Наследие. Раб с Земли

Наследие. Книга 1. Раб с Земли.

Глава 1

Этим вечером ребята, с которыми я познакомился ещё в самолёте, всё-таки уговорили меня пойти купаться. Воздух, прогретый жарким южным солнцем, даже после заката не давал прохлады, и тащиться к берегу совсем не хотелось. Но Надежда, последние несколько дней строившая мне «глазки», предложила поехать на «дикий» пляж — поплавать вдали от цивилизации. Компания с радостью поддержала её идею.

Забросив нехитрый багаж в кузов арендованного джипа, мы вчетвером отправились на поиски вечерних приключений. Дорога вилась вдоль обрыва над океаном, то приближаясь к самому краю, то сворачивая в глубь острова. Даже уже знакомые виды, открывающиеся за каждым поворотом, всё равно притягивали взгляды. Пашка, сидевший за рулём, то и дело крутил головой и всё меньше следил за дорогой. Впрочем, за несколько поездок этим маршрутом мы не встретили ни одной машины — можно было и расслабиться.

— Ребята, а поехали к скале! С неё такой вид на закат! — звонко предложила Ольга с переднего сиденья.

— Можно, — отозвался я. — Я как раз вина захватил. Посидим, а потом и под луной искупаемся.

Никто возражать не стал.

Со скалы, выступавшей в море на несколько сотен метров и возвышавшейся над водой почти на двадцать, открывался потрясающий вид. Лазурные волны разбивались о камни, поднимая мелкие брызги даже на такую высоту и создавая прохладную завесу. Заходящее солнце окрашивало их в кроваво-красный цвет.

Стоя на самом краю, я чувствовал себя так, будто нахожусь на границе мира. Один маленький шаг — и неизведанное, дорогу к которому проложило заходящее светило, примет тебя в свои объятия. Я смотрел, как огненный диск медленно погружается в океан, и думал о том, как мало мы знаем о том, что скрывается за горизонтом. Мы приезжаем на остров, загораем, купаемся, пьём вино — и нам кажется, что жизнь прекрасна и бесконечна. А ведь где-то там, в глубине материков, возможно, есть места, куда не ступала нога человека. Места, которые хранят тайны, неведомые нам.

— Чего задумался? Иди к нам! — позвали меня.

Я обернулся. На небольшой площадке уже был приготовлен импровизированный столик. На нём красовалась бутылка местного вина — на этикетке значилось «Pittacum», — и горка фруктов. Пашка сноровисто открывал вторую ёмкость, а девушки готовили пластиковые стаканчики. Ольга что-то шепнула Надежде, та улыбнулась и бросила быстрый взгляд в мою сторону.

Я подошёл, сел на расстеленный плед. Ноги приятно ныли после долгого дня, проведённого на ногах. Пахло нагретой за день землёй, морем и едва уловимым ароматом хвои — где-то выше по склону начинался сосновый лес.

— За встречу! — поднял стакан Пашка.

Мы чокнулись. Вино оказалось терпким, с лёгкой горчинкой и долгим послевкусием. Надя подсела ближе, плечом касаясь моего плеча, и я почувствовал исходящее от неё тепло.

— Ты сегодня какой-то задумчивый, — сказала она. — О чём думаешь?

— Да так… О том, как мы здесь оказались. Случайно, наверное. Или нет? — я пожал плечами. — Иногда мне кажется, что есть в этом какая-то закономерность. Мы выбираем билеты, садимся в самолёт, летим за тысячи километров — и встречаем людей, которые становятся нам близкими. А могло быть иначе. Одно случайное решение меняет всё.

Надя засмеялась, но как-то мягко, без насмешки.

— Философ, — сказала она. — А, по-моему, всё просто. Мы здесь, потому что нам хорошо вместе. Разве этого недостаточно?

Я хотел ответить, но не успел.

Сначала я почувствовал это ещё до того, как дрогнула земля. Какое-то странное, необъяснимое беспокойство — словно кто-то невидимый сжал мою грудь ледяными пальцами. А через мгновение мир рухнул.

Гул нарастал откуда-то из-под земли, переходя в тяжёлый, утробный рокот. Вдалеке сработала автомобильная сигнализация — пронзительный визг, который тут же утонул в мощном толчке. Земля ушла из-под ног, и я едва удержался, схватившись за край столика.

— Землетрясение! — крикнул кто-то. — Бежим!

Мы бросились к машине. Вокруг всё ходило ходуном. Камни сыпались с обрыва, дорога покрывалась сетью трещин, которые расползались, словно змеи. Я бежал, чувствуя, как адреналин заливает кровь, заставляя сердце биться быстрее, а мышцы работать на пределе.

— Держитесь за руки! — закричал я, протягивая ладонь Наде.

Она схватила меня, но в следующий миг поскользнулась на осыпающемся грунте и упала. Я рванулся назад, подхватил её на руки и побежал дальше. Надя что-то кричала, но слов я не различал — только дикий рёв разрывающейся земли и свой собственный хриплый дыхание.

Пашка и Ольга уже добрались до машины. Он обернулся, что-то крикнул ей и бросился нам навстречу.

— Бросай её! — заорал он, но я даже не остановился.

Впереди зиял широкий разлом, быстро расширяющийся на наших глазах. Пашка замер на другой стороне, в его глазах я увидел отчаяние. Одинокое дерево, росшее у края, с глухим треском начало заваливаться поперёк пропасти.

— Успеем! — крикнул я, перекидывая Надю на плечо.

Дерево выло и скрипело, выдираемое корнями из размякшей земли. Я ступил на ствол, чувствуя, как он прогибается под тяжестью двоих. Ветви хлестали по лицу, цеплялись за одежду, норовили сбросить вниз. Каждый шаг давался с нечеловеческим усилием, а я всё шёл и шёл, не смея остановиться.

Пашка на той стороне что-то кричал, протягивал руки. Ещё несколько метров. Ещё один шаг.

И в этот момент дерево сорвалось.

Я успел лишь сбросить Надю вперёд — прямо в руки Пашки, — а сам полетел вниз, в заполняющуюся водой пропасть. Последнее, что я увидел, — её широко раскрытые глаза, полные ужаса, и Пашкино лицо, искажённое криком.

А потом пришла боль. Сильная, острая, заполняющая всё сознание, и — темнота.

Закрытый сектор. Исследовательская лаборатория

Внимание. Сейсмическая активность через девяносто три стандартные минуты. Вероятность обнаружения объекта — сто процентов. Активировать протокол безопасности. Начать подбор нового места дислокации.

Подбор завершён. Начать свёртывание объекта.

Внимание. Обнаружены разумные особи. Осуществление протокола с вероятностью семьдесят процентов приведёт к их гибели. Свёртывание объекта приостановлено.

Внимание. Сейсмическая активность через пять стандартных минут. Вероятность обнаружения объекта — сто процентов.

Внимание. Вероятность гибели разумных — сто процентов. Медицинскому комплексу начать развёртывание.

Сейсмическая активность началась. Выпустить дронов для захвата и спасения разумных.

Поправка. Разумные покидают территорию объекта. Вероятность их гибели менее пятидесяти процентов и продолжает уменьшаться.

Разумные покинули территорию объекта. Активировать протокол свёртывания. Включить маскировку.

Внимание. Сейсмоопасная зона увеличилась. Опасность для жизни разумных: двое покинули зону, ещё двое находятся в непосредственной опасности. Вероятность гибели — восемьдесят четыре процента.

Продолжать свёртывание. Медицинскому комплексу — готовность к принятию разумных. Дроны выпущены.

Внимание. Повреждение проекторов маскировочного поля. Эффективность маскировки — шестьдесят два процента. Вероятность обнаружения — двадцать один процент.

Внимание. Произведён захват одной разумной особи. Остальные вне опасности. Особь помещена в медицинский комплекс. Повреждения — критические.

Свёртывание объекта завершено. Начать вывод объекта на геосинхронную орбиту.

Проведена первичная диагностика разумного. Повреждение конечностей — девяносто процентов. Вероятность успешного лечения — сто процентов. Повреждение внутренних органов — двадцать четыре процента. Вероятность успешного лечения — сто процентов. Повреждения головного и спинного мозга — тридцать восемь процентов. Восстановление невозможно. Отсутствует нейросеть.

Определена ДНК разумного.

Внимание. Получен приоритет на лечение разумного. Совпадение ДНК с исходным образцом — 99,997%. Для лечения произвести все необходимые действия.

По команде искусственного интеллекта базы был начат вывод из стазиса единственной находящейся в распоряжении индивидуальной нейросети. Это был экспериментальный образец, разработанный в своё время для противодействия пси-атакам Аграфов в разгар набиравшей обороты войны. Особого выбора у ИскИна не было.

Установка на повреждённый мозг прошла… штатно, если так можно выразиться. Одновременно медицинский комплекс начал восстановление тела землянина, укрепляя костную и мышечную ткани и приводя организм к эталонному образцу, заложенному в ИскИн базы.

Перебазирование лаборатории заключалось в том, что комплекс выводился на орбиту планеты и затем приземлялся по заданным координатам. Новое место было выбрано ИскИном на другом континенте, ещё не заселённом аборигенами. Континент, большей частью покрытый льдом, мало подходил для проживания по климатическим параметрам, хотя несколько исследовательских станций людей там находилось.

Внимание. Зафиксировано окно гиперперехода и вышедшие из него корабли неизвестной конфигурации. Обнаружено активное сканирование системы. Станция обнаружена. Корабли набирают ускорение и приближаются. Расчётное время контакта при сохраняемом ускорении — двадцать стандартных минут.

ИскИн просчитал траекторию приближающихся кораблей и счёл её угрожающей. Для противодействия нападению он начал маневр уклонения. Хоть исследовательская станция и не была боевой, из средств защиты она имела только противометеоритные щиты, а средствами нападения можно было считать буровые лазеры.

Фиксируется работа систем наведения. Зафиксирована атака кинетическим оружием. Противометеоритные щиты: целостность сорок девять процентов. Повреждений корпуса нет.

Обнаружена ракетная атака. Зафиксировано четыре пуска. Противометеоритный щит неэффективен. Вероятность повреждения корпуса — шестьдесят процентов. Активировать буровые лазеры.

На небольшом расстоянии, при удачном стечении обстоятельств, даже буровыми лазерами можно было попытаться сбить ракету. Тем не менее шансов отбить несколько атак и сохранить станцию не было. ИскИн решил использовать все возможности для спасения человека, чей ДНК так точно совпал с ДНК его создателей, общаться с которыми ему не доводилось уже более двадцати тысяч лет.

Начать подготовку к эвакуации разумного. Начать загрузку в память нейросети архива данных станции. Для увеличения объёма памяти разумного произвести установку биоимпланта.

В памяти искусственного интеллекта были заложены координаты всех родительских миров Джоре. По одному из них он и решил отправить землянина в спасательной капсуле с одноразовым гиперприводом, погрузив его в стазис-поле.

Из четырёх ракет двум всё же удалось прорваться сквозь выстроенную оборону. Они нанесли огромные повреждения небронированному корпусу. Большие рваные дыры на месте двигательного отсека явно показывали противнику, что станция теперь может только неспешно дрейфовать в космосе. Директивы протоколов безопасности предписывали ИскИну уничтожить все данные и все разработки при попытке захвата станции. А после потери возможности передвигаться вероятность захвата становилась стопроцентной.

Активация системы самоуничтожения. Активация холодного старта спасательного бота.

Яркая вспышка сверхновой поглотила приблизившиеся крейсера Арварцев и скрыла от всех возможных наблюдателей кольцо гиперпространственного тоннеля, в котором пропала сильно повреждённая капсула.