Наследник огня: Война двух королевств

В королевском дворце, столице империи Торборг.

– Королева, зачем вы это делаете? Разве я не помогал вам закончить эту войну? Я стольким пожертвовал… Даже мой товарищ умер у меня на глазах. Разве это справедливо? – Голос Агния, скованного наручами, подавляющими магию и физическую силу, звучал глухо, в нём плескалась горечь и недоумение.

– Прости, Агний, но разве у меня есть выбор? – В глазах королевы мелькнула искра боли, тут же погашенная холодным блеском долга. – Если я не отдам тебя им, погибнут миллионы моих подданных. Это цена мира.

– Правильное решение, королева. Хоть мы и враги, но его действия противоречат устоям и нашего королевства Гримбай. Так что я забираю его. Теневая телепортация! – Георг, посланник Гримбая, произнёс это без тени злорадства, с холодной официальностью. Его фигура смутно дрогнула, и вместе с Агнием они растворились в клубах сгустившейся тьмы.

В наступившей тишине королева прошептала, глядя в пустоту:
– Прости, Агний. Выбора у меня не было…

За семь месяцев до этого.

Меня зовут Дмитрий. Родился в обычном провинциальном поселке. Парень я смышлёный, но очень не повезло с физическим состоянием – от природы тщедушный и болезненный. Поэтому ежедневно тренировался, пытаясь выжать из своего тела хоть что-то. Прожил я всего шестнадцать лет, до того как со мной произошел один непредвиденный случай.

– Димон, ты чего сегодня такой рассеянный? – спросил Иван, подходя к Диме, который сидел на заледеневших ступенях школы и смотрел куда-то в пустоту.

– Да ничего особенного. Пойдём уже домой, – отозвался Дмитрий, поднимаясь и отряхивая снег с куртки.

– Опять Никита издевался? Почему ты никогда не даёшь ему сдачи? Ты же сильнее его, – настаивал Иван, шагая рядом.

– Ты же знаешь, я не люблю драться, – тихо ответил Дмитрий, пряча руки в карманы.

– Знаю, что ты слабохарактерный. Но дав сдачи хоть раз, ты бы прекратил эти издевательства его компашки, – вздохнул Иван.

– Может быть… Давай не будем об этом. Ты уже решил, куда пойдёшь учиться? – перевёл тему Дмитрий.

– Не, рано ещё думать. Ладно, я пошёл домой. Увидимся в кафе? – Иван свернул на другую улицу.

– Увидимся, – кивнул Дмитрий.

Дома я никогда не задерживаюсь надолго. Причина этому проста и отвратительна…

– Отродье, ты уже вернулся? Как ты меня бесишь, глаза бы мои тебя не видели! – хриплый, пропитый голос матери встретил его на пороге. В воздухе витал тяжёлый запах перегара и немытой посуды.

– Прости… Я уже ухожу, – монотонно ответил Дима, проскользнув в свою комнату, чтобы переодеться.

После школы я шёл в кафе, где мы с Ваней занимались учебой до самого закрытия, а потом продолжали у него дома. Возвращался я поздно, когда все уже спали, и уходил тоже рано – на пробежку. Мать и отец мне не родные. Они ненавидят меня и взяли только для того, чтобы получать деньги за опеку. Они не работали и пили горькую. Я ненавидел это место и ждал, когда наконец смогу уехать на учебу и не возвращаться сюда никогда.

Как и всегда, рано утром я вышел на пробежку, бегая по нескольким двухкилометровым кругам вокруг спящего села. Была глубокая зима, середина января. Дорога покрылась ледяной коркой. Когда я пробегал мимо Никиты, тот, усмехнувшись, грубо толкнул меня плечом. Я поскользнулся и упал прямо на проезжую часть. На встречу, игнорируя знаки, несся джип. Водитель заметил меня слишком поздно.

Последнее, что я успел увидеть – это мелькающие фады, спешно удаляющиеся вдаль. В голове промелькнула холодная, отчётливая мысль: надежды на спасение нет. Вокруг ни души, а Никита, толкнув меня, уже убежал в сторону школы. После вспышки ужасной, разрывающей боли, я перестал чувствовать ноги. Сознание начало гаснуть, мир уплывал в темноту.

И тут подо мной появилась странная, светящаяся пентаграмма. Её линии горели ослепительным белым светом, окутывая моё тело. Боль исчезла, а вместе с ней и всё остальное. Жаль, что люди на джипе останутся безнаказанными…

Я очнулся в незнакомом, абсолютно белом пространстве. Ни неба, ни земли, только бескрайняя белизна и массивный каменный трон в центре. На нём величественно восседал человек, облачённый в огненно-красные одеяния, от которых, казалось, исходило тихое тепло.

В тот момент я не чувствовал ничего – ни страха, ни удивления. Лишь пустоту, словно я был бездушным механизмом. Хотя даже животные испытывают эмоции. Может, я просто отказывался осознавать происходящее.

– Я – бог огня Сварог, – прозвучал его голос, глубокий и спокойный, будто раскаты далёкого грома. – Мной было решено, что ты прожил слишком мало. Вернуть тебя в прежний мир я не могу, но отправить в другой – без проблем. Твоя задача – спасти этот мир от грядущего нашествия Тёмных Богов, которое произойдёт через четыре земных года.

– Почему я? – сумел выдавить я, и мой голос прозвучал эхом в этой пустоте.

– Я наблюдал за тобой. Тот мир был к тебе неблагосклонен: вечные проблемы, одиночество… Причин много, – он говорил без эмоций, как констатируя факт.

– Ты думал, я скажу что-то вроде «спасибо за второй шанс»? – странная смесь обиды и апатии прорвалась во мне. – Ты такой же, как и куча других, отправленных в иные миры. – Он посмотрел на меня взглядом, полным безразличного превосходства, словно рассматривал букашку.

– Как я, обычный школьник, смогу остановить пришествие богов?

– Это уже тебе решать. Моё благословение поможет в твоих начинаниях. А от пагубных последствий твоего прошлого… я тебя избавлю.

Под ногами вновь загорелась пентаграмма. Свет стал невыносимо ярким, разум погрузился в густой туман, и я провалился в бездну.

Я очнулся в лесу. Память была чиста, как первый снег. Я не знал, кто я, откуда и как здесь оказался.

В голове раздался механический, бесстрастный голос: «Получен стандартный навык. Распознавание речи активировано». После короткой паузы голос продолжил:
«Анализ базовых характеристик завершён.
Сила – 11 ед.
Ловкость – 10 ед.
Интеллект – 20 ед.
Выносливость – 35 ед.
Запас маны – 100 ед.
Запас здоровья – 55 ед.
Базовые навыки:
Распознавание речи – пассивный. Помогает распознать речь разумных существ.
Бросок – пассивный. При броске предмета сила броска увеличивается на 10%».

– Да уж… Ничего не понятно, но очень интересно, – пробормотал я, пытаясь встать.

Я огляделся. Кругом был сплошной, древний лес. Внезапно из-за кустов с хриплым рычанием вывалилось существо, напоминающее прогнившего зомби. Оно бросилось на меня.

Растерявшись, я нагнулся, схватил первый попавшийся булыжник и швырнул его в тварь. Камень полетел с неестественной скоростью и силой, проломив череп монстра навылет.

– Что это было? Откуда такая сила? – удивился я сам себе.

Но я был не один. Из-за дерева вышла девушка в латной броне. Её длинные волосы цвета запёкшейся крови развевались на ветру, контрастируя со стальной серьёзностью доспехов. Фигура была подтянутой, с тонкой талией, но детали скрывали прочные поножи и нагрудник. В её глазах застыло изумление.

Она стремительно подошла ко мне.
– Я в шоке… Как ты смог убить его? Даже мой меч против этой нежити почти бессилен, а ты… просто взял камень и продырявил ему голову. Как?

– Не знаю… Просто взял и швырнул, – честно ответил я, разглядывая свои руки.

– Как тебя зовут?
– Не помню. Ничего не помню. Просто очнулся здесь, и всё.

– Понятно… Проблема. Меня, кстати, Ванда зовут. Раз ты не знаешь, кто ты, пойдёшь со мной до ближайшей деревни? Вдруг тебя там кто-то узнает.
– Я не против. Оставаться тут смысла нет.
– Отлично! Тогда за мной.

Девушка оказалась очень приветливой. По пути я узнал, что она авантюристка из недалёкого города и была здесь по заданию. У неё даже есть напарница, но та не смогла прийти.

– Может, пока идём, придумаем тебе имя? Я же даже не знаю, как обращаться, – говорила Ванда, ловко огибая корни деревьев.
– Хорошо, давай.
– Хм… Как тебе Гност?
– Не очень, честно говоря.
– Тогда… может, Агний? – предложила она, оглянувшись.
– Неплохо. Пусть будет Агний.
– А что ты делала в лесу? – спросил я.
– Был заказ из деревни на того вурдалака. Но раз уж убил его ты, награда по праву твоя.

Выбора у меня не было, и я согласился.

– Интересные письмена у тебя на правой руке. Что это? – Ванда указала на тёмный, едва заметный узор, проступавший на коже.
– Не знаю. Такое чувство, будто вижу их впервые.
– Я сталкивалась с подобным однажды, но те были другими… Просто похожи, – прокомментировала она.

Деревня, в которую мы пришли, представляла собой печальное зрелище. Из семидесяти дворов целыми оставались едва ли двадцать пять. На мой вопрос Ванда рассказала, что вурдалак восстал из старого кладбища и почти опустошил поселение.

Детей было мало, несколько человек бегали по улицам, помогая по хозяйству. Всего жителей набралось около пятидесяти душ.

Мы направились к старейшине – сухонькому старику с седой бородой, одетому в поношенную рубаху. Увидев нас, он просиял, но в глазах тут же мелькнула тревога – деревня вряд ли могла достойно оплатить услуги городского охотника на нечисть.

– Награду, которую вы обещали, отдайте этому пареньку, – заявила Ванда, указывая на меня. – Это он уничтожил ту тварь.

– Деревня наша… не сможет оплатить ваши услуги как подобает, но мы сделаем всё возможное! Меня зовут Басман, – старик засуетился, нервно теребя бороду.

– Раз уж на то пошло… Не могли бы вы предоставить мне какой-нибудь пустующий дом? – спросил я, стараясь звучать как можно ненавязчивее.
Старейшина с видимым облегчением кивнул: – Конечно, сынок! Выбирай любой, что попрочнее.

Спустя неделю общими усилиями мы с селянами кое-как восстановили небольшой, полуразрушенный домик на окраине, и я поселился в деревне под названием Бичёвка.

Бичёвка была когда-то богатым торговым селением, но Великая война между двумя империями – Гримбаем и Торборгом – длившаяся уже три десятилетия, разорила её дотла. Мужчин почти не осталось – лишь старики, женщины, дети да единственный кузнец.

Всё это я узнал за неделю. Также поговаривали о странном знахаре, живущем на отшибе. Я надеялся расспросить его о метке на руке.

Здесь же была и небольшая библиотека – сокровищница уцелевших книг. Я проводил там всё свободное время. Познавать незнакомый мир через знания казалось мне самым верным путём. Я погрузился в трактаты по основам магии и боевых искусств. Простое заклинание улучшения памяти уже приносило плоды. Я твёрдо решил прочесть всё, что было на этих пыльных полках.

Но тренировки с Вандой отнимали львиную долю времени. Она выжимала из меня все соки, обучая фехтованию и основам магии. С мечом, благодаря выносливости, дела шли неплохо, но магия…

– Агний, ты не сможешь полагаться только на клинок, – как-то заявила Ванда, строго сложив руки. – Нужно освоить хотя бы основы.
– Но я не чувствую её… не понимаю, как направлять.
– Слушай. Магия – это поток духовной энергии, связанной с твоей волей. Попробуй представить, как эта энергия из всего тела струится в руку, и произнеси заклинание.
– Хорошо… Водная кираса! – Ничего.
– Сосредоточься. Плавный поток.
– Водная кираса! – Снова тишина.
– Может, попробовать другой элемент? Землю? – предложила Ванда.
– У тебя очень оптимистичные взгляды. Может, магия – это не моё? – вздохнул я.
– Ещё рано сдаваться.

Дни упорных тренировок приносили мизерные результаты. Заклинания воды не шли вовсе, земли и воздуха выходили жалкими и нестабильными.

– Бывает такое, – рассуждала Ванда, – когда маг от природы предрасположен к одной стихии, а пытается использовать другую. Получается слабо. Как насчёт огня?

– Давай попробуем. Терять уже нечего.

Мы вышли на пустырь за деревней. Любопытные жители собрались вдалеке, не решаясь приблизиться.

– Сосредоточься. Слабая форма – Огненный шторм.

«Сосредоточиться… Представить… У меня получится!»

– Огненный шторм!

Знак на моей правой руке вспыхнул ослепительным алым светом. В следующее мгновение всё поле взревело огненным вихрем, взметнувшимся к небу. Ванда едва успела окутать себя водяным щитом, который шипел и клокотал, отражая жар.

Когда пламя улеглось, она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.
– Я была права… Ты – противоположность мне. Я едва управляюсь с огнём, а у тебя… Это был уровень эксперта, Агний.

Она отвела меня в лавку, где купила медную пластину и странный светящийся минерал. На пустыре, разведя костёр, она расплавила камень в тигле и вылила расплав на пластину.
– Прислони ладонь, когда немного остынет.

Я выполнил указание. На пластине проступили цифры:
Имя: Агний
Сила – 35 ед.
Ловкость – 20 ед.
Интеллект – 27 ед.
Выносливость – 45 ед.
Запас маны – 135 ед.
Запас здоровья – 70 ед.

– Здоровье слабовато… Тебя с одного удара можно уложить, – заключила Ванда. – Так не пойдёт. Теперь помимо магии – ежедневные физические тренировки.

На следующий день начался ад.
– Сто два, сто три, сто четыре… И это твой предел? Я думала, ты больше отожмёшься, – скептически говорила Ванда, глядя на меня, который рухнул на землю, не в силах пошевелиться.
– Я… без сил…
– Ладно, хватит. Теперь двадцать кругов вокруг деревни. Бегом!
– Ты шутишь? Они же по километру! Я и двух не пробегу!
– Сможешь! Давай, побежал!

Тело ныло, но я побежал. К третьему кругу я с удивлением заметил странную лёгкость в ногах, будто открылось второе дыхание. «Может, и десять осилю…»

К седьмому кругу иллюзии развеялись. Ноги стали ватными, в глазах потемнело. Последнее, что я помню, – это удар о замёрзшую землю и поглощающую темноту.

И так день за днём: магия, меч, изнуряющий бег. Вечером – банька, где вечно сидел старик Байсен, рассказывавший небылицы о своей молодости, пока банник не вышвыривал его вместе с пустой бутылью самогона. А потом – сон. Вернее, кошмар.

Один и тот же сон снился мне уже неделю. Люди без лиц, голоса, полные ненависти: «Ты ничего не добьёшься… Ничтожество… Твоё существование отвратительно… Ты убил человека… Лучше бы ты умер…» Я просыпался в холодном поту, со слезами на глазах.

«Да, полностью стереть память о прошлом не удалось… Надо что-то с этим делать», – промелькнула где-то на краю сознания чужая мысль, но я тут же забыл о ней.

– Сегодня тренировок не будет. Проверим твои навыки в горах, – объявила Ванда.
– Я уже могу пробежать пятнадцать кругов. Думаю, пора, – с некоторой гордостью ответил я.

До гор было рукой подать. Мы вышли затемно и достигли подножия к полудню.
– А на кого будем охотиться? – нервно спросил я.
– На бандитов, – холодно ответила Ванда.
– И что они из себя представляют?
– Особый вид паразитов. Живут в пещерах, спускаются в лес или деревню, чтобы поживиться за счёт других. Они уже давно обобрали Бичёвку. Не волнуйся, их там человек десять, не больше.

Мы нашли пещеру, у входа в которой лениво прохаживался часовой.
– Вот. Я не буду вмешиваться. Ты должен сделать всё сам. Я спущусь в деревню. Удачи, – Ванда вручила мне лук и колчан, развернулась и ушла.

«Хорошо… Я постараюсь», – прошептал я ей вслед.

Сердце колотилось. «Подстрелить его? Я ещё никого не убивал… Но они грабят, насилуют… Им нельзя прощать. Хотя бы попытаюсь».

Я натянул тетиву, поймал в прицел спину бандита и выпустил стрелу. Меткость подвела – стрела вонзилась в камень рядом с его головой.
– Парни, на нас напали! – заорал часовой. Следующая стрела попала ему в колено, намертво пригвоздив к скале. Он рухнул с душераздирающим воплем.

Из пещеры высыпали остальные – пятеро или шестеро. Один остался помогать товарищу, остальные ринулись в мою сторону.

Я продолжал стрелять, пока они бежали, подбив ещё двоих. Затем отшвырнул лук и выхватил меч. Сила, данная благословением, била в мышцах. Когда первый бандит ворвался в кусты, я выскочил ему навстречу и клинок вошёл в его тело с противным хрустом. Другие набросились сразу. Отбив атаку одного, я ударил ногой в грудь другому, сбросив его со склона. Что-то холодное и ясное воцарилось в голове – состояние аффекта. Следующий взмах – и ещё одна голова покатилась по камням. Последний, увидев это, бросился назад к пещере.

Я поднял лук, выстрелил и попал ему в бедро. Подойдя ближе, я увидел почти мальчишку, лет четырнадцати, смотрящего на меня полными ненависти глазами. Выбора не было. Разобравшись с ним, я повернулся к оставшемуся у входа бандиту.

– Босс! У нас проблемы! – завопил тот.

Из пещеры вышел здоровенный детина с двуручным топором. Стрелы, которые я в него выпускал, он просто отбивал, словно назойливых мух. Он приближался неспешно, уверенно. Замахнулся. Я едва успел подставить меч. Удар был чудовищной силы – клинок с треском разлетелся на куски, а меня отбросило на землю. Топор занёсся для последнего удара.

– Огненный шторм! – выкрикнул я, отчаяние придавая сил.

Всё вокруг взорвалось пламенем. Детиню отшвырнуло к стене пещеры с такой силой, что раздался глухой стук и треск костей. Он рухнул, не двигаясь. Последнего бандита я добил рукояткой его же топора.

Всё было кончено. Я упал на колени, и меня начало неудержимо рвать. Сколько раз – не помнил. Собрав волю в кулак, я вошёл в пещеру.

Там, в полутьме, были пленницы. Одна – уже мёртвая. Другая – живая, но в ужасном состоянии, полуголая и явно подвергшаяся насилию. Третья – без сознания, но одетая. Я привёл её в чувство, развязал верёвки. Собрал в мешок всё ценное из бандитского «клада», накинул на несчастную девушку какую-то одежду и, взяв её на руки, вместе со второй пленницей отправился обратно.

Мы шли молча. В деревне им предоставили ночлег – за мои же деньги. Позже, очнувшись, девушки поблагодарили меня и, сказав, что они из города Норт, ушли на рассвете. Ванды, что странно, всё это время не было видно.

Решив, что пора, я отправился к знахарю. Его хижина стояла на самом краю деревни, и за месяц я ни разу не видел, чтобы кто-то к ней подходил. Ходили слухи, что он приносит жертвы и даже ест людей.

Я счёл это глупыми сказками. Пока не зашёл внутрь.

Стены были испещрены сложными пентаграммами, нарисованными темной, будто запёкшейся кровью. В центре стоял каменный алтарь, на котором лежала мёртвая коза.

Я замер, а потом попятился к выходу. Но там уже стоял он – высокий, сухопарый старик с пронзительными глазами.
– Я… это недоразумение… – начал я.
– Приходи в полночь, если что надо, – перебил он меня ледяным тоном. – Сейчас я занят.

Весь день я трудился как одержимый, чтобы отогнать странный страх. После бани, ровно в полночь, я снова был у его порога.

Всё внутри изменилось. Стены были чисты, пентаграмм не было, а на алтаре лежала одна-единственная старая книга в кожаном переплёте. Старика не было.
– Э-э… Здравствуйте? – окликнул я.

Тишина.

Я осмотрел хижину – ничего странного. Неужели утром мне всё привиделось? Подошёл к книге. На обложке было вытеснено одно слово: «Бестиарий». Я открыл её, и сначала буквы прыгали перед глазами, но постепенно обретали смысл.

– Интересно, правда? – голос знахаря раздался прямо за спиной. Я вздрогнул.
– П-простите… Вас не было…
– Не бери в голову. Ты понимаешь, что там написано?
– Да… теперь вроде да.
– Хочешь, расскажу об этой книге? – в его глазах вспыхнул неподдельный интерес.
– Конечно.

Он рассказал, что Бестиарий – не обычный фолиант. Его может прочесть не каждый. В нём содержатся ритуалы призыва, знания о монстрах… и страницы, отражающие статус владельца.
– Попробуй влить в неё немного маны, – предложил он.

Я положил руку на переплёт и представил, как энергия перетекает в книгу. Та вспыхнула ярко-синим светом, а название заалело, словно его написали свежей кровью.
– Получилось! Открой последние страницы.

Я открыл и увидел обновлённые характеристики:
Характеристики Хозяина:
Сила – 45 ед.
Ловкость – 20 ед.
Интеллект – 27 ед.
Выносливость – 65 ед.
Запас маны – 150 ед.
Запас здоровья – 130 ед.
Навыки Хозяина:
Распознавание речи – ур. макс. Распознаёт речь любой разумной твари.
Бросок – 2 ур. Сила броска +15%.
Огненный шторм – 1 ур.
Божественный Щит – ур. макс. Аннулирует урон от заклятий Божественного уровня. 1 раз в день.
Божественная Некромантия – ур. макс. Позволяет призвать 1000 нежити высшего уровня. Существа самостоятельны, не требуют подпитки маной, абсолютно послушны.

Узнав это, я спросил о метке.
– Это Благословение Сварога. Усиливает магию огня, – коротко ответил старик.

Близился час ночи, и он заметно нервничал. Проговорив ещё немного, он вдруг резко оборвал беседу:
– Забирай книгу. И больше никогда сюда не приходи.

Когда я вышел, то обернулся. Хижина стояла тёмной, заброшенной развалиной, без намёка на свет или жизнь внутри. Знахарь исчез.

С той ночи кошмары прекратились.

Я рассказал всё Ванде, но судя по ее взгляду, она не особо мне поверила. Она предложила пойти к кузнецу Болебору – освоить ремесло, незаменимое в путешествиях.

Кузнеца я видел лишь мельком – мощный, грубоватый мужчина с лицом, иссечённым шрамами. Говорили, внутри он добряк. Война отняла у него ногу, и теперь он ходил на искусственной, но столь искусно сделанной, что с первого взгляда и не отличишь.

В кузнице он выковывал клинок причудливой формы.
– Нам бы к вам, – начала Ванда.
– Некогда! – буркнул Болебор, даже не оборачиваясь. – Дела много.

Я упрашивал его около часа, и в конце концов он сдался:
– Ладно! Дело в том, что у меня заказ – меч из зачарованной стали для одного авантюриста из Норта. А стали такой у меня нет! Вот и всё дело.

– Болебор, а если я найду эту сталь? Вы возьмёте меня в ученики? – быстро спросил я.

Он замер, наконец-то повернувшись ко мне. В его глазах мелькнул тяжёлый, усталый взгляд, а потом – искра любопытства.
– Найдёшь… Тогда посмотрим, парень. Тогда посмотрим.