На ложе без сна и сновидений…

Роберт Глен медленно вел машину по извилистой дороге, вглядываясь в золотисто-багряный пейзаж за окном. Осень в этих местах была именно такой, какой он ее и представлял — яркой, торжественной и немного меланхоличной. Желтые и оранжевые клены стояли вдоль дороги, словно великаны в ярких плащах, а под колесами автомобиля шуршали опавшие листья, устилавшие асфальт пестрым ковром. Он ехал уже несколько дней, пересекая штаты в поисках вдохновения для своего нового романа — книги о мистических историях маленьких американских городков. Пока что ни одно место не вызывало в нем того трепета, которого он ждал.

Спрингвейл появился перед ним неожиданно, как будто возник из самого тумана, который начинал спускаться с холмов с приближением вечера, обволакивая улицы. Типичный провинциальный городок состоял из улиц с похожими аккуратными викторианскими домиками, но что-то в нем было особенным — возможно, это была просто осенняя таинственность, усиливающая впечатление уставшего путешественника.

"Идеальное место для начала", — пробормотал Роберт, медленно ведя машину по центральной улице. Перспектива провести за рулем еще одну ночь не слишком воодушевляла, и он решил заночевать в городе. Но, как назло, ни одна гостиница не попадалась ему на глаза.

Уже приближаясь к окраине, Роберт увидел старый трехэтажный дом, стоящий особняком у дороги. Светлое, видавшее лучшие времена, викторианское здание с башенкой напоминало иллюстрацию к готическому роману. Прямо через дорогу от него располагалось кладбище с белыми мраморными надгробиями, среди которых выделялся большой семейный склеп в римском стиле. В вечерних сумерках и струящемся тумане кладбище и дом выглядели, словно сцена в старом фильме ужасов, создавая ощущение нереальности происходящего. Возможно, из-за того, что сегодня – канун Хэллоуина, когда людям начинают мерещиться странные тени и иногда загораются манящие в глубь леса «болотные огоньки».

"Ночлег с завтраком", — прочитал Роберт на табличке у дороги. — "Похоже, это мой шанс заночевать в этом городке и, возможно, найти вдохновение".

Он припарковался перед домом и вышел из машины, ощущая холодок осеннего воздуха. Туман становился гуще, окутывая все вокруг призрачной дымкой. На крыльце дома красовались тыквы, украшенные кленовыми листьями и гроздьями рябины. Роберт уже собирался нажать на кнопку звонка, когда дверь неожиданно открылась.

На пороге стояла молодая женщина в старинном платье, которое казалось современником самого дома. Ее бледное лицо с тонкими чертами напоминало портреты викторианской эпохи.

"Добрый вечер", — сказала она тихим, мелодичным голосом. — "Вы ищете ночлег?"

Роберт кивнул, немного ошеломленный ее внезапным появлением. "Да, если это возможно. Я писатель, путешествую в поисках впечатлений для новой книги."

"Проходите", — женщина улыбнулась, и ее лицо на мгновение ожило. — "У нас как раз есть свободная комната на втором этаже. Первый этаж занимает наша семья, а комнаты выше мы сдаем."

"Эмили Бейтон", — представилась она, проводя его внутрь. Интерьер дома поражал своей сохранностью — резные деревянные панели, витражные окна, массивная мебель из темного дерева. Все дышало историей, но при этом выглядело ухоженным и обжитым.

"Мы как раз собираемся на семейный ужин", — сказала Эмили, показывая ему комнату на втором этаже. — "Присоединяйтесь к нам. Мы будем рады разделить с вами праздничный ужин в канун Хэллоуина. В такое время никто не должен оставаться в одиночестве."

Роберт с радостью согласился. Он действительно успел проголодаться, а по дороге не встретил ни одного открытого кафе или ресторана.

Быстро разложив вещи, он переоделся к ужину и спустился в столовую, где застал всю семью в сборе. Глава семьи — усатый мужчина в элегантном костюме-тройке с золотой цепочкой часов — представился как Питер Бейтон.

"Рад встрече, мистер Глен", — сказал он, пожимая руку Роберту. — "Надеюсь, наша скромная обитель поможет вам в творческих поисках."

За столом сидели также две дочери — младшая, лет семи, с золотистыми локонами и большими голубыми глазами, и старшая, изящная девушка лет двадцати. Первое тревожное впечатление от встречи с Эмили быстро рассеялось в атмосфере теплого семейного вечера.

"У вас прекрасный дом", — заметил Роберт, разглядывая богатую отделку столовой.

"Он в нашей семье уже несколько поколений", — с гордостью ответил Питер. — "Мои предки построили его в 1870-х годах. Я руковожу традиционным семейным бизнесом — производством кленового сиропа. Наш продукт известен далеко за пределами Спрингвейла и всегда приносил неплохой доход."

За ужином подавали традиционные хэллоуинские блюда — тыквенный пирог, "кэнди корн" с медовым вкусом, карамельные яблоки, шоколадные батончики и теплый яблочный сидр. Разговор тек легко и непринужденно, но временами Роберт замечал странную грусть в глазах своих хозяев. Особенно когда речь заходила о будущем или о том, как меняются времена.

"Раньше бизнес шел лучше", — вздохнул Питер. — "Но сейчас традиции уже не те. Люди стали увлекаться здоровым питанием, импортными продуктами..."

Его слова повисли в воздухе, и на мгновение воцарилась неловкая пауза. Старшая дочь Мелани быстро перевела тему, спросив Роберта о его литературных планах.

"Хочу написать книгу о жителях городов Новой Англии. У них богатая история, наверняка найдется что-то для читателей, обожающих мистику с духом старины", — ответил Роберт, делая большой глоток. Ему не слишком хотелось распространяться о своем творчестве.

"О, да!" — Питер усмехнулся в усы и обвел взглядом обстановку столовой. — "Чего-чего, а старины у нас хватает."

Вечер пролетел незаметно, но когда часы пробили одиннадцать, накопившаяся усталость дала о себе знать. Роберт поблагодарил всех за радушный прием и поднялся в свою комнату. Засыпая под шорох листьев, разгоняемых осенним ветром за окном, он думал о том, как удачно сложился этот день. Возможно, именно здесь он найдет ту самую историю, которую ищет.

Утро застало его в опустевшем доме. Солнечные лучи пробивались сквозь окна, освещая пылинки, танцующие в воздухе. В доме царила полная тишина.

"Кто-нибудь дома?" — окликнул Роберт, спускаясь по лестнице.

Никто не ответил. В столовой его ждал накрытый стол с завтраком — блинчики с кленовым сиропом, свежие булочки, масло, домашнее варенье и горячий кофе. Все выглядело так, будто хозяева только что вышли.

Решив поискать их, Роберт поднялся на третий этаж, в башенку. Отсюда открывался захватывающий вид на окрестности — зеленую лужайку перед домом, белое кладбище за дорогой и лесистые холмы, пылающие осенними красками. Туман уже рассеялся, и все выглядело совершенно обыденно. Роберт заметил, как к дому кто-то идет, затем входная дверь хлопнула, и он поспешил спуститься вниз.

Внизу его встретила женщина средних лет, которая с удивлением смотрела на него. Сьюзен, так она представилась — зашла убрать в доме и приготовить его к приему гостей.

"Вы кто? Как вы здесь оказались?" — спросила она. — "Дом должен быть закрыт для постояльцев в эти дни, пожалуй я вызову полицию!"

Женщина вышла во двор и начала с кем-то оживленно разговаривать по телефону. Через десять минут к дому подъехал внедорожник полиции и из машины вышел уже немолодой мужчина в синей форме шерифа.

"Шериф Картер, что тут случилось?" — спросил он. И Роберт рассказал ему историю вчерашнего вечера.

"По завещанию прежних владельцев, в последние дни октября дом всегда закрыт", — покачала головой Сьюзен. — "Это странно... Очень странно."

"Что же, я думаю ничего страшного тут не случилось. Думаю, прежние владельцы не были бы против" — медленно проговорил шериф.

Роберт почувствовал холодок, пробежавший по спине. "А кто были прежние владельцы?"

Сьюзен вздохнула. "Семья Бейтонов. В девятнадцатом веке они были известными промышленниками в этих местах. Но, несмотря на богатство, их жизнь сложилась довольно трагически."

Она рассказала грустную историю, от которой у Роберта защемило сердце. Сначала умерла младшая дочь Бейтона, затем старшая, а через год — и его жена. В память о них он построил роскошный мавзолей, который затмил собой окружающие надгробия и памятники. Каждый день он смотрел на него из окна своего опустевшего дома. А через несколько лет и сам присоединился к своей семье, «на ложе без сна и сновидений…»

Незадолго до своей смерти Бейтон основал трастовый фонд, которому завещал все свои деньги и недвижимость. Долгие годы средства фонда тратились на содержание дома и уход за семейным склепом.

"Фонд почти исчерпан", — с грустью добавила Сьюзен. — "Скоро дом придется продать, а за склепом больше некому будет ухаживать."

В смятении Роберт вышел из дома и направился к мавзолею. Вчера в тумане он не смог хорошенько его разглядеть. Его внимание привлекла мраморная статуя, застывшая на ступенях фамильного склепа. Она изображала пожилого мужчину, который с печальным видом склонился перед входом, сжимая в руках цилиндр и пальто. Одной рукой он прижимал к сердцу ключ от склепа, а в другой держал похоронный венок.

Что-то в нем было очень знакомо. Роберт присмотрелся внимательнее и почувствовал, как кровь отливает от его лица. Эта статуя как две капли воды была похожа на Питера Бейтона — того самого человека, с которым он вчера ужинал. Надпись на постаменте гласила, что промышленник умер в 1898 году.

Роберт зашел внутрь склепа. В затхлом полумраке стояли скульптурные бюсты — Эмили, Мелани, младшей дочери... всех тех, кого он видел живыми всего несколько часов назад.

Снова выйдя на свет за глотком свежего воздуха, Роберт ощутил, как земля уходит из-под ног, его разум отказывался верить. Он машинально провёл рукой по лицу, пытаясь стряхнуть ощущение нереальности происходящего, но события прошлого вечера все еще стояли перед глазами, как будто это происходило несколько минут назад.

Мысли путались, отказываясь складываться в логическую картину, но где-то в глубине сознания уже рождалось понимание — он стал частью чего-то большего, частью удивительной и пугающей истории о чем-то, неподвластном человеческому опыту. Роберт вдруг ясно ощутил тихую грусть — не за себя, а за тех, кого встретил, за их вечное возвращение в поисках утраченного семейного тепла.

Садясь в машину, Роберт уже знал, о чем будет первая история его новой книги. История о семье, которая каждый год в канун Хэллоуина возвращается в свой дом, чтобы на один вечер снова быть вместе.