Наследник. Истинная по законам медведя. Том 1

Слушаю, что лепечет Катька, а сама озираюсь. Такое чувство, что сегодня зверинец на выгуле. Вся кафешка забита баранами и козлами.

— Ты чего такая грустная? Тебе опять скучно меня слушать? — канючит подруга. — Но мне правда-правда нужно твоё мнение. Так вот, значит, говорю я Славику…

Её голос тонет в тяжёлых шагах. Оборачиваюсь и могу поклясться, что мимо меня вышагивает волк.

Громадный мужик в костюме проходит мимо и кому-то машет рукой. Только вот вместо человеческой головы у него — волчья, белоснежная, а глаза светятся голубым.

Как же я устала видеть то, чего не существует.

Из памяти услужливо вырываются образы египетских богов. Может, люди тоже видели такие странности? А иначе, как появились эти чудища с телами людей?

Уж не знаю, что там употребляли древние египтяне, я вот ничего. Но всё равно с раннего детства вижу необъяснимое. Я даже лечиться пробовала, но мне сказали, что это просто стресс и богатая фантазия.

Про маму говорить я не стала…

— Тея! — вновь в мои мысли вторгается Катя.

— Не прощай его, — отвечаю и снова кручусь по сторонам, но волк уже куда-то испарился.

— Кого? — удивляется моя блондинистая подруга.

— Славика, — вздыхаю. — Вы снова поругались, а ты не уверена, что надо давать ему второй шанс. Какой по счёту?

— Шестой, — скуксившись, бурчит она.

— Вот видишь, я тебя слушала, — говорю я, хотя это не совсем так.

Но я правда не понимаю, зачем Катя раз за разом прощает этого олуха. По мне, если мужик ведёт себя как баба, он по определению не мужик. То он любит, то нашёл другую. То хочет съехаться, то денег нет на оплату жилья. То друзья важнее, а Катя слёзы льёт.

— Я же его люблю, — как маленькая канючит Катюша.

Я уже сбилась со счёта, сколько раз слушала почти одно и то же. И никак не пойму, почему подруга не может сделать шаг и выйти уже из этих отношений.

Вот я никогда не позволю собой так вертеть. Давно приняла решение — сердце на замок. Больше там не место сопливым чувствам. А с моей особенностью — видеть то, чего нет, даже проще.

Я уже однажды обожглась, мне этого достаточно, чтобы усвоить урок.

— Тогда прости его и встретимся через неделю на этом же месте, — говорю я и собираюсь встать из-за столика. — Моё мнение не изменилось. Я думаю, тебе надо от него бежать. Тебе всего двадцать. Уверена, в твоей жизни будет ещё сотня мужиков получше, — слегка улыбаюсь и вглядываюсь в заплаканные глаза подруги.

— А если нет? — шепчет она, принимая ну уж совсем мультяшный вид.

Даже удивительно, что вместо головы подруги я не вижу шотландскую вислоухую кошечку с огромными круглыми глазами. Мне кажется, если у неё была бы ипостась в моём мозгу, именно этим животным Катя бы и была.

— Ладно, мне пора, — вздыхаю я. — Мне на практику ещё надо успеть. А то я с такими темпами и к началу учебного года материалы не сдам.

— Вот и надо оно тебе, — бурчит Катя и поднимается следом. — Сделала бы как я.

— Так, я уже сто раз говорила, я в универе, чтобы учиться, а не жениха искать, — отмахиваюсь. — Поехали, — подталкиваю подругу к выходу, — тебе ещё со Славиком разбираться.

Выходим на улицу, солнце сразу же слепит до слёз. Морщусь и озираюсь — вроде никого, все люди. С облегчением вздыхаю и, поцеловав Катюшу в щёку, убегаю.

В голове крутятся мысли о том, что ещё немного, и я действительно провалю срок сдачи статьи. На самом деле я бы уже давно справилась, но у меня просто не было возможности провести интервью с владельцем компании.

Дёрнул меня чёрт пойти в бизнес-издание. Теперь гоняйся за этими важными дядечками, у которых вечно вагон важных дел. А этот так вообще свалил на месяц или даже два. Вернулся, но время так и не назначил.

Звоню снова в его офис и мило беседую с настоящей занозой, которую, к слову, тоже зовут Катя. Везёт мне на них…

— Девушка, я всё понимаю, но мне очень-очень нужно встретиться с господином Волком. Я уже не знаю, что вам ещё говорить. У меня от этого практика зависит.

— Ещё и студентка, — тихо фыркает та, явно специально, чтобы я слышала. — Могу предложить вам пообщаться с его замом. Марк Глебович с лёгкостью ответит на все ваши вопросы. А господин Волк завизирует готовую статью. Такой вариант вас устроит?

Закатываю глаза, но выхода у меня всё равно нет. Я должна выполнить задание. Никто не будет у меня спрашивать, почему я не смогла уговорить человека встретиться. Это моя работа, и она должна быть выполнена.

Бегу на метро и с двумя пересадками добираюсь до нужного места. Подхожу и вижу громадное здание. Да уж, вот это масштаб, я понимаю.

Внутри меня встречает девушка, а по её лицу я сразу вижу: Катя — это она. Уж не знаю, но она до ужаса похожа на мою подругу. Только взгляд у этой колкий, будто она жаждет меня им пробить насквозь.

— Здравствуйте, — улыбаюсь я и добродушно киваю. — Это я вам звонила.

— Алатея? — удивляется она. — Я ожидала… хотя это не важно.

— Более греческой внешности? — решаю уточнить.

Я часто слышу это в свой адрес. Да, отец у меня грек, но ни внушительного носа, ни тёмных волос я от него не переняла. Мне достался аккуратненький носик от мамы и рыжие бабушкины волосы.

— Да, — коротко отвечает Екатерина и указывает в сторону коридора.

Идём дальше молча, петляем, а потом по небольшой лесенке вверх. А как только открывается дверь кабинета, я вздрагиваю.

Из глубины офиса на меня смотрят два чернючих глаза. Но пугают меня вовсе не они, а пернатая голова и громадный клюв.

Это что, ворон?

И как прикажете мне с ним беседовать? Да я же всю дорогу буду пялиться на него не моргая. Еле беру себя в руки. Я всеми силами избегаю своих галлюцинаций. Но сейчас такой возможности у меня просто нет.

— Здравствуйте, — тихо говорю я.

— Господин Воронцов, — начинает Екатерина, а я, чуть не поперхнувшись, закашливаюсь.

— Простите, — сдавленно говорю. — А можно где-то водички попить?

— Проходите, — мужчина ведёт рукой в сторону диванчика в своём кабинете, а затем набирает воду в кулере.

— Господин Воронцов очень занятой человек, — продолжает Екатерина, — попрошу вас не нагружать его вопросами.

— Всё в порядке, — говорит он, а я с трудом могу различить его эмоцию, клюв мешает.

Усаживаюсь на диван и принимаю стакан из рук Ворона. Или вернее будет сказать из крыльев? А если хозяин фирмы — Волк, то он волк-волк? Или хоть у него фамилия не говорящая? А он знает, что в его компании работает пернатый?

Еле утихомириваю своё воображение и перехожу к тому, за чем приехала сюда.

Провожу интервью, а под конец даже привыкаю к тому, что рядом сидит громадная птаха в деловом костюме.

За свою жизнь я многое повидала, но таких галлюников у меня ещё не было.

Мило попрощавшись и взяв все предложенные мне материалы для написания статьи, спешу поскорее убраться из этого заведения. Кто его знает, сколько здесь ещё странностей творится.

Стремглав вылетаю на улицу, чуть не врезаясь в огромную мужскую фигуру. Поворачиваю голову. Наши взгляды сталкиваются. Сказать, что у меня отваливается челюсть — ничего не сказать.

Мимо меня проходит Медведь. Как сдерживаюсь, чтобы не заголосить на всю округу, не знаю. Поджилки трясутся, а губы шевелятся то ли в молитве не знаю, кому, то ли в попытке утихомирить свою буйную фантазию.

Стресса я испытала столько, что вон, на целого медведя хватило.

— Алатея! — раздаётся за спиной голос Екатерины. — Вы забыли телефон.

Девушка оказывается рядом, а я вся трясусь, не в силах оторвать взгляда от зелёных глаз бурого медведя на человеческом теле.

Что-то не припомню я таких богов. Но зуб даю, этот оторвёт голову очень даже не по божественному.

— С-спасибо, — забираю телефон и пячусь. — Простите, — извиняюсь за что-то, хотя вроде никому и ничего не сделала.

— Ты, что, меня видишь? — с прищуром говорит Медведь.