Шёл шестой час боя.
Силы стремительно покидали меня, но тревога за жизнь дорогих мне людей и адреналин, пульсирующий в крови, не давали опустить руки. Стиснув зубы, я вонзила серебряный кол в грудь очередного стригоя, и только тогда попыталась оглядеться. Где был Дмитрий — я не знала, и это пугало меня куда сильнее, чем сам бой.
Слава Богу, Лисса была в безопасности. Она вместе с Джилл гостила у моих родителей — далеко отсюда, вне поля сражения. Кристиан, конечно, был рядом со своей будущей женой. А с ними — Эдди, Альберта, надёжная охрана. Мию и других мороев, умеющих держать оружие, отправили на защиту младших учеников в подземные укрытия.
Я на секунду погрузилась в эти мысли — и чуть не поплатилась. Стригой подкрался незаметно. Он уже почти схватил меня, но тренировочные рефлексы, отточенные Дмитрием, сработали. Я увернулась, кол пронёсся мимо моего плеча, вспарывая воздух, и в следующую секунду его тело упало к моим ногам.
Когда всё наконец закончилось, земля напоминала кровавую арену. Ещё утром снег здесь был чистым и ослепительно-белым. Теперь же он пропитался кровью. Повсюду — тела. Слишком много тел. Слишком много боли.
— Боже, Роуз, ты вся в крови! — ко мне бросилась Мередит, дампирка с моего курса. — Ты ранена!
Только тогда я почувствовала жжение в правой руке, тупую боль в боку и то, как ноет и подгибается левая нога. Но я не замечала всего этого раньше — по двум причинам. Во-первых, адреналин. Во-вторых… я всё ещё не знала, что с Дмитрием.
— Ты видела Дмитрия? — прошептала я, едва справляясь с паникой.
— Да, — кивнула Мередит. — Он помогает выносить раненых и тела… в Восточном крыле.
Словно кто-то разжал стиснутую в груди пружину. Облегчение захлестнуло, и мир внезапно утратил резкость. Шум стих, краски потускнели. Я позволила себе упасть в темноту.