Наказание в будущем

Первое самостоятельное задание заставляло Кая волноваться. Парень уже год как получил диплом специалиста по эмоционально-эмпатийному регулированию, но до этого работал только в качестве ассистента.

Впервые детей к таким специалистам родители обязаны были приводить в возрасте пяти лет, как только они начинали осознанно управлять своими эмоциями. До семи лет малыши получали специальные препараты для укрепления нервной системы. Затем каждому вводился мультичип. Индивид становился полноценным членом общества: с помощью чипа происходило получение образования через загрузку данных напрямую в мозг. Обучение в школе и других учебных заведениях сводилось к практическим занятиям и отработке бытовых и профессиональных навыков.

Полная эмоционально-эмпатическая настройка заканчивалась к двадцати годам, когда гормональный фон организма выравнивался и стабилизировался полной активацией чипа. С этого момента человек считался совершеннолетним и полностью дееспособным. Все сильные эмоции блокировались, чтобы избежать неожиданных и неуправляемых реакций. Так каждый член общества мог быть максимально продуктивным и полезным, ответственно относился к материальным ценностям, тщательно заботился о своём здоровье.

Волнение Кая было приятным и подстёгивало выполнить работу на самом высшем уровне. Он хорошо проявил себя за прошедший год, и ему доверили курировать «древнюю девушку». Так между собой называли особь женского пола, обнаруженную в затерявшейся сотни лет назад криокапсуле. Объект нашли во время расчистки участка под строительство. Экскаваторы наткнулись на укреплённое подземное сооружение под слоям осадочных отложений. Геологи определили, что здание было погребено под селевыми потоками, вызванными таянием ледника около тысячи лет назад. Приплюсовать к этому три столетия ледникового периода и ещё сотню лет до ледника, и выходило, что постройке может быть от полутора до двух тысяч лет.

Сведений о столь отдалённых временах почти не сохранилось. За последнюю тысячу лет Земля пережила ряд катаклизмов. Эпидемии и войны за ресурсы показались цветочками по сравнению с мощным и внезапным оледенением, к которому человечество оказалось не готово. Холода сковали большую часть планеты, в том числе и районы с плодородными почвами. Оставшаяся территория была не в состоянии прокормить всех. Началось массовое вымирание. Выжить смогли лишь колонии людей, которые, вопреки прогнозам о глобальном потеплении, вложили средства в строительство спасательных комплексов, рассчитанных на выживание при похолодании.

Как только появилась возможность, люди снова стали заселять планету. Но её было не узнать: ледники перекроили рельеф, стёрли следы надругательства людей над природой. Пришлось строить новые города, учиться выращивать пищу в новых условиях. Только теперь человечество, получившее шанс начать почти с чистого листа, старалось учитывать ошибки прошлого.

После отступления ледника людей на планете осталось около полутора миллиардов, а к середине тридцать девятого века их численность возросла лишь до пяти. За время холодов были разработаны технологии почти стопроцентного вторичного использования ресурсов. Теперь они помогали быстрыми темпами восстанавливать цивилизацию. Ледники при отступлении оставили вскрытыми новые месторождения полезных ископаемых, до которых ранее было не добраться. Земля будто добродушно пожалела своих жильцов и выделила немного средств, чтобы те снова встали на ноги.

Люди, в свою очередь, чтобы не наступить на старые грабли, тут же установили жёсткий контроль над рождаемостью и потреблением ресурсов. Учёные пришли к выводу, что излишняя эмоциональность порождает массу проблем, а значит следует найти способ управлять чувствами людей: искоренить зависть, жадность, злость, агрессию, желание обладать. После ледникового периода не было развязано ни одной войны. Почти перестали исчезать биологические виды. Даже были восстановлены популяции некоторых вымерших животных. Сохранились все экосистемы в том виде, в котором возродились после отступления ледника.

Найденное здание относилось к древней, варварской по меркам нынешнего времени, технологии. Постройка была вскрыта со всеми мерами предосторожности. Ведь неизвестно какие опасные микроорганизмы могли в ней выжить. Неповреждённой осталась лишь одна секция. Внутри была стерильная чистота – скорее всего здание когда-то служило медицинской лабораторией. Вдоль стены был установлен ряд криокапсул. Уровень развития технологии удивил исследователей: капсулы были настолько совершенны, что могли использоваться наряду с современным оборудованием. Единственной проблемой было полное несоответствие языков кодирования. Оборудование было полностью несовместимо ни с один устройством.

Но все эти технические находки меркли на фоне одной единственной девушки. Из всех криокапсул в лаборатории лишь одна оказалась занятой. Устройство пережило всё, что произошло за огромный промежуток времени, и сохранило жизнь своей обитательнице.

Учёным удалось запитать криокапсулу энергией. Конечно было огромным риском подключать древнюю машину к современной электросети, но это позволило вывести капсулу из аварийного режима. Так древнюю девушку пробудили. Ей были обеспечены максимально комфортные и щадящие условия жизни. Медики определили, что девушке на момент введения в состояние сна было двадцать-двадцать пять лет, она абсолютно здорова, но в остальном наладить контакт сразу не удалось.

В теле древнейшей представительницы человеческой расы нашли наночип. Удивительно, но в древности его также, как и сейчас, вживляли чуть выше запястья правой руки, но ни одно устройство не смогло считать с него информацию. Учёные даже не были уверены в назначении чипа. Одно было ясно: в доледниковье не существовало технологии стабилизации эмоций. Древняя девушка испытывала страх и любопытство одновременно, сильно волновалась, иногда испытывала восхищение или отвращение и постоянно отвлекалась.

Для того, чтобы привыкнуть к современной жизни и уменьшить стресс, которого у живой сенсации было в избытке, она нуждалась в хорошем специалисте по эмоционально-эмпатийному регулированию. Кая выбрали, потому что он был самым молодым сотрудником с безупречной репутацией в своей области. Исследовательская группа пришла к решению, что девушке будет проще найти общий язык с человеком своего биологического возраста.

Именно с языком и возникала наибольшая сложность. Древняя девушка для общения использовала голос и слова давно забытого языка, в то время, как всё население планеты общалось преимущественно с помощью передачи мыслеобразов через нейроинтерфейс. Слова были больше не нужны. Достаточно было отправить мысленное сообщение собеседнику. Звуками, воспроизводимыми голосовыми связками, пользовались лишь дети во время игр. И то лишь до того момента, как получали свой чип. Ещё голосом пользовались те, кто работал с животными: необходимо было как-то обозначать своё присутствие и подавать им сигналы.

К счастью, девушка сообразила попробовать использовать письменность. Правда, пришлось посетить магазин детских товаров, чтобы приобрести канцелярские принадлежности. В новом мире не было необходимости писать от руки, но рисованием всё ещё занимались дети. В их обучении большое внимание уделялось развитию мелкой моторики рук. Ведь это способствовало развитию памяти и увеличению производительности мозга. Были в наличии и всяческие мозаики, конструкторы, наборы для лепки. Только всё это с большой натяжкой можно было назвать материалами для творчества. Товары не подразумевали развития фантазии. Малышам предлагалось воспроизводить однотипные рисунки и поделки по готовому образцу. В мире, почти лишённом эмоций, это не вызывало удивления, а для Алисы – так она представилась – казалось диким.

Как бы то ни было, Котовская смогла найти общий язык с людьми. Программисты без проблем расшифровали закодированные в символах звуки. Девушке показывали изображения предметов, она называла знакомые, записывала их названия, а затем декодер проанализировал совпадения и смог определить древний язык, информация о котором была сохранена в ту эпоху, когда люди ещё только готовились пережить наступление ледника.

Кай загрузил язык в свою память и мог понимать, что говорит Алиса, но вот разговаривать самому ему приходилось учиться, словно младенцу. Язык слушался неохотно, слова выходили неуверенными, интонации не давались и вовсе, от чего девушка часто добродушно и понимающе смеялась.

Кай никогда не видел таких жизнерадостных людей. В его вместе с подавлением негативных и разрушающих эмоций, люди лишались и положительных. Радость, счастье, восторг – всё это было недоступно в обычной жизни. Чтобы получить порцию радости, необходимо было заплатить немалые деньги за гормональный препарат. Но даже его действие контролировалось мультичипом. Жёсткий контроль за эмоциями вызвал спрос на подпольное производство препаратов, содержащих синтетический дофамин и вещества эндорфиновой группы. Эта проблема серьёзно беспокоила управленцев.

Мир, в котором проснулась Алиса, выглядел пресным и безжизненным. Слишком спокойные люди, слишком послушные дети, слишком однообразное всё, без намёка на индивидуальность.

Кай был уверен, что Алиса молодая учёная, которая решилась на усыпление ради науки, а девушка не спешила разубеждать его. Она не хотела огорчать этого молодого человека, единственного, кто проявлял к ней живой интерес. Во всяком случае, Алисе хотелось верить, что в нём осталось хоть что-то человеческое, кроме холодного и безэмоционального научного расчёта. Иногда Котовской казалось, что дежурная улыбка на его лице вдруг становится искренней и затрагивает глаза.

Каково было облегчение Алисы, когда учёным так и не удалось прочитать её наночип. А ведь на этом носителе содержалась вся информация о ней и о том, почему Котовская оказалась к криокапсуле.

* * *

Лаборатория, в которой Алиса проходила стажировку, не была секретной, как на заре развития генной инженерии. Напротив, все исследования широко освещались, чтобы населению Земли было легче принимать и осознавать, насколько далеко шагнула наука, насколько близко учёные к тому, чтобы самодовольно именовать себя творцами.

Биоинженеры научились справляться со многими генетическими заболеваниями на стадии развития плода и вовсю работали над возможностью программировать качество будущего потомства. В случае с кошками уже были достигнуты первые успехи в получении котят с идеальными породными признаками: никаких больше неправильных прикусов или дефектного положения лап, только идеальная осанка и чистейший окрас.

Вместо того, чтобы заботиться о своей среде обитания, генетики старались сделать человека более устойчивым к внешним воздействиям, более сильным, более живучим и, наконец, замахнулись на бессмертие. Лаборатория Алисы не всё раскрывала публике. Одно из успешно развивающихся направлений работы всё-таки было засекречено. Слишком боялись местные умники, что их открытие будет украдено. Но корпорация уже начала «прогрев» потенциальных клиентов. Неограниченное омоложение всех тканей, а вместе с тем неограниченный срок жизни – об этом снимались фильмы, финансируемые корпорацией. В головах населения потихоньку укореняли мечту о бессмертии и давали надежду, что это не такая уж и сказка.

От мысли, что скоро учёные доберутся до человека и начнут собирать будущих детей, как конструктор, а потом регулярно заменять детали и жидкости, как в автомобиле во время техобслуживания, Алисе становилось не по себе. Специальностью девушки была медицинская генетика, а не архитектура ДНК, но Котовская приложила немало усилий, чтобы попасть на стажировку именно в эту лабораторию. За год она хорошо изучила план лаборатории, подружилась со многими сотрудниками из техперсонала и получила доступ в подсобные помещения. Всё шло, как задумано. Девушка смогла разместить взрывчатку во всех ключевых точках укреплённого здания. Когда произойдет взрыв, снаружи этого почти не будет заметно, зато содержимое лаборатории превратится в фарш.

Сама Алиса, конечно, не справилась бы со всем, но за её спиной стояла могущественная команда противников бессмертия и нарушения закона природы. Девушку снабжали современным оборудованием и боеприпасами, инструктировали по поводу того, как обойти системы слежения и незаметно сделать свою работу.

В назначенный день Котовская должна была активировать бомбы и в условленном месте встретиться с одним из своих координаторов. Алиса смогла незаметно покинуть лабораторию в разгар рабочего дня, заблокировать выходы и активировать взрывные устройства, размещённые по всему зданию. После того, как дело было сделано, Алиса пошатываясь отправилась на встречу с координатором.

На месте её ждали. Но не единомышленники, а полиция. Котовская стала первой осужденной за «противодействие прогрессу». Такая статья совсем недавно появилась в уголовном кодексе. Оказалось, что помешать людям на пути к бессмертию это более страшное преступление, чем убийство двух десятков человек.

К новой статье полагалось и новое наказание: на тот момент ещё экспериментальное и не опробованное. Во всяком случае, Алиса не слышала ни об одном удачном прецеденте. Все осужденные умирали в считанные дни, а то и часы, после приведения приговора в исполнение.

Преступника приносили в жертву науке. Наказуемому вводили препарат, тормозящий метаболизм до полной остановки, а тело помещали в криокапсулу. По идее придумавших наказание, разбудить подопытного должны были через тысячу лет, чтобы человек очнулся в совершенно новом мире, развитию которого пытался помешать. В дальнейшем его тело планировалось передать учёным будущего для исследований и опытов. Наказание наукой за противодействие прогрессу – это выглядело даже изящно.

* * *

Судя по тому, что в новом мире никто не догадался о происхождении криокапсулы, в которой очнулась Алиса, она так и осталась единственной выжившей, так сказать, удачной попыткой воспитательного эксперимента.

Древняя девушка была очень ценна для науки, но о её эмоциональном состоянии особо никто не заботился. Хотя какого сочувствия к подопытной можно ожидать от исследователей, эмоции которых сведены на нет?

Рядом постоянно находился только Кай, в задачи которого входила адаптация Алисы в новом мире и наблюдение за ней. Исследователю и его подопечной выделили двухкомнатный жилой блок в академгородке. Так у Кая была почти круглосуточная возможность работать с Алисой. В один из вечеров девушка сама приготовила какао и угостила своего единственного друга. Правда, ему пришлось попотеть для этого: сначала понять, какие вещества требуются девушке, затем запросить все разрешения на получение какао-порошка и цельного молока. Наконец, дождаться поставки натуральных продуктов. В мире будущего они считались ненужным излишеством. Куда выгоднее и безопаснее для экологии был синтез сбалансированного комплексного питания. Но в естественных ареалах обитания соответствующих организмов натуральное сырьё всё ещё получали.

Наслаждаясь насыщенным напитком, Алиса под громкие восторги Кая рисовала в блокноте.

– Кай, а тебе не кажется, что с твоим чипом что-то случилось? – в голосе девушки, не смотря на суть вопроса, не было беспокойства, а скорее дружеское подначивание.

– Ты понимаешь, вкус как будто обволакивает… Что ты имеешь ввиду? – парень осёкся от неожиданного вопроса, никак не связанного с приятным вечером.

– Скажи, что ты сейчас чувствуешь?

Алиса отложила блокнот с рисунком в сторону, опёрлась локтями на стол и с улыбкой посмотрела Каю в глаза. Парень умолк, крутя в руках почти пустую кружку, и некоторое время задумчиво молчал. Затем его лицо озарилось улыбкой, и он стал пытаться подобрать слова:

– Я бы сказал, что я рад. Очень-очень рад, что у меня хорошо получается делать свою работу, что ты здорова, и что этот напиток – какао – очень необычный и вкусный, но «рад» это слабое слово. Я не знаю, как сказать правильно.

– Ты счастлив.

Алиса подалась вперёд через стол и накрыла ладонь Кая своей. От неожиданности тот чуть не сбросил чашку на пол. Его щёки порозовели, а пульс участился – девушка почувствовала это через касание руки.

– Но… Так ведь не должно быть. Так не положено, – Кай отдёрнул руку и отвёл взгляд в сторону. – В этом напитке есть какой-то эмоциональный стимулятор? Такие вещества запрещены. Наверное, поэтому так сложно было достать этот порошок.

– Можно и так сказать, – Котовская усмехнулась и откинулась на спинку кресла. – Шоколад способствует выработке дофамина. Его ещё называют гормоном радости или счастья. Но, друг мой, ведь тебе сейчас хорошо?

– Д-друг? Ты имеешь ввиду коллега? Но ведь мы не коллеги: ты подопытная, а я – твой куратор.

– Нет, Кай. Говоря «друг», я имею в виду человека, который относится ко мне хорошо, который готов помочь мне. Ты ведь отыскал для меня всё, что я попросила, хотя это было не обязательно и не относилось к твоей работе. И я готова сделать для тебя то же самое.

Парень не нашёл, что ответить: то ли непривычный всплеск эмоций настолько смутил его, то ли просто не хватало словарного запаса. Его взгляд упал на рисунок Алисы. Кай взял блокнот и стал его листать, подолгу задерживаясь на некоторых страницах.

– Почему ты так странно рисуешь кошек?

– А что с ними не так? – девушка придирчиво посмотрела на свои рисунки.

Котовская часто рисовала своего любимца, оставшегося в две тысячи сто первом, – полосатого кота по имени Рысь. На рисунках обычный дворовый кот был изображён в разных забавных и милых позах. Особенно долго Кай рассматривал рисунок, на котором Рысь лежал на коленях девушки.

– Это же просто дикое животное. Зачем столько внимания? И почему ты изобразила его рядом с человеком?

Настала очередь Алисы растеряться.

– То есть как? А домашние любимцы? Ты приходишь домой с работы, усталый, а дома тебя уже ждёт маленький и верный друг. Как не любить… Ой… – от внезапной догадки девушка даже прикрыла рот ладонью. – А как же любовь? Как вы испытываете любовь, если эмоции подавлены?

Кай нахмурился и стал серьёзным:

– Это устаревшее понятие, а само явление удалось искоренить. Слишком сложно управлять эмоциями: неоправданная эйфория, которая отвлекает от работы, необъяснимая грусть и странная жадность, когда кто-то ещё посмотрит на занятый объект любви.

– Ревность, – тихонько подсказала Алиса.

На следующий день была запланирована поездка за город. Кай хотел, чтобы Алиса познакомилась с природой и сравнила её со своим миром. Часть еды девушка приготовила сама из продуктов, которые Каю пришлось также заказывать специально для неё. В результате контейнеры заполнились бутербродами, роллами и блинчиками с начинкой. Куратор завороженно наблюдал за действиями своей подопечной на импровизированной кухне. Девушка готовила с удовольствием, но периодически ворчала, что выходит не то, что нужно: продукты не совсем те, посуда и плита непривычные.

Остальную еду Кай взял в синтезаторе в специализированном терминале. Стандартную пищу создавали в домашних аппаратах, а если нужны были какие-то дополнительные блюда, отличающиеся от ежедневного рациона, необходимо было доплатить и воспользоваться отдельным устройством.

Пока Кай набирал заказ, приложив запястье с чипом к сканеру синтезатора, Алиса заинтересовалась другим прибором. Устройство было оснащено дисплеем и сканером для чипа, но не было никаких выдвигающихся частей или открывающихся панелей.

– А что даёт этот синтезатор?

Кай оглянулся и засмеялся:

– Это не синтезатор. Если можно так выразиться, это разум всей планеты – информационный терминал.

Пока пищевой синтезатор урчал внутренностями, подготавливая заказ, парень подошёл к терминалу и приложил запястье к сканеру. Дисплей посветлел и на нём появился буквенный код из символов незнакомого Алисе алфавита.

– Эта модель устарела, поэтому оснащена дисплеем. Новые работают полностью через нейроинтерфейс.

– И что он даёт?

– Я могу запросить и получить почти любую информацию. В базу загружаются сведения из всех областей жизни, которые могут понадобиться населению. За счёт единого планетарного мыслеобразного языка нет проблем с восприятием информации с другой части света.

– Напоминает интернет из моего времени, – Котовская подошла чуть ближе и протянула руку к сканеру. – Говоришь, что он устаревший?..

Касание не вызвало реакции терминала: успевший погаснуть экранчик, так и остался тёмным. Попытка Алисы вызвала смех у Кая:

– Ну не настолько же он старый. А вот ты – настоящая древность.

– Да уж. Чувство такта, конечно, тоже у тебя отключено.

Куратор так и не понял, на что обиделась подопечная, подхватил пакеты, выехавшие из бока синтезатора и поспешил за девушкой. Но парня радовал тот факт, что он понемногу учился различать эмоциональные реакции древней девушки.

Молодые люди гуляли весь день по экологическим тропам в гористой местности покрытой лесом. Всё здесь было направленно на поддержание здоровья населения.

– Люди очень ответственно относятся к своему здоровью. Эмоционально-эмпатийное регулирование позволяет почти полностью избежать стресса. Ничто не отвлекает людей от заботы о своём теле: зарядка, закалка, регулярные выезды за город. Это даже контролируется. Уважительной причиной не поехать на прогулку является плохая погода. Только нужно не забыть отправить через нейроинтерфейс заявку на перенос, иначе могут быть применены санкции.

Наконец, Кай заметил, что Алиса его не слушает. Она замерла у перил, ограждающих смотровую площадку на одном из каменных уступов, и любовалась небом. День клонился к вечеру, и у горизонта уже разлилась палитра закатных красок, очерченная снизу тёмной неровной зубчатой стеной гор, поросших хвойным лесом.

И тут девушка запела. Сначала тихо, а затем всё увереннее и громче. Кай пытался прочитать эмоции девушки по взгляду: восхищение, тоска, радость? В конце концов он стал просто наслаждаться закатом, пением и самой девушкой. Он почувствовал, как вспыхнули его щёки, и обрадовался оранжевому вечернему свету, скрадывающему эту неположенную реакцию организма.

Закончив петь, Алиса будто внезапно вспомнила, где она сейчас находится и что рядом ждёт Кай.

– Извини, я задержалась тут. А ты раньше не слышал пения? Да? Наверное, странно такое слышать, ведь в этом мире…

Кай не дал ей договорить. Он сделал шаг к Алисе и взял её за руку.

– Я хочу попробовать сделать кое-что. Вообще, для обмена личной информацией нам требуется запросить код доступа партнёра, как и для мыслесвязи, но твой чип… К тебе ведь пытались подключиться только с помощью компьютера, а не напрямую, – куратор усмехнулся и взъерошил свои обычно аккуратно уложенные волосы. – Да никому и не пришло бы в голову пробовать установить связь с устаревшим чипом вот так… Мало ли что может случиться… Хотя, не думаю, что что-то вообще произойдёт, но… можно я попробую?

Парень держал своё запястье с чипом рядом с рукой древней девушки и смотрел в её глаза. Алиса не так хорошо ещё понимала порядки этого времени, но догадывалась, что хочет проверить Кай. Она слегка улыбнулась и молча кивнула.

Код не потребовался. Каким-то образом чипы смогли подключиться друг к другу. Эмоции на лицах обоих молодых людей сменялись от восхищения, до недоумения и испуга. Внезапно, Алиса отпрянула от Кая. Тот выглядел обескураженным.

– Теперь ты знаешь, кто я и почему оказалась в той капсуле. И знаешь? Я не жалею, что помешала людям тогда достичь бессмертия. Жить вечно и вот так без эмоций, без чувств? Разве это жизнь? – первая слезинка сорвалась с ресниц. – Наказание удалось. Я не смогу прижиться здесь. Не смогу понять тебя, а ты, тем более, никогда… Ты слышишь? Никогда не поймёшь меня!

Парень снова шагнул к плачущей подопечной, на секунду замешкался, а затем неуверенно обнял её за плечи и уткнулся носом в макушку.

– Я понимаю, почему ты так поступила в прошлом. Я бы тоже так поступил. Теперь, после того, как узнал тебя, как прочитал твою память, – Кай отклонился, чтобы видеть глаза Алисы. – Я узнал твои чувства.

Котовская взяла своего куратора за руку и посмотрела на место вживления чипа: там виднелся ожог.

– Да, немного припекло Кое-какие функции чипа отключились, хотя он всё ещё работает, – парень провёл пальцем по щеке девушки, стирая слезу.

– То есть ты знаешь теперь, что именно я чувствую?

Кай кивнул, и щёки его снова порозовели. Во взгляде девушки появилась теплота. Алиса привстала на цыпочки, робко поцеловала Кая и замерла на мгновение. Тот не отшатнулся, не удивился. Значит действительно теперь чувствует? Второй поцелуй был смелее. Алиса ощутила сквозь тонкую кофточку тепло ладони. Второй рукой Кай осторожно придерживал затылок девушки.

Момент внезапно расцветшей нежности прервало уведомление, пришедшее на нейроинтерфейс Кая. Лицо его стало хмурым и решительным:

– Я получил оповещение о неисправимом повреждении моего чипа. Этот проклятый кусочек кремния и металла передал все данные на сервер-контроллер. Я дефектный, а ты теперь считаешься опасной для общества.

– Нас уберут?

Кай мрачно кивнул:

– Сейчас тоже существует наказание за преступление против прогресса.

– Но ты же ничего не совершил?

– Пока нет. Но, чтобы не быть наказанным просто так, у нас есть немного времени, чтобы успеть добраться до ближайшего информационного терминала. Как работник исследовательской лаборатории я имею право не только получать, но и загружать информацию в базу. А мне есть о чём рассказать миру.