Наруто Узумаки сидел на вершине Хокаге-монумента, его взгляд был устремлён на деревню, которую он клялся защищать. Ему казалось, что всё рушится – война между Каваки и Боруто нарастала, словно лавина, грозя уничтожить не только их судьбы, но и само будущее Конохи.
— Тьфу, как же всё это надоело… — пробормотал он, потирая виски.
С момента потери Курамы прошло достаточно времени, чтобы смириться с этим… но не сдаться. Кто сказал, что без Курамы он стал слабаком? В конце концов, он не просто носитель девятихвостого – он Наруто Узумаки, Четвёртый Джинчурики Девятихвостого, Седьмой Хокаге, Герой Четвёртой Великой Войны Шиноби.
Сжав кулаки, он поднялся.
— Па! Ма! Пришло время старой доброй тренировки!
— Ква! Давно бы так, Наруто-бой! — откликнулся Па, вспрыгивая ему на плечо.
— Ты же знаешь, что мудрецы не сдаются! — добавила Ма, занимая второе плечо.
Наруто сложил руки в печати, и его чакра загорелась золотистым светом, соединяя режим отшельника с остатками силы мудреца шести путей. Чакра в нём бушевала, словно неугомонный океан. Он чувствовал, как каждое существо вокруг него движется, как земля под ногами дышит.
"Я не просто шиноби. Я тот, кто изменит эту историю."
---
Тем временем Боруто и Каваки снова сошлись в схватке.
— Хватит этого бреда! — рявкнул Наруто, появившись между ними с такой скоростью, что они даже не успели заметить. Его голос прозвучал как раскат грома, заставив обоих подростков вздрогнуть.
— О-отец… — Боруто опустил взгляд.
— Хокаге… — Каваки стиснул зубы, но было видно, что он уважает силу стоящего перед ним человека.
Наруто глубоко вдохнул и улыбнулся.
— Разберёмся раз и навсегда. По-мужски.
Кодо, наблюдавший за этим издалека, почувствовал холод по спине.
"Чёрт... это не тот старик, которого можно просто выбросить со сцены. Он ещё что-то задумал…"