, она продолжила наносить удар за ударом, начисто отключившись от всех остальных проблем. И в тот момент, когда потрескавшаяся пластина, наконец, поддалась, она уже была на грани того, чтобы сдаться. А это давало надежду! Когда стекло вылетело, она торопливо и проворно, как ящерица, полезла в образовавшуюся щель, чтобы оказаться снаружи.

Отковыляв от машины футов на шесть, она заставила себя остановиться, чтобы посмотреть назад. Что-то никак не укладывалось у неё в голове. Вроде бы всё нормально, если не считать перевернувшейся машины. Ночь над голой степью, горящая машина в каком-то песчаном овраге. Вирджиния понимала, что её соображалка сейчас работает слишком медленно, но это наверняка было, потому что кончился запас её жизненных сил. Машина, машина, машина, словно заевшая под иглой пластинка, крутилось в голове. Машина. В машине её увезли из дома родителей…

Увозили! Растерявшееся сознание схватилось за мелькнувшее слово. Её увозили! Её везли. Водитель! Вирдж снова оглянулась. Его рядом не было. Но, может быть, он вылез на другую сторону, опустившись на колени, убеждала она себя. Её совсем не хотелось снова хотя бы даже на шаг подходить к горящей машине. Это было слишком страшно.

- Что? – подняла она голову. Ей показалось, что она услышала голос. Словно кто-то что-то бормотал.

- Чёрт! – яростнее и громче повторил голос, и Вирдж поняла, откуда он слышен. Машина. Он всё-таки ещё оставался в машине. Она поднялась и отскочила назад. Но… Не смогла убежать. Её очень хотелось, но что-то мешало бегству. Как уйти, если там, в машине, умирает человек? И пусть этот человек похитил её из дома, пусть этот человек хотел получить за неё деньги… Сейчас он наверняка слабее её и нуждается в помощи. Неужели она откажет ему в такой малости, как остаться в живых?

Никогда ещё время не тянулось так медленно. Она даже отдаленно не представляла себе, сколько времени прошло, пока она открывала машину, пока она открывала машину, пока распутывала ремень и куртку, пока пыталась вытащить человека наружу. Время, казалось, устроило гонку само с собой, пока Вирджи, упираясь ногами, волокла парня за собой. Бредовые идеи приходили в голову, когда руки вдруг отказывались ей служить, напоминая что им не под силу таскать такую тяжесть. А ей было страшно! Дико страшно! Что, если она не сумеет вытащить его из машины вовремя? Что если машина взорвётся раньше, чем её удастся со всем справиться? А справиться с этим ей было просто необходимо. И потому она тащила и тащила тяжелое тело на себя, задыхаясь и теряясь в рыданиях истерики. В короткие, подобные вспышки, моменты ей думалось, что это уже никогда не кончиться. Что у неё не получиться вытащить этого парня. Но в этот момент тело поддавалось её усердию, и вечность снова продолжалась. Вечная, бесконечная, не имеющая логического конца.

- Хватит! – услышала она, когда закрыв глаза, и опершись спиной на что-то, отдыхала и давала отдых измученным рукам, - Хватит, - повторил голос, услышать который она уже даже и не рассчитывала. Одной из бредовых идей было, то, что всё это время она тащит уже труп.

- Хватит что? – спросила она, заставив двигаться брусок дерева в своём рту, тот, что раньше был её языком.

- Ты уже достаточно далеко отволокла меня от машины, - холодный ровный голос почему-то ранил и бил по сердцу. Она открыла глаза и осмотрелась. Похититель был прав. Они сидели на гребне одной из крошечных гряд, в пройме из которых лежал их автомобиль. Поёрзав, Вирдж с удивленно-тупым изумлением посмотрела на осыпающуюся вниз из-под её ступней струйку мелкого песка и почку кактуса, который она обегала. И ладно бы если струйка и кактус были единственными. Но нет. Подобные были повсюду. Песчаные гряды, сильный ветер на той стороне поднимал тучи песка в холодный по ночному воздух пустыни.

Отползя в сторону, Вирдж поднялась на ноги. И пусть то, что она видела, было заполнено океаном красного от заката песка, где-то в душе таилась надежда, что всё не так. Но разум… Она практически восемнадцать лет прожила в городе и ни разу не выезжала за его пределы, но никогда в жизни не слышала, что где-то в окрестностях есть пустыни. Онемев, она повернулась к похитителю. В двух-трёх футах от её ног, он лежал на вытяжку, обнимая землю. Паника было всколыхнувшаяся в ней, отошла, когда в темноте она различила темное пятно, расползшееся у молодого человека на штанине левой ноги выше колена.

- В чём дело? – спросила она, склоняясь к нему. Только сейчас увидев его бледность и крупные капли пота, усыпавшие его лицо, - Чем тебе помочь?

Парень покачал головой, но когда её рука коснулась его колена, из-за стиснутых зубов донеслось неясное рычание.

- Лучше скажи! – потребовала Вирдж, всё же догадываясь в чём дело. Ещё до того, как её ответили, она уже скинула куртку, и оглядываясь, искала что-нибудь подходящее под основу под перелом.

- Кажется, у меня сломана нога, - прохрипел парень, - Чем ты сможешь мне помочь?

- Я видела на горных курортах, как это делается… Тебе нужно сейчас болеутоляющего и наложить повязку. Первого у меня нет, - за свой монолог, она вновь спустилась к машине, и притащила оттуда кусок чего-то похожего на пластик обшивки, - А вот это единственное, что я нашла под основу…

- А чем же ты заменишь первое? – поинтересовался молодой человек. Без продолжения разговора. Вирдж с неизвестно откуда взявшейся яростью стукнула по мокрому пятну на чужом бедре, и с мрачным удовлетворением убедилась, что пациент коротко охнув, вырубился.

- Это не эстетично! - проговорила она себе, опускаясь на колени, - Но, как я и думала, оно действует так же безотказно, как болеутоляющее…

Ей хватило времени, чтобы забинтовать чужую ногу прежде, чем машина чьё пожарище вроде бы затихло, взорвалась. Её, оглянувшуюся на усилившийся гул огня, смело с бугра кусоком дверцы, распоров плечо и засыпав песком, смешанным с разным металлическим мусором. В какой-то миг она почувствовала, как что-то наваливается на неё. Мелькнула мысль о человеке, оставленном наверху, но всё пропало и Вирдж полетела во тьму…

- Ещё повтори, как всё было, - попросила Вирдж.

- Да что тут повторять? – отмахнулся молодой человек, морщась от боли, когда отошедшая с вопросом девушка заставила его опереться на поврежденную ногу.

- Как всё было? Ты должен объяснить, или может быть попытаться рассказать всё точнее, чтобы я поняла…

- Это проще некуда. Повторяю последний раз. Мы ехали, потом дорога исчезла, машину занесло и мы здесь. Довольна?

- Я схожу с ума, - пробормотала Вирдж, возвращаясь к своим временным обязанностям телохранителя, - Честное слово! Сначала меня крадут, потом переворачивается машина…

- Что ты хочешь этим сказать?

- Я не дура! Фантастику смотрела! Я отлично знаю, что за городом никаких пустынь нет. Но мы в ней, и это не сон, и не фантастика. Иначе у тебя нога, а меня плечо не были бы повреждены. Я не могу утверждать, что мы уже не на Земле. Может быть, ещё здесь. Только толку от этого весьма мало. Каким образом мы попали сюда? Если в это что-то вмешалось, то где гарантия, что наше перемещение не повториться?

- Ты несёшь чушь!

- Да ради бога! – тут же отозвалась Вирдж, - Судя по солнцу, сейчас за полдень. А ещё утром ты должен был отдать меня людям, которые за это заплатили, так какого же хрена ты сейчас здесь со мной, а не там?! И всё это, если я несу чушь? – она попыталась сказать что-то ещё, но её остановил предупреждающий жест молодого человека, вскинувшего вверх раскрытую ладонь.

- Смотри! – откуда-то с правой стороны к ним стремительно приближалась темная точка. Им даже не пришлось долго ждать, чтобы вскоре услышать дробный звук. А спустя десяток минут они увидели всадника. Что ж, он подходил этому пейзажу. Песок, солнце, дюны, хилые кустики и бедуин. Развевающиеся одежды, закрытое лицо, чалма или что-то на неё похожее. Стремительно, как призрак арабских сказок, всадник приближался к ним. Двумя людям современности по неизвестной воле попавшим в эту пустыню. Вирдж с лёгким головокружением приникла к плечу похитителя.

- Не обессудь, но мне кажется, что мы до сих пор не познакомились.

- Что?!

- Как тебя зовут?

- Джереми…

- Кто вы такие? – резкий оклик отдёрнул её от того, чтобы съехидничать по этому поводу. Прижавшись всем телом к молодому человеку, она испуганно посмотрела на вопрошавшего.

- Помогите нам, - заговорил Джереми, - Мы попали в аварию. Наша машина взорвалась…

Вирдж оглянулась на него. Отшатнувшись, она смотрела на него с непередаваемым изумлением. Почувствовав её взгляд, он обернулся и смолк на полуслове. Снова посмотрев на всадника, он чётко осознал то, что девушка пыталась сказать ему раньше.

- Но хотя бы о машинах он должен знать, - возмутилось правильное реалистичное сознание Джереми. Взяв девушку за руку, он вскинул голову и приказал, - Отведи нас к телефону! – это была его главная ошибка.

- Собака! Как ты разговариваешь с хозяином? – услышал он крик, пока в замедленном темпе наблюдал за тем, как гладкое полированное древко плашмя летит ему в лицо. Короткий вопль со стороны девчонки, и он уже ничего больше не помнил. Вирдж помнила не больше. Увидев, как Джереми падает, она закричала, и тут же смолкла, когда бедуин посмотрел на неё.

- Иди как сюда! – проговорил он, и наклонившись дёрнул её за талию вверх. Ударившись о седло, потеряла сознание…

Услышав голос, она открыла глаза. Ей хотелось, чтобы потолок над нею был потолком её комнаты. Ей хотелось, чтобы всего, что произошло, никогда не было. Не было бы похищения, аварии, этого бедуина, вырвавшегося из разрыва веков. Ничего этого.

- Поднимайся, тебя хотят видеть, - снова повторил голос, её разбудивший, и чья-то рука бесцеремонно вцепившись в её плечо, словно стальными пальцами, подняла Вирдж из горизонтального положения.

- Мне больно! – жалобно проговорила она сухопарой женщине, чья рука и делала сейчас всё, чтобы лишить плечо Вирдж всякой чувствительности.

- Правда что ли?

- Отпустите меня, пожалуйста! – попросила Вирдж, понимая, что недомолвок от неё не примут.

- Ради аллаха, детка! – ответили ей, - Только… - её развернули с такой силой, что что-то хрустнуло в позвоночнике. А когда женщина заломила её назад руки, она не удержалась и закричала, - Вот так будет гораздо лучше.

Ощутив свои запястья связанными, Вирдж попыталась пустить слезу.

- Прекрати! – раскрытая ладонь хлестнула её по лицу. Онемев от неожиданности удара, Вирдж действительно смолкла, - Иди же, наконец!

- Но куда?

- Тебя хочет видеть Хозяин. Всё, иди!

Удар меж лопаток был настолько силен, что получив его, Виржиния пробежала несколько футов согнувшись. И опасаясь упасть, свернула в сторону, чтобы зацепиться плечом за широкий столб. Остановившись, она склонила голову, пытаясь отдышаться. Плечо и спина ныли от боли.

- Ты хорошо бегаешь! – проговорила женщина, подходя сзади и одёргивая руки Вирдж.

- Не толкайте меня, и я не буду бегать! - отрезала она и осмотрелась. Это походило на огромную конюшню. Но в ней были не лошади. Озабоченная собой поначалу Вирдж не замечала хаоса, царившего вокруг, не слышала голосов, несущихся отовсюду.

Люди. Десятки людей, заполняла пространство видимое Вирджинией. «Гарем! Нижний гарем!» - мелькнуло у неё в голове. Но, нет. Это было конечно же похоже, но среди полуголых женщин было немало и мужчин. В самом минимуме одежды все они подставляли свои грязные тела тысячам солнечных лучей с яростью продиравшихся сквозь неплотную крышу. Крыша ехала. Нет, не та, что была наверху этого сооружения. Ехала «крыша» Вирджинии. Шею каждого из присутствующих украшал… лично она знала только одно название подобному украшению. Рабский ошейник. Тонкая или широкая полоса темного металла на каждом, да на её конвоире. На этой женщине, одетой как воин, с мечом в руках.

- Иди! – новый приказ подкрепился легким шлепком по спине и Вирджиния пошла. То, что её под ноги попадались щепки, дико сухая солома, колючки, шерсть – её почти не волновало. Какие мелочи – муки, испытываемые ногами в истрёпанных носках – по сравнению с «радостью» оказаться в невольничьем сарае! Когда они вышли за ворота, то попали в большой двор, заполненный таким количеством людей (и это не смотря на отвратную до дикости жару!), что конвоиру Вирджи пришлось в прямом смысле расталкивать их ногами, а особо медлительных подгонять мечом. Не обращая внимания на трудности перехода, Вирджиния откинув опасность потери «крыши», живо рассматривала царящую вокруг круговерть. Это походило на какой-то из восточных рынков, какими их показывают во многочисленных фильмах. Ни на первый, ни на второй взгляд девушка не видела сильных отличий, которые могли бы убедить её в обратном.

- Мы на месте, - сказала охранница и тут же они подошли к укреплённому пологу огромного шатра.

- Куда?! – рыкнул на них охранник-мужчина в закрытой восточной форме.

- Повелитель вызвал меня привести эту чужестранку!

Охранник вцепился взглядом в Вирджинию, придирчиво осматривая её наряд из длинной футболки с фоткой «Пинк Флойд» на груди. Он осмотрел даже её порядком изорванные носки.

- Ты откуда? – спросил он, наконец. К этому моменту спина Вирджинии успела сильно вспотеть от солнца жарившего её на медленном огне.

- Она будет отвечать только Повелителю! – заявил ещё один персонаж, выходя из шатра. Вирдж нервно хихикнула. Низенький, толстенький, с нежным круглым лицом. Душка и лапочка в одном лице. Он был так похож на евнуха, какими они виделись ей по многочисленным книгам, - Идём со мной! – он взял Вирдж за руку, и особо не церемонясь, потащил её за собой.

- Проваливай к себе! – оглянувшись Вирдж, увидела, как охранник выставил меч перед лицом конвоирши, - Тебе нечего там делать, рабыня!

И хотя за полученные удары девушка не испытывала к ней нежных чувств, но подобное обращение её передёрнуло. Как бы похититель не сопротивлялся её словам, но этот мир явно не был миром Земли. А если даже это всё такие Земля, то Вирджиния даже не представляла, когда (!) она находиться …

- Пленница доставлена, - проговорил ещё один охранник, встретив Вирджинию в конце длинного полотняного коридора. Переглянувшись с «евнухом», он запустил её вовнутрь ещё одного шатра, или чем бы это ни было. Мужчина лет 35, не больше, одетый по восточному, в шароварах и длинной рубахе, оглянулся. Первое, что бросилось в глаза Вирджини, то, что мужчина был красив. Красив по-восточному. Темные, пронзительные глаза под тонким бровями безжалостным огнём смотрели на неё со смуглого лица сына пустынь. Гладкая кожа, умащенная благовониями, аромат которых ещё витал в воздухе. Скрытое под одеждой тело выдавало силу хищника, готового к атаке.

- Редко в нашей пустыне появляются люди столь странным образом, - проговорил мужчина, обращаясь к ней, и давай знак выйти всем остальным, - Мне рассказали, что ночью был замечен огонь, дым от которого возносился к небесам, едва ли не до дверей дома Ширата. А утром вместо пепелища нашли вас. Считать ли вас колдуньей или вы владеете честной магией? Ответьте мне!

Вирдж перевела дыхание. Речь мужчины была странной, и казалось, что кто-то читает её арабскую сказку. Но взгляд замолчавшего был настойчив и упрям. Ему хотелось услышать ответ.

- Я не волшебница и не колдунья. Меня похитили и мы только-только выехали из города, когда машина Джереми вдруг сорвалась с дороги и перевернулась. Я его едва вытащила. Потом всё взорвалось. А утром на нас напал ваш человек, - Вирдж чувствовала, насколько сильно отличается её речь, от витьеватого говора восточника, но старалась не обращать на это внимания, думая о том, как полнее обрисовать картину произошедшего. Может быть, их поймут и помогут вернуться домой. Ну, по крайней мере на Землю, в её время.

- Машинаджереми, - повторил за ней восточник, - Слишком длинное имя для коня. Наверно поэтому он и сошёл с ума…

Вирджиния сердито помотала головой.

- Да, нет же! Это два совершенно разных слова. Машина – это то, на чём мы ехали, а Джереми её вёл…

- Всё-таки странное имя для лошади – машина…

- Да не лошадь это! – возмутилась Вирдж, окончательно теряя терпение, - Это повозка такая, на четырёх колёсах. Она ездит и мы называем её машиной…

- А у нас это называется телегой, - задумчиво проговорил, мужчина, пристально разглядывая её, - А твой спутник – великий воин?

- Нет, совсем нет! – тут же опротестовала подобную мысль Вирдж, - Он украл меня из дома, чтобы отдать людям, которые шантажируют моего отца….

Похоже, слово «шантаж» псевдоарабу было знакомо больше, чем «машина» или странное имя «Джереми», потому как, услышав его, он расцвел плотоядной улыбкой.

- И сколько дадут за тебя твои родители? – едва заметным движением он скользнул к ней, и его рука, вызывая странный трепет, пробежалась по её щеке.

- Я не знаю, - ответила Вирдж, отстраняясь от чужого прикосновения. Её действительно испугала перемена настроения восточника. Больше, чем ей хотелось думать, её захотелось, чтобы Джереми оказался здесь, рядом с ней. Да, он пытался её похитить, но это было там, в другой реальности, откуда они выпали. А здесь им нужно было быть вместе. Только потому, что и он, и она здесь чужаки. А какой-то момент этой томительной паузы, когда Вирдж пыталась придумать правдоподобный ответ, её вдруг пришло в голову, что заказчики её похищения могут быть из этого мира. Но стоило этой мысли сформироваться, и девушка тут же отмела её как неприемлемую. Люди были слишком поражены, увидев их. Пожалуй, это было единственным, что она запомнила до удара древком копья. Можно было предположить, что Джереми играл. Но если бы это было так, то на самом деле он не простой похититель, а самый великолепный артист. Для того, чтобы сыграть человека современного, не склонного к фантазиям и прочим подобным вещам, не верящего ни одному сюжету фантастических книг – нужно обладать не дюжим талантом.

- Зачем вам это? – спросила Вирдж, прервав свои собственные размышления над этим вопросом. Восточник ухмыльнулся. Пожалуй, даже если бы он не ответил, она бы и так поняла его намерения.

- Может быть, я бы помог тебе воссоединиться с твоими родителями, моё дитя… Правда, видят глаза Ширата, что хотя я и попытаюсь сделать это из самых лучших побуждений, мне бы всё равно хотелось бы получить и некоторое материальное удовлетворение… Итак, всё же сколько ты стоишь?

Не удержавшись, Вирдж хихикнула в ответ. Это уже походило на какого-то особого рода аукцион, где не продавец, а сам товар торгуется с покупателями, набивая себе цену.

- Вам не удастся это сделать, - устало проговорила она, вдруг ощутив как сильно вымотало её происходящее. Вспомнилось, что уже сутки она не спала по человечески и ничего не ела. А сколько нервов было потрачено? Похищение, авария, плен, теперь этот дикий по смыслу аукцион. Это место, где невозможно понять, когда и насколько далеко от Земли оно находиться. – Мой дом находиться слишком далеко отсюда, чтобы вы могли отправить меня туда, - проговорила она, сама вдруг отчётливо понимая, что это настоящая правда. Где бы ни был сейчас её дом, её до него так же далеко, как пешком до неба. – Я бы хотела увидеть Джереми, - попросила она, чувствуя, что силы её истекают. Уже казалось невыносимым сражаться с этой сводящей с ума реальностью в одиночку.

- Далеко… - повторил восточник, словно намеренно пропустив мимо ушей просьбу девушки. Таким же неуловимым движением, как и раньше, он скользнул её за спину, и его губы почти коснулись её уха. – Расскажи, сладкая, о своём доме, и мы найдём его, где бы он ни был. Даже на самой далекой звезде…

Очнувшись, Джереми мог первое время лишь ощущать боль. Огромная, пульсирующая и живая. Много живее его самого. Она висела в том пространстве бесконечности, что заполняла его тело. Потребовалась целая вечность, чтобы это безразличное ко всему пространство наполнилось болью, сконцентрировалось и обрело форму. Его тела. Тела, которое состояло из отдельных тысяч кусочков, каждый из которых взывал к состраданию. Но бога на месте не было. И Джереми пришлось в очередной раз решать свои проблемы самому. Едва это решение было принято, Джереми почувствовал себя несколько лучше. Он никогда в принципе и не полагался на чью либо помощь, а потому рассчитывать на неё сейчас было так же глупо, как всегда.

Открыв глаза, он осмотрелся. Правда, раньше, чем он смог что-то разглядеть, механизм ощущений мира включил обоняние. В нос Джереми ударила такая вонь, что слабый от потрясения желудок немедленно попытался выйти наружу сам, чтобы узнать, правда ли есть на свете вещи, которые могут вонять подобным образом. Он сидел в какой-то яме. В принципе не сидел, Сидели какие-то существа рядом с ним. А лежал он на боку в позе брошенного в грязь мешка. Ноющая и скулящая от боли левая рука возмущалась против такого положения и требовала некоторых существенных поправок. Был выбран консилиум, который постановил, что стоит подняться. Больше всего за это выступала голову, которой не хотелось больше лежать на чём-то холодном и влажном. Сразившись со своим желавшим действовать, но не помнящим как, телом, Джереми поднялся. Правда после этого земля вдруг попыталась уйти из-под его ног, но он всё же удержался на её спине, не смотря на бешенный аллюр звёзд, которые из злобы, что он забрался так высоко, в остервенении били его копытами по голове.

- Всё хватит! – закричал Джереми на них. И пусть из его глотки донёсся лишь возмущенный хрип, это всё же подействовало на галактических скакунов. Возмущенно заржав, они понеслись прочь по Млечному пути, разнося по великому космосу нервную дробь копыт. Посмотрев им вслед, Джереми почувствовал лёгкую ярость на них, что несмотря ни на что, они всё-таки вернуться обратно. Для того, чтобы сплясать на его мозгах румбу. Постепенно восстановился слух, и только для того, чтобы передать ему чей-то вопрос.

- Ты вообще о чём? – поинтересовалось что-то рядом. С трудом повернув голову, Джереми рискнул посмотреть. Это нечто наверняка раньше было человеком, но сейчас ему до этого было слишком далеко. Слишком худ, покрыт какой-то грязью и слоем шевелящихся насекомых среди копны спутанных волос головы и… кажется, это была борода.

- Где я? – спросил Джереми, надеясь, что ответ поставить всё на свои места.

- Смотря, чем это для тебя кажется, - тоскливо проговорил ещё голос из другого угла камеры.

- А конкретнее? – потребовал определенности молодой человек. Он не был во Вьетнаме, но обстановка вокруг очень уж походила на одну из киношных декораций. Но даже если это были не декорации (а по всей видимости так и было) Джереми ни черта не понимал. В его голове всё перепуталось. Это дело, за которое он взялся, ни в коей мере не казался ему трудным. Но с самого начала всё пошло как не так. Пусть ему всё удалось, но глаза девушки…

- Вирдж, - позвал он, вскинув голову, - Где она? Где девушка, чтобы была со мной?

Призрак человека усмехнулся.

- Здесь нет женщин! А если ты их видишь, то у тебя начались видения…

- Я не вижу их, - возразил Джереми, осторожно выпрямляя ноги и поднимаясь по стене. – Я был с ней, когда на нас напали.

- Тебя привели сюда одного! А если с тобой и была женщина, то она сейчас у повелителя.

- Где?… А где находимся мы?

- В яме невольников…

- Что-то не очень вы похожи на рабов, - ухмыльнулся замогильным мыслям Джереми. Тело ещё плохо слушалось, но он заставлял себя, ибо никогда раньше не позволял себе не довести дело до конца. То есть даже, если он сейчас и находился чёрт знает где, на нём всё ещё лежала ответственность за девушку. Хотя бы до тех пор, пока он не доставит её своим заказчикам.

- Мы лишь смертники.

- Забавно. Но мне умирать ещё рано. Мне предстоит ещё хорошенько потрудиться…

- Брось! – остановил его кто-то из живых призраков, - Отсюда тебе не уйти. У тебя нет ни крыльев, ни игрушки Ширата…

- Это верно. Крыльев нет, и игрушками я не увлекаюсь, - ответил Джереми, примеряясь к решетке, заменявшей потолок этой земляной камере в ширину не больше двух с половиной метров, но вот в высоту тянувшейся на все три с половиной, или даже четыре. Всё значительно усложнялось дождём, вдруг полившего с чистого до сих пор вечернего неба, видневшегося сквозь прутья решётки. Он без зазрения совести поливал пленников потоками холодной воды и размягчал из без того нетвёрдую почву, - Расскажите мне об игрушке…- вдруг попросил он, примеряясь как ему лучше допрыгнуть до решётки.

- Об игрушке? – переспросили у него.

- Ну, да. Этого, как его? Ширмамеда, что ли?…

- Игрушка Ширата, - осторожно поправил его голос из угла, укрываясь рыками от полетевших из-под ног Джереми комьев грязи.

- Точно! Именно о неё я и говорю, - согласился молодой человек, вновь опускаясь на землю. Потеря сознания заставила его забыть о повреждённой ноге. Значит, это был не перелом. Это утешало. Но больно было. Из-за последнего Джереми едва не пропустил начавшееся объяснение.

- Когда Ширату стало скучно, он пошёл прогуляться по другим мирам. Много красот он там увидел, и стало ему обидно, что его люди не могут этого увидеть. И тогда он решил сделать несколько игрушек и раскидать их по своим мирам. Люди, что их находили, могли так же свободно, как и он перемещаться по чужим мирам. Стоило лишь повернуть нужные шипы…

И без того тусклый свет из-за решётки заслонила чья-то фигура. Витьевая речь восточника оборвалась, и едва вынырнув из гипнотического транса, Джереми поднял голову, чтобы посмотреть. Решётка откинулась, и в яму кинули верёвку.

- Чужак, поднимайся! – рявкнул кто-то. Одна из теней пихнула молодого человека в бок.

- Поднимайся, тебя зовут!

- Поднимайся, чужак!!!

- Они никогда так не делали, - снова прошептала тень, - По одному отсюда не выводят. Если на смерть, то всех вместе… Иди, может быть это твоя женщина об этом позаботилась…

Джереми, который уже встал и подошёл к верёвке, последнее только подстегнуло к действиям. Схватившись руками за канат, он начал выбираться наверх. Едва его голова возвысилась над краями ямы, пара мощных рук подхватила его и вытащила под дождь без каких-либо усилий с его стороны.

- Куда мы идём? – спросил он, едва его помощники начали оттаскивать его от ямы.

- Повелитель хочет видеть тебя, - ответил один из охранников, тот, что предпочитал не касаться Джереми руками. Он шёл позади, изредка поторапливая молодого человека острием копья.

- А девушка, что была со мной…? – начал ещё один вопрос Джереми. Тот охранник, что шёл рядом с ним не выдержал.

- Она у него! И ради Ширата, помолчи! – его реплика прозвучала до нелепого испуганно, что подтвердила сверкнувшая в небесах молния. В принципе, Джереми хватило уже узнанного на то, чтобы действительно замолчать и не открывать рта до того момента, как бледная тень в развевающемся восточном халате не кинулась в его объятия.

- Джереми! – голос девушки не был испуганным, скорее радостным и немного (или много…) усталым.

- Вирджиния? – уточнил он, поднимая лицо девушки к своему лицу за подбородок. По пыльным щекам катились слёзы, оставляя за собой блестящие дорожки, но в остальном, это была та же самая девушка, которую он вытащил из дома родителей. Это его успокоило. Он осмотрелся.

Недалеко от них стоял мужчина. Сравнительно молодой, в пределах тридцати – тридцати пяти лет. Подтянутый, спортивный, деловой. Наблюдая за их встречей, он стоял, не двигаясь, сложив руки за спиной, спокойно ожидая, когда до него дойдет очередь. Джереми склонил голову в знак приветствия, и восточник это понял. Понял, что на него, наконец, обратили внимание, и теперь он может вступить в беседу. Сотворив вокруг себя какой-то замысловатый знак, он заговорил:

- Вы именуете себя воином Джереми на повозке «автомобиль» - серьёзность, с которой он выговорил эту фразу, давало повод усомниться в реальности происходящего. Или, может быть, наоборот хорошо подчёркивало реальность того, о чём ему пыталась сказать девушка. Про чужой мир, в который они попали.

- Да, это я, - ответил Джереми, и, отстранив от себя девушку от себя, обнял её за талию. Это её устроило. Она успокоилась, и её взгляд тоже остановился на восточнике.

- С юной леди, вас сопровождавшей, мы, кажется, зашли в тупик относительно местонахождения её дома. Может быть, вы сумеете прояснить для меня ситуацию?

- В чём, собственно, дело?

- Юная леди утверждает, что её, а следовательно и ваш дом, находиться отсюда так далеко, что никакими силами туда попасть невозможно.

«Ну, здесь, крошка, ты ошибаешься…» - подумалось Джереми, - «Домой можно попасть, используя тот же способ, что и перенёс нас сюда. Важно только узнать, что конкретно это было».

-В принципе, она права, - согласился Джереми, и когда Вирджи подняла на него удивленные глаза, он лишь слегка напряг руку, обнимавшую её в жесте «не волнуйся». – Просто мы мыслим в разных категориях расстояний… Если бы вы сказали, какие в вашем распоряжении имеются транспортные средства, или если это ваша тайна, то какие примерно расстояния вам подвластны, и тогда я решу, обладаете ли вы возможностью вернуть нас домой. Ведь, кажется, именно этого вы хотите?

Выслушав весьма внимательно слова Джереми, восточник не проронив ни слова, вышел из шатра. Джереми и Вирджи остались одни.

- Как ты думаешь, куда он пошёл? – поинтересовалась девушка, отходя от молодого человека. Его улыбка выползла на лицо, как хищник.

- Может быть, вот этот тип нам объяснит? – проговорил он, переводя внимание на появившегося человека в рабском ошейнике, откидывая неприятные мысли, о том, что девушка приближается к нему, только ища защиты от хозяина восточника.

- Я провожу вас до вашего шатра, - сказал он, обращаясь к Джереми.

- А девушка?

- Мне приказано отвести её к женщинам.

- Она пойдёт со мной, или мы с ней остаёмся здесь.

- Джери, но здесь даже постели нет! – громко возразила Вирджи, но её протест дал совершенно противоположную реакцию.

- Оставайтесь здесь! – почти с радостью согласился раб, и практически сразу исчез, как только принял это решение.

- Джери! – истерично взвизгнула Вирджи, в растерянности глядя на едва колышущийся полог. Великолепно! Теперь мы будем спать на полу.

- Сколько тебе лет? – спросил Джереми, пристально разглядывая одетую в восточную одежду девушку.

- Семнадцать, - ответила ошарашенная вопросом Вирджи, и испуганно смолкла. Джереми растерянно оглянулся вокруг.

- Здесь не на чем спать, но есть что выпить… Будешь? – и он потянул ей только что налитый стакан чего-то что нашёл в темной бутылке, обнаруженной им на низком столике. Вирджи не ответила, но стакан приняла. Слегка потянув носом, с облегчением узнала что-то похожее на мартини. Если бы это была русская водка, или что-то её напоминавшее, она бы не смогла заставить себя пригубить эту дрянь.

- Ты пьёшь? – ещё раз спросил Джереми, и безо всякого выпил свою порцию. Торопясь Вирджи сделал тоже самое, и с неожиданным чувством ощутила как огненная лава льётся по её горлу и раскаленным комом падает на дно голодного желудка.

Голодного! «Мамочка» - тоскливо пробормотало сознание Вирджи, когда она поняла, что сейчас произойдёт. В принципе даже не поняла, это произошло и на этом всё кончилось. Крыша отъехала и всё завершилось пьяным беспамятством…

Короче, она проснулась через несколько часов со страшной головной болью. Поднявшись, не обнаружила на себе одежды. Та была небрежно брошена на пол рядом с одеждой Джереми. От плохого предчувствия Вирдж тут же вспотела. На парне не было даже шорт, а если вспомнить, насколько вчера она была пьяной…

- Будь ты не ладен! – яростно прошипела Вирдж, и что было силы ударила парня раскрытой ладонью по голой груди. Хлопок получился оглушительно звонким и хлёстким.

- В чём дело? – стальной захват пальцев перехватил руку девушки пытавшейся повторить удар. Опустив глаза, он увидел наливающийся кровью отпечаток её ладони на своей груди. – То есть? – спросил он снова.

- Скотина! – прохрипела Вирджиния. – Воспользовался моей беспомощностью, раздел меня и…

Джереми нахмурившись, опустил её руку. Кипя от возмущения, Вирджи поднялась и тут же осела обратно, поняв, что, выскакивая из-под покрывала, лишает себя последней одежды.

- Я же была пьяна, - уже просто обиженным голосом проговорила она, выпластывая руку за футболкой и остальным.

- Тебе семнадцать, а мне двадцать восемь. Это одиннадцать лет разницы, – сухо и официально начал Джереми, оставаясь лежать неподвижно. – Если бы что-нибудь произошло, это бы посчитали изнасилованием малолетней…

- Здесь некому следить за этим! – буркнула Вирджи, готовясь одеть футболку, и вздрогнула, когда палец молодого человека пробежал по линии позвоночника и легко коснулся плеча. Она задохнулась от неожиданного ощущения, скомкав конец фразы.

- Даже в этом случае, мне нужно твоё личное согласие, - он остановился, чтобы ожечь дыханием её бедро, открытое покрывалом. – данное в трезвом уме и твёрдой памяти.

Принимая такие незамысловатые ласки, Вирджи медленно, но верно падала в водоворот ощущений и забывая, что требуется ответить. Она вспомнила об этом, лишь когда уроненная на подушки попыталась отдышаться от страстного поцелуя, в то время как «захватчик» «изучал» её грудь.

- Да! – прошептала она, когда сладостная судорога выгнула её дугой в сильных мужских руках.

- Что? – переспросил Джереми, поднимаясь поцелуями к её губам. Обхватив руками его шею и прижавшись, чтобы было силы к этому сильному горячему телу, Вирджи закрыла глаза и на запале последнего стыда быстро, но четко проговорила:

- Я хочу тебя!

Он не был её первым мужчиной, но он стал её первым настоящим любовником. С какой-то горечью, она оглядывалась назад, видя всех тех, с кем время от времени занималась сексом. Её было семнадцать и их было не так много. Но все они вместе взятые не стоили этих чудесных мгновений.

Она не заметила, сколько прошло времени, не заметила, как ей, утомленной обилием ласк, Джереми разрешил уснуть. Но и во сне она больше не отодвигалась от него. Где-то глубоко в теле, или может быть в душе, ощущая зарождающееся чувство привязанности к нему…

- Я способен перенести вас очень далеко, - проговорил восточник, снова появляясь в шатре ближе к вечеру.

Подумав, что может быть его долгое отсутствие связано с произошедшим между ней и Джереми, Вирджи покраснела и спряталась за спиной молодого человека.

- Мы уже говорили об этом, - тоном терпеливого взрослого, повторил Джереми, - Наш дом находиться в пределах слова «далеко», но мы можем подразумевать под ним разные расстояния.

- Я могу перенести вас в любой другой мир, - вспыльчиво проговорил восточник, неожиданно теряя терпение, и начиная расхаживать из стороны в сторону, строгим армейским шагом. - Мне подвластны любые расстояния, если они существуют хотя бы в чьём-нибудь воображении… - выкрикнул он, останавливаясь перед Джереми, но взгляд его, ищущих и мечущих молнии, глаз остановился на лице Вирджинии.

- Мой мир существует по настоящему! – не выдержав напряжения выдохнула, словно боясь, что сейчас её обвинят во вранье. Но восточник отреагировал по другому. Он отошёл от молодых людей, и внимательно осмотрел их со стороны.

- Ваши экипажи называются машинами, в вашем небе парят птицы с человеческими голосами, вы живёте в высоких как скалы домах из черного или зеркального стекла… Третий слева, пятый и восьмой справа – вниз, центральный низа вдавить, - это казалось сплошной околесицей, даже при том, что эти слова о чём-то напоминали Вирджинии. Но слово которое потом произнёс восточник заставило временно забыть обо всём, - Земля! Вы с Земли!

Вирджи только краем глаза глянула на Джереми, но и этого хватило, чтобы увидеть бледность его лица при всей его внешней невозмутимости.

- И вы можете вернуть нас туда? – спросил он глухим, как из бочки голосом. Вирджи посмотрела на восточника.

- Игрушка Ширата может всё! – проговорил тот безаппиляционным тоном, показывая на ладони…

И она, и Джереми узнали эту вещицу практически сразу. На ладони восточника лежала та самая угольчатая вещица. Когда первое потрясение прошло, Вирджи поняла, что штуковина лишь похожа на ту, видела она. Может быть это была лишь незначительная мелочь, но та была явно совершенно другого цвета. Она точно не помнила какого, но уж явно не ядовито зелёного, как в руках восточника.

- Без своей куртки я никуда не поеду! – выкрикнула Вирджи. Её идея была спонтанна, но могла сработать.

- Куртки?! – мужчинам можно было дать приз за синхронность, с которой они оба обернулись к ней с одним и тем же вопросом. Их лица отражали одно и тоже желание – узнать причину её столь странного решения.

- Да, без моей куртки! – повторила Вирджи, отходя от Джереми, чтобы не дать ему сорвать свою игру, - Она осталась в бараке, откуда меня привели к вам…

- Зачем тебе она? – Джереми выглядел так, словно причуда девушки доставляла ему почти физические неудобства.

- Она дорога мне как память! – это была полная чушь. Куртка была самая обычная, Вирджи даже не успела сделать долларовую надпись на спине, но в одном из её карманов всё ещё должна была лежать вот такая же угольчатая штуковина. И если верить восточнику, она могла стать их обратным билетом на Землю.

Восточник принял её слова на веру и вышел. Вирджи пошла следом за ним, таща за собой Джереми.

- Ни о чём не спрашивай! – тоном заговорщика предупредила она, стараясь двигаться, как можно бесшумнее двигаться вслед восточнику. – Сейчас выйдем, найди какой-нибудь транспорт. Когда принесут мою куртку, по-моему знаку тикаем…

Джереми, на лице которого вдруг проскользнуло облачко азарта, молча кивнул. Он принимал игру, даже не пытаясь узнать её правила.

Восточник был удивлен, увидев их вышедших следом за ним, но не рассердился, а разрешил стоять рядом, дожидаясь возвращения раба, посланного за курткой. Он выглядел очень озабоченным и всё время бормотал скороговорку о рычажках. А Вирджи следила за его губами, стараясь это запомнить.

«Третий слева, пятый восьмой справа – вниз, центральный снизу вдавить… третий слева, пятый восьмой справа – вниз, центральный снизу вдавить… третий слева, пятый восьмой справа – вниз, центральный снизу вдавить… третий слева …»

Прошло больше пяти минут, а раб всё не возвращался. Вирджи уже виделось, как её куртку рвут на части, сжигают, заворачивают в неё ребёнка, или просто выкидывают…

- О! – вырвался у неё вздох облегчения. В руках шедшего к ним раба была её куртка, - Джереми! – зашипела она своему похитителю.

- Я помню! – тихо, но твёрдо проговорил он, беря её за руку, - Позади нас лошадь. В седло я тебя посажу, а потом расслабься…

- Я умею ездить верхом! – запальчиво и слишком громко прервала его объяснения Вирджиния, чем и привлекла внимание восточника. Он повернул голову. Наверно в его глазах промелькнуло что-то вроде понимания, что его обманули, но Вирджиния уже приняла решение. Рванув куртку к себе, она бросилась за Джереми, ощупывая на ходу карманы. Было бы глупо сбегать, если бы вещицы не оказалось на месте.

- Джери, - слабо выдохнула она, когда вздёрнутая его рукой, оказалась в седле. От его вопрошающего взгляда, она почувствовала себя круглой идиоткой и неудачницей. Её руки панически ощупывали полы куртки, ища и не находя искомого.

- Взять их! – меняясь в лице, выдохнул восточник, и к ним со всех сторон понеслись люди.

- Ну?! – вскричал Джереми, удерживая лошадь от желания скинуть их на землю. «Ква!» - захотелось ответить Вирджи, поскольку она действительно чувствовала себя говорящей лягушкой под новогодней ёлкой, как в старом анекдоте. Да и что она могла ответить ему на это требовательное: «Ну?!» Одна из стражниц прорвавшись ближе всех, попыталась схватить Вирджи за голую ногу, но получила удар в лицо от непоколебимого в таких случаях Джереми. Люди обступили их, создавая плотный живой заслон вокруг мечущейся в панике лошади, а Вирджи искала…

- Да! – крикнула она не своим голосом, когда угольчатая вещица выпала на её ладонь из вывернутой практически наизнанку куртки. Заходясь от страха потерять найденное ещё раз, и при этом навсегда, Вирджи, что было силы, сжала пальцы на этих шипах, не обращая внимания на причиняемую ими боль. Джереми тем временем использовав коня, как живой таран прорвался сквозь обступившую их толпу, и теперь несся мимо шатров торгового каравана. Люди ещё не понявшие, что происходит, едва успевали уйти с дороги беглецов и отправленной за ними погони.

Боясь от ужаса и неприятной во всех отношениях поездки на краю седла, потерять сознание Вирджи вцепилась в гриву коня и скрючилась в тугой комок. На каждом рывке животного, её немилосердно подкидывало, а потом так же безжалостно кидало на место. Через некоторое время от этого сумасшествия мир потерял для неё какого-либо расположение.

Лишь когда гонка остановилась, у неё появилась возможность исправить положение вещей. Но, даже приходя в себя на плече у Джереми, она всё ещё туго соображала, что происходит, и где она находиться. Боль, в ладонях возникшая от того, что Джереми начал разжимать её судорожно сжатые пальцы, напомнила её обо всём. Со всей ясностью она поняла, что игрушка Ширата распорола её ладонь до крови. И понимая это, она боялась даже повернуть голову, чтобы посмотреть. Но Джереми… Он не собирался оставлять её в покое. Постепенно в её оглушенную скачкой голову проникли его слова.

- Ну, давай, малышка! Действуй! – Вирджи показалось, что будь у неё сухие пальцы мумии, то Джереми просто отламывался их один за другим, в желании добраться до игольчатой игрушки богов, совершенно не обращая внимания на хозяйку руки.

- Я сама! – по пьяному твёрдо проговорила она, отталкивая его руки.

- Да ради бога! Только быстрее! – Джереми пару раз нервно оглянулся назад, - Не знаю, что хотел от нас восточник, но люди посланные за нами настроены отнюдь не мирно.

- Что? – переспросила Вирджиния, не слыша слов похитителя, словно зачарованная уставившись на угольчатую вещицу нескольких цветов, где преобладающим сейчас стал ярко-алый. Цвет её крови.

- Я говорю, поторопись! Или может быть нам стоит вернуться, - он едва успел наклонить голову девушки к её коленям, а самому откинуться назад, как меж ними пролете копьё. Это добавило реализма в происходящее. Едва рука похитителя позволила ей подняться, она торопливо втянула в себя воздух.

« Третий - слева, пятый, восьмой – справа - вниз, центральный низа вдавить…»

Кого вдавить?! Как найти верх или низ у бесформенной игрушки?! Как найти стороны у предмета с их множеством или их отсутствием?! Подойдите к мячу и скажите, где у него правая или левая стороны… У него их вообще нет! Есть части, но не стороны. А как найти эти право и лево, у того, кто их не имеет?…

В бессилии Вирдж крутила в руках злополучную игрушку, не представляя как теперь выполнить свой бредовый план.

- Ложитесь на землю! И мы не причиним вам вреда! – крикнули стражники, И Джереми потерявший надежду на Вирдж, попытался это сделать, но она его остановила.

- Подожди! – она подняла игрушку на раскрытой ладони к его глазам, - земля внизу – это коричневый, небо наверху – это голубой, мы в пустыне – это желтый, - она развернула игрушку так, чтобы видеть только названые цвета.

«Третий слева, пятый восьмой справа вниз, центральный низа – вдавить…»

Стараясь быть осторожной, поминуя, что шипы игрушки остры, Вирдж нашла, как казалось, нужные рычажки и выполнила инструкцию. В последний миг перед прорывом темноту, над их головами мелькнула сеть. Но их она уже не застигла….

- Где мы? – никто из них не понял, кто задал этот вопрос. Может быть одновременно, а может быть никто, просто оба слишком громко подумали. Они вместе с несчастным конягой стояли на улице вполне современного города. Где-то в паре кварталов от них, заунывно выли полицейские сирены, и слышался звон разбивающегося стекла. Перед ними были высокие трёх-пятиэтажные дома, освещенные склонёнными головами фонарей, ожидавших уже показавшегося рассвета.

- Кажется, мы… - начал Джереми.

- У меня дома! – договорила за него Вирджи, указывая рукой на знакомый Джереми дом. Дом Толуорти.

- Мы вернулись….

- Точно, - тусклым голосом согласилась Вирджиния.

- Ты что? – Джереми насильно развернул её лицом к себе.

- Ты сейчас снова повезёшь меня к тем людям? – спросила она, и розовый рассвет превратил капельки слёз на её щеках в жемчуг.

Джереми ленивым, со странной усмешкой, взглядом, обвёл железно бетонные здания, ловя себя на мысли, что думает о полотняных стенах шатров, и спустя прорву времени спросил:

- А какие варианты есть у тебя? – девушка не ответила, и он предложил, - Может пойдёшь домой, а с ними я как-нибудь сам разберусь?

На это Вирджиния слегка пожала плечами. И Джереми немного потянув ещё время, всё же ссадил её на землю. Она пошла к дому. Посмотрев ей вслед, Джереми развернул лошадь, пришпорил её. В голове мелькнул образ того, как он пытается объяснить полицейским, что он делает на лошади посередине города, и почему от них так воняет, Но Джереми отогнал его как безделицу.

- Джери! – позвал его голос Вирджини. Он обернулся. Она не дошла до дома. Остановившись метрах в пяти от места, где он ссадил её, она в растерянности смотрела на свой дом. Джереми подъехал к ней.

- Ты что?

- Я не хочу возвращаться… - непонимающий взгляд, - Ну может быть, мы хотя бы попрощаемся?…

Джереми молча с ней согласился. Пусть они были вместе несколько часов, но за это время меж ними возникло что-то. Он спрыгнул на землю, и почти с радостью обнял девушку, чтобы поцеловать. За его спиной в руках Вирджини раздалось скромное: «Щёлк!». Мир сменил декорации, заменив тихий городской тупик с горящими фонарями под алеющим от рассвета небом, на залитую серым дождём болотистую местность с редкими островками бамбука…

- Ну, что встали?! – солдат в пятнистой форме и каске, похожий на одного и персонажей о Вьетнамской войне, толкнул их обоих на землю.

Упав в мокрую отвратительно воняющую жижу, Джереми успел подумать, что ночь, которую ему дали на дело, теперь может длиться бесконечно. Ну, по крайней мере, пока её не прекратит Вирджи. Которая, прямо сейчас, проворно уползала от него, за этим киношным сержантом…

- Чёрт, Вирджиния, стой!

Конец

25.05.99

2.35 (ночь)

05.06.99

13.32(внесен)