Надя

Громкий звук зубной болью пронзил всех жителей маленького жилого комплекса, окутанного лесом.

Только не снова, - эхом раздалось на каждом этаже, сплотив жителей в единой порыве, такое случается на Новый год или в те редкие дни, когда наша сборная выходит в плей-офф европейского футбольного чемпионата.

Но сегодня, лежа в своих кроватях и со всей силы вжимаясь в подушку, все могли думать только об одном.

Ну сколько можно.
Пожарная сигнализация с поэтическим названием Свирель надрывалась вот уже сорок минут.
На почерневших фасадах стали загораться желтые окна, дом просыпался.

И пока соседи молча проклинали очередного курильщика, вздумавшего подымить под датчиком, Надя решила, что сил её больше нет, надо что-то делать.

Но решимость была обратно пропорциональна силам, которые того требовали.
Последний раз Надя нормально спала больше семи лет назад.

Три декрета ударили по кошельку, здоровью и эмоциональному состоянию.
От велосипедов, колясок и сумок руки её свисали до колен, спину предательски защемляло каждый раз, когда она пыталась её распрямить, и даже после трех недель на море лицо оставалось землянисто-зеленого оттенка.

Токсикоз, одышка, изжога, пинки под ребра, сменявшиеся коликами, ночными кормлениями, зубами, кошмарами, уже в третий раз шли по кругу.

И чем дольше Свирель пела свою тревожную песню, тем больше Надя выходила из себя. Пол часа назад она переложила в кроватку спящего младенца, и дурацкая сигнализация съедала время её драгоценного сна.

– Серёжа, ну сделай же уже что-нибудь!

Но Серёжа был из тех людей, о которых говорят «спит как сурок».

Ни протяжный детский плачь, ни пьяные крики под окном, ни работающий в комнате телевизор, ничего из этого не могло нарушить сон мужа.

И это тоже Надю страшно раздражало.
Надо признать, что её вообще многое раздражало.
Будильник, грязное зеркало, сопли у старшего, остывший кофе, очереди, сосед с перфоратором, барабан стиральной машины, съевший носок, пригоревшая каша, духота на улице, неработающий лифт, шум с улицы, посуда, оставленная в раковине, разрядившийся телефон, сломанный ноготь, прокисшее молоко, цены на памперсы, неопределенность, печёночный торт, пробки, копеечные детские пособия, успешные подруги, и неумение абстрагироваться от действительно и быстро заснуть.

Серёжа мямлил сквозь сон про полицию, управляющую компанию, охрану, и прочие варианты, катастрофически не устраивающие Надю. Проблему надо было решить сиюминутно.

Когда-то Надя работала в отделе по работе с жалобами, поэтому прекрасно умела писать гневные письма и работать с возражениями, но за последние годы Тараканище с Курочкой Рябой полностью заняли все её мысли.

Дорогие соседи, - начала набирать Надя на телефоне.
Сколько это может продолжаться? Почему мы и наши дети должны терпеть этот беспредел? Приструните своих строителей курящих, или я буду вызывать полицию! Сколько уже можно слушать этот звук! Это просто писец!
Потом подумала и добавила: щас вычислим где идут ремонты!

Резкий звук продолжал атаку и с размаху бил не только по ушам, но и в голову.

Решив, что раз все равно поспать сегодня не получится, а лежать без дела казалось неэффективным, Надя встала, прошлепала босыми ногами в стороны ванной, посмотрела в зеркало, подумала, что наверное стоит подумать о ботоксе или может хотя бы реснички нарастить, умылась, накинула халат, который планировала выбросить вот уже третий год и пошла готовить завтрак старшим детям.

Она обещала напечь блинов, перерыла все шкафчики в поисках блокнота с рецептами, но так и не вспомнила куда убрала его в прошлый раз.
Открыв Гугл, стала искать ту самую фиолетовую ссылку, по которой переходила раз в неделю, так и не запомнив количество ингредиентов.

Ага, смешать, просеять, вбить, - бормотала Надя себе под нос, - дайте тесту отдохнуть.
Отдохнуть? Это оно устало? Оно чтоли скачет как лошадь?
Надя рассердилась и со всей злости закрыла вкладку с рецептом.

Досчитала до десяти и вернулась в кровать.

Небо на улице затянуло бледно розовой пеленой, и так же неожиданно как всё началось, так же стремительно звук прекратился.

Громогласная тишина решала уши, мир погрузился в вакуум.

Жители шестого подъезда снова подумали об одном и том же.
Ну наконец-то.

Надя закрыла глаза.

Если прямо сейчас засну, то до будильника еще целых 55 минут, вряд ли это можно назвать здоровым полноценным сном, но хотя бы что-то, - думала Надя.

Громко запели птицы под окном.

– Что это? - вдруг испуганно вынырнул изо сна Серёжа

– Птицы поют. Свирель, наверное

– Нет такой птицы. Это свиристель

–Да хоть херестрель, спи давай