На свету сопричастности.

Среди ржавых, желудей годовалых,

поверх наледи жил серебряным-

в свете сопричастности ручей.

В сновиденьи копьём убил в голову

песчаную цветом змею.

"Волны Бетиса, светлея,

Дань свою несут цветам..."

Время импрессионизма делало копии,

и тянуло слабых к одержимым.

Из любого з л а:кровавого запустенья

можно извлечь пользу; казалось в думах,

но не вылечить, и не собрать уже добра.

Живёт зло исключительно, в стороне периодически

от жилых дорог.

И грузом перезрелости обременено

с малых лет.

Оно рождено, не воспитано,

оно боится внимания толпы,

от того, что глохнет от безумья её силы.

И креста влечение, который то же не избежал деления.

Смещённое представление, что "вылечить можно",

чем-то, кроме Слова,

закладывалось в подсознание Адама.

... но и оно было настолько тяжело,

что его обходила легко любовь Евы.

"А глупца глупей не сыщешь,

Чем алхимик во влюблённых!"

... растерянность пред очами мира породила в революциях-

по Зодиакальному их принципу, и расписанью,

и в карликовых войнах породила антагониста,

который должен быть, порой обязан быть злодеем.

Сделать для глаз равное, поверх наледи,

среди ржавых, годовалых желудей.

Он носил камзолы, фраки; пелерины, кимоно.

Он смещал тем время, которое не жалел никто.

Он поднимал в начале толпы, а одного -не смог.

Подкова висела на двери кандалами вниз.

Тот, кто понял, что понятие не выносится на'люди;на суд-

Власти-к-Одному.

В развитьи чувств важнее впечатленья

порою нет, но и оно переложимо стало нации во вред,

знанье на иной язык.

Кто мелок, тот труслив не образно.

"Щедро наделённый властью,

Обжигающей, чернящей,

Словом-женской ипостасью."