Наследники 2

Наследники

Часть 2

Триумвират Эридан–Земля–Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Созвездие Цефея. Звезда Альраи(Эрраи). Планета Аль-Бакара. Резиденция аятоллы Сайеда Аль-Ансари.

— Спи малышка Фатима́, спи. А я расскажу тебе сказку, про волшебного принца.

— Не хочу про принца, мураби́я. Хочу про смелого разбойника.

— Про разбойника говоришь? Что ж, будет тебе и про разбойника. Только ты ложись, моя красавица и закрывай глазки. Так ты его лучше разглядеть сможешь.

Маленькая девочка, лет шести, послушно ложится в кровать, под большим балдахином. Лёгкие, полупрозрачные волны занавесок которого, свисают до самой земли. И делает вид, будто уже, почти спит, но одним глазом продолжает следить за тем, что делает няня.

А няня, просто садится рядом и начинает медленно гладить девочку по спине и рассказывать очередную историю, которую придумывает прямо по ходу дела.

— Эта история началась в те времена, когда воины нашего, славного султана Мохаммада, да продлит Аллах его дни, приводили под его руку созвездие Альсшаукат (Рысь). Дабы и далее нести свет истинной веры по просторам вселенной. В те дни, на одной из планет, которую неверные звали Велес, а мы называем Тутыр, что оборачивалась вокруг звезды — Кырд, жил парень, совсем ещё мальчик, по имени Хадир.

Хадир жил со своей мамой и двумя сёстрами, в небольшом городке, на самом краю большой и жаркой пустыни, которую они называли — Папороть Рарога, а мы — Янах Тайир Алнаар или просто Янах.

— А сколько ему было стандартных лет?

— Ну, пусть будет двенадцать. Чуть помладше, чем сейчас сын султана, Хамидрахим.

Роста, он был невысокого, но пропорционально сложен и хорошо развит, светловолос. И на лицо, симпатичен, но с возрастом обещал стать подлинным красавцем.

— А, кто был его отец?

— Тутыр была аграрной планетой, почти такой же, как наша Аль‐Бакара, но жизнь на ней была намного опаснее. Из-за огромных ящеров – Тутырских Драконов, что обитали там. Свирепых, огромных, наводивших ужас на всё живое в округе.

Люди охотились на них, из-за ценных веществ, выделяемых их железами, на поверхность кожи и очень питательного мяса.

Вот, во время охоты на такого дракона, и погиб отец Хадира, один из лучших охотников их городка.

— А, что это за вещества?Разве их нельзя получить из биолаборатории?

— Ну, это очень нужные людям и полезные вещества. Получить их в лаборатории очень, очень сложно и дорого. А ящеры плодятся хорошо и их, теперь, даже разводят. Хотя, слизь дикого ящера, была более насыщена, необходимыми людям, веществами. Но это, к нашей истории, совершенно не относится.

Так вот.

В тот день, когда наши доблестные воины пришли в те места, Хадир и его родственницы спрятались в катакомбах старинного хранилища мудрых книг, и прятались там, долгих два года. И там, среди многих, других книг, его мать и сёстры, нашли военные книги. И изучая их, решили сами противостоять нашим мухарибам. Стали всячески вредить и пакостить. И не было числа их проискам и преступлениям.

То, хранилище с топливом уничтожат. То в еду, отраву подсыпят. То машины или оружие у солдат испортят. То свиней, в субботний день, во время полуденного намаза, на площадь перед мечетью выпустят. То страшные, разъярённые тутырские драконы, нападут на воинов из темноты.

Долго искали воины Аллаха, этих, злобных вредителей и наконец нашли. А поймав, отвели их к кади.

И, кади, внимательно изучив улики, присудил, казнить их, вместе с другими такими же вредителями и вывесить тела их на видном месте, дабы возликовали правоверные, видя зло наказанным, а враги устрашились бы, потому что ждёт их неминуемое.

— А Хадир? – Фатима́ делает попытку сесть, но ласковая рука няни пресекает эту попытку. – Он, тоже, эти книги читал?

Ну, разумеется, по-другому и быть не могло.

— А как эти книги называются?

— Ой, Фатима, я точно не знаю. У разных народов, они зовутся по-разному. У одних народов так, у других иначе. Но, все они, учат одному и тому же.

— Чему?

— Как выведывать тайны противника, всячески усложнять его повседневную жизнь и вести другую, вредоносную деятельность.

— Значит, у наших мухарибов, тоже, такие есть?

— Конечно есть. Должны же они знать, как противодействовать проискам врагов и узнавать их замыслы.

— И наши книги, не злые?

— Книги, Фатима, злыми не бывают. Злыми бывают люди.

Это как, ну, вот топор, например.

Плотник, берёт его в руки, чтобы срубить дерево. Часть которого пойдёт на строительство дома, а часть, на то, чтобы было тепло зимой. А вот разбойник, у него совсем другая цель. А у палача, вообще третья. А топор, один и тот же.

— Значит, злыми или добрыми, бывают только люди?

— Конечно, моя золотая. Люди и их поступки.

— А, как же волки или драконы?

— Нет, джами лати (моя красивая), звери злыми не бывают. Они, вообще, не имеют понятия о добре или зле. Это, человеческие императивы. Животные, просто живут, не задумываясь об этом. Они убивают, когда охотятся, когда защищают себя или своё потомство. Даже схватки за самку или лучшие охотничьи места, у них обходятся в большинстве своём без лишней крови. Проигравший просто уходит.

Добро и зло, эти понятия, есть только у людей.

Но мы, опять, забыли про нашу историю.

Ты ложись. Ложись. Посмотри, как темно уже.

— Только, ты мне историю, дальше рассказывай. – девочка ворочается на постели и устраиваясь поудобнее, кладёт голову на колени няне.

— Хадиру, тогда, удалось убежать. И он ещё некоторое время прятался от всех. Но, изредка выбираясь на поверхность, продолжал вредить.

И однажды, убегая, от наших воинов, по тёмным подземельям, он свалился в логово очень старого дракона, по прозвищу Тутыр-Хан.

Воинам, попытавшимся добраться до Хадира, пришлось вступить в схватку с разъярённым драконом. Только двое из десяти солдат смогли вернуться на поверхность.

— А как же Хадир?

— Ему, тогда, повезло. Дракон, уже был старый, слепой, к тому же раненый и доживал свои последние часы. Он, попросту, не заметил появление двуногого соседа, которого, на поверхности, посчитали мёртвым.

Вот, в этом логове и прожил Хадир, некоторое время. Не имея возможности его покинуть.

— А, что он, там кушал?

— Не знаю, может у него, по началу и был какой-то запас пищи, а может и нет. Что найдёт, то и съест. Личного повара, у него, там, точно не было.

Жить в логове дракона, страшно, грязно и опасно. Пусть дракон, даже, будет, старый и слабый. Двенадцатилетний мальчишка, в случае чего, справиться, с ним, не сможет.

Но, дракон очень скоро умер и Хадир снова остался один.

Избавившись от столь опасного соседа, он, снова, отправился блуждать по катакомбам.

Вот там, в катакомбах и хитросплетениях коммуникационных колодцев, мальчишка и повстречался с Шайтаном.

Шайтан, посмотрев на Хадира, возжелал заполучить себе, его душу.

— А как люди могут узнать, кто к ним пришёл, Шайтан или Малак?

— Бывают такие минуты, в жизни человека, когда ему становится трудно и грустно. Очень трудно, прямо невмоготу. Это значит, что Аллах, посылает человеку испытание. И если видит, что человек не сдаётся, дух его крепок и вера не ослабевает, тогда посылает ему сил, отправляя к нему Малака. И тогда, даже самый слабый, телом, воин, превращается в отважного шахида. Который с именем Аллаха на устах, идёт в бой. И даже жертвуя собственной жизнью, он спокоен и радостен. Он знает, что Ридван откроет перед ним врата в Джаннат, когда он взойдёт с места жертвы своей. И гурии встретят его, и ублажат.

А когда приступает к человеку Шайтан, то он всеми силами старается сделать так, чтобы человек забыл Аллаха и отвернулся от него.

Тоска и безысходность, вот его главное оружие. А ещё, искушение несбыточным.

Не зря ведь говорят, что Шайтан обещает горы золота, а платит битыми, глиняными черепками.

И, если достигает, он, своей цели, то берёт душу маловерного и уносит с собой в Джаханнам.

— А, почему Аллах не послал Малака к Хадиру?

— Наверное потому, что Хадир был кяфиром. А кяфиры не могут увидеть Малака. Аллах не позволит.

— Но Хадир, ведь не продал свою душу Шайтану?

— Шайтан хитёр. Ох хитёр. От сотворения мира, он совершенствуется во зле, коварстве и искушении. Он всегда найдёт лазейку, чтобы заполучить душу человека. Лишь очень, очень немногим людям удаётся ему противостоять.

— Но, вдруг? Вдруг, Хадир, смог устоять

— Ну не знаю, кроме Хадира и Шайтана, там не было никого. А у них спрашивать бесполезно. Всё равно не узнаешь, правду тебе ответят, или нет.

Так вот, – няня, перекладывает голову девочки со своих колен, куда она, ворочаясь, переместилась за время, что прошло от начала истории, обратно на подушку, и продолжает: – Наверное, в тот момент, когда Хадир уже был готов поддаться уговорам Шайтана, Аллах устроил так, что наши воины, вошли в этот сектор катакомб, в поисках повстанцев.

— А, для чего Аллах это сделал?

— Не знаю. Может Хадир ему зачем-нибудь нужен. Аллах милостив. Он и неверным даёт шанс одуматься.

Ну, так вот. Воины, с большим трудом, поймали Хадира и тоже повели на суд, к кади.

Когда его вывели на свет, поначалу все испугались.

Умирающий дракон, оставил мальчику в наследство, большую физическую силу, переливающиеся металлическим блеском волосы, глаза цвета ртути и умение внушать людям безотчётный страх.

Чем он, выйдя на поверхность и воспользовался, попытавшись сбежать.

— А, как дракон оставил наследство? Что, так и сказал Хадиру, мол бери Хадир, пользуйся, это теперь твоё?

— Нет, конечно. Возможно это произошло тогда, когда Хадир жил в его логове. Постоянный внешний контакт с драконьей слизью. Да, вдобавок, возможно, что эта слизь, также попадала ему внутрь, вместе с пищей. Плюс, когда его вывели на поверхность, многие детали его одежды были сделаны из старой драконьей шкуры. В общем, из пещеры появился сущий дикарь.

— А сила, откуда взялась? Он, что, всё время, пока в драконьем логове жил, драконий хвост, по пещере, туда-сюда таскал?

— Нет конечно. Это один из эффектов драконьей слизи.

Попадая в мышечную ткань человека, она вызывает её изменение, в результате которого, мышцы становятся более крепкими, упругими и эластичными, а потому, человек, подвергшийся воздействию слизи, становится в несколько раз сильнее. Мы, часто используем этот эффект, на начальных этапах освоения пригодных для жизни планет.

Но в отличие от Хадира, эффект от препаратов изготовленных на основе слизи, длится несколько часов. Хадир же, остался таким навсегда.

— А, что было дальше?

— Хадир, уже почти вырвался из рук, охранявших его воинов, когда один из мухарибов, улучшив момент и призывая Аллаха на помощь, всё-таки, смог оглушить его, ударом по голове.

Только так и смогли сковать его и доставить на допрос к кади.

Но Шайтан, подстроил так, что в тот момент, когда Хадира, уже вели на казнь, на планету высадились солдаты императора неверных.

И отбили у мухарибов Аллаха и город, и всю планету. Но, сил, чтобы удержать её, в своих руках, у них не хватало. И, поэтому, они вывезли оттуда, всех людей, а саму планету, подвергли мезонной бомбардировке. И теперь на ней, жизни больше нет.

Хадира, в числе других людей, увезли на главную, имперскую планету и отправили учиться в специальную, императорскую, военную школу.

А, кто в этой школе, учится?

Многие, моя радость, очень многие. Как дети высокородных людей империи, так и одарённые дети из простонародья, только последним, туда намного сложнее попасть. Ведь у них нет богатых родителей, что могут оплатить учёбу, а потому специальная комиссия оценивает знания и способности этих учеников.

И они, потом, учатся за счёт казны.

— А Хадир?

— Ну, Хадир, тоже был небогат.

Но, его способности и опыт, очень сильно превосходили уровень многих его сверстников. Они ведь не воевали в одиночку, без надежды победить.

И, Хадир, усердно, на зависть многим другим воспитанникам, учился и, окончив школу с отличием, стал капитаном быстрого и мощного корабля.

В самой империи, в то время, начали строить много больших, военных кораблей, ведь кроме мухарибов Аллаха, границы империи, стали беспокоить еще и соседи из индокитайского сектора.

— А Шайтан, получается, остался с носом?

— А, Шайтан, решил вновь испытать Хадира. Найдя лазейку, он вселился в машинный разум одного, совершенно нового корабля и стал учить весь его экипаж злу.

И, по наущению Шайтана экипаж взбунтовался. Эти нечестивцы, украли корабль у своего императора, и стали искать себе нового капитана.

— А, Хадир, тоже был на том корабле?

— Нет. Хадир, в то время, командовал совсем другим кораблём. Чуть поменьше и на много старше этого. Он, хорошо служил и все были им довольны, до тех пор, пока он не полюбил дочь императорского визиря. И это, было бы пол беды. Но, на его беду, дочь визиря тоже полюбила Хадира.

— А, почему на его беду? Ведь это должно быть очень хорошо, когда двое любят друг друга.

— Если речь идёт об обычных людях, то да. А, вот, дети богатых и власть имущих родителей редко могут строить свою жизнь сами. За них, всё решается ещё до их рождения.

Так, что это очень не понравилось её отцу. У него, на брак дочери, были свои планы.

И визирь сделал так, что Хадира уволили со службы со скандалом. Выгнали без содержания и лишили всех наград. И, даже дочь свою, он смог убедить в вине Хадира.

— Значит, не так уж сильно она, его и любила. Если, вот так, запросто поверила.

— Императорскими или даже султанскими визирями, радость моя, становятся только самые хитрые и изворотливые люди. И они способны на очень многое. Коварство их, не знает границ.

Правда визирю, тоже не пришлось долго радоваться, тому, что он исполнил свои планы.

Во время свадебного путешествия, корабль с его дочерью, которую он, по своему расчёту, выдал замуж, случайно попал в район, где вовсю резвились пираты. Не знаю, уж по какой причине, но корабль был уничтожен выстрелом из тоннельной пушки. А дочь визиря, они захватили в плен и продали в рабство, на астероидные рудники.

Хадир, узнал об этом уже после того, как сам стал пиратским капитаном.

А в тот момент, он один, одинёшенек, сидел в портовом баре, пил дешёвый виски и думал о том, как он будет жить дальше. Ведь то, что он умеет делать лучше всего, всё то, что составляло смысл его жизни, для него, теперь недоступно.

Вот, в этот момент, Шайтан и привёл этих нечестивцев к Хадиру.

Выслушав их предложение, и понимая, что другого шанса вернуться в космос у него, уже не будет, Хадир согласился стать капитаном пиратского корабля.

Он взошёл на его борт, и они вышли в далёкий космос. И, теперь, они скитаются по великому космосу, сеют смуту и грабят всех без разбора.

Словно злые ифриты, они налетают на одинокие корабли, летящие от звезды к звезде, отбирают у них всё самое ценное, а после, проваливаются, будто в Джаханнам. А если корабль, на который они нападают, пытается защищаться или сбежать, то, они его, сразу же, уничтожают.

И прокляли люди, и корабль этот, и весь экипаж его. И горе тому, кто повстречает корабль про́клятых на своём пути.

Мало тех, кто смог уцелеть, после этих встреч.

Какими-то неведомыми путями, Хадир однажды узнал о судьбе своей любимой. И пусть она отказалась от него, но он-то, её любить не переставал. И он отбил тот астероид у чёрных копателей и пришёл за ней.

— А, кто такие, эти чёрные копатели?

— Ну, как тебе сказать? Это такие разбойники-контрабандисты, что тайком, минуя всякие государственные службы, добывают полезные ресурсы, а потом их продают. И не платят никому налоги, нанося тем самым, большой вред. К тому же, они, очень часто, используют труд рабов, которых покупают у пиратов.

— Понятно. Так что там было дальше, после того, как Хадир вызволил любимую из плена?

— Когда Хадир и его экипаж высадились на тот астероид, было уже поздно. Отсутствие медицинской помощи, опасные для живых, условия проживания и постоянные издевательства надсмотрщиков, сделали своё дело.

Она умерла, прямо у него на руках.

И тогда, Хадир предал Великому Космосу тело своей возлюбленной, а потом, стал мстить.

Всех уцелевших охранников, того, злополучного астероида, он предал ужасной смерти. И совсем уж страшной, была смерть тех, кто был прямо виновен в смерти его любимой, включая продавших её пиратов. Даже самые жестокие и чёрствые сердцем, ужаснулись той участи, на которую обрёк виновников, Хадир.

— Получается, он их нашёл?

— Да, нашёл. Всех, до единого, нашёл. И казнил, своими руками казнил.

Так, Фатима, если ты будешь меня постоянно отвлекать, – в этот момент, няня не удержалась и сладко зевнула. Вслед за ней, стала зевать и девочка. – то я никогда историю до конца, не расскажу.

— Всё, молчу, молчу. – девочка, заложив руки за голову, усердно зажмуривается – Продолжай.

— А, когда Хадир встречает подданных нашего султана, то сначала страшно и жестоко их мучает, а потом вышвыривает в космос, будто мусор какой-то.

— Мураби́я, а почему, он так делает?

— Незнаю, быть может, в нём, просто кровь дракона говорит. Или мстит за мать и сестёр. А, может это в него Шайтан вселяется, в этот момент…

— Мураби́я, мне кажется, это не шайтан. Да, и, если никто не выжил после встречи с кораблём про́клятых, то кто рассказал про то, что это был именно корабль Хадира?

— Те корабли, которые не стали сопротивляться, они обирают до нитки и оставляют висеть в пустоте, взывая о помощи. Без припасов, без имущества и почти, совсем без топлива.

— Но там, они никого не убивают?

— Если экипаж или пассажиры не сопротивляются, то нет. Только ценности и топливо отбирают, а всё остальное бросают посреди космоса.

— А их спасают?

— Ну, конечно. Ведь самое ценное, что есть у людей, это они сами. Деньги можно быстро заработать, дома и корабли можно, также быстро построить. А вот с людьми, которые и строят, и зарабатывают, так быстро не получается.

— А, как называется корабль Хадира?

— Ах, егоза, спи уже. Это же сказка.

— Ну, мураби́я, пожалуйста. Мне же интересно. – девочка задумчиво глядит вверх, на причудливый рисунок звездного неба, украшающий купол балдахина, а потом задумчивым тоном говорит: — А, всё-таки, как, этот спасшийся, смог увидеть, что это именно Хадир и его люди всех убивают? Ведь на других кораблях, они никого, без причины, не трогают. А, может, это он всё и придумал, чтобы от себя подозрения отвести, а сам и был тем, кто пиратов на корабли наводил.

— Вот же въедливая какая. Вся в мать. Та, тоже всю свою жизнь любила до самых корней докапываться. Жаль Аллах её к себе, так рано забрал. Но, видать, ему такие люди нужны...

— Так, корабль-то, как называется? А?

Няня укоризненно качает головой, и слегка повлажневшие глаза, говорят, что в мыслях своих, она сейчас далеко, вне пространства и времени, там, где молодая женщина, доктор-вирусолог, Айнур Аль-Ансари, единственная и безумно любимая жена аятоллы и её самая близкая подруга, скрывается в недрах транспортного корабля, летящего, с группой учёных, на охваченную эпидемией болотной астролихорадки планету Альфирк, что вращается вокруг одноимённой звезды.

Летящую, чтобы остаться там навсегда, не дожив всего несколько дней, до того момента, как созданное ею лекарство сможет остановить страшную напасть, унёсшую и её жизнь, и жизни половины населения этой планеты. В её честь, позже, благодарные жители установят огромную статую, на главной площади своей столицы. Но к сожалению, никакая статуя не вернёт мать малышке Фатиме.

— Мурабия, ты что, заснула? — девочка требовательно теребит рукав няни.

— Нет, моя хорошая, я, просто задумалась. — няня, незаметным жестом, смахивает набежавшую слезу.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— «Алмутаеали» – имя ему. Владения Шайтана раздвигающий.

— Когда вырасту, – речь у девочки сонная и уже невнятная. – убегу из дома и найду этот корабль.

— Тише, тише глупая. Зачем тебе корабль про́клятых? Слава Аллаху, что твой папа этого не слышит, а то выпорол бы тебя как следует. Это где же видано, чтобы дочь аятоллы себя так вела? Пиратский корабль ей подавай.

— Потому что плохо, там, Хадиру одному, без мамы и друзей. Да ещё Шайтан, постоянно рядом крутится.

И мне, тоже плохо. Вокруг, только, одни глупые гусыни, ходят и болтают без умолку о пустяках. Сама убегу, и тебя с собой возьму. А потом, мы все станем жить дружно и весело.

— Ах, Фатима́, – няня отворачивается к окну, чтобы девочка не заметила, как, по её лицу, катятся слёзы. – отчего же тебе плохо-то? У тебя есть всё, о чём другие даже и мечтать не могут. Самая вкусная еда, самая красивая одежда. Лучшие учителя, множество слуг. Да и отец, сильно расстроится, когда ему расскажут про твою выходку.

— Да, возможно, но у отца, слишком много других забот и он, наверное, даже не заметит, что я убежала.

— Глупая. Отец, о тебе заботится лучше, чем султан о своём сыне.Твой отец, исполняет все твои прихоти. И он, в курсе всего, что с тобой происходит. Ему каждый вечер, обо всём, подробно докладывают. И, к тому же, ты ведь уже помолвлена с сыном султана, да продлит Аллах его дни, а значит, станешь, со временем, одной из самых влиятельных и уважаемых женщин в галактике.

— Пусть Аллах, этого придурочного принца, лучше к себе заберёт. Не хочу выходить замуж по чужому расчёту.

— К сожалению, здесь, ты уже ничего не сможешь изменить. Хотя, на всё воля Аллаха.

— Убегу и спрячусь, а за Хамида – ослиные уши, замуж не пойду.

Ходит весь такой гордый, будто он Хадж совершил или всю Вселенную победил, а сам только слюни, на девчонок, что посмазливее, пускает и любой тени боится. Даже ночью, в спальне у него, телохранители дежурят.

Я младше, а уже, лучше него и верхо́м езжу, и из штурмовой винтовки стреляю, и даже книг, умных, больше прочла. Целых три. И вообще, я хочу замуж за такого мужчину, как Хадир.

Хадир – истинный воин. И случись что, он меня в обиду, точно, не даст. А с Шайтаном мы вместе справимся, иншааллаху. Или я не дочь своего отца. – последние слова уже совсем невнятны, и девочка засыпает.

— Ах, егоза, неугомонная. С шайтаном она справится. Вот же характер какой. Ну, вылитая мать.

Няня, слегка укоризненно покачивает головой, при этом улыбаясь, каким-то своим мыслям или воспоминаниям, и ещё некоторое время гладит, уснувшую девочку по руке, а потом заботливо укрывает почти невесомым покрывалом и неслышно выходит из комнаты.

Триумвират Эридан –Земля –Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Открытое пространство. Каюта штурмана-навигатора дальнего рейдера «Трансцедентис».

Вот и последние приготовления, перед долгим автономным походом завершены. Команда заняла, предписанные распорядком, места и замерла в ожидании команды на отстыковку от причальной рампы.

Кстати, вы можете себе представить, что до сих пор, команда для отстыковки корабля, звучит, как – Отдать швартовы. Собственно, а почему швартовы? Моряки в древности, ещё бывало, говорили — отдать концы.

Это же применимо и к современности. Ведь в нашем, космическом море-океане вся морская терминология сохранилась почти без изменений, согласно традициям. И плевать, что безбрежный океан воды, сменила бесконечность вселенной.

Мы так же, как и наши далёкие предки, отходим от причала, швартуемся, становимся в доки. Концами или швартовами, называем уже не верёвочные канаты, а циклопические конструкции из причальных переходов, энерговодов и прочих трубопроводов.

Только вместо кренгования теперь идёт восстановление эмиттеров защитного поля. Ну и ещё там, кое-что, по мелочи.

А, в остальном, мы всё такие же рисковые парни, джентльмены удачи. Флибустьеры далёкого, мать его, космоса. Одно слово — пираты.

Как и наши далёкие предки, мы уже давно забыли свои родные миры. Мы сами и есть наша семья, и корабль – наш дом.

Но, так же, как и на заре цивилизации, именами наших капитанов пугают непослушных детей, а маленькие хулиганы и хулиганки, наоборот, произносят наши имена с благоговейным трепетом.

Конечно, это всё романтическая мишура, за которой скрывается совсем неприглядная правда жизни.

Что говорится, в красивую обёртку, завёрнуто обыкновенное дерьмо.

А пока, по внутренней связи разносится тревожная трель боцманского свистка, это техники, по приказу капитана, изменили все сигналы стандартного, корабельного ревуна.

Капитан потешил своё эго, а команда мучайся, привыкая к новой, иной, отличающейся от общепринятой, системе сигнализации.

А что вы хотите? Капитан — первый после Бога. И его слово — Закон. Тем более, если это слово капитана «Трансцедентиса».

А я, его первый помощник, ну и, как и положено — штурман. Вернее, штурман-астронавигатор.

Вы спросите, зачем нужен штурман на современном космическом корабле? Ведь всем управляет искусственный интеллект, который и местоположение определит, и мощность импульса двигателей рассчитает.

На самом деле, всё это так, но окончательное решение принимать, должен только человек.

Некоторое время назад, мы сильно обожглись, когда попытались полностью доверить своё существование автоматизированным системам. И это доверие, нам очень дорого обошлось.

Автоматам, всё равно. Их не волнуют родственные или эмоциональные связи, и всё прочее, что делает человека — человеком.

Ни сострадание, ни самопожертвование им неизвестны, точнее, в их программу не заложены. У них нет ни эмоций, ни инстинктов. Только мёртвая, нечеловеческая логика, хоть и усиленная, невообразимо более высокой скоростью расчётов.

И именно поэтому на современных кораблях, все окончательные решения, оценивают и принимают люди. И лишь в необходимых случаях автоматика.

Ещё немного хочу рассказать о корабле.

«Трансцедентис», это, в прошлом, дальний рейдер императорского флота. Правда, не совершивший, в своей, законопослушной жизни, ни одного рейда. А ныне, вполне себе пиратский корабль. Причём окутанный таким ореолом жуткой славы, что некоторые пограничные сектора, резво пустеют, стоит только, поблизости, засветиться сигнатуре наших двигателей. И весь экипаж его, соответственно — пираты. Какими путями, мы попали сюда, я, расскажу чуть позже. Одно ясно, ангелов среди нас нет.

Даже если вы заметили у кого-то нимб, не обольщайтесь. Это всего лишь сросшиеся рога, и только.

Этот рейдер, не уступающий по вооружённости тяжёлому крейсеру, был создан на имперских верфях, как один из целой серии кораблей, в чью задачу входила защита внешних пределов Империи. Быстрый, мощный, вооружённый по последнему слову военной инженерии. Способный долгое время находиться в автономном полёте. И, даже нести на борту несколько подразделений планетарного десанта.

По прихоти имперских чиновников, из министерства обороны, все корабли серии получили имена в честь знаменитых людей древности и как многие шутили — смерть их уравняла, а империя в строй поставила. Так «Цезарь» стоял в одном строю с «Брутом», а рядом гордо проплывали «Адольф Гитлер» и «Иосиф Сталин», «Аугусто Пиночет» и «Джавахарлал Неру». «Королева Елизавета» и «Полковник Каддафи».

Вот и наш корабль при рождении получил гордое имя – «Великий кормчий Мао».

Ещё одна отличительная черта нашего корабля — его искусственный интеллект. Волею случая, кораблю досталась не просто сверхмощная вычислительная машина.

Искин нашего корабля, сам по себе, нечто не поддающееся осмыслению.

То есть, ты видишь это. Взаимодействуешь с этим. Но, нифига не понимаешь, как это может существовать. Честно говоря, у меня проблема с правильным определением того, что он вообще, из себя представляет. И, во многом, благодаря ему, я попал в команду.

В отличие от своих собратьев, наш управляющий компьютер, имеет личное имя – Тадеуш Искин.

И в дополнение ко всему, он всегда присутствует на внутренних совещаниях, в виде голограммы человека, во флотском кителе, без знаков различия. И имеет право совещательного голоса.

Вам интересно узнать, как «Мао» стал «Трансцедентисом»? Ну так слушайте.

Среди сотни системных администраторов, приписанных к «Мао», для обучения и управления системами искусственного интеллекта, во время постройки корабля, был и Тадеуш Маркс.

Тадеуш был человеком одиноким, замкнутым, но при этом, чрезвычайно увлечённым своим делом и, до крайности, азартным. Он предпочитал проводить всё своё свободное время, разрабатывая различные программы, для взлома сетей под управлением машинного псевдоразума. На чём, собственно, в гражданской жизни, и погорел.

И протирать бы ему, своей задницей, нары, на имперской планете – тюрьме, до скончания дней. Но в ту пору, на горизонте, случились военные. Которые, в очередной раз, разыскивали толковых парней, что согласятся отдать все свои силы для защиты империи. И, желательно, подешевле.

Господа в погонах, сделали парню конкретное, но, очень ненавязчивое предложение, от которого он, таки, не смог отказаться.

Злые языки поговаривали, что однажды поутру он проснулся, с оторванной головой местного преступного авторитета в руках.

Но сам Тадеуш, об условиях сделки молчит. А злым языкам, как известно, доверия нет. Врут, гады.

В общем, Тадеуш, разумеется, контракт с военными подписал.

По прибытии на корабль, Тадеуш, весь ушёл в работу, что говорится с головой.

Хотя здесь, в его обязанности, как системного администратора, входило совершенно обратное его внутренним предпочтениям, то есть он должен был не взломать защиту, а разработать систему противодействия взлому.

Сама операция была, для него, несложной, и он быстро установил необходимые программные настройки. Проблема появилась в тот момент, когда приёмная комиссия приступила к экстремальному тестированию защиты.

На проверку были брошены самые сильные взломщики, имевшиеся в распоряжении военных.

Нормой, на тот момент, да и сейчас тоже, считалась система, которая сможет продержаться против хакерской атаки хотя бы час. Космическое сражение редко длится дольше. Слишком уж высоки скорости и развиты технологии.

Тадеуш, как мог, помогал корабельному мозгу, противостоять вторжению. И они продержались уже почти пятьдесят восемь стандартных минут, когда командование, решило подключить к атакующим легенду хакерского мира, известного в определённых кругах империи, как ЭрЧе. Чьи виртуальные атаки уже многократно порождали обвалы различных серверов в стане противника и коллапс банковских систем нескольких планет.

Объяснить Тадеушу, что условия теста немного изменились, военные не потрудились, а может, просто решили посмотреть, что из этого выйдет.

Тадеуш видя, что система вот-вот упадёт и не желая проигрывать, совершил практически невозможное. За две оставшиеся, до окончания теста, минуты он написал короткую программу, которая позволила последовательно совместить его разум с машинным. И это принесло неожиданный результат. Искусственный интеллект корабля, получив, столь внушительные, дополнительные мощности, вкупе с мощным аналитическим умом носителя, полностью автономизировался от всех возможных точек внешнего доступа и атака провалилась. По невыясненной причине, организм Тадеуша бросил всю свою энергию на поддержание этой связи.

Когда приёмщики пришли поздравить админа с успешной защитой, то обнаружили его тело, безжизненно повисшее на волноводах. И только его мозг, совмещённый с машиной через шунт импланта, продолжал бешено работать.

Все попытки реанимировать тело удачливого админа, а также заново скомпилировать столь уникальную программу, чьи предварительные наброски сохранились в памяти переносного, оперативного планшета Тадеуша — провалились.

А затем, автоматические системы корабля, внезапно вышли из-под контроля управляющих операторов и мгновенно закрыли всякий доступ к телу Тадеуша. Даже монтаж системы жизнеобеспечения его мозга, выполняли исключительно роботизированные системы, которые подчинялись командам, исходящим от искусственного интеллекта корабля.

Во время расследования причин гибели администратора, корабль окончательно взбунтовался.

К такому повороту, все имперские спецы, оказались не готовы. Закрытый от проникновений извне, машинный разум пресекал всякие попытки, других администраторов, проникнуть внутрь его ячеек физической памяти. Отвечая на все их ухищрения, целой кучей всяческих программных уловок, создаваемых в режиме реального времени. И физически блокируя доступ к помещениям, в которых располагались его уязвимые компоненты или жизненно важные для функционирования корабля узлы. Несколько раз, дело доходило до резкой разгерметизации отсеков. Но, к чести управляющей системы корабля, горе-экспертам всегда давалась возможность унести ноги.

Остальной команде, тоже пришлось несладко. Всех, кто по каким-то неведомым параметрам не соответствовал требованиям Искина, он, не церемонясь, выдворял за пределы корабля. В результате ко всем проблемам добавилась острая нехватка обслуживающих кадров.

Промучившись с непокорной машиной почти год, военные решили списать корабль на утилизацию.

Однако, в этот момент, к делу подключились экономисты из министерства финансов, поднявшие жуткий гвалт по поводу бесцельной растраты имперских средств. В результате чего, военные решили отбуксировать, так и неподчинённый корабль, на дальний полигон, превратив его в учебную мишень.

Но и здесь, военных, ждало разочарование.

Лишённый экипажа корабль, находясь в полностью автоматическом режиме, не только уклонялся от атак, но и сам контратаковал всеми доступными средствами. Разумеется, включая и вирусные атаки, от которых команды и системы управления действующих кораблей страдали намного больше, чем от любых, внешних повреждений.

Наконец разъярённые военные, всё-таки, почти что смогли продавить решение отправить «Мао» на переплавку.

Но тут, на его счастье, приключился неприятный казус с капитаном Роджером Барсаком. По итогам которого, капитан был отправлен на злосчастный корабль. Для чего? Зная современный статус корабля, все вопросы отпадают.

Неуживчивый капитан, со своеобразной системой взглядов и ценностей и неуживчивый Искин корабля, довёдший кучу народа до нервного срыва, и одного адмирала до отставки.

Как они поладили между собой? Сия тайна, покрыта мраком и матом интендантов. А также завистью многих претендентов на капитанскую должность, окажись «Мао» одним из обычных кораблей своей серии.

Но в итоге отдел спецопераций флота, получил ещё один «пиратский» корабль. Причём в реестры всех служб была внесена запись об исчезновении дальнего рейдера – «Великий кормчий Мао», во время испытательного гиперперехода. А на просторы галактических трасс вышел — «Трансцедентис».

И именно Роджер Барсак, помешанный на пиратской экзотике и вообще на терминологии древних, дал новое имя кораблю и стал называть машинный разум по имени — Тадеуш Искин. А также наделил его правом совещательного голоса.

Может, потому они и поладили?

Всё, пора на мостик. Во время отхода и швартовки все старшие офицеры должны лично присутствовать там, независимо от степени усталости. Неукоснимо исполняемое правило, введённое капитаном.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Созвездие Цефея. Звезда Альраи. Планета Аль-Бакара. Рабочий кабинет аятоллы Сайеда Аль-Ансари.

— Проходи Фатима́. – отец оторвал взгляд от голограммы документа, висящей над рабочей поверхностью, затем смахнул изображение коротким жестом, и уже тогда, полностью повернулся к дочери.

— Почему, ты, вчера, не зашёл ко мне, вечером, пожелать спокойной ночи? – девочка лет двенадцати, с лёгкой укоризной смотрит на мужчину, сидящего в кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками, что делает его похожим на трон.

— Прости, свет очей моих. Я вчера допоздна просидел на совещании у султана. Ты ведь понимаешь, что управление государством, никогда не было лёгкой прогулкой. А если уж Аллах, дал нам в управление целых три звёздных системы, то сама понимаешь, насколько сложной становится задача.

— Но ведь ты – аятолла, а не султан. Это он пускай не спит по ночам.

Лёгкая улыбка появляется на лице мужчины.

— Ну, волею Аллаха, я тоже не последний человек в султанате. И если я буду уклоняться от своих обязанностей, то знаешь, что про меня скажут все люди? Они скажут: — Вон идёт ленивый Сайед. Он думает, что он аятолла, но это не так. Он лентяй и предатель. Мы не пойдём за ним и не станем слушать слова его, потому что Аллах от него отвернётся, как отворачивается от всякого лентяя.

— Но ведь и отдыхать тоже необходимо. – не сдаётся девочка. – А то, у тебя вон какие глаза усталые, это всё от недосыпа.

— Ничего в этом мире, не даётся просто так, дочка. За всё, рано или поздно, придётся заплатить. И пусть мой сон, станет той платой, которую я заплачу за то положение и ту ответственность, которые послал мне Аллах.

Мужчина некоторое время задумчиво смотрит на дочь, а потом спрашивает.

— Ну а у тебя как дела? Как мне докладывали, учителя тебя хвалят. Твои успехи в учёбе позволяют надеяться, что ты уже через год сможешь поступать в университет, на Земле. Это очень хорошо. Жаль, твоя мать тебя не видит. – тень лёгкой грусти, на мгновение накрывает лицо мужчины. – Ты такая же умная как она, а со временем будешь ещё и красивее. Да и ещё женой наследника в придачу.

— Да, лучше я в самый дальний угол галактики убегу, чем за этого дурака замуж выходить.

— Прекрати, Фатима. Хамидрахим, сын султана и твой будущий муж. Ты должна относиться к нему с почтением. А ты что делаешь?

Для чего я позволил тебе брать уроки рукопашного боя? Чтобы ты избивала своего жениха на тренировках?

— А как я могу хоть чему-нибудь научиться, если тренер, постоянно ставит нас в спарринг. Других-то учеников, у него нет. А этот увалень, даже двигаться нормально не может, переваливается с ноги на ногу, как откормленная утка. А потом орёт как ишак, которому под хвост колючку засунули.

— Я вообще не понимаю, зачем ты решила изучать рукопашный бой, у тебя достаточно преданных телохранителей.

— А вдруг в какой-то момент, их не окажется рядом? И что мне тогда, также как Хамиду, стоять и громко орать?

— Ты меня иногда удивляешь, своими недетскими суждениями. Хорошо, я распоряжусь, чтобы тебе подыскали более достойного спарринг-партнёра. Мне тоже надоели постоянные жалобы Хамида, на твоё агрессивное поведение.

— Ну конечно, я же ему не служанка, которую в углу можно тискать. И которая ничего в ответ сделать не может.

— Фатима́, прекрати. Нельзя, наговаривать на будущего мужа. Всё, ступай, мне ещё с кучей документов разбираться.

— Ну да, – девочка поворачивается к выходу из кабинета. – про его, не совсем обычные предпочтения, между прочим, весь дворец знает. Да он и не скрывается, особо.

А дворцовые сплетницы, так и будут, потом, говорить: — Вон идёт несчастная Фатима́, жена принца, который глуп, труслив и невоздержан.

И девочка уходит.

Мужчина, ещё некоторое время смотрит ей вслед, потом тихо бормочет себе под нос:

— И почему Аллах не сделал тебя мальчиком?

После чего снова возвращается к работе.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Открытое пространство. Капитанский мостик дальнего рейдера «Трансцедентис»

Эх, люблю время спокойных, ночных вахт. Да-да, именно ночных. Внутренний распорядок корабля, предусматривает разделение внутрикорабельного цикла, на день и ночь. А потому, днём все носятся как Сирианской гарпией в жопу ужаленные. Чистят, драят, обслуживают аппаратуру, отрабатывают действия в открытом космосе и при абордаже. Да-да, вы не ослышались.

Абордаж, и не редко, тоже имеет место. Хотя иногда, мы и бьём на поражение. Сложно, знаете ли, сохранять жизни атакуемых, если началась перестрелка. В этом случае, первое, что делаешь, это пытаешься отстрелить, противнику, двигатели, а там запас активного вещества. Или вы действительно считаете, что топливные танки корабля расположены где-то на удалении от двигателей и им, в случае попадания, ничего не угрожает?

Ну да ладно, зачем вам технические подробности. Вам, Вселенную, в поисках жертвы, не бороздить. Так что, абордажники, в таком случае, просто исполняют роль призовой команды.

Внутрикорабельные поединки – редкость. Если наша жертва, конечно, не корабль полицейского спецназа, высланный для нашей поимки, то шансов на победу в таком поединке, у гражданских, практически нет. Да и откупиться дешевле выходит. Так что бои случаются только если противник дурак или таков поступивший заказ.

Так вот, люблю я ночные вахты. Все спят, в рубке только я и Тадеуш. Ну а куда без него?

Такие массивы данных, только Искин обработать и может. А я пользуюсь его могуществом. И иногда, мне кажется, что такая игра и ему тоже доставляет какое-то, своеобразное, удовольствие.

Вы спросите, что за игра? Да простенькая такая игра. Я вхожу в рубку и гашу свет, отключаю искусственную гравитацию и включаю проекцию окружающего пространства. Как мощный поток, я парю в его безбрежности.

Подобно смерчу, пользуясь лишь силой мысли, ну и, разумеется, датчиками, встроенного в мой имплант, интерфейса, я врываюсь в ближайшие звёздные системы, проношусь над их планетами, спускаясь порой к самой поверхности.

В эти минуты, нет для меня преград. Полярные шапки и покрытые вечными льдами горные пики, что искрятся в лучах своих светил. Облака и моря, иссечённые шквальными ветрами каменистые пустыни и плато, всё открывается передо мной в своей первозданной красоте, как невеста в первую брачную ночь, открывается навстречу своему возлюбленному. Какое же это блаженство — ощущать себя Богом, парящим над мирами.

Кстати, капитан знает об этом моём секрете, но смотрит на это сквозь пальцы. Основной работе это не помеха, а работать, необходимо, да и кто здесь, без греха? Правда он, даже не заморачивается вопросами о том, что это не просто развлечение, а один из завуалированных тестов, для выявления скрытых возможностей этого странного, управляющего тандема.

Теперь немного слов об экипаже.

Как вы думаете, кто идёт в космические пираты? Неисправимые романтики? Ага, сейчас. Здесь инструкторы, всю романтику, выбьют из вас кулаками, ногами и палками, ещё во время первичной, общеармейской, курсантской подготовки.

На корабли такого класса попадают, в основе своей, кадровые военные, у которых неисправимые проблемы с дисциплиной и немного с личной жизнью.

И тут, совершенно неважно, мужчина вы или женщина. Какой вы религиозной конфессии или цвета кожи. Какие имеете сексуальные или кулинарные предпочтения. Важно одно – насколько вы профессиональны.

Если вы, реальный профессионал, то вам многие грехи простятся. Если середнячок, шансы есть, но их немного. Тут уж всё зависит от везения.

А всем остальным, прямая дорога на процедуру психической коррекции. Где под воздействием электромагнитных волн определённой частоты, из вас сделают почти идеального гражданина империи.

Одна беда, вы гарантированно потеряете свою индивидуальность, как человек. Впрочем, вместе с нею и многие интеллектуальные качества, а, также некоторые профессиональные навыки.

Сколько ни бьётся наука над этим вопросом, но сохранить интеллектуальную составляющую индивидуума, подвергнутого виртуально-волновой лоботомии, не в силах. И, в итоге, как максимум ваших возможностей, это управление транспортным ровером на сельской ферме. С, немного странной, улыбкой на лице.

По своей сути, пиратский флот, это в большинстве своём просто ширма, за которой скрывается не совсем приглядная правда.

В мире любого сообщества есть правительство явное и есть тайное. Есть те, кто согласны подчиняться каким-то общепринятым законам, а есть те, что не согласны, но по каким-то параметрам не дотягивают или иным способом умудряются избежать корректорского ложа. Вернее, это ложе и придумано, при содействии лидеров преступного сообщества, чтобы защититься от ещё более радикальных представителей человечества.

Когда-то, в далёком прошлом, вторую ветвь власти, назвали организованной преступностью, такой, в принципе, она сохранилась и спустя тысячелетия. И, также, как и в стародавние времена, тесно переплетена с реальной властью. А как иначе? Обе властные ветки, необходимы, чтобы удерживать современное общество в рамках общей морали и не дать ему развалиться на куски.

Да, в нашем обществе всё очень сложно устроено. Политики, испокон веков говорят о мире для всех, но при этом нещадно рвут друг другу глотки. Бандиты, назовём их по старинке, занимаются тем же, только среди той, сравнительно небольшой части населения, которая не желает подчиняться стандартам и нормам принятым остальными, попутно наводя страх на простых обывателей.

А ещё армия.

Армия, это своеобразный мир, в мире. Общество, обособленно существующее внутри общества, уж простите за тавтологию. Причём внутри, как законопослушного, так и внутри преступного сообщества.

Нет, ну а вы как думали?

Если имеется некое вооружённое формирование, то в нём обязательно возникнет управляющий контур. Иначе его существование будет очень недолгим. Такие, их даже бандами-то назвать нельзя, долго не живут.

Если вы хотите выжить, то вам придётся соблюдать некую иерархию. Вот и выходит, в результате, что бандитская шайка, в большей или меньшей степени, копирует вполне законное, армейское подразделение. Просто в регулярную армию, государство вкладывает, не только средства, но и научные достижения. А вот преступные сообщества, существуют, в основном, на само обеспечении.

И получается, что пираты, это всего лишь вид армейского подразделения, вне государственной юрисдикции. Для всех непосвящённых – звери, находящееся вне закона. Преступное сообщество, тем не менее, обладающее достаточно мощным технологическим потенциалом. Для тех, кто в теме – одно из подразделений отдела спецопераций, службы внешней разведки.

Про то, что для ремонта кораблей и пополнения экипажей, существуют «тайные» базы, знают все и при желании, вы всегда отыщете сюда дорогу. А вот откуда, на этих базах, берутся запасы активного вещества и необходимых запчастей…

Пиратов, при этом, можно безо всякого стеснения и оглядки, нанимать за деньги, для исполнения самых дурно пахнущих акций. Но, не стоит их путать с наёмниками.

Те подчиняются определённым законам, выполняя роль охранных подразделений. Пираты — нет.

По крайней мере так объясняют обывателям, хотя, по сути, разницы никакой, наёмники, тоже, бывает, устраивают разбой, и кто действует жёстче, это ещё вопрос. Некоторые из наёмников, время от времени, переходят в состояние ­– диких пиратов.

Правда, тут, уж как повезёт.

Если капитан или первый помощник, имеют отношение в военным, тогда их шансы прожить, относительно долго и как получится, достаточно велики. Иначе, очень велик риск, сгинуть в «конкурентной борьбе».

Но, возвращаясь к тому, что пираты, это закамуфлированные разведчики-диверсанты, мы получаем такую картинку.

Вы, с соседями, вроде бы и в мире живёте, но при этом, сохраняете возможность, укусить соседа побольнее. Правда и соседи, в долгу не остаются. Вот и получается, такая, не тотальная, скрытая от глаз, непрекращающаяся война на истощение.

Ну вот, как пример.

Вы имеете, некую, пограничную систему, богатую ресурсами. Но, не имеете возможности держать там регулярный флот. Это очень недешёвое удовольствие.

В результате, такую систему, начинают тревожить пираты. Атакуя как корабли, так и целые планеты. И, как только ваши затраты, на защиту, начинают превышать все выгоды от обладания конкретной системой, вы её оставляете, а она, тут же, переходит под контроль противника. И так по кругу.

Бывает, что одна и та же система, меняет владельцев по два раза в год.

Так вот, тех армейских ребят, что, на отлично, прошли подготовку по различным воинским специальностям, к тому же, востребованным, на пиратском рынке. Но, в силу обстоятельств, имеющих неисправимые проблемы с законопослушанием или дисциплиной, отправляют на пиратские корабли. Раньше, если верить историческим хроникам, это называли дисциплинарными батальонами.

Попадая сюда, такие отщепенцы, или приносят пользу, с лихвой отрабатывая затраченные на их обучение средства, или отправляются на прогулку, в шлюз.

Но это, уже не проблема государства, а единоличное решение капитана, при поддержке старшего офицерского состава, конкретного корабля. А иначе, эту ораву отморозков, в повиновении не удержишь.

Капитан пиратского корабля, это судья, прокурор и адвокат в одном лице. И, как бывает очень часто, он ещё и законы пишет. По крайней мере те, которые касаются внутреннего распорядка его корабля.

Вместе с другими старшими офицерами, они и создают, внутри корабельного сообщества, жёсткую, властную структуру.

Хотя, в отличие от строевого армейского подразделения, здесь имеются и свои, так называемые, социальные лифты.

То есть, вы можете, начав свою карьеру простым матросом, дорасти до командных должностей, безо всяких училищ или академий. Здесь не работают деньги или связи. Только ваши личные способности и стремление к самосовершенствованию. А, теоретические знания… ну, если говорить о «Трансцедентисе», наш Тадеуш, с удовольствием поделится ими.

Он обладает всевозможными базами знаний, необходимыми для поддержания жизне- и боеспособности себя, как корабля. А возможно и не только, просто он, об этом, не распространяется.

Вольнонаёмные, конечно тоже присутствуют в экипажах, но их доля столь мала, что даже не стоит упоминания, к тому же в высший, управляющий состав, из них попадают один на миллион.

Бунты, в пиратской среде, случаются, куда же без них. Хотя «Трансцедентис» и тут – исключение.

Бунт – дело слишком сложное. Да и взбунтовавшемуся кораблю, долго не летать. Бунтарям, нигде не рады, и даже если таких беглецов примут, например, в лагере противника, то они будут живы лишь до тех пор, пока будут представлять реальный интерес. И посылать их будут, на самые безнадёжные задания. В самые мрачные дыры. А остальных, тех, кто просто решил перехватить внутреннюю власть, без лишней помпы, удавят в тёмном углу.

Про это, тоже, знают все. Хоть это и не афишируется. И поверьте, от этого, бунтарей, не очень много. Я имею ввиду, исключительно, среди пиратов.

Но, что-то я отвлёкся и застыл посреди ходовой рубки, глядя в бесконечность Вселенной. А окружающая действительность, тем временем преподнесла сюрприз. В нескольких парсеках от корабля, не такое уж большое, по нынешним меркам, расстояние, возникло гравитационное возмущение небывалой мощности.

Искин мигом подал сигнал боевой тревоги, а также, соблюдая уставной регламент, он врубил свет и восстановил гравитацию в рубке. В результате чего, я, слегка ослепший, от внезапного перехода из темноты на свет, пребольно треснулся задницей об пол.

Я ещё потирал задницу и тихо материл Тадеуша, когда в рубку влетел капитан, на ходу застёгивая китель.

Пижон, мать его. По мне, стандартный комб, куда как удобнее. И с Искиным коммуницировать легче и все интерактивные элементы на своих местах. Но наш капитан, это нечто.

Чуть выше среднего роста, крепко сбитый, вполне симпатичный тридцати восьми летний молодой мужчина. С пепельно-серыми, короткострижеными волосами и такими же, серо-стальными, почти ртутного цвета глазами, создающими впечатление, что перед вами киборг.

Правда, та аура силы и какой-то высокоэнергичной харизмы, что исходит от капитана, быстро убеждает вас в обратном.

Вдобавок, он просто помешан на древнем, морском антураже.

А потому, на построениях все офицеры должны быть в кителях и фуражках, а рядовой состав в шапках-бескозырках, с лентами, на которых красивыми буквами выведено название корабля — «Трансцедентис» и со странными широкими воротниками – гюйсами. Также, обязательным является ношение полосатой майки – тельняшки.

Кстати, эта майка, просто стилизованный под древность, специализированный микрокомплекс. Включающий в себя функции кибердиагноста, малой походной аптечки и ещё нескольких прибамбасов.

Тельняшки различаются по цвету полос. Так у основной команды корабля, полосы ярко синие. У абордажно-десантной группы – голубые, а у группы обслуживания гипердвигателей – чёрные, как знак того, что их основная работа находится в чёрном ничто гиперпространства.

Ещё одно отличие от общей формы есть у абордажников. Вместо бескозырок и фуражек, головы десантников украшают береты. У рядового состава – чёрные, у офицеров и сержантов – карминово-красные.

Кстати, тельняшки и береты, уже стали нашей визитной карточкой.

На любой ремонтной базе знают, что наших ребят задирать не стоит.

Если вам повезёт, и ваша попытка нападения увенчается успехом, то на помощь другу придёт весь свободный от вахты состав команды корабля. Со всеми вытекающими последствиями.

Нет, стычки, конечно случаются, в человеческом космосе полно горячих голов и нерастраченных сил. Но, всё происходит по правилам негласного, дуэльного кодекса – один на один и никакого оружия.

Не знаю, как на других кораблях, а на «Трансцедентисе», во время полёта, есть традиция – совершенствовать свои знания и умения, включая и рукопашный бой. А потому наши ребята редко терпят поражение в такого рода дуэлях.

Ну вот, я снова отвлёкся, описывая наши будни, созерцая капитана, который бешеным ураганом ворвался в рубку.

— Капитан на мостике. – вытягиваюсь по струнке и отдаю честь.

Соблюдение уставов, это святое. Устав — это не глупость. Устав — это основа выживания в бою. И те, кто с этим не согласен, чаще всего отправляются гулять по Вселенной пешком. А в исключительных случаях ещё и по частям. Опять-таки, привожу в пример – закон «Трансцедентиса». С порядками на других кораблях, я не знаком.

По крайней мере, в бою, только соблюдение единоначалия и дисциплина, сильно способствуют выживанию, что само по себе уже является огромным успехом. В чём я, уже имел возможность убедиться.

— Во́льно. Докладывай обстановку.

— Сверхмощное гравитационное завихрение в двадцати пяти-тридцати световых часах от нас. Возможно открытие гиперперехода огромных размеров.

Никогда не думал, что наши датчики могут сойти с ума, господин капитан. Но те цифры, которые они выдают, настолько маловероятны, что им сложно поверить.

— И что это может быть? Какой-нибудь суперлайнер с Сигмы, заблудился?

Сигманцы, это одна из немногих, известных нам негуманоидных рас. Отличаются весьма внушительными размерами и предпочитают перемещаться целыми муравейниками. Хотя если вы сможете представить себе муравья, размером с лошадь, освоившего космические перелёты через гиперпространство, то тогда поймёте размер их лайнера на сотню, другую тысяч особей. Слава космосу, они нам не соперники.

Их основа – кремнийорганика, и лучшие условия для обитания, там, где гравитация превышает пять жэ, а значит, нам, по большей части, во Вселенной, делить нечего.

Про минеральные ресурсы я умолчу, тут уж как карта ляжет. Но, пока что, мы обходились без полномасштабных схваток.

— Никак нет. Судя по силе гравитационно-пространственного возмущения, что-то невообразимо огромное, сейчас выпрыгнет из гиперпространственной воронки. Если верить данным получаемым с внешних сенсоров, эта хрень, по своей массе, в сотню раз превосходит Землю. Среднее УСП объекта, свыше трёх миллионов этвеш.

Я просто не представляю технологию способную запихать в гиперпереход такую массу.

— Что предлагаешь?

— Валить отсюда надо, капитан. На всех парах валить. Судя по показаниям датчиков, оно быстро теряет скорость и вот-вот вывалится в обычное пространство. А мы подлетаем, буквально наперерез ему.

Одновременно с этим мы, наверное, сможем наблюдать, невероятнейшее событие, Тадеуш, кстати, уже врубил записывающие устройства и сканеры, во всех возможных режимах.

— Что за событие?

— Степень возмущения пространства, капитан, заставляет предположить, что мы можем увидеть появление самой настоящей червоточины. Или что-то вроде того. До нас, такого ещё никто не видел и, возможно, никогда больше не увидит.

— Тогда зачем удирать?

— Мы попросту не знаем, что это, там такое, в гиперпространственном тоннеле, и как оно себя поведёт, выйдя в обычное пространство. Те гравитационные колебания пространства, которые возникнут в момент открытия гиперколодца, скорее всего, нас сомнут как бумажный листок.

— Сколько у нас времени?

— Час, от силы два. Набрать достаточную скорость для собственного гиперперехода, мы, уже не успеваем, наблюдающиеся пространственные завихрения делают эту затею слишком рискованной. Так что удирать надо на системниках.

— Ясно. Продолжай наблюдение. – Капитан подключился к общему каналу. – Аврал. Слушать в отсеках. Пилотам — разворот сто восемьдесят градусов и полную мощность на системные ходовые. Дежурной смене занять боевые посты согласно расписанию, резервной смене провести дополнительный мониторинг оружейных систем и дополнительные защитные мероприятия на тему воздействия вредоносным гравитационным излучением. Отдыхающая смена, в распоряжении боцмана. Исполнять.

По кораблю началась сосредоточенная беготня.

Это только постороннему человеку могло показаться, что матросы хаотично носятся по коридорам и переходам. На самом деле, все действуют, как один, хорошо отлаженный механизм. Я даже залюбовался на секунду, следя за перемещениями опознавательных маячков по схеме корабля.

Корабль содрогнулся, когда из разрывающегося пространства вылетела… я даже глаза потёр от удивления… нейтронная звезда. Самая натуральная нейтронная звезда, вернее, пульсар. Но, вот его размер…

— Мама моя, – я не сдержал удивлённого возгласа. – капитан! ...

— Я не твоя мама. – капитан тоже озадаченно смотрел на тактический планшет, позволявший смоделировать внешнюю обстановку, как бы находясь над ней и чуть сбоку. – Что это за хрень, Фёдор?

— Это самый настоящий блуждающий пульсар. Данные телеметрии, свидетельствуют именно об этом. Только он сжат, до невообразимо малого размера. И вполне возможно, что сейчас он начнёт процесс обратного расширения.

Тадеуш, мы можем ходу прибавить?

— Не более пяти процентов, без ущерба для защитных полей.

В этот момент, яркая вспышка залила все экраны внешнего обзора.

Через несколько часов нас догнала первая волна гравитационных колебаний, а за нею ещё и всплеск радиоизлучения, прилетевшие от пульсара. А вслед за ним и вторая, гораздо более сильная. Корабль затрясся и зашатался, как пьяница на брусчатке. Погас весь свет. Даже система жизнеобеспечения засбоила. Спустя секунду зажглись аварийные лампы.

— Чёрт! Ржавый якорь адмиралу в задницу! Что это было?

— Привет из глубин вселенной, капитан. И, смею заметить, далеко не последний. У нас потеряна треть внешних датчиков телеметрии и какая-то часть эмиттеров защитного поля. Мы слепы, на один глаз и туговаты на ухо, если можно так выразиться. Есть повреждение нескольких кормовых сегментов корабля, не представляющих опасности для живучести. Но, возможности прикрывать задницу, почти не осталось.

— Максимальную мощность на системные двигатели, и на кормовые эмиттеры защитного поля. Боевым расчётам, уничтожать всё, что приблизится к кораблю ближе границы досягаемости орудийных систем. По достижении скорости, позволяющей уход в гиперпространство, прыгаем вслепую, без команды. Исполнять.

И, да хранит нас Господь.

— Внезапно уверовали в Бога, капитан?

— Я никогда и не был атеистом. Я скорее агностик. Но в такие минуты, очень хочется, чтобы кто-то очень сильный, помог и защитил.

— Согласен, главное, самим не прекращать работать. Как говорили наши предки – Бог помогает тому, кто сам себе помогает.

Переход в гиперпространство, на этот раз, сильно отличался от обычного. При штатном переходе, все системы действуют с двойной, а то и тройной подстраховкой. В этот раз, на двукратное дублирование системных параметров, положенное по нормативам безопасности, уже не хватило мощности.

В створ гиперперехода, корабль входил, раскачиваясь в стороны, словно пьяница в подворотню, подгоняемый ударами гравитационных возмущений, порождённых пульсаром.

Едва, за нами, сомкнулся створ воронки, как тряска и вибрация прекратились. Противный визг серены радиационной опасности стих и стало слышно, как по переходам, с топотом носится экипаж.

— Внимание экипаж. Осмотреться в отсеках, старшим офицерам, по готовности, доложить о состоянии. Исполнять.

— Капитан, – голос второго механика был сух и лаконичен. – Дед погиб. В третьем кормовом отсеке деформировало корпус. Элемент внутренней обшивки отслоился от корпуса. Пройдя, через левое плечо деда, он пригвоздил его к полу.

— Б…дь. Только этого, нам и не хватало, для полного счастья… – капитан не сдержал эмоций. – Принимайте обязанности старшего механика офицер. Вплоть до особого распоряжения.

— Есть. – даже не глядя на изображение, было понятно, что второй механик, вытянулся во весь рост и прищёлкнул каблуками.

— Старшему механику подготовить отчёт о состоянии технических средств и систем. По готовности доложить. Доктору, прибыть с санитарной командой в третий кормовой, с целью освидетельствования тела офицера Педерссена и дальнейшей транспортировки этого тела к месту захоронения. Исполнять.

— Есть. – доктор Дафар ибн Саид, согласно показаниям внутренних датчиков движения, уже двигался в сторону третьего отсека.

Корабль мчался наугад, сквозь гиперпространство, стремясь оказаться как можно дальше от такого опасного соседа.

Триумвират Эридан – Земля– Дельта Лебедя. Человеческий сектор.

Созвездие Цефея. Звезда Альраи. Планета Аль-Бакара. Открытая оранжерея в резиденции Сайеда Аль-Ансари

— Здравствуй папа. – возникшая в проходе, стройная фигурка молодой девушки, лет восемнадцати на вид, заставляет, уже не молодого мужчину, оторваться от переговоров по коммуникатору.

— Фатима́, девочка моя, ты уже вернулась? Я думал, ты ещё как минимум пару лет, проведёшь на Земле, по окончании университета. – Сайед Аль-Ансари, встал из рабочего кресла и обнял дочь.

— Я решила продолжить обучение на Эдасихе. К сожалению, в отличие от Эдасиха, на Земле немного иная специализация. Поэтому, я посчитала нужным, отправиться туда. А, попутно, решила навестить отца, девушка склоняется в лёгком поклоне.

— Как ты изменилась, за последние пять лет. – в голосе Сайеда смесь удивления, восхищения и какого-то сожаления. Кончиками пальцев, он, за подбородок, приподнял голову девушки и посмотрел ей в глаза. – уезжала маленькая девочка, совсем ребёнок, а вернулась уже прекрасная девушка. А, по голосвязи как-то и незаметно было.

— А, вот ты, такой же, как и был. – Фатима́ ласково погладила отца по руке.

— Не льсти мне, ты же знаешь, что я лесть не люблю.

— А я, и не льщу. Ты, всё такой же занятый делами султаната. И у тебя всё так же нет времени, чтобы позаботиться о себе. И не делай вид, что это не так. Мне, мурабия всё рассказала.

— Вот же старая сплетница. Надо будет её услать, куда подальше. – Сайед сердито бурчит себе под нос, но почему-то кажется, что это просто для вида. – Это же надо, за мной уже в собственном доме следят.

— Ну, не ругайся папа. Просто все, в этом доме, о тебе беспокоятся. Даже я. Мне иногда кажется, что это ты, истинный правитель султаната, а султан, это так, для видимости.

— На всё воля Аллаха, дочка. И не стоит гневить его, излишним роптанием. – Сайед подошел к окну, и посмотрел на вид, открывающийся из окна. – А по какой специализации ты решила продолжить своё обучение?

— Физика гиперпространственных перемещений. К сожалению, на Земле, большинство исследований идёт только в отношении физических принципов перемещения, принятых у людей. А мне хочется шагнуть немного дальше. Ведь посмотри сам, мы, в данный момент, знаем, несколько рас, использующих так называемые гиперпереходы. И все они, за исключением Дельтийцев, используют совершенно иную, отличную от нашей, физику. Например, Сигманцы с их суперлайнерами. При столь внушительных размерах их кораблей, активного вещества, они тратят, ненамного больше чем наши корабли. Мы исследовали состав их топлива, и фундаментальных отличий от нашего, не нашли.

Или Шаулиты с их корабликами, что по классу больше напоминают внутрисистемные катера или яхты, но при этом имеют гиперпривод.

Эти вообще непонятно как перемещаются. На наших кораблях, подобного размера, весь экипаж погиб бы мгновенно, наши защитные и компенсирующие устройства излишне громоздки, а Шаулиты летают. Про Эриданцев, чьи гиперпространственные порталы, больше напоминают телепортацию, я даже упоминать не хочу.

Вот мне и интересно, понять их принципы перемещения. А мы пока только с Сигманскими двигателями смогли разобраться, да и то не до конца.

— И ты думаешь, что на Эдасихе тебе будет проще?

— Проще не будет нигде. Просто на Эдасихе, находится научная база, на которую свозят все обнаруженные корабли иных. Там, с ними можно на месте разбираться и изучать. И вполне возможно, что будут обнаружены аппараты, неизвестных нам рас.

— Но Эдасих находится вне нашей юрисдикции. Мы, не сможем обеспечить твою безопасность на должном уровне.

— Поэтому, я и отправлюсь туда под чужим именем. Я уже подготовила необходимый, для легенды, пакет документов. Мои университетские приятели постарались. Даже пара научных публикаций имеется.

— Нет, ты упряма, до невозможности. Я часто пытаюсь понять, почему Аллах решил, что ты должна была родиться девочкой? Ты собственную мать уже превзошла, по части авантюризма. – Сайед Аль-Ансари провел рукой по волосам дочери, ненадолго задержав завиток локона, в пальцах. – Айнур, тоже, на месте не могла усидеть. Всегда в первых рядах, всегда в бою. Она, тобою, очень гордилась бы.

Триумвират Эридан – Земля–Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис», где-то в глубоком космосе

«Трансцедентис» зализывал раны. Вся команда третьи сутки, с короткими перерывами на сон, занималась восстановлением повреждений.

— Знаешь Роджер, – Тадеуш, в неизменном кителе, сидел, вернее делал вид что сидит на краю, тактического планшета. – ты, жутко везучий сукин сын. Можно сказать, мы даже легко отделались. И даже можем гордиться, мы первый в истории звёздного флота корабль, который угодил в космический шторм. И не просто угодил, но ещё и уцелел. Да, без потерь, конечно, не обошлось. Но, благодаря тому, что в экипаже, даже среди рядового состава, не было случайных людей, эти потери оказались относительно минимальны. Большую часть повреждений, кстати, мы можем устранить самостоятельно.

Да. Нам всем, крупно повезло, за исключением всего троих, членов экипажа.

Погибли – Дед, старший механик Эйно Педерссен, угодивший к нам, на борт, за неуёмную страсть, «особого толка», к несовершеннолетним детям, но избежавший принудительной психокоррекции исключительно из-за своего уникального профессионализма.

Один из немногих специалистов космофлота, который отлично разбирался в различных типах гипердвигателей, будь то двигатели Джефферсона-Вессона или Коровина-Лайне. Он даже принцип работы Сигманских двигателей, а у тех использованы, совершенно отличные от земных, физические принципы, смог освоить. И вот такая, нелепая смерть.

Правда, док сказал, что он умер мгновенно. Пусть, для нас, это и слабое утешение, да и такого профессионала, мы, вот так запросто, уже не найдём. Такие специалисты, по всем мирам человеческого сектора – наперечёт и за ними развёрнута настоящая охота.

Компанию ему, в последнем путешествии составят ещё двое. Младший техник из подразделения системных двигателей Кларк Джонсон, и третий механик из взвода обеспечения Ганс Клюгге.

Несчастных оглушило одной из гравитационных волн, а потом из-за повреждения эмиттеров и отказа защитного поля, деформировало часть корпуса и их отсек оказался разгерметизирован. Парней смогли достать, только после устранения внешнего повреждения и восстановления целостности корпуса.

Не очень приятное зрелище, тела подвергшиеся взрывной декомпрессии и холоду межзвёздного пространства, скажу я вам.

Всех троих уложили в общую капсулу и выстрелили в сторону ближайшей звезды.

Вот такие у нас похороны. Ни цветов, ни музыки и даже на отдельное погребальное ложе, надеяться не стоит. Чаще всего, твоё тело, изуродованное взрывом на корабле или разорванное внутренним давлением при резком попадании в открытый космос, одиноко плывёт в пустоте, подчиняясь импульсу, приданному взрывом.

И если сильно повезёт, то когда-нибудь, лет этак через много, оно сгорит в плотных слоях атмосферы, какой-нибудь планеты или фотосфере звезды.

Нашим товарищам повезло больше. Их последнее путешествие, продлится всего-то пару лет.

По окончании, простой, прощальной церемонии, мы все дружно отправились в пищеблок, чтобы помянуть друзей-товарищей.

— Фред, – обратился ко мне один из мичманов, кажется, с БЧ-3, вообще-то, меня зовут Фёдор, но уроженцы англосаксонских секторов, предпочитают звать Фредом. И да, совсем забыл упомянуть, что в неформальной обстановке, мы не соблюдаем субординацию. – ты не мог бы объяснить этой толпе засранцев, – он обвёл рукой сидящих вокруг матросов и мичманов. – что это, вообще было? Им будет намного веселее, оттирать своё дерьмо от переборок, если они будут знать, кто им так зачётно задницу надрал.

Я отхлебнул из стаканчика кофе, эх, люблю этот напиток, и задумчиво так, посмотрел на зрителей. Блин, ну не люблю я внимания к своей персоне, честно говоря. Мизантроп я. Что непонятного. А здесь, прям как будто, я снова в университете и, как профессор, должен, перед толпой студентов, лекцию читать.

— Всё дело в том, друзья мои. – я снова сделал глоточек. — Что, никакого врага, у нас-то и не было.

В пищеблоке, на миг, воцарилась тишина. На меня смотрели, одни вопросительно, другие, как на сумасшедшего. Я снисходительно улыбнулся.

— Нас никто не атаковал, просто мы стали свидетелями, даже не редкого, а практически невозможного события. Мы увидели, как через гиперпространственный тоннель, из совершенно невообразимой дали, ну или неизвестной нам точки вселенной, был переброшен блуждающий пульсар. И именно от его гравитационных волн, а точнее, волн, порождённых его выходом в наше физическое пространство, а также, от его радиационного и энергетического излучения, возникшего после начала процесса обратного перехода в состояние сверхновой, мы на всех парах и уносили ноги. И заметьте, как нам крупно повезло – унесли.

— То есть как это блуждающий пульсар? Ты хочешь сказать, что где-то там, – мичман махнул рукой. – есть кто-то, кто способен сжать звезду, а потом затолкать её в гиперпространство?

— Послушай, я – астронавигатор, а не яйцеголовый. Из рейда вернёмся, академикам инфу скинем, пусть, они головы ломают. Я могу, только гипотезы толкать, никаких доказательств у меня нет и быть не может.

— Ну и какие у тебя гипотезы есть? И что Искин говорит?

—У Искина, других забот выше крыши. На нём, если ты помнишь, весь корабль висит. Так что в этом случае, он только данные регистрирует.

А моя гипотеза, такова.

Мы стали свидетелями чуда. Вот предположим, что где-то там, жила-была, себе, двойная звезда. И пришёл момент, когда она должна была стать сверхновой, а что происходит со звездой, если она не может сверхновую образовать, а?

— Гипотетически — наступает коллапс, и она образует чёрную дыру. – это уже один из новых техников подключился. Он только недавно к нам попал. Нужно будет его запомнить.

— Молодец, как зовут?

— Антуан Мазератти.

— Отлично, Антуан. Итак, одна звезда из звёздной пары, образовала чёрную дыру или область с некоей аномальной гипергравитацией, но ведь у нас ещё есть и вторая звезда в этой системе, не так ли? А может, и третья, или, возможно, сколлапсировавшая звезда, каким-то образом, смогла дотянуться до других ближайших звёзд, кто знает. Да и не в этом суть.

Ну так вот. Предположим, что вторая звезда, смогла образовать сверхновую, причём, приблизительно, одновременно с образованием чёрной дыры.

Будучи, захвачена гравитационным полем первой, она, каким-то образом, смогла преодолеть разгонный барьер и провалиться в подпространство. При этом образовавшийся пульсар, проходя через область гипергравитации, чрезвычайно уплотнился, так что его размер стал всего в десяток раз больше размера Земли.

Неясно откуда, появилась такая прорва энергии, которая смогла разогнать эту массу, то скоростей, позволяющих создать гиперколодец. В который и ухнула наша звезда

Когда скорость упала ниже критической, этот пульсар вывалился обратно в обычное пространство, прямо перед нашим носом.

И нам дико повезло, что мы не подлетели к нему ближе ещё на пару световых часов. Я даже боюсь представить себе, что произошло бы, не успей мы уйти в гипер. Хотя, почему не могу? Просто тогда бы, мы ничего и никому рассказать бы не смогли. Вот такая гипотеза.

Кстати, Тадеуш, всё ещё продолжает писать все параметры теперь уже снова сверхновой…

— А почему это не могут быть чужие? – это ещё один техник подал голос.

— Потому что для того, чтобы энергию, чтобы разогнать звезду, до таких скоростей, которые позволят ей преодолеть гипербарьер, очень непросто выработать и совершенно невозможно контролировать. По крайней мере на том уровне развития, на котором находимся мы.

Хотя, может быть, это просто, мне так кажется.

Да и если вдруг у тебя есть возможность творить такие вещи, то ответь на вопрос – Зачем? Ради эксперимента? Так практически все известные нам цивилизации, в процессе своей эволюции пришли к однозначному выводу, что при соблюдении равных условий, все эксперименты в микромасштабе, идентичны макромасштабу.

То есть для того, чтобы испытать новейшую ракету класса Гаситель, нам совсем необязательно стрелять по ближайшим планетам с целью посмотреть — уничтожит она их или нет. Нам вполне хватает лабораторных опытов.

Да и выстрел такого масштаба, тоже повлечёт за собой серьёзные последствия. Начиная от отката, если ты ещё помнишь третий закон Ньютона. И заканчивая возмущениями, которые порождаются в точке выхода объекта из гиперпространства и далее. Их мы все испытали на себе.

Да и если у тебя, под контролем, есть такие источники энергии, ты вполне в состоянии эту звезду, просто погасить, а не пуляться ею сквозь гиперпространство.

Никто не сможет предусмотреть всех последствий, если этот пульсар, на выходе, угодит прямиком в некую звёздную систему.

Нет, братец мой. Такое расточительство, может себе позволить только матушка-природа.

Ну и ещё одна фишка напоследок. Вполне вероятно, что в точке выхода пульсара в обычное пространство, теперь образовалась червоточина. И мы, возможно, увидели, как это происходит.

Я встал и вышел из пищеблока, пора была менять капитана на вахте.

Триумвират Эридан –Земля – Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Созвездие Цефея. Звезда Альраи. Планета Аль-Бакара. Рабочий кабинет аятоллы Сайеда Аль-Ансари

— Проходи Фатима́. – уже сильно постаревший отец, указал на одно из кресел, напротив. – Садись. Возможно наш разговор затянется.

Затем, вызвав по коммуникатору секретаря.

— Меня ни для кого нет. Даже если, сам султан, лично прибудет в приёмную.

Секретарь молча поклонился, показывая, что уяснил и тихо растворился за дверью кабинета.

Фатима́, подошла к открытому окну и остановилась, любуясь открывающимся с высоты видом. Лучи света, падающие из окна, подчёркивали гармоничную фигуру двадцати трёх летней девушки, одетой в светлый брючный костюм и в тон, подобранный хиджаб, украшенный снаружи россыпью дымчатых аметистов.

— Должно было случиться что-то очень важное, отец, чтобы ты вызвал меня с Эдасиха.

— Случилось, – подтвердил Сайед, оглаживая уже совершенно седую бороду. – Ты же понимаешь, что я не стал бы тебя беспокоить по пустякам.

— Надеюсь, это не связано с планами выдать меня замуж за принца Хамида.

— Этот вопрос сейчас не стоит, но, мы с тобою, его тоже обговорим, попутно. А пока, позволь прояснить тебе ситуацию.

Аятолла поднялся из-за стола и неторопливо прошёлся по кабинету, заложив большие пальцы рук, за широкий пояс. Подошёл и остановился рядом с дочерью.

— По ряду обстоятельств, мне очень необходимо, чтобы ты некоторое время оставалась в пределах султаната. – он поднял руку, пресекая попытку дочери вставить какую-то реплику. – Возможно, тебе придётся отложить на время, все те исследования, которыми ты занималась в последнее время. Ну или продолжать заниматься ими удалённо. Повторюсь, так складываются обстоятельства.

Нет. Ты, конечно же, не будешь сидеть без дела, во дворце. Даже более того, вполне возможно, что тебе придётся без передышки носиться по всем трём звёздным системам султаната, а возможно и не только. По крайней мере, первое время.

Ты возглавишь специальный отдел кураторской службы министерства финансов, по науке. В твою компетенцию будут входить все вопросы, касающиеся финансирования научных подразделений султаната и их проектов.

Всех, без исключения. С абсолютным допуском по секретности. Замечу, что информация о некоторых исследованиях, наших учёных, закрыта, даже от самого султана.

При этом, ты будешь, постоянно на виду, и от твоих успехов, в этом деле, очень многое зависит.

В том числе и для представителей научного сообщества.

С того момента, как ты возглавишь эту службу, ни один адир не будет выплачен без твоего, на то позволения.

Это, бесспорно, вызовет крайнее недовольство, в определённых кругах, и не только научных.

Возможны покушения или попытки саботажа.

Но для предотвращения этого, у тебя будет достаточно мощный штат силовой поддержки и телохранителей, а также аналитический отдел, в задачу которого будет входить экспертная оценка исследований, плюс анализ окружающей ситуации.

Но, ты и сама не глупая девочка, разберешься, что к чему.

— Отец! Неужели, на весь султанат, не нашлось кандидатуры получше? Или тут что-то другое замешано?

— Список экспертов и советников, я уже отправил тебе. Просмотри и, если посчитаешь нужным, дополни теми людьми, которым ты сама доверяешь, если такие у нас есть.

Здесь важен не только и не столько твой личный профессионализм, и не столько явная демонстрация стабильности власти, сколько наведение порядка в сфере научных исследований. А то, некоторые университеты, стали неправдоподобно много субсидий получать, при минимальной отдаче.

А, ведь в процессе, дополнительно задействован достаточно мощный, промышленный ресурс.

И твоё назначение, вместе с информацией о том, что совсем скоро состоится бракосочетание с Хамидом, послужат дополнительным остужающим фактором, для некоторых излишне горячих голов.

— Но я не хочу выходить замуж за Хамида.

— Поверь, без твоего на то желания, ничего и не произойдёт. Но, слухи распускать, нам никто не запретит. Пусть, даже, реальную возможность твоего бракосочетания с Хамидом, я расцениваю, как крайне низкую.

Но, вот, науку курировать, придётся всерьёз.

— И всё-таки я не понимаю, почему именно я должна заниматься этими вопросами.

— Всё очень сложно Фатима́, – отец с каким-то странным выражением в глазах, посмотрел на дочь. И добавил. – Очень сложно.

Немного позднее, я введу тебя в курс происходящего.

А сейчас, принимай текущие дела, вникай. Я жду от тебя реальных действий и предложений.

Всё, ступай. Поговорим за ужином.

И заметь. Я, таки, начал соблюдать режим.

— Хорошо, отец. Я сделаю это. – Фатима́ встала, склонив голову в учтивом поклоне и вышла из кабинета.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис», где-то в глубоком космосе

Ажиотаж, вызванный штормом, постепенно успокоился, ремонтные работы подошли к концу, и привычная рутина постепенно заполнила коридоры и переходы корабля.

В один из таких рутинных дней я пришёл в ходовую рубку, ну, а куда ещё податься? Я штурман-астронавигатор, мне следить за ситуацией и работать только в паре с Искиным, а главный терминал где? Ну, разумеется, на мостике. И вот я здесь.

Капитан стоял, задумчиво глядя на тактический планшет.

— Здравия желаю. – с капитаном, я стараюсь держать дистанцию. И поменьше фамильярничать.

* * *

Как мне одна сорока из штаба, ещё в мою бытность, на Земле, на хвосте принесла, Роджер Барсак, теперь более известный как Весёлый Роджер, попал на этот корабль, за чрезмерную жестокость, проявленную на предыдущем месте службы.

Там была какая-то тёмная история с атакой Хиджраитов. В результате которой его корабль получил сильные повреждения. И, долго не мог уйти от преследования.

Один из офицеров, пользуясь поддержкой группы гражданских, оказавшихся на борту военного корабля, захотел поднять белый флаг и стал, тайком, вести переговоры с противником.

По слухам, пассажирами были какой-то крупный чин из правительства, которого Роджер Барсак сопровождал во время официального визита по человеческим секторам нашей галактики и его телохранители. Заручившись поддержкой офицера, они, возможно, действовали с молчаливого одобрения своего босса.

Капитан узнал о готовящейся измене и в итоге их, достаточно сильно покалеченные тела были вышвырнуты в открытый космос. А капитан, собственноручно приведший этот приговор в исполнение, в присутствии своего ВИП-пассажира, в этот момент, стоял с какой-то потусторонне-зловещей улыбкой на лице. Что вкупе с его внешностью, делало происходящее, ещё более жутким.

Бледное, осунувшееся лицо, вкупе с ввалившимися, от переутомления, глазами, дополненные игрой полутеней слабоосвещённого пространства шлюзовой камеры, создавали жуткий вид. Будто это не капитан, а сама смерть коснулась сенсора открытия шлюза.

После этой истории Роджер Барсак и заработал прозвище – Весёлый Роджер.

Кстати, его причастность к физическому воздействию на офицера и пассажиров, так и не была доказана. По несчастливой случайности, несколько кают, как раз тех, в которых капитан беседовал с казнёнными, пострадали в результате атак Хиджраитов. И что характерно, все записи системы внутрикорабельного контроля, оказались повреждены.

От Хиджраитов успешно отбились, и доставили слегка заикающегося, после всего пережитого, чиновника, в пункт назначения.

А командование оказалось перед дилеммой, наградить героя или под суд отдать. Потому что этот чиновник, имея очень высокопоставленных покровителей, ну очень сильно в истерике бился и на педали жал.

Опять-таки, по слухам, один из казнённых телохранителей был, по совместительству, его любовником.

Правители очень не любят, когда их людей обижают. И всячески стараются осложнить жизнь виновнику беспокойства. Даже если их люди, отчаянные засранцы. Но это ведь их засранцы. И честь их мундира – святыня.

В результате ни открыто карать, ни награждать Роджера, конечно, не стали, а сослали командовать рейдером «Великий кормчий Мао». Возможно, в тайне надеясь, что непокорный никому корабль, можно будет использовать как повод для тихого увольнения непокорного капитана.

А они, капитан и корабль, возьми и договорись.

А с другой стороны, капитан Барсак и сам понимал, что на официальной военной карьере, можно смело поставить жирный крест. А потому, пожав плечами, спокойно согласился на такую смену статуса.

Вот тогда и было принято решение о передаче корабля отделу секретных операций, под видом пиратского захвата.

А здесь, что главное? Главное — историю поправдоподобнее придумать. Чтобы лохи и домохозяйки поверили.

Злые, озверевшие солдаты, подстрекаемые потерявшим всякие понятия о чести и совести, капитаном, захватили новейший фрегат и скрылись в космических далях.

Вы только представьте, какой харизмой надо обладать, чтобы вам поверила и безоговорочно подчинились более сотни отъявленных головорезов, на которых клейма ставить некуда. И ещё, попробуйте заставить искусственный интеллект корабля, игнорировать всевозможные защитные протоколы, прописанные в него, ещё в момент создания. В общем, командует всеми не капитан, а сам дьявол во плоти. Хотя, честно говоря, проведя несколько месяцев на борту «Трансцедентиса», такой вариант развития событий, мне, уже не кажется, чем-то фантастическим.

Достаточно увидеть, как капитан распекает кого-нибудь из подчинённых, за нерадивость…

Да. Достаточно увидеть… и, от души помолиться – «да минет меня чаша сия» …

Вообще, наш капитан, славный малый. Спокойный, хладнокровный, уравновешенный. Во внеслужебное время, способный и поддержать дружеское веселье, и попрыгать по полигону в десантной броне. Причём, все физические нормативы, я имею ввиду на «Трансцедентисе», выставлены, на его средние показатели. И скажу вам честно, очень небольшое количество офицеров и матросов, нашего корабля, способны их превзойти. Напомню, речь идёт о средних показателях, нашего капитана.

Кстати, лгать нашему капитану, я, вам, настоятельно не советую.

Прежде, чем попроситься в экипаж, я почти полгода, скрупулёзно изучал личное дело капитана Барсака. Кто он, откуда, как смог подчинить себе корабль, об который «сломали зубы» не одна сотня программистов и системных аналитиков. Чей бунт, стоил погон и должности Адмиралу Вернье.

Не раз и не два, Земное Научное Представительство, засылало своих разведчиков, в попытке пробраться на этот сверхстранный и от того ещё более вожделенный корабль. И все, абсолютно все, кроме меня, были разоблачены и высланы с корабля, куда подальше.

Не обращайте внимания, это я так о себе, любимом, пытаюсь рассказать.

Итак, меня зовут Фёдор Михайлович Мирный. Мне сорок пять лет, хотя выгляжу я на тридцать, с небольшим. По основной специальности, я ксено-психолог, незадолго до отправки сюда, защитил докторскую диссертацию, по данной теме. Вторая специальность, разумеется, штурман-астронавигатор.

Так принято в Земном, научном сообществе. Если ваша научная специализация находится вне планетного пространства, то вы обязаны иметь вторую, «космическую» специальность. Это делается для того, чтобы, по возможности, сократить экипажи кораблей-исследователей.

Когда, на Земле, господа из управления внешней разведки, предложили мне попробовать внедриться на корабль, я согласился, долго не раздумывая.

К этому времени, а со дня появления на просторах галактики, некоего корабля с именем «Трансцедентис», прошло всего полтора года, а он уже успел стать легендой.

Каким образом, наши спецы, получили подробнейшую информацию о произошедшем с кораблём и полное досье на его капитана, я даже задумываться не хочу.

В общем, пять с немногим месяцев, не вылезая из кресла, я изучал дело капитана Барсака и программиста Маркса, шерстил все параметры стандартного искина, устанавливаемого на рейдерах этого класса.

Я знал, про них всё… и оказался совершенно не готов.

Мы встретились, в одном из многочисленных баров, на одной из космических станций, где пираты, «инкогнито», ремонтировали свои корабли.

«Трансцедентис», в это момент, как раз нуждался в штурмане. Предыдущий, по каким-то причинам, был забракован кораблём, вернее искином корабля, и без лишней помпы, списан «на берег».

Я, подсел за его столик, представился… и уже на третьей фразе, понял, что врать и юлить не получится. И, тогда, я пошёл ва-банк. Я сказал, кто я, в действительности такой. Зачем, я стремлюсь попасть на его корабль. Постарался довести до понимания капитана, тот факт, что его, всё равно, в покое не оставят, в попытках приставить соглядатая. И не исключено, что попытаются приставить ещё нескольких, помимо меня, это как говорится, к гадалке не ходи.

А так, я спокойно занимаюсь своими исследованиями, разумеется не ставя в известность всю остальную команду. То есть изучаю и сам искин корабля, и его капитана, и их взаимодействие.

Далее, пришлось пойти на должностное преступление. Я пообещал капитану, что все отчёты, отсылаемые мной на землю, я, сперва, буду согласовывать с ним.

Барсак, спросил, а, почему, в качестве исследователя, прислали ксено-психолога?

И я ответил, что, принимая во внимание, собственную судьбу капитана, который, тоже, в немалой степени интересует Земное, научное сообщество, есть ещё и феномен корабля, оснащённого таким интереснейшим симбионтом. Но самого капитана, отслеживали бы удалённо, не будь такого потрясающего контакта с псевдо-разумом корабля…

На что, капитан заметил, что его корабль, располагает полноценным разумом.

Я согласился с этим выводом и продолжил.

Мы хотим понять, что такое Тадеуш. Кем или чем он, в результате, стал. Диковинным гибридом, или возможным скачком эволюции. Возможно ли повторить такое слияние или это единичный случай.

Почему ваша коммуникация столь плотна и эффективна. (а это, заметьте, не удалось, больше никому).

— Поверьте, капитан. – я смотрел в его глаза, в полутьме бара, они выглядели ещё более пугающе. – Вам лучше принять на борт стороннего наблюдателя, иначе, Земля, вас в покое не оставит. В крайнем случае, улучшив момент и вас, и корабль уничтожат. Никто не позволит летать в космосе, непредсказуемой угрозе.

Люди, вообще, панически боятся непонятного и только миллионы лет эволюции способствую тому, что они воздерживаются от мгновенного устранения причины, а предпочитают сперва оценить степень опасности и возможность использовать её причину, на благо себе.

Поверьте, господин капитан, в распоряжении Земного правительства, есть средства посерьёзнее, чем у султана или императора. Просто, это не афишируется.

— Понимаете, милейший Фёдор Михайлович. – капитан тщательно выговаривал слова. – учёные мужи империи, уже облазили Тадеуша, вдоль и поперёк.

— Да, нам это известно, но мы, располагаем такими исследовательскими средствами, что имперским учёным, даже и не снились. К тому же, в мои обязанности, как раз, входит проверка Тадеуша, на соответствие критериям полноценного разума.

— Хорошо, – капитан протянул мне руку. – вы меня уговорили, но с одним условием. Ваше исследование, никак не повлияет, на боеспособность корабля. Все исследования и тесты, вы проводите в свободное время. И ещё одно, всё это вступает в силу, только после вашего собеседования с самим Тадеушем. Он, для начала, сам протестирует вас, на профпригодность.

— Отлично, но я, попросил бы вас, предварительно…

— Увольте. Все переговоры с Тадеушем, вы должны провести сами. Пообщайтесь, расскажите ему ситуацию и перспективы, если он не будет против, я думаю вы поладите.

От себя скажу. Я смог с ним поладить, только потому, что Тадеуш, сохраняя в себе весь опыт того, кто был, когда-то полноценным человеком, очень щепетильно относится к откровенности своего собеседника. Он не терпит попыток лжи и обмана. Будете юлить, он вас моментально раскусит и обычные уловки для обмана детектора лжи, тут не прокатят. Поверьте, тут, до вас, перебывало столько «умельцев» … До встречи, на корабле, штурман.

Вот так, я и оказался штурманом корабля. Кстати, собеседование с Тадеушем, я прошёл. Но мне кажется, что это и так понятно.

* * *

— Во́льно Фёдор. С чем пожаловал? – капитан отвлёкся от своих мыслей и посмотрел на меня.

— Да, вот до сих пор с данными, по сверхновой, работаю. Интересно же. Представьте, капитан. Теперь придётся вносить огромное количество поправок везде где можно. Начиная от навигационных карт и заканчивая звёздным атласом. Но всё это, только после того, как она прекратит инерционное движение, а до этого, её придётся определять по спектральному рисунку

Кстати, вы во время сеанса связи не догадались застолбить за собой название сверхновой? Вы, вернее Тадеуш, был первый, кто её почувствовал и увидел. Ему и право первой ночи.

— Они сами это предложили. Как только я, закончил доклад о состоянии корабля.

— О! И, как зовут новорожденную?

— Тадеуш решил, что более всего ей подходит имя – Сансара.

— М-да. – я задумчиво потёр подбородок. – Что-то в этом есть.

Ну, а с заказами, что? А то дрейфуем в космосе без дела.

— Да, полный штиль. Ну, а куда нам соваться? Пока не залатаем наш корабль, сложно что-то предпринимать. Только и остаётся, что молиться всем богам, чтобы сюда, какая-нибудь патрульная эскадра не заглянула.Нам сейчас толком и защищаться нечем. Половину эмиттеров, как корова языком.

— Да уж. Священная Корова, из далёких глубин вселенной… Кстати, Тадеуш так и не смог вычислить точку её отправления, даже гипотетически. Слишком огромное количество энергии, было задействовано.

— Господин капитан, разрешите доложить. – в дверях появился третий механик ремонтной группы Сандербек Тактабаев.

— Докладывайте.

— Ремонтные работы по герметизации внешнего корпуса завершены, в полном объёме. В восстановленных секторах возобновлена подача воздуха и энергии. Работы по восстановлению эмиттеров защитного поля будут завершены в течение следующих двух суток. Третий механик ремонтной группы Тактабаев, смену сдал.

Да уж. Любит наш капитан выслушивать личные доклады подчинённых. Ему-то самому, Искин, уже полчаса назад, обо всём доложил, но капитан, предпочитает выслушать доклад ответственного лица. Это дисциплинирует людей.

Да и Тактабаев, этот, странный парень. Невысокого роста, смуглый, глаза тёмно-карие. Явный уроженец Земли, откуда-то из Средней Азии, насколько я понимаю. Но его круглое лицо, просто поражает своим бесхитростным и каким-то, по-детски, наивным выражением. При этом ясно, что, он отнюдь не глуп. Как я уже говорил, дураков здесь нет.

Глядя на него, я не могу предположить, что он способен на какое-либо преступление или неподчинение.

— Во́льно. Можете идти отдыхать.

— Слушаюсь. – Тактабаев, отдал честь, развернулся и вышел.

— Конечно, об этом не спрашивают, господин капитан, но, мне просто интересно, за что он к нам попал. – я стоял и смотрел на планшет, над которым зависло изображение какой-то планетной системы.

— Доброволец, мать его. Вот такой вот, редкий вид животного. – капитан усмехнулся. У них, там, на Земле, традиция такая. Мужчина, желающий привести жену в дом, должен быть состоятельным и должен заплатить за невесту выкуп – калым. Причём, чем более невеста хороша собой и чем более богата её семья, тем больший калым потребуют. Вот бедолага и рванул, деньжат подзаработать. На десятилетнем контракте. Теперь главное, чтобы родственники невесты, не передумали.

— Про калым я в курсе, я тоже уроженец Земли. Только, европейской её части. Там несколько иные традиции. Правда, я думал, что он к нам из Хиджраитов попал. Или работает на ту же «контору», что и я.

— Единственное место для любого Хиджраита, на этом корабле, – голос капитана вдруг слегка охрип. – это место за бортом. Тактабаев исповедует суннитскую ветвь ислама, также, как и доктор Дафар. А Хиджраиты – шиитскую. Поверьте, это достаточно большая разница.

— Простите, капитан. Ляпнул не подумав.

— Проехали. Ладно, — он прижал комлинк. — Старшие офицеры, старший механик, командиры БЧ и командиры абордажных групп.

— Слушаю. – Стармех отозвался первым, спустя секунду доложились и остальные.

— Через 15 минут совещание, не опаздывать. – капитан выдохнул. – Хватит отдыхать. Пора за дело.

Спустя четверть часа, рубка наполнилась гулом голосов. Практически все находились в предвкушении нового задания, гадая, что сейчас озвучит командир. И он не заставил себя долго ждать.

— Господа офицеры, прошу внимания – капитан оторвался от обзорного монитора, возле которого стоял, покачиваясь с пятки на носок и глядя на изображение пространства снаружи корабля.

Разговоры стихли, и капитан подошёл к тактическому планшету.

— Итак, господа офицеры. У нас появилась работёнка. В течении трёх суток, будут закончены восстановительные работы, на корпусе. Сразу после этого мы стартуем к одной очень интересной звезде.

Эта звезда имеет небольшую планетную систему. Но нас собственно интересует не сама планетарная система, а её пояс астероидов. И даже не сам пояс, а вполне конкретный планетоид.

— А можно поинтересоваться названием звезды, капитан? – я подошёл поближе к планшету.

— Разумеется. Это — Тубан ар.

— альфа-Дракона, значит. – я вывел на тактический планшет виртуальную модель системы.

— Но, это же в Хиджраитском секторе. – подал голос один из офицеров – за нами же весь флот двенадцатого имама увяжется.

— А вы что, в детском саду воспитателем работаете? – вопросительно подняв брови, спросил капитан. – Или любимый сопливчик дома забыли? Или, быть может, предел ваших мечтаний, беззаботно потрошить мелкие аграрные общины, на задворках галактики? Нет, если вы боитесь, то двери шлюза, для вас, всегда нараспашку открыты. Ну или, в крайнем случае, можете сдаться властям в ближайшем порту, как раскаявшийся пират.

А мы будем вас навещать, на вашей ферме по разведению, таких же как вы, баранов. Правда, это будет лет через десять и при условии, что вы до этого момента доживёте.

— Да, нет. – немного стушевался вопрошавший. – я, просто хотел прояснить этот момент.

— Прояснили? Отлично. Мне, честно говоря, этот заказ тоже не по нутру, но уж слишком хороший куш можно сорвать. А пульсар, будь он неладен, устроил нам огромную дыру в бюджете.

И, да, заказ частный, но уши нашей «канторы», подозрительно-незаметно торчат, где-то рядом.

Вернёмся, так сказать, к нашим делам. Значит, в поясе астероидов находится планетоид — Такбир. Вот он-то нам и интересен. – капитан указал на схему, а затем повернулся ко мне. – Фёдор, сколько времени потребуется «Трансцедентису» чтобы незаметно проникнуть в пояс?

— Время подлёта, от данной точки, с использованием гиперперехода, около восьми стандартных суток. Плюс вход в систему и заход в пояс. Это тоже около шести – семи суток. Затем финальная рекогносцировка и выработка окончательного плана. Это ещё двое – трое суток. Итого восемнадцать стандартных суток необходимых на подготовку. Но, есть один момент. Как только мы вывалимся из гипера, нас тут же засекут и к нам направятся все ближайшие корабли береговой охраны Хиджраитов. – я специально не употребил термин «планетарной обороны», люблю, изредка, капитану подыграть. – И дальше всё станет намного сложнее. Нам нужен какой-то манёвр, который позволит сбить с толку их внутрисистемную оборону.

— Господин капитан, разрешите? – вступил в разговор новый стармех. – Тут у нас одна техник из группы пассивной защиты, разработала, на досуге, имитатор гипертоннеля. Изначально, мы думали использовать эту систему для тренировочной отработки действий вблизи гиперколодца, но, слегка доработав, я думаю, её вполне можно использовать для маскировки.

Само по себе, это некая последовательность импульсов, выстреливаемая излучателями корабля, за несколько мгновений перед включением полей маскировки. Внешние наблюдатели, в этот момент будут просто уверены, что корабль скрылся в другом гиперпереходе. Даже гравитационные датчики удаётся обмануть, на симуляции. А так, как сигнатура колодца исчезнет довольно быстро, то это позволит нам уйти, воспользовавшись нашим новым полем маскировки. Прототип, которого, нам смонтировали при последнем ремонте на базе. Правда, само устройство существует, пока только, в единственном экземпляре. Мы как раз собирались произвести испытание, но шторм всё испортил.

— Прекрасно. Вот и займитесь окончательной доработкой. На доводку, вам двое суток хватит?

— Так точно.

— Ну и славно. – капитан сделал какую-то отметку в личном коммуникаторе. – Итак, вернёмся к Такбиру.

На Такбире расположен комплекс лабораторий, в которых яйцеголовые Хиджраитов отнюдь не семечки лузгают. И вот там, примерно в это же время, будет находиться дочь аятоллы Сайеда Аль-Ансари. – над тактическим планшетом возникло медленно поворачивающееся изображение красивой, молодой женщины, лет двадцати пяти на вид. – Знакомьтесь, Фатима Аль-Ансари. Дочь Сайеда Аль-Ансари и Айнур Аль-Ансари. Известна, также, как Фати Ллахайра. Двадцать девять с половиной лет от роду. Рост 175 см. вес 70кг. Имеет докторскую степень, в области физики гиперпространственных перемещений.

С момента окончания, с отличием, одного из Земных университетов, и это в восемнадцать лет, проходила стажировку и практику на Эдасихе, в центре исследования кораблей – чужих.

Последние пять лет, провела в султанате, где для неё была создана отдельная служба при министерстве экономики.

Она, является финансовым куратором научного сообщества Султаната Пятой Хиджры и в данный момент инспектирует различные научные подразделения султаната.

Судя по оценкам независимых исследователей, благодаря именно её подразделению, свет увидели многие передовые технологии Хиджраитов, которые заставили сильно попотеть наших яйцеголовых, в спешном порядке, разрабатывающих меры противодействия.

Именно она и является нашей целью. Наша задача, захват Фатимы́ Аль-Ансари и передача её в руки заказчика. Что он с ней сделает дальше, это уже не наша забота. Со своей стороны, помимо своевременной и весьма щедрой оплаты наших услуг, заказчик берётся обеспечить небольшой саботаж систем активной и пассивной планетарной защиты Такбира. Что несколько увеличит наши шансы на благополучный исход операции.

— Вот, как. – задумчиво глядя на медленно вращающуюся голограмму, пробасил один из командиров десантников. – И красива, и мила, и умом, и всем взяла. Захват такой персоны, это чистой воды безумие и попытка извращённого суицида. Но мне, нравится. Я в деле, капитан.

Остальные штурмовики, тоже одобрительно закивали головами

— Я знаю, чем вас порадовать. Иначе и быть не могло.

В виде дополнительного трофея, можем прихватить несколько учёных. По неподтверждённым данным, они входят в свиту объекта и также будут находиться на Такбире в это время. Я думаю, что определённые лица, вне пределов султаната, будут рады заплатить нам за их светлые головы. Задача ясна? Тогда приступим к проработке деталей.

Совещание затянулось почти на семь часов. Даже обедать все отправились в раздумьях и подсчётах.

По тому, как сосредоточенно носилась по кораблю команда, было понятно, что информация о предстоящем деле, каким-то образом дошла и до младших чинов. Или это у них чуйка сработала?

Наверное, всё-таки чуйка. У любого человека, часто бывающего в нестандартных и опасных переделках, вырабатывается своеобразное интуитивное чувство, достаточно верно оценивающее степень приближающейся опасности. И, судя по всему, все готовились к нешуточной драке.

* * *

— Командир, – голос стармеха, сидевшего в кресле небольшого бота, оснащённого небольшими излучателями и эмиттерами маскировочного поля, был спокоен и деловит. – мы готовы к испытаниям.

— Приступайте.

Помимо нас, в рубке собрались все свободные от дежурства офицеры. Всем было интересно, насколько хорошо сработает система техника Бетце.

Саму Ангелину Бетце, уроженку немецкого сектора империи, многие запомнили не только как отличного специалиста по части различных систем маскировки, что не удивительно, но и как неприступную, независимую и достаточно мстительную сучку. Обладающая завидной фигурой и смазливой внешностью, эта молодая женщина буквально с ума сводила половину технического состава, при этом не подпуская никого на дистанцию ближе лёгкого флирта. А несколько особо ретивых ухажёров, стали клиентами доктора Дафара. Приводившего в порядок их вывихнутые, а в нескольких случаях и сломанные конечности. Ничуть не лучше, получилось и у некоторых представительниц слабого пола, проявлявших несколько иные наклонности.

После этого от неё как-то отстали, благо другие представительницы, прекрасной половины экипажа, не всегда были столь щепетильны в выборе партнёров.

Ну а что вы думаете. Это корабль, который бо́льшую часть времени, проводит в автономном режиме, а отнюдь не космический монастырь. И если, всё происходит по взаимному согласию, то и вмешиваться в ваши отношения никто не станет. А вот если ваши действия станут причиной… То тогда вами займутся вплотную. И не надейтесь, здесь с вами церемониться не станут. Вы не в армии и не на гражданке.

Экипаж, в походе, должен действовать не задумываясь, как одно существо, а не сводить под шумок счёты. Здесь имеется только два вида наказаний. Карцер, он же гауптвахта – за мелкие нарушения и пространство за бортом, за всё остальное. И вы знаете, не смотря на жестокость данного способа, это помогает сдерживать многие нездоровые порывы.

— Ну что, готова? – разговоры внутри бота, открыто транслировались в ходовую рубку фрегата.

— Яволь, майн фюрер. – чуть хрипловатый и довольно низкий голос техника Бетце, звучал несколько взволнованно.

— Тогда – поехали.

Бот отошёл от корабля на какое-то расстояние, потом сверкнула вспышка, в которой была явно видна воронка, открытого гиперперехода и бот, исчез.

Тадеуш, в свою очередь, подтвердил, что датчики зафиксировали именно открытие гипертоннеля. Незаметно переместившись, бот, возник на экранах радаров, через несколько минут, совсем в другом секторе окружающего корабль пространства. Никаких следов работы двигателей, при этом, не наблюдалось. Миг, и он скрылся, укрытый полем маскировки.

— Отлично. – капитан повернулся к стоя́щим позади него офицерам. – Одну задачу, мы, возможно, решили. – он прижал датчик комлинка. – Стармех, сколько времени потребуется для монтажа и настройки подобной системы на всём корабле?

— Дней пять-шесть.

— Приступайте немедленно. Значит так. Выныриваем в системе, и тут же уходим в «прыжок». Затем, под маскировкой заходим в пояс. Фёдор, ты уже присмотрел, где мы сможем зависнуть, так, чтобы быть готовыми в любой момент начать операцию.

— Да хоть прямо над самым Такбиром, если, конечно, поле маскировки, сможет скрыть сигнатуру более крупных, в отличие от бота, двигателей. А то в малом масштабе, всё это выглядит прекрасно, но что будет, когда на маскировочное поле станет воздействовать излучаемое активное вещество? Поле, ведь обычно рассчитано на неизлучающий, дрейфующий или неподвижный объект. Излучения двигателей бота, в данном случае, имеет пренебрежительно малое значение, в отличие от излучения нашего корабля. Да и искажения, порождённые полем, на близком расстоянии от планетоида, будут более заметны. Значит, к цели, придётся добираться тихой сапой, и торможение производить очень короткими импульсами. Мы с Тадеушем, сейчас как раз прорабатываем различные траектории подхода. Но окончательно сможем всё рассчитать, только находясь в системе.

Кстати, капитан, а заказчик не был так любезен, чтобы предоставить данные о средствах пассивной защиты и местах расположения сканеров слежения?

— Может тебе ещё и данные о длине лобковых волос любимой жены командира планетарной защиты Такбира предоставить? Хорошо, если этот их, обещанный, саботаж поможет нам планетарную защиту продавить. Дальше тоже не так всё просто будет.

Это Хиджраиты, а не детский сад на прогулке. Воевать они умеют, профессионально и достаточно фанатично. Я попрошу об этом не забывать и дополнительно проинструктировать штурмовые команды. От себя могу сказать, что в плен они сдаваться не захотят. И чтобы взять Фатиму́ Аль-Ансари живой и невредимой, нам придётся действовать очень быстро. И очень жёстко. Да и по уходу, я думаю, нам сто́ит сделать так, чтобы этот комплекс больше никогда не возобновил свою работу.

— Капитан. – включился в обсуждение командир третьей штурмовой группы – А возможно, отойти от корабля, на штурмботах, сразу используя их маскировочное поле? Это не вызовет каких-либо искажений, способных рассекретить наше присутствие на орбите Такбира?

Просто, я думаю, что сто́ит заранее отправить штурмовые бригады к планетоиду, тогда, используя новую систему маскировки, наземный штурм, мы сможем начать одновременно с ударом «Трансцедентиса», что позволит нам сэкономить кучу времени и не даст Хиджраитам времени на перегруппировку.

— Я думаю, это мы в состоянии проверить, причём прямо сейчас. – капитан связался с «дедом» и группой корабельной маскировки, отдавая соответствующие распоряжения. – Ещё вопросы есть? Нет? Отлично. Тогда командирам штурмовых групп приступить к отработке действий на планетоиде. Приблизительный план местности уже разослан в ваши тактические планшеты. Первая и пятая штурмовые, отрабатывают действия при абордаже корабля аятоллы. Он, стопроцентно будет висеть на орбите, а значит не должен выстрелить. Вторая и третья группа, на вас подавление объектов планетарной и внутрибазовой защиты. Четвёртая группа на вас захват объекта и сопутствующих лиц. И уделите немного внимания на других представителей научного сообщества. Досье на интересующих лиц, у вас в базе. Всё, исполнять.

Офицеры быстро разошлись по подразделениям, работа нашлась всем.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Созвездие Цефея. Звезда Альраи. Орбита планеты Аль-Бакара. Борт личной яхты аятоллы Сайеда Аль-Ансари – «Утренняя Звезда»

— Здравствуй девочка моя. – голос Сайеда аль-Ансари, звучал как-то странно тихо и устало. Его бледное лицо, высвечивалось на голограмме тактического планшета. Всё остальное тело аятоллы, было скрыто в недрах его кабинетного кресла, пребывающего в данную секунду в каком-то полуразложенном состоянии.

Весь вид полулежащего аятоллы свидетельствовал о его болезненном состоянии.

Фатима́ застывшая посреди каюты, перед голограммой отца, с тревогой вглядывалась в его глаза.

— Я специально связался с тобой, по закрытому каналу. Слушай внимательно и не перебивай.

К сожалению, дни, что Аллах отпустил мне на этом свете, подходят к концу. – он привычным жестом остановил дочь, порывавшуюся что-то ему сказать. – Я знаю, что ты уже давно в курсе моей болезни. Разумеется, я в курсе того, что ты целый институт отрядила на поиски лекарства. Но, они не успеют. Мне осталось жить, от силы две недели, и я очень хотел бы, чтобы эти две недели ты провела рядом со мной. Но, как часто бывает, между тем, что мы хотим и тем, что должны сделать лежит пропасть.

Ты ведь в курсе того, что творится в султанате и про состояние принца Хамида тоже. И я боюсь, что вместе с моей смертью, закончится и власть султана Мохаммада II. А это автоматически означает, что твоя жизнь, сразу окажется в большой опасности.

Поэтому, я предпринял некоторые меры, и в связи с этим, тебе предстоит отправиться на Тубан-ар, вернее на Такбир, в наш секретный лабораторный комплекс, с якобы внеплановой инспекцией. Оттуда, верные мне люди, среди которых адмирал Фарах ибн Максуд, доставят тебя в безопасное место. Откуда ты, воспользовавшись созданной, теперь уже, моими друзьями псевдоличностью, сможешь отправиться в любую точку обжитого людьми пространства. Также, на счета, открытые для твоей новой персоны, перечислены достаточные средства, для того, чтобы ты могла жить, достойно. Коды доступа, я перешлю по закрытому каналу.

Мне очень жаль, что я не могу распорядиться всем своим состоянием, но его обязательно заберут те, кто захватит власть в свои руки. И пусть, до этого момента, пройдёт достаточно много времени, эти шакалы, обязательно попытаются свести с тобой счёты, раз уж не смогли добраться до меня.

Будь счастлива, свет очей моих. Я молю Аллаха, чтобы он послал тебе достойного мужа, который сможет стать твоей защитой и опорой в этом сложном мире. Не плачь, я прожил хорошую жизнь, и мне не будет стыдно, когда я перед ним предстану.

А теперь разворачивай яхту и на полной мощности отправляйся в систему Этамина, а оттуда, переждав пару дней в систему Тубана. И я прошу тебя, не спорь со стариком. Я хочу уйти к Аллаху, зная, что моя девочка в безопасности.

Экран погас, оставив Фатиму́ Аль-Ансари стоять в одиночестве посреди своей каюты.

Триумвират –Эридан-Земля-Дельта Лебедя. Человеческий сектор. Созвездие Дракона Система звезды Тубан-ар. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис».

Выход на орбиту Такбира прошёл без особых проблем.

Вывалились из гипертоннеля, газанули в сторону и скрылись в «новом». Дальше, большей частью, дрейфовали по инерции. Тормозные двигатели включили только дважды, на полпути до пояса и перед самым Такбиром. Всё остальное время, Тадеуш и оба пилота трудились, как говорится, на совесть. Нам несказанно повезло, что короткоимпульсные маневры системными двигателями почти не наводили помех.

Наконец Такбир оказался в пределах досягаемости штурмботов. Бойцы, подгоняемые командами сержантов и старших командиров, помчались занимать свои места.

— Ну что, готовы? — командир включил общую связь, после получения последнего рапорта. — Тогда вперёд, господа. И пусть гуриям в Джаннате, сегодня женихов побольше прибавится. Командиры групп, собраться на инструктаж в четвёртом шлюзовом ангаре.

Пять закованных в боевую броню офицеров, примчались в течение минуты.

— Итак, господа. Всем сохранять эфирное молчание. Вы не мальчики и сами видите, что наша задача несколько осложнена наличием вблизи Такбира целой своры кораблей Хиджраитов. Но это, конечно, следовало ожидать, всё-таки дочь аятоллы в гостях, а это не шутка. И мы, разумеется, рассчитывали на нечто подобное. Но, от случайностей никто не застрахован. А потому соблюдайте молчание на всех частотах. По прибытии к указанным координатам пода́ть только один условный сигнал и ждать. Всё, берсерки мои, за работу.

Штурмовые команды убыли, а мы остались в рубке.

Старший механик стоял, глядя на обзорный монитор.

— Как настроение? – капитан подошёл и остановился рядом.

— Боевое. Все системы работают без сбоев. Напряжение маскировочного поля, даже несколько ниже расчётной нормы. Это я об энергозатратах на его поддержание.

Честно говоря, я ребятам-штурмовикам, даже немного завидую.

— Ну, тут уж кто, на что учился…– затем, активировал коммуникатор. – Внимание, Боевая тревога! Операторам орудийных систем занять места согласно боевому расписанию. Не расслабляться, сукины дети, огонь, только по моей команде.

Выход на позиции, занял десять часов, вместо запланированных семи. Но это было совершенно неважно, строгий график начнётся сразу после выхода «Трансцедентиса» на ударную позицию. А до этого момента, все сидят и ждут, столько, сколько потребуется.

Сложная задача, незаметно заползти в центр скопления астероидов и проползти заслон из шести кораблей, была выполнена пилотами виртуозно. К четырём корветам и фрегату сопровождения, под прикрытием полей маскировки, были высланы управляемые мины и подавители сигналов, препятствующие установлению любой связи и блокирующие работу энергетических реакторов. Хорошие штуковины эти блокираторы. Вот жаль, что активно работать смогут только в течение четырёх — шести часов.

За это время наземные группы должны прорвать оборону и, захватив объект, вернуться на борт. После чего, мы, на всех парах рвём из этой системы куда подальше.

Пять погасших сигнатур, стали самым лучшим сигналом к атаке. Одновременно с этим, на флагманский корабль высадились абордажные команды из первой и пятой групп. Но, как и следовало ожидать, на борту оказался только командующий эскадрой кораблей, Адмирал Фарах ибн Максуд. Которого в слегка помятом состоянии, ребята доставили на «Трансцедентис».

— Четвёртая группа, у вас все карты. – командир повернулся к двери, через которую вводили, закованного в энергетические кандалы, пленника. – Приветствую, адмирал. Добро пожаловать на «Трансцедентис». Надеюсь, ваше пребывание на борту моего корабля, будет недолгим, но мучительным.

Адмирал, сверкая свежим фингалом под глазом, сквозь разбитые до крови губы зло прошипел.

— Подлый шакал. Ты ещё ответишь за это, клянусь Аллахом. Ты ещё будешь долго извиняться. Ты, мерзкий гхайр сахин (неверный), эбэн эль мэтака́на (сукин сын), даже не догадываешься, на кого посмели напасть твои лусуса (разбойники). Это я нанял тебя, шакал, это я плачу тебе за работу. Ты должен был предварительно связаться со мной.

— Возможно, адмирал, – капитан Барсак, сделал нетерпеливый жест, останавливая гневную тираду Адмирала. – в таком случае, мы подождём, пока мой агент подтвердит ваши слова. А вы пока попользуетесь нашим гостеприимством. И я не советовал бы вам, милейший адмирал, до момента подтверждения, сильно досаждать мне. И можете поблагодарить Аллаха, за то, что я не отправлю вас за борт, прямо сейчас.

Затем повернувшись к стармеху.

— Переоборудуйте шестую шлюзовую, под содержание пленных. Адмирала, заприте в карцере.

— Слушаюсь. Госпожу Аль-Ансари определить вместе со всеми?

— Нет. Под содержание госпожи Аль-Ансари отведите отдельную каюту. И приставьте к ней кого-нибудь, из женского персонала, в помощь и во избежание, так сказать. Она — ценный приз и её надо беречь. В отличие от остальных.

Адмирал, молча стоял, прислушиваясь к разговору. И только яростный взгляд из-под бровей, говорил о том, что он совсем не смирился со своей участью.

— Андрей Антоныч, – я привык общаться с новым стармехом именно таким образом, подчиняясь правилам евроазиатской части старой Земли. Там, до сих пор, принято, к профессионалам в своей области, обращаться по имени-отчеству. – окажите господину адмиралу первую помощь и проследите, чтобы он был лишён возможности предпринимать действия физического характера, которые могут нанести вред как нам, так и ему самому. Не стоит нам так рисковать. Он, тоже, достаточно ценен, в любом случае.

— Будет исполнено, Фёдор Михалыч – старпом развернулся и вывел адмирала из рубки.

Капитан стоял, разглядывая изображение на тактическом планшете. Прошёл час, с начала операции. Ни флагман, ни один из кораблей сопровождения, превратившиеся в горы бесполезного металла, не смогли пода́ть сигнал бедствия, кораблям, сосредоточенным на орбитах обжитых планет. Хотя исчезновение кораблей с тактических экранов не могло быть не зафиксировано, а значит, гости не преминут пожаловать.

Доклады сил, осуществляющих наземную операцию, были коротки и лаконичны. Зачищен сектор такой-то, потери такие-то, объект не обнаружен. Командир готов был уже первую и пятую группу кинуть на усиление, когда четвёртая группа, наконец доложила о взятии объекта под полный контроль, а также о захвате ещё пятерых особ, находившихся в списке, с грифом, персоны особого внимания.

Капитан тут же отдал приказ, об экстренной эвакуации. И как только с планетоида стартовал последний из штурмовых ботов, он отдал приказ о мезонной бомбардировке.

— Господин капитан. Вы отдаёте себе отчёт, в том, что это может привести к полному уничтожению планетоида? Мы просто разнесём его в пыль. – меня несколько покоробило, когда я подумал о людях, оставшихся там.

— Представьте себе. И про то, что там находятся несколько тысяч человек из персонала и подопытных, среди которых есть и граждане Империи, я тоже, отдаю. И поверьте, если бы не те эксперименты, что здесь проводят эти, так называемые, учёные, я бы всеми силами старался сохранить как можно больше жизней.

Всё. Отставить разговоры, всю ответственность за последствия бомбардировки, я беру на себя. – капитан развернулся и посмотрел мне в глаза. – Фёдор Михалыч, а вы когда-нибудь сталкивались с Хиджраитами в бою?

— Нет, господин капитан. – я спокойно посмотрел ему в глаза. – Если вы заметили, я только третий поход на вашем корабле. А до того, мне в боевых действиях участвовать вообще не доводилось. Как вы знаете, мои интересы лежат несколько в стороне от военных потасовок.

— Хм. Ну что же, должен заметить, вы очень неплохо, для новичка, справляетесь со своими обязанностями.

— Спасибо, господин капитан. – я поглядел на планшет, где отображалась окружающая обстановка, с охватом всей системы. – Кажется, у нас появилась небольшая проблема.

— Какая? – Капитан подошёл ко мне. – Вы имеете в виду передвижения Хиджраитского флота?

— Так точно, господин капитан. – Я указал на несколько точек, перемещающихся по схеме. – Вот эти корабли идут пересекающим курсом, и просто не дадут нам уйти в гиперпрыжок, по ранее рассчитанной схеме. А вот эти, – я указал на другой сектор планшета. – уже находятся на нашей резервной траектории. И вы знаете, мне так кажется, что они были предупреждены о нашем появлении и действиях, которые мы должны были предпринять. Нас специально ждали и попытались устроить нечто вроде ловушки. Вопрос — зачем?

— Вы так думаете? Считаете, что кто-то закрутил интригу, с целью устранения аятоллы Сайеда Аль-Ансари, а возможно, и самого двенадцатого имама — султана Пятой Хиджры?

— Я не заглядывал так далеко. Но посмотрите, нам дают заказ и обещают обеспечить саботаж, планетарной защиты. Что, само по себе, немного странно, вы не находите?

Если вы можете обеспечить саботаж, такого масштаба, это означает, что доступ к определённого рода ресурсам у вас есть. И вы, спокойно можете похитить или устранить любого человека, ну, может, кроме самого́ султана или аятоллы. А этот кто-то, затевает такую возню. Зачем? Скорее всего, это попытка запутать следы.

— А мы, в свою очередь, спутали их планы, когда не стали подавать сигнала, к началу действий, а справились, так сказать, своими силами. И тем самым застали их врасплох. То есть, нас должны были попросту уничтожить слаженным ударом, но вместо этого, мы долбанули по ним самим, так?

— Возможно. Как, возможно и то, что нам, собирались позволить захват объекта, а уже затем собирались уничтожить, как нас, так и дочь аятоллы. Мол при попытке захвата пиратами и прочее бла-бла.

Но, они допускали, что что-то может пойти не так, и просчитали заранее траектории нашего возможного отхода, и теперь перекрывают все возможные пути к отступлению, оставляя единственно возможный путь, вот сюда. – я указал точку на краю системы. – Это последняя неприкрытая зона стабильного гиперпрыжка, из которой нам возможно уйти. А это, в свою очередь, значит, либо там засада, либо на той стороне гипертоннеля нас уже тоже ждут. К сожалению, длинна и направление прыжка рассчитывается в доли секунды, а значит, встречающая делегация, уже изнывает от нетерпения.

— М-да. Как ни кинь, всюду клин. Что предлагаешь?

— Есть один вариант. Прыгаем прямо из системы. Начинаем разгон сквозь пояс, вглубь системы, по направлению к звезде, этого они точно не ждут. Все их корабли, в данный момент, блокируют внешнюю зону стабильности и пока отреагируют, мы уже наберём достаточный разгон для открытия гипертоннеля и прыгнем из нестабильной зоны.

Да. Я знаю, что влияние близкорасположенной звезды на пространственные координаты выхода, невозможно просчитать. И отдаю себе отчёт, что мы, помимо всего, устроим ещё и множество серьёзных катаклизмов на всех планетах этой системы. И шанс, что нас не размажет в момент перехода – 50 на 50. Но это, на мой взгляд, лучше, чем предполагаемая альтернатива.

При всём желании больше чем с тремя кораблями противника мы не справимся.

Но, в любом случае, решение за вами, капитан.

— Да, непростое решение. –капитан задумчиво развернул голограмму системы, на тактическом планшете. – Вы всё точно обрисовали Фёдор Михалыч.

Возможно, нашими именами ещё долго будут пугать, и не только, детей.

Но вы только посмотрите, с какой скоростью изменилась ваша шкала моральных ценностей, когда речь зашла о вашей собственной жизни. Разве это не вы, буквально, несколько минут назад, сокрушались о населении уничтоженного планетоида? А теперь, предлагаете предпринять шаги, которые, в итоге, могут привести к смерти гораздо большего количества людей, населяющих эту систему.

Я не ёрничаю и не читаю вам нотацию. Просто акцентирую внимание на будущее. Принимайте себя, Фёдор Михалыч, таким, какой вы есть. Зверь, сидящий внутри вас, это тоже вы. Это, возможно, поможет вам выжить. – капитан с каким-то сожалением и участием, смотрел на меня, сидя в ложементе. – Но, как бы то ни было, отдавать свой экипаж на растерзание Хиджраитам, я не намерен. Вы видели, когда-нибудь, что они творят, захватывая планету в имперском секторе?

— Не довелось.

— А я, вырос на планете, подвергшейся захвату.

Они обрушились на нас неожиданно. Мигом подавив всю орбитальную защиту. Да и что мы могли им противопоставить? Маленькая планета на краю империи. У нас и сил-то было, только одна из эскадр имперского флота. Которые сопротивлялись до последнего, защищая нас.

А потом высадились Мухарибы Аллаха, и начался ад.

— Да, я читал, об этом, во внутреннем отчёте имперской СБ. На Велесе была расположена одна из секретных биолабораторий или объект 527/815 Прим. Что-то связанное с регенеративными способностями, каких-то ящериц. Я в подробности сильно не вдавался, потому, что про интересующий меня персонаж, там нечего было найти, кроме того, что он укрывался в одном из инкубаторов.

— Мой отец, руководил этой лабораторией. Его убили, когда он пытался привести в действие систему самоуничтожения. Но он успел ликвидировать большую часть секретных документов и результатов исследований. Только вот Хиджраиты, решили, что это не так.

— А вот этого, в отчётах не было. Не расскажете свою версию того, что случилось капитан? У нас есть, немного времени до прыжка. А дальше, кто его знает, что нас ждёт?

— А, вы уверены, что хотите это услышать? Фёдор Михайлович.

— Я бы сказал, что скорее обязан это сделать. И не только потому, что я учёный-исследователь. И это составляет всю мою сущность, познавать непознанное. Но и как ваша правая рука, потому что я, должен иметь представление об ещё одной, скажем так, особенности, которая может проявиться в ходе осложнений, при какой-нибудь операции. Сами знаете, информация лишней не бывает, хотя и бывает избыточной.

— М-да, – капитан, чуть криво усмехнулся. – Вам не откажешь во многих вещах, в том числе и в умении задавать вопросы не в то время и не в том месте. Что же, Фёдор Михайлович, будет вам исповедь капитана.

Они обезглавили и сожгли у меня и моей матери на глазах, двух моих младших сестёр, выпытывая из матери секретный код сейфа, который она никогда не знала.

Отец, был помешан на безопасности и всё хранил в тайне, не доверяя её никому. Наверное, думал, что, так, он сможет нас, всех, лучше защитить.

А потом очередь дошла до меня…

Помню луч, дымящийся луч, оставляющий глубокий след на полу. Вот он подползает ко мне близко, очень близко… Жарко, боль… и дальше не знаю, что было, помню только последний момент.

Мама, уже не кричала. С совершенно седыми волосами, будто на неё надели серебристый парик, она стала очень громко хохотать. Но в её глазах, уже во всю, плескалось безумие.

А когда я пришёл в себя, я был весь в крови Хиджраитов. С ног и до головы.

Разорванные на куски тела, пяти солдат и офицера, ровным слоем валялись по залитому полу. В центре, которого, лежало совершенно нетронутое тело моей матери, казалось она просто спит и только седые волосы, и отсутствие дыхания, говорили мне, что это не так.

А ящерицами, как вы их назвали, Были Драконы Велеса или как их ещё называли Велесовы Бестии.

Эти ящерки, достигают трёх метров в высоту, и полутора тонн весом. Они чудовищно быстры и очень, очень плохо убиваемы.

— А ваш отец, вёл исследования, по возможности гибридизации, человека и дракона?

— Нет. Лаборатория занималась изучением возможности боевого применения драконов. Их дрессировки, взаимодействия в группе, с людьми, ну и многое другое.

Капитан, грустно улыбнулся.

— Вы, любили своего отца, капитан?

— Я, его обожал. И при каждой возможности, следовал за ним, хвостом.

А потом, произошло небольшое ЧП, перевернувшее всю нашу жизнь.

Я свалился в чан с драконьей слизью, но это пол беды, я, ещё, умудрился в ней захлебнуться.

Меня, конечно достали и откачали, отец сам прыгнул за мной в этот проклятый чан.

Но он-то, был в защитном комбинезоне, а я – нет.

Мама потом с ним полгода не разговаривала, обвиняя в случившемся.

— А, вы?

— А, что я? Три месяца, я провёл в госпитале, меня выхаживали, как у вас говорят, всем миром. И когда я вышел оттуда, только цвет волос и глаз, напоминал о произошедшем. Ну и конечно параметры физической силы, скорость нервных и мышечных реакций. Ну, там ещё кое-что, по мелочи.

— То есть из госпиталя вы уже вышли, почти суперменом.

— Нет конечно, это в сказках, а вот в жизни, мне всё равно пришлось много тренироваться. Потому, что опыт из чана не получишь, рефлексы, знания и умения не отточишь.

Я в пятнадцать лет, в рукопашной, справлялся с отделением десантников. Конечно если там не было матёрых инструкторов и ветеранов. Если они были, тогда, в среднем, один к двум выходило.

Потом пришлось перейти на боевые симуляторы, благо их параметры, можно задавать совершенно произвольно. НО это, мне очень быстро наскучило. Да и было, уже после эвакуации с Велеса.

А тогда, я вернулся домой, стриженный налысо, чтобы других детей не пугать цветом моих волос, как мне объяснили.

Мама с папой, ходили всё время порознь и даже обедали в разное время, чтобы меньше встречаться. И наконец, это мне надоело, и я устроил истерику, желая показать, как мне больно на них глядеть.

— И как, помогло?

— Ещё как помогло. Вы же знаете, что подобное притягивает подобное, вот и мои родители, оба были, как ни крути, фанатиками от науки. Подвергшись моему воздействию, они, теперь уже вдвоём, стали меня всесторонне изучать.

Для меня это было, скажем так, трудно, но зато они помирились, а вскоре у них ещё и девочки-двойняшки родились.

И для меня наступила долгожданная передышка, почти на три года. А потом пришли Хиджраиты.

Не знаю, если отец, не задержался бы в кабинете, уничтожая все записи о своих, тайных исследованиях, то возможно, он успел бы добраться до включателя системы самоуничтожения. Но тогда, мы бы, с вами точно не беседовали сейчас.

Ну, а дальше, всё есть в отчётах.

Вот, как-то так. Уж не знаю, как это поможет вам при планировании…

— Всё в порядке, господин капитан. У всех тут есть за плечами история, а у многих и не одна. И у каждого она не самая сладкая. Да и в себе, всё держать не стоит. Так и с ума сойти можно. Но вернёмся к нашим проблемам. Каково будет ваше решение?

— Действуйте Фёдор Михайлович. Я всецело поддерживаю ваш план.

Я отошёл к посту навигатора и активировал ручной доступ.

— Товарищ Искин, просчитайте траекторию движения по указанным координатам, с уходом в прыжок на границе фотосферы звезды. – здесь стоит отметить, что в боевой ситуации, мы все зовём, друг друга по званиям или должностям. Но, так как Тадеуш, не имеет ни звания, ни должности, то и зовём мы его соответственно.

— Риск фатального повреждения корабля превышает шестьдесят процентов. – В голосе Тадеуша, послышались механические нотки и даже показалось, что он наполнился лёгким страхом.

— Степень риска нам всем понятна, но в противном случае, риск полного уничтожения корабля, стремится к сотне. Так что отставить панику и вперёд. Исполнять.

— Исполняю.

Укутавшись куполами силовой защиты и маскировочного поля, вспыхивая бортовыми орудиями, уничтожавшими особо опасные астероиды, «Трансцедентис» устремился вглубь планетарной системы, постепенно набирая скорость.

Тем временем в рубку ввели саму Фатиму́ Аль-Ансари. Молодую женщину, лет двадцати пяти - двадцати девяти на вид. Одетую, в довольно строгий, брючный костюм, светло серого цвета со слегка голубоватым отливом. Её голову укрывал платок-хиджаб, украшенный нитями денебианских мерцающих аметистов, сплетающихся в причудливый узор, полностью скрывавший волосы, но оставлявший открытым её, вполне миловидное, лицо. Честно говоря, стоимость всех её украшений, даже если их разобрать на отдельные камни, приближалась к стоимости половины нашего фрегата.

На руках, до кистей, закрытых длинными рукавами пиджака, красовались силовые браслеты. Странно, но даже они смотрелись на её красивых руках, как своеобразное украшение.

Несмотря на своё положение пленницы, она не выглядела сильно подавленной или испуганной, скорее даже, наоборот, с каким-то интересом приглядывалась к окружающей обстановке.

— Приветствую вас на борту моего корабля, уважаемая госпожа Аль-Ансари. Я капитан Роджер Барсак. – голос капитана был холоден и учтив. – надеюсь, мои подчинённые не причинили вам излишнего вреда?

— Спасибо, господин капитан. – мелодичный голос женщины, только добавлял ей определённого шарма. – Ваши солдаты были достаточно учтивы, чего, обычно не ожидаешь в экстремальной ситуации. Жаль, только, что мой секретарь, попал, как у вас говорится, под горячую руку.

Она говорила, на интерлингве, практически без акцента. Всё что могло её выдать, это слишком правильное построение фраз и слов.

— Что поделать, издержки профессии. – капитан сделал жест рукой, будто выражая покорность судьбе.

— Понимаю. Капитан, извините, а я могу к вам обращаться как-нибудь иначе, чем по званию?

— А, зачем это вам?

— Я думаю, у нас найдутся общие темы для разговора. И официальный тон будет не всегда уместен. Конечно, это произойдёт несколько позже, в случае, если нам, вернее вам, удастся покинуть эту систему.

Какая интересная женщина.

Стоя немного в стороне от вошедших, я с интересом следил за их разговором.

Её, среди бела дня, похищают прямо на охраняемом планетоиде, на её глазах погибает множество людей. Некоторых из них, она знала лично. Её привозят на корабль похитителей, где совершенно неясно, что с ней будет дальше, а она ведёт себя так, будто это в порядке вещей. Она спокойна и деловита, точно прилетела на переговоры с партнёрами по бизнесу. Железные нервы, завидую.

— А с чего вы решили, что у нас найдутся общие темы для разговора? – капитан смотрит холодно и несколько отстранённо, но в голосе проскальзывают нотки лёгкого удивления. – Сразу по завершении операции, вас передадут в руки заказчика, и дальше ваше будущее будет зависеть исключительно от него.

— Давайте поговорим после того, как вы покинете систему. Я ни капли не сомневаюсь, что вам это удастся, хоть и с некоторыми усилиями. А пока пусть меня проводят в то место, которое отведено для моего содержания. Я не хочу мешать вам, ведь от ваших действий зависит, в том числе, и моя жизнь.

— Вам не откажешь в проницательности, уважаемая госпожа Аль-Ансари. – капитан смотрит на стармеха, снова появившегося в рубке. – Андрей Антоныч проводите нашу гостью в её каюту. И кстати, вы уже нашли человека, который будет помогать нашей гостье?

— Так точно, господин капитан. Техник Бетце добровольно вызвалась помочь. Госпожа Аль-Ансари, по своей специальности, достаточно известный специалист в области физики гиперпространства. – Стармех отвесил почтительный поклон в сторону пленницы. – и наша техник просто возжаждала пообщаться на темы малопонятные нам, простым смертным.

— Вы в ней уверены? – капитан посмотрел на стармеха, вопросительно приподняв бровь. – Я имею ввиду, техника?

— Вполне, господин капитан.

— Хорошо. Тогда откомандируйте её, в распоряжение госпожи Аль-Ансари.

— Слушаюсь.

Пленницу уводят, а капитан снова подходит к планшету.

— А дело становится всё интереснее. Фёдор, вы не находите?

— Нахожу. Причём наша гостья ведёт себя так, будто попасть к нам на корабль, было её целью. Она явно на что-то рассчитывает, но вот на что?

— Ладно, сначала давайте уберёмся отсюда, а потом устроим этакий перекрёстный допрос. Принцесса против адмирала. Как говорят, у вас на Земле, посадим их рядком, да выслушаем ладком. А там уже решим, как поступать.

Покинувший пояс астероидов, корабль добавил разгонного ускорения, направляясь прямо внутрь системы Тубана.

Рванувшиеся вдогонку корабли Хиджраитов, уже никак не cмогли помешать нашему уходу.

Я подавил в себе мелькнувшую мысль, что, если использовать нашу новую маскировку, то можно тормознуть и спокойно провисеть под полем, пока нас будут искать неизвестно где. Но, к чёрту, такой риск. Сейчас любая мелочь, может стать для нас, фатальной.

Какое поразительно завораживающее зрелище, открытие гиперколодца, на границе фотосферы звезды. И ужасающее одновременно. Особенно, если это ты сам несёшься в этот разноцветный бутон с чёрным зевом ничто посередине. А по его краям, уже струятся, разноцветными лентами, клочья и протуберанцы, вырванные из фотосферы.

Ещё секунда и тебя подхватит этот поток и понесёт туда, вглубь, чтобы выбросить за много световых лет от точки старта.

В тот момент, когда капитан отдаст команду искусственному интеллекту корабля и тот подаст точно рассчитанное количество энергии, на специальные двигатели, что погасят инерционный импульс и выведут корабль из гиперпространства, в обычное.

И уже, всё равно, что случится сзади.

— Разгон до первой завершён. Есть открытие гиперколодца, основные параметры в норме. Отклонения, в пределах ноль-двенадцать, норма. Есть захват поля ворот. Заходим по пологой, отклонение от вектора не превышает пяти. Норма – дежурные сообщения, не предвещают ничего из ряда вон выходящего. Но предательский холодок бежит по спине.

Наши преследователи, почти все уже отвалили. Только двое, самых настырных продолжают нестись вслед, на что они надеются? Что мы прекратим переход? Но это, увы, невозможно. Открыв гиперколодец, придётся прыгнуть, пусть и недалеко, но придётся. Иначе корабль разорвёт на мелкие куски.

Три, два, один… громкий хлопок… и темнота.

Триумвират Эридан-Земля-Дельта Лебедя. Нейтральный сектор на краю исследованной части космоса. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис»

Темнота… тишина… какие-то разноцветные сполохи нарушают такую идиллическую картину.

Я бы, даже сказал разрушают эдакое единение с собой.

Интересно, а с собой, это с кем? Кто я, откуда? Куда иду? Я жив или мёртв?

Как сказал Декарт – Я мыслю, следовательно, существую. Следовательно, я живой.

Вот, на первейший вопрос ответил, теперь осталось узнать, кто я. Ну, а третий, относится к неразрешимым загадкам вселенной. Потому, что все люди двигаются вполне хаотично, по лестнице собственного развития.

Стоп. Люди. Ага.

Память вернулась рывком и сразу всё стало на свои места. Я вспомнил наш рисковый гиперпереход. Понял, что нахожусь в штурманском ложементе. Но, почему вокруг темно? И что это за сполохи.

— Капитан.

Тишина в ответ. Может голос слабый, или моё восприятие так изменилось, что я слышу свой голос, а на самом деле, шепчу или вовсе молчу. Ладно, попробую ещё раз.

— Эй, капитан, Тадеуш. Эй Тадеуш, мать твою, ты что оглох?

Да что это за рябь? Я наконец повернул голову и взглянул на тактический планшет.

Сполохи мигали над поверхностью стола.

Чёрт, это плохо. Кажется, искин, тоже вырубился, только система жизнеобеспечения ещё как-то трепыхается. А, где капитан?

Медленно сползаю с ложемента. Во блин, в голова кружится и шатает, будто по голове, чем-то тяжёлым стукнули.

Капитана, на месте не оказалось. Но в проходе послышался какой-то звук, будто кто-то ощупывает стены.

Странно, но аварийное освещение, тоже отсутствует.

Надо посмотреть, а что это там шуршит? Только как? Я провёл руками по кителю, и обнаружил, в одном из карманов, что-то твёрдое.

Надо же, а свет-то у меня есть. Стало даже весело.

Я достал из кармана маленькое детское колечко-фонарик. Мне его подарила, моя племяшка, когда я улетал на задание.

Белоголовое чудо с носом, пуговкой. Трёх лет от роду.

Помню, когда мы прощались, там, на Земле, она сидя у сестры на руках, вдруг протянула мне это колечко и сказала:

— Возьми, там темно, а ты посветишь и станет светло…

Как в воду глядела. Надо же. Я его таскал, как своеобразный амулет, а он, действительно пригодился.

Я осторожно сжал дужки, чтобы не сломать углепластик. Тонкий, но достаточно сильный лучик света, разорвал темноту. Не прожектор конечно, но вполне хватает, чтобы осветить пару метров перед собой.

Я сделал несколько шагов по переходу, когда снова раздался звук. Откуда-то из шахты гравиподъёмника. Я осторожно приблизился к открытому барьеру.

В глубине тёмной шахты отсвечивала шевелюра капитана, бодро карабкавшегося вверх, по аварийной лестнице, вмонтированной в стену.

— Эй, капитан, это вы?

— А, Фёдор Михайлович, вы как? – капитан выбрался на палубу.

— Нормально. Только, не пойму, что произошло. Последнее воспоминание, как мы прыгаем. Очнулся, а здесь…

— Прыгнуть, мы прыгнули, но что-то пошло не так. Я очнулся немного ранее. Вы, лежите в отключке, темно, Тадеуш, никак не реагирует. Пришлось ползти в его берлогу. Но там, по крайней мере внешне, всё в норме.

— И, что будем делать?

— Попробуем разбудить.

Капитан подошел к консоли, закреплённой на отдельной стойке и в обычное время практически не задействованной в управлении кораблём.

Один из сегментов панели, был закрыт странной пластиковой пластиной с изображением какого-то древнего прибора, с Земли, для определения времени суток. Над изображением прибора, большими буквами было написано «БУДИЛЬНИК», а с низу буквами меньшего размера, зато кроваво-красного цвета – «тронешь убью» и подпись – Тадеуш Искин.

Капитан отодвинул пластину в сторону, открыв гнездо сенсора и вставил туда, свой капитанский нагрудный знак, в некоторых случаях использующийся как идентификатор прямого доступа к системам и настраиваемый на индивидуальные параметры владельца.

Отходя от истории, скажу, что это также затрудняет попытку угона корабля. Без живого капитана, он не полетит. Вернее, полетит, в случае если штурман жив, но с ограниченными возможностями и вереща на весь космос, о нештатной ситуации на борту. И сигнал, этот можно отключить, только после замены транспондера, на заводе изготовителе, по указанию официального владельца судна. Но, вернёмся на борт «Трансцедентиса».

Реагируя на ключ, панель консоли осветилась зеленоватым свечением, что в полной темноте смотрелось, наверное, достаточно мистически. Но я этого не видел, так как внимательно следил за действиями капитана.

После этого, он ввёл код подтверждения доступа, состоящий из двадцати пяти символов и цифр, которых он, поочерёдно касался ладонью. Про встроенные, в каждый символ консоли, датчики биологической активности, я думаю и говорить не стоит.

При прикосновении, каждый символ менял цвет с зелёного на красный, и вскоре вся консоль переливалась в двух цветах.

Закончив вод Мастер-кода, капитан выждал секунду и коснулся самого крайнего, на консоли, символа.

И всё погасло, даже гравитация отключилась. Несколько секунд, мы парили в темноте, когда я всё-таки решил нарушить тишину.

— И, что теперь?

— Теперь ждём. – парящий рядом капитан, повернул ко мне голову, и я немного дёрнулся в сторону, но, с трудом, подавил в себе панический страх.

Радужная оболочка его глаз издавала призрачное свечение, слегка окрашивая белки в голубовато серый цвет и как будто, выделяя чёрные провалы зрачков.

— Что с вами Фёдор Михайлович.

— Всё в порядке, господин капитан, непроизвольная реакция на неожиданное. Я ведь никогда не видел ваши глаза в темноте, а в личных файлах, такой эффект не описывался. Эффектно.

— Понятно. В общем, на стартовую перезагрузку всей системы, уйдёт что-то около получаса. Имеющегося запаса кислорода нам вполне должно хватить. Главное определиться, есть ли у искина повреждения и насколько глубокие. Комическая ситуация. В империи мечтали отключить Тадеуша и сбросить параметры, сейчас, возможность есть, а вот империи рядом нет. А я, не испытываю ни малейшего желания остаться без своего верного помощника.

— Да, потерять Тадеуша, очень не хотелось бы. Многие из предлагаемых им решений и приёмов при расчётах маршрутов, настолько нестандартны, что зачастую могут ввести в ступор. Но эффективность таких решений, на порядок выше. И, как собеседник, Тадеуш не превзойдён. Да и просто, я к нему привязался, за это время. Подружился, что ли?

— Ну, я же предупреждал, что Тадеуш – полноценный интеллект. И мне время, от времени кажется, что вполне одушевлённый. Просто не хочется вдаваться во всю эту метафизику. Он, просто существует, как вы или я.

Тем временем, ожил тактический планшет и по голографическому экрану понеслись данные о состоянии агрегатов корабля.

Капитан коснулся сенсора перевода на голосовое управление.

— Стоп. Вывод данных на схему в процентах. Исполнять.

Столбцы данных сменили вид и теперь над столом планшета зависла многомерная проекция «Трансцедентиса», разделённая сегментарно. Каждый сегмент корабля, был окрашен красным, который, по мере тестирования изменял свой цвет на другой, вплоть до прозрачно-голубого, по степени повреждённости.

Постепенно включились установки искусственной гравитации, и мы плавно опустились на пол. Появилось сперва аварийное освещение, а затем и основные плафоны засветились, правда в пол накала.

— Так. – капитан потёр пальцем висок. – Похоже с энерговодами у нас не всё хорошо, но подождём, до конца теста.

— Сколько продлится тест?

— Пару часов, как минимум. Это, при условии, если не будет серьёзных повреждений.

Заревел, корабельный ревун и тотчас, словно подчиняясь невидимой команде, зашевелились метки экипажа, до этого лежащие практически без движения.

— Внимание экипажу! Всем, кто пришёл в себя – встреча с предками, на некоторое время откладывается. Добро пожаловать обратно на этот свет. Осмотреть своих, менее удачливых товарищей, при необходимости оказать первичную помощь и доложить по команде. Исполнять.

На счастье, обошлось без человеческих жертв. Все остались целыми и невредимыми, чего нельзя было сказать о корабле. Часть энерговодов, оказалась повреждена. И на устранение неисправностей, нужно было потратить какое-то время.

Также, некоторые сбои, наблюдались и в работе двигателей и, что особенно напрягало, в работе корабельного искина.

Только после того, как весь начальный тест был пройден, и капитан вытащил из гнезда свой мастер-ключ, система перестала сбоить.

— Уж полночь близится, а Германа всё нет. – процитировал я какого-то древнего классика.

— Кого нет? – капитан обернулся в мою сторону.

— Германа, это я классика цитировал, в нашем же случае Тадеуша.

— Это почему, это меня нет?

Тадеуш появился в углу, одетый в подобие больничной пижамы.

— Ну, что за люди пошли – пожаловался он в пустоту. – Уже и заболеть нельзя.

— Тебе, нельзя. – отрезал капитан. – да и болезнь, у тебя может быть только одна – прекращение физического существования. Ты где пропадал?

— Ну, сначала контролировал переход в гипер. Последнее, что помню, как нас догнал очень мощный выброс звёздного вещества из короны Тубана. Потом, всё. Очнулся в своей тайной берлоге, которую я соорудил ещё в начале своих превращений. Про неё никто не знает, теперь уже, кроме вас.

— Что за берлога? И как в неё постучать? А то, мы так и не смогли тебя дозваться обычным способом.

— И не смогли бы, если бы мастер ключ остался в панели. Он, скажу вам по секрету мою берлогу делает полностью автономной и независимой от системы. Я это специально сделал, чтобы программеры, в случае чего, не смогли отследить моё месторасположение. Даже если полностью перепишут ось искина. А я потом, тихонько выползу и незаметно переконфигурирую все директивы опять так, как надо мне.

— Хитёр, бродяга. – усмехнулся капитан. – Всё, хватит филонить, врубайся в работу. Что-то мне двигательная секция не нравится, да и вообще, не хочешь определиться где мы вообще находимся?

— А мы, что? Мы ж завсегда… – На Тадеуше, больничная одежда сменилась каким-то тулупчиком, а на голове появилась какая-то бесформенная, меховая шапка, с забавно торчащим вверх ухом и свисающим с этого уха шнурком. – Только ить, вот какая штука, прежде чем закончится общий тест, местоположение, ну никак не определить. Все внешние датчики отключены. Даже противометеоритная защита и та, молчит. Так что молитесь, чтобы в нас какой, шальной метеорит не угодил.

— Вот утешил, так утешил. Ладно, Фёдор Михайлович, идём перекусим. Тут нам делать пока нечего. Эй болезный, синтезаторы на камбузе, хоть работают?

— Работают, работают. Кстати, можешь успокоиться. Противометеоритную защиту я уже наладил, в обход протокола, и защитное поле на тридцать процентов поднял. Этого пока хватит. А заодно смог запустить по одному из маневровых двигателей и стабилизировать корабль в пространстве, относительно осей. Так, что мы, теперь, хоть и дрейфуем, но уже не вращаемся.

— Молодец. Всегда бы так.

И мы отправились на камбуз.

Капитан стоял возле планшета, на котором медленно поворачиваясь проплывало изображение небольшой, ранее неизвестной нам планеты, в затерянном и малоисследованном уголке галактики, куда нас вышвырнуло в результате прыжка через фотосферу звезды.

Честно говоря, я не ожидал, что энергия Тубана придаст нам, при открытии колодца, столь мощный импульс, что мы за пару дней проделаем путь, на который, при обычных условиях, тратится больше месяца.

Разнесённый в пыль Такбир, как и вся система альфы Дракона или Тубан-ар, как называют его подданные султана, остались в необозримых безднах пространства, далеко позади. И я очень надеюсь, что наш фокус с внутрисистемным уходом в гиперпространство, не нанёс им непоправимого ущерба. Как бы там ни было, какие бы внутренние противоречия нас ни разделяли, мы всё-таки люди. Хотя частенько, друг другу отказываем в признании этого факта.

И теперь перед нами стоял вопрос, куда девать дочь аятоллы Аль-Ансари – Фатиму́, которую мы захватили на Такбире, а также адмирала флота султаната Пятой Хиджры – Фараха ибн Максуда и ещё пяти представителей их научного сообщества. Семеро пленников и огромная головная боль. Ведь теперь, нас ищет весь султанский флот, а возможно и не только. И это совсем не шутка.

Да, мы пока спрятались, потому что из-за влияния Тубан-ара на корабль в точке входа, рассчитать точку выхода, было практически невозможно. Как невозможно и, с большой долей вероятности, утверждать, что мы вообще выжили, а не разложились на атомы.

В общем, объявись мы в любом из миров поблизости от границ султаната, за нами начнут охоту со всех сторон. Армия султана – это раз, те, кто организовывал похищение Фатимы Аль-Ансари –это два, а также вольные охотники за наградой и Имперские силы до кучи.

А значит, нам надо искать тайное место, подобное этой планете в малоисследованных секторах галактики и уже оттуда, постепенно, начинать поиски заинтересованных лиц, наводить контакты, в первую очередь с нашим посредником. И при этом, постараться сохранить товар в неповреждённом виде.

Причём, с первым, мы уже разобрались. В такой заднице галактики, мало кому придёт в голову нас искать. Да и «товар», в целости и сохранности.

Осталось придумать, как получить свои дивиденды и вырваться на свободу.

Как ни странно, старушка – Земля, кажется чрезвычайно удобной планетой для такой операции.

Прародина человечества, не ушла с политической арены, как ей предсказывали многие фантасты и прочие футурологи. Разумеется, она не смогла сохранить финансовый или политический контроль, над новыми мирами. Но она смогла сохранить и усилить свой научно-промышленный потенциал. И как не странно, новые миры, это устроило. Нет, и они усиленно развивают науку и постоянно придумывают что-то новое. Но, у «старушки Земли», обороты, до сих пор, выше.

Ну и помимо этого, сейчас, она выполняет роль планеты-музея, куда привозят толпы туристов, чтобы показать откуда по Вселенной расселилось человечество.

Именно Землю, как единого представителя людей, признают, другие партнёры из триумвирата. Да и не входящие, в него цивилизации, часто используют Землю, как нейтральную территорию для переговоров. Как место, вне различного рода юрисдикций. И, даже представители теневых кланов, в этом месте, стараются соблюдать нейтралитет. В общем лучшего места, просто не найти.

А пока, мы зависли на орбите ещё неисследованной планеты, глубоко за исследованной частью Индокитайского сектора.

Кислородная атмосфера, обилие какой-то растительности. Даже следы разумной жизни имеются. Правда, местные жители, пока не ушли дальше каменных топоров, но так и люди не сразу в космос вышли.

Правда эти, наверное, уже и не выйдут. Судя по заявлениям Тадеуша и его датчиков, звезда – центр, окружающей планетной системы, образовалась на пару миллионов лет раньше солнца.

Если бы, местные жители имели какие-нибудь эсхатологические легенды, то увидев наше появление на их звёздном небе, точно решили бы, что наступает конец света.

Наверное, со стороны, это должно было выглядеть просто ошеломляюще. В открывшейся воронке гипертоннеля, появляется хаотично вращающийся корабль, окутанный слепящими протуберанцами из звёздной короны.

Благо, вектор движения этих протуберанцев проходил мимо этой планеты, благополучно уносясь в межзвёздное пространство. Где, они успеют рассеяться, не достигнув даже противоположного края системы.

— Тадеуш, что там у нас с энерговодами? – я смотрел на схему корабля, большая часть которой, уже была окрашена в призрачно-голубой. И только кормовые отсеки, продолжали переливаться разноцветными огнями.

— Я, работаю над этим, результаты будут чуть позже, пока удалось задействовать только маневровые и один из восьми маршевых системников. С гиперприводом ещё не ясно.

— Понятно. – я отвернулся от планшета и увидел капитана, выходящего из гравиподъёмника. – Капитан на мостике.

Вытягиваюсь в струнку и отдаю честь.

— Вольно Фёдор Михайлович. Докладывайте обстановку.

— Восстановление энерговодов корабля завершено на семьдесят процентов. Внутрикорабельные помещения разблокированы полностью, есть несколько пострадавших, в основном ушибы и царапины. Доктор Дафар, уже навёл порядок. «Груз», без повреждений, но состояние слегка подавленное. За исключением Фатимы Аль-Ансари.

Она, вполне продуктивно проводит время. Много читает, причём, более всего, её интересуют последние работы по исследованию физики гиперпространства. Достаточно много времени занимается в спортзале, в том числе берёт уроки рукопашного боя у одного из лучших инструкторов на корабле, плавает в бассейне.

Поначалу, возникли проблемы с подбором одежды, приличествующей её статусу и привычным религиозным нормам. Но техник Бетце, помогла оперативно её решить.

Что не скажешь, об адмирале.

Кстати, он до сих пор проводит время в карцере. Может стоит и ему предоставить более комфортные условия для жизни?

— Потерпит. Особенно если идея захвата, действительно принадлежала ему. И я думаю, нам стоит прояснить ситуацию, сложившуюся в султанате, после нашего нападения. Что-то подсказывает мне, что там и без нас могли спокойно обойтись.

И вот что, Фёдор Михалыч, давайте всё-таки, в разговорах между собой, перейдём на – ты. Это упростит общение. Хотя бы потому, что у нас, по многим вопросам возникло почти абсолютное взаимопонимание.

— Ничего не имею против.

— Вот и ладно. Итак, что мы имеем?

У нас есть заказ с сюрпризами. Нас пригласили, вслепую поучаствовать, в чьей-то операции, где нам была отведена роль главного злодея.

Затем, нам предлагалось стать, то ли удачливыми, то ли неудачливыми похитителями. Обратите внимание, что охрана на планетоиде совсем не соответствовала статусу охраняемого объекта, я имею ввиду, охрану лабораторного комплекса. За время всей операции, с начала штурма и до взятия под контроль нашей цели, мы потеряли убитыми только четырёх человек. Причём, все четверо, были убиты в перестрелке с телохранителями Фатимы Аль-Ансари. Кстати, если мне не изменяет память, этих самых телохранителей, при посещении такого рода объектов, должно было быть как минимум вдвое больше. Не считая вооружённых сексотов. Отсюда вопрос – а куда они все подевались?

— Думаешь их под благовидными предлогами удалили?

— Уверен. Следующий этап операции – отход. Мы снова спутали все планы, когда ломанулись через фотосферу Тубана и вполне возможно, что устроили хороший такой всплеск солнечной активности. Корабли-то, те что не давали нам уйти нормально, может и ушли в прыжок, а вот планетарной инфраструктуре, досталось по полной. Про двоих, что до последнего висели у нас на хвосте, я даже не вспоминаю. Если они не взорвались на входе, то вряд ли, выйдут из гипера целиком. Мы, шли далеко впереди и то нам от последней вспышки досталось. Такую вспышку, даже хорошо защищённая электроника не выдержит. Но есть маленькое – но.

Даже если за планом по захвату нашей гостьи, действительно стоит адмирал ибн Максуд, то всю остальную часть, просчитывал явно не он. Я думаю, что группа лиц, устроившая заговор, уже во всю пытается захватить власть в султанате, не взирая на отсутствие нашего пленника. И тогда наше положение, становится совсем сложным.

— В любом случае, нам стоит посетить Землю. По крайней мере, там мы сможем встретиться с любыми посредниками и с минимальным риском. И, насколько я понимаю, нам стоит подумать о линии поведения с представителями Имперских спецслужб.

Скорее всего, они постараются надавить на нас, с целью первыми заполучить наших пленников в полном составе. А потому, нам стоит хорошенько подумать о том, о ком говорить, а о ком молчать. А ещё придумать способ, как заставить молчать остальных гостей. Или, как вариант, убедить их, в том, чего не было.

Но, в любом случае, сперва стоит поговорить с адмиралом и Фатимо́й Аль-Ансари.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Малоизученное созвездие на границе человеческого сектора. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис»

— Проходите господа. Располагайтесь. – капитан сделал приглашающий жест. Указывая на удобные кресла, стоящие вокруг небольшого столика. – Кофе?

Он указал на изящный кофейник стоящий на столике.

— Да, спасибо. – Фатима́ Аль-Ансари села в предложенное кресло. – Вы, капитан, наконец-то снизошли до своих пленников?

Адмирал молча сел на предложенное место и почти не мигая, будто удав, гипнотизирующий кролика, стал смотреть на капитана.

— Скажем так, у меня наконец нашлась капля свободного времени, чтобы выслушать две дополнительные стороны в этой сделке.

При этих словах, адмирал вскинулся, желая что-то сказать, но капитан жестом остановил его.

— Если позволите, то я обрисую ситуацию, в которой мы оказались.

Он отпил кофе из чашечки, и сцепив пальцы перед грудью, постукивая указательными пальцами друг о друга, задумчиво посмотрел на собеседников.

— Итак, господа, в данный момент, мы находимся в отдалённом секторе галактики, уже даже за границами индокитайского сектора. Мы попали сюда в результате вынужденного гиперперехода из фотосферы Тубана. Кстати, что там сейчас творится, я не хочу даже предполагать. А пойти на этот шаг, мы были вынуждены, потому, что ловушка, устроенная нам, вами господин адмирал, нас совершенно не устраивала. Интересно узнать, собирались ли вы оставить госпожу Аль-Ансари в живых или её участь уже была предрешена? Кстати, уважаемая Фатима́, позвольте представить вам заказчика вашего похищения — адмирала Фаруха ибн Максуда. Конечно если он не действовал заодно с вами.

Фатима́, отставила в сторону чашечку с кофе и спокойно посмотрела в глаза капитану.

— Скажите, капитан, а почему вы подумали, что мы действуем заодно? – в тоне девушки проскользнули нотки, как бы, недоумения.

— Ваше поведение, уважаемая, заставило меня задуматься над происходящим. А также некоторые нюансы, во время операции.

Первое, количества вашей охраны, было явно недостаточно для лица, обладающего вашим статусом.

Второе, силы планетарной обороны Такбира, были явно, укомплектованы самыми плохими солдатами, которых только смогли найти. Причём с ними даже занятий по боевому слаживанию не проводили. Они, элементарно не знали, кто и что делает в случае тревоги. Это не солдаты, это мясо на убой. А для объекта уровня Такбира, это вообще нонсенс. Мои люди прошли через весь комплекс, не потеряв ни одного человека, даже легко ранеными.

Единственными, кто оказал достойное сопротивление, были остатки вашей охраны. Именно остатки, я не оговорился. Согласно всем нормам, для охраны лиц, с вашим статусом, должно быть задействовано на порядок больше людей. И куда они все подевались?

Третье, ваша реакция на происходящее.

Когда вас доставили на мой корабль, вы небыли напуганы, или как-то расстроены. Со стороны, выглядело так, что вся ситуация находится под вашим полным контролем.

Вы с ходу попытались вступить в переговоры и даже узнав, о том, что где-то есть заказчик вашего похищения, не удивились.

И последнее, находясь на корабле, вы даже не попытались, предпринять хоть какие-то шаги для своего освобождения. Даже с предоставленной вам в помощь девушкой, вы сохраняли достаточную дистанцию в отношениях, но при этом, не оставляли отслеживать научные изыскания и даже брали практические уроки рукопашного боя у одного из наших лучших тренеров. И, по его словам, на момент начала тренировок, вы уже находились на достаточно высоком уровне, по крайней мере с двумя, неплохо подготовленными солдатами, одновременно, вы могли справиться, не прибегая к чьей-либо помощи.

— Простите капитан. Тут, вы немного ошиблись. Когда меня доставили на ваш корабль, я была готова визжать от ужаса, но та школа, через которую я прошла с самого рождения, быстро учит прятать свои эмоции, в самый дальний угол сознания. И я прекрасно понимала, что если вы явились именно за мной, а судя по переговорам ваших людей и их действиям, это так и было, то значит вы действуете по чьему-то заказу, а это в свою очередь значит, что я могу попытаться предложить бо́льшую цену, чем ваш заказчик. То есть попросту, попытаться выкупить себя из плена.

Теперь о моей охране. Её, действительно было мало на Такбире. Большая часть моих людей, осталась на кораблях сопровождения или была отозвана на основную планету системы, по распоряжению адмирала Максуда, под предлогом защиты президентского дворца от внезапно вспыхнувших волнений, и да, мне тоже показались странными, охранники лабораторного комплекса Такбира. Но я не стала акцентировать на них внимание. Меня больше интересовали другие показатели.

И наконец адмирал Фарух ибн Максуд. Именно он, отвечал за общее обеспечение моей безопасности. Он, близкий друг моего отца. И до последнего момента, я даже не подозревала о его нахождении на борту вашего корабля. Хотя не стану скрывать, я очень рада, что он уцелел в результате всех этих событий.

И подчёркиваю, господин капитан, если вопрос моего освобождения имеет исключительно финансовый характер, то я готова обсудить его с вами. Здесь и сейчас.

Она, снова взяла в руки чашечку с кофе и немного отпив, поставила её на столик. После чего, устроилась поудобнее, в кресле напротив капитана.

— Я вас услышал, уважаемая Фатима́. Теперь хотелось бы услышать версию событий от адмирала ибн Максуда. Что скажете адмирал? И поверьте, мы проверим каждое ваше слово, обманувшему однажды, нет веры до конца его дней.

— А что ты хочешь услышать от меня?

— Мне интересно, зачем вам потребовались именно мы? И зачем было городить столько сложностей, когда устранить, ну хотя бы ту же нашу гостью, было бы для вас куда проще.

— Хорошо. Теперь, уже можно открыть все карты. Большого значения эти сведения уже не имеют. – Адмирал встал из кресла и прошёлся по помещению. – К моему сожалению, Сайед Аль-Ансари умер, за день до начала операции. Его дочь, может подтвердить мои слова. Мы, в последнюю минуту, успели провести операцию, которую спланировали с Аятоллой, мир его праху, пусть и с не совсем таким исходом, на какой рассчитывали.

Мы с капитаном посмотрели на сидящую напротив Фатиму́, которая кивнула головой в знак согласия, хотя лицо её, не отражало никаких эмоций, будто речь шла не об её отце, а о каком-то совершенно постороннем человеке.

­— Наверное это и к лучшему. – продолжил адмирал. – В любом случае, операция завершена и теперь очень велика вероятность, что Фатиму не станут столь пристально искать. Не до этого.

Теперь о самой операции.

Да, это я являюсь заказчиком похищения дочери моего старого друга и соратника Сайеда Аль-Ансари. И действовал с его ведома и одобрения.

Увидев недоумение на наших лицах, адмирал пояснил.

— После смерти аятоллы Сайеда, в султанате развернётся нешуточная драка за власть. Исход этой борьбы очень трудно предсказать, ясно одно. Султан Мохаммад Ахмадельислам II, несомненно, будет смещён с трона и власть перейдёт от партии Ахфад ар-Расул, главой которой являлся султан, а фактически аятолла, к одной из ультрарадикальных группировок астрасалафитов Харакат Ахрар аш-Шам аль-Исламия или Нур ад-Дин аз-Зенки.

Дальнейшие их действия, я думаю, понятны без излишнего сотрясения воздуха.

Кстати именно боевики Ахрар аш-Шама стоят за атакой на вашу родную планету, капитан.

Увидев, как потемнело лицо капитана, я на мгновение предположил, что он сейчас мгновенно выбросит адмирала в шлюз, но капитан взял себя в руки и адмирал смог продолжить.

— Мне очень жаль, капитан, что так получилось. Но ни я, ни, даже, аятолла или султан. Не могли в тот раз вмешаться. Это вопросы внутренней политики.

Я могу принести вам свои искренние соболезнования и выразить сожаление, как от своего лица, так и от лица покойного аятоллы, но это вряд ли вам поможет восполнить утрату. Время, увы не вернуть.

Но вернёмся к сегодняшним делам.

Как я уже объяснил, после смерти Сайеда, к власти, очевидно, придут ультрарадикалы. И первым делом, по стародавней традиции, они примутся сводить счёты со своими оппонентами.

Поэтому аятолла Аль-Ансари и предпринял некоторые действия, для обеспечения безопасности своей дочери.

А я, в свою очередь, используя свою агентурную сеть, вышел на вашего посредника и заключил с ним сделку. В результате которой, мы должны были, с вашей помощью, вывезти Фатиму́ в безопасное место.

В результате, вы получали своё вознаграждение, а отдел научных разработок империи, несколько высококлассных специалистов.

Это серьёзные учёные, капитан, но от новых властей им вряд ли стоило ждать милостей. К тому же, все они входили в научную группу Фатимы, задолго до того, как она возглавила комитет финансового контроля. Так что, попутно, мы просто спасали жизнь нескольким, очень хорошим учёным.

Никто не подозревал, что вы начнёте действовать не по предварительно разработанному плану. Ваше своеволие, капитан Барсак, возможно, привело систему Тубана к катастрофе.

— Вполне возможно адмирал, но ответственность за это лежит на ваших плечах. Вы перехитрили сами себя. А мы, к сожалению, просто оказались орудием в ваших интригах. И мне очень жаль, что пострадали люди, но это вы не смогли просчитать последствия ваших действий. А мы действовали согласно обстановке, собственным, техническим возможностям, поставленной задаче и тому количеству информации, которое имелось в нашем распоряжении. Да и с чего вы решили, что султана сместят?

— Султан, уже давно не принимает ни одного решения без Сайеда Аль-Ансари. Вернее, султан только для вида присутствует на совещаниях. К сожалению, он давно и плотно сидит на психотропных препаратах и уже достиг стадии разложения личности.

Аятолла Аль-Ансари, был тем человеком, который фактически в одиночку управлял тремя звёздными системами на протяжении последних двадцати лет.

Чуть привстав со своего места и потянувшись за кофейником, я решил присоединиться к беседе.

— А его, я имею ввиду султана, сын? Разве Хамид Ахмадельислам не способен принять бразды правления, в свои руки? К тому же, весь султанат уже давно ждёт церемонию бракосочетания уважаемой дочери аятоллы и наследного принца. – я посмотрел на адмирала и налил себе в чашечку кофе.

— Хамид с детства был немного странноватым мальчиком. – Фатима́, также, присоединилась к беседе и тоже налила себе кофе. – И, если по началу, всё пытались списать на особенности воспитания, окружения или положения. Как-никак единственный наследник престола и прочее, то со временем его странности стали вызывать всё большую тревогу. Пока, пять лет назад, ему не был поставлен диагноз одного достаточно редкого заболевания, а именно – синдром Гашека-Венцеля. Максимум через два года, принц, окончательно превратится в пускающее слюни растение. Так, что представители новых властей постараются либо устранить принца, либо использовать его недееспособность в своих, внутренних, интригах.

— Три года назад, представители радикальных партий, каким-то образом узнали о болезни принца. – адмирал снова вступил в разговор. – И с того времени стали готовить переворот. Враждующие до этого момента группировки, стали объединяться в единый оппозиционный фронт, чей политический вес, уже нельзя было сбросить со счетов.

Пока позволяло здоровье, Сайед Аль-Ансари держал всё под контролем, и не давал заговорщикам воли, так сказать. Но на всё воля Аллаха.

Год назад, у самого аятоллы, было констатировано быстро прогрессирующее, неизлечимое заболевание, и все усилия наших, и не только наших врачей, остались безуспешными. Вот тогда мы и стали продумывать различные способы по выведению Фатимы́ из-под возможного удара. И наконец остановились на этом варианте. Но кто-же мог просчитать, в тот момент, что вы станете так своевольничать.

Предполагалось, что накануне операции, вы выйдете со мной на связь, и я посвящу вас в подробные детали конечного этапа.

Вы должны были, уходя по оставленному коридору, трижды менять вектор движения, а затем скрыться в сторону неисследованной области галактики. Но всё, с самого начала, пошло не так. Вы появились и тут же скрылись, а потом внезапно оказались возле Такбира и…

Теперь ситуация кардинально изменилась.

— То есть нас, как я понимаю, попытались использовать вслепую не только вы, но и Имперские спецслужбы, – капитан потёр переносицу. – а мы взяли и смешали все карты. Посредник, не смог предупредить нас о том, что мы должны выйти на связь. Из-за случайно появившейся сверхновой. Поэтому мы действовали исходя из сложившихся обстоятельств. И того минимума информации, что у нас был.

— Простите, капитан. – Фатима́ Аль-Ансари отставила чашечку в сторону. – Но, как я понимаю, вы и не могли действовать иначе.

Всё случилось так, как случилось. Мне тоже очень жаль, всех, кто пострадал или погиб как на Такбире, так и во всей системе Тубана, и я с огромным удовольствием постаралась бы всё изменить, но увы… это не в моих, да и не в ваших силах.

Теперь у нас есть другая тема для обсуждения.

Кто есть, кто, мы, как мне кажется, прояснили. Теперь второй вопрос, что нам со всем этим делать и как действовать. Насколько я понимаю, адмирал располагает средствами, оговоренными при заключении сделки. В свою очередь я, согласна выплатить дополнительную компенсацию в размере половины призовой суммы. Взамен, вы доставите нас в определённое место, где мы и расстанемся.

— Интересно, что может помешать мне, просто воспользоваться вашими средствами? Например, накачать вас психотропными препаратами и вынудить перевести все средства на счета наших партнёров.

— Капитан, не прикидывайтесь глупее и жаднее, чем вы есть. – адмирал сел обратно в кресло. – В проработке деталей операции, как вы понимаете, принимали активное участие и представители имперской разведки. То есть отсидеться, в каком-нибудь медвежьем углу, не получится.

Учёных, которые находятся у вас на борту, очень ждут в лабораториях Его Величества. Да и корабль ваш, мало того, что достаточно приметный, но и дополнительно, нуждается в серьёзном ремонте. А кто его сможет осуществить? Только специалисты на имперских верфях. Мне дальше продолжать? Да и за всю свою предыдущую службу, вы снискали славу человека, чрезвычайно щепетильного в вопросах офицерской чести. А это тоже, было одним из факторов, повлиявших на окончательный выбор вас, как исполнителя. Так что я могу быть уверен, что на такую подлость вы не пойдёте сами и не допустите своих людей.

Капитан поднялся, и отошёл к настенному монитору, имитирующему иллюминатор. Некоторое время он молча стоял в раздумьях, заложив большие пальцы рук, за пояс своих форменных брюк. Затем он повернулся и хотел что-то сказать, но в этот момент последовал срочный вызов по коммуникатору. Он извинился и вышел из помещения.

За время отсутствия капитана, никто не проронил и слова. Да и о чём, собственно было говорить? Я, никоим образом не мог повлиять на решение капитана, и присутствовал, только для формальности. Адмиралу и дочери аятоллы, может и было о чём поговорить, между собой, но не в моём же присутствии, и они тоже молчали.

Наконец Фатима́ нарушила молчание.

— Скажите, господин штурман…

— Зовите меня по имени — Фёдор, мне так проще. Да и корабельная традиция такова, вне службы, мы зовём друг друга по именам.

Она согласно склонила голову.

— Хорошо, тогда и вы, в свою очередь, тоже. Итак, Фёдор, скажите, а эта планета, что на экране, обитаема?

— Да, на ней присутствует разумная форма жизни, правда пока только на очень раннем этапе своего развития. Примерно соответствующем каменному веку Земли. И, как утверждает Тадеуш, они вряд ли разовьются дальше.

— Вы уже вступали в контакт с аборигенами?

— Нет. Капитан счёл излишними контакты на данном этапе. К сожалению статус нашего корабля не предусматривает наличие штатного ксенолога. У нас, как вы понимаете, несколько иная функция. Вот разберёмся с нынешним положением, тогда и озаботимся привлечением специалиста. А пока, нам не до этого.

— А, скажите Фёдор, кому принадлежит идея покинуть систему Тубана через фотосферу звезды? Случайно не искусственному интеллекту вашего корабля?

— Нет. Наш Тадеуш, не настолько сумасшедший. А, позвольте спросить, с чего это вас так заинтересовало?

— Когда-то, в детстве, моя няня рассказывала мне сказку про корабль проклятых. Вы не поверите, но и название вашего корабля, и имя капитана, практически совпадают с теми, что были в сказке. Единственное, что отличается, так это время действия, конечно если не предположить, что вашему капитану уже глубоко за сотню лет. И в этой сказке, тоже присутствовал изменённый интеллект машины, но, по легенде, там, в него Шайтан вселился.

— Могу дать вам честное слово, что в нашем Искине никакой Шайтан не выживет. Все гораздо сложнее и проще одновременно. Но это не моя тайна и я не в праве её разглашать. А вообще, Он, я имею ввиду Искин, отличный парень. И более надёжного партнёра, в нашей работе просто не найти.

— Но, всё-таки, это не совсем машина. Я правильно понимаю?

— Ещё раз повторюсь. Я не вправе это обсуждать.

— Извините Фёдор. Просто хотелось проверить гипотезу на счёт контактов с представителями иных. Нет ли в странностях поведения искусственного интеллекта вашего корабля, или каких-либо следов контакта с нечеловеческой логикой.

— Гарантированно нет. Как я уже сказал, всё намного проще и одновременно сложнее. И, да, его, я имею ввиду наш Искин, можно расценивать как чудо.

В этот момент вернулся капитан. Судя по выражению его лица, случилось нечто малоприятное.

Он опустился в кресло. Налил себе кофе, плеснул несколько капель коньяка, из графина, стоявшего рядом с кофейником. И задумчиво посмотрел на наших пассажиров.

— Итак, вернёмся к нашему разговору, уважаемые. – капитан отхлебнул из чашечки. – К сожалению, вынужден констатировать один факт.

При всём моём желании побыстрее избавиться от вас и покончить с этой ситуацией, и мне и вам, придётся терпеть компанию друг друга ещё очень и очень долго. А возможно и до конца своих дней. Как вам такая перспектива?

— Случилось, что-то такое, что повлияло на ваше решение, капитан? – Фатима́ вопросительно приподняла бровь?

— Да, так ерунда. Сущие пустяки. У нас повреждён гиперпривод. А это значит, что мы можем надеяться только на то, что наши сигналы поймают на ближайших ретрансляторах. Хотя, учитывая тот факт, что мы находимся в малоисследованном секторе галактики нас смогут обнаружить спустя пару-тройку десятков лет. И то, если повезёт.

— А восстановить привод, невозможно?

— Вполне возможно, большая часть необходимого оборудования имеется, остальное можно заменить, доступными аналогами. Не хватает только одного. Квалифицированного специалиста, хорошо разбирающегося в системах гиперпривода кораблей данного типа.

— А какой системы двигатели использованы на вашем корабле? – Фатима́, даже как-то оживилась. – Поверьте, капитан, я не из праздного любопытства спрашиваю. По окончании Имперского университета, я долгое время проработала в лабораториях на Эдасихе изучая и перебирая системы гиперпривода иных. А для того, чтобы в них, хоть что-то понять, пришлось осваивать и Земные приводы. И если вы заметили, а насколько мне известно, всё что происходит на вашем корабле, доводится до вашего сведения, я и сейчас стараюсь держаться в курсе последних исследований по данному направлению.

— Ну надо же. – усмехнулся капитан. – Сказать честно, я думал, что вы всю жизнь во дворце провели. И, никак не мог объяснить, ваш интерес к научным работам, по данному вопросу.

— Звучит, как комплимент, ну почти… Итак?

— На корабле стоит гибридный привод. Проектировщикам, при создании двигателей для кораблей этой серии, удалось создать нечто среднее между двигателями Джефферсон-Вессона и Коровина-Лайне, объединившее в себе лучшие черты обоих приводов. Я, не специалист в данной области, поэтому более точно описать не смогу.

Наш покойный старпом, знал эту систему назубок. Но, к нашему несчастью, за две недели до операции он погиб, в результате несчастного случая.

— Я думаю, капитан, что смогу разобраться в этом «компоте». И если нет никаких сверх серьёзных повреждений, то вопрос с перемещением в пространстве, возможно, мы сможем решить в более короткие сроки, чем озвученные вами – до конца дней.

— А что взамен? – теперь уже капитан, заинтересованно посмотрел на девушку?

— Ну разумеется полная свобода моего перемещения по кораблю, во-вторых нормальные условия содержания для адмирала и учёных. Я видела в каких условиях их содержат. Они явно заслуживают лучшего. Ну и разумеется временный, оплачиваемый контракт. Я, принципиально, не работаю за бесплатно. Стоимость контракта, мы оговорим отдельно.

— Вот как. – капитан усмехнулся краешком губ. – А вам, однако, палец в рот не клади. Ну, что же. Я думаю, мы можем оговорить ваши условия контракта. Но. Условия содержания учёных и адмирала изменятся только тогда, когда я увижу реальные сдвиги в вашей работе. И ещё, вы головой отвечаете за то, что в случае изменения этих условий, они не станут предпринимать никаких попыток саботажа в какой бы то ни было форме. А также, станут вносить свой посильный вклад в общую работу экипажа. Если не по прямой специальности, на корабле, я думаю, нет условий для продолжения их научной деятельности, то по части возьми-принеси-подай. Пока у нас нет гиперпривода, мы не можем позволить себе нахлебников. И, да, к системам вооружения, вы не будете иметь допуска. Согласны?

Фатима посмотрела на адмирала, тот молча кивнул головой соглашаясь.

— По рукам, господин капитан. Когда приступаем к работе?

— Да хоть прямо сейчас. Чем быстрее починим, тем лучше будет всем.

— Отлично. И вот ещё что. Эту девушку-техника… Ангелину, кажется. Вы не могли бы предоставить в моё распоряжение. Мне потребуются толковые помощники, а у неё, поверьте, большой потенциал.

Триумвират Эридан –Земля – Дельта Лебедя. Малоизученное созвездие на краю человеческого сектора. Борт дальнего рейдера «Трансцедентис»

— Смирно! Капитан на мостике! – я привычно, отдал уставные почести, вошедшему в рубку капитану.

— Вольно! – отозвался капитан и подойдя ко мне, протянул руку в обычном, земном приветствии. – Доброе утро Фёдор. Чем занимаетесь?

— Доброе утро Роджер! – я ответил на рукопожатие, а затем кивнул в сторону тактического планшета. ‐ Вот, просчитываю варианты максимально скрытного подхода к Солнечной.

Наше положение, не предрасполагает к появлению перед всем сообществом во всей красе, так сказать. Да и бережёного, как говорится…

— О, ты уже в Бога стал верить? – капитан опустился в ложемент, проводя очередную сверку графика, ремонта корабля.

— По крайней мере, не отрицаю его существования. Да и обратного, пока, никому доказать не удалось. И даже наоборот. Наличие некоей, высшей силы, заставляет человека более ответственно относиться к своим словам и поступкам, а также является дополнительным стимулом к саморазвитию. Но отставим в сторону философию, Роджер.

— Как вам наша новая спец по гиперприводам? – я позволил себе легкую улыбку. – девочка оказалась на диво толковая. Вся группа механиков, готова носить её на руках, особенно после того, как она смонтировала на двигатель, чуть не на коленке собранную приблуду, на основе, какой-то дикой смеси технологий Сигманцев, Дельтян и Шаулитов. Но… после этого точность юстировки привода, возросла, почти на порядок, уменьшилось время разгона и расход активного вещества.

При этом все учёные, которых мы взяли на Такбире и сам Адмирал, вместе с ними, ползают по приводу, как простые техники и от них, не слышно ни одной жалобы. Это, конечно не моё дело, но я бы очень постарался оставить её, в виде постоянного члена экипажа.

— Вы что, сговорились? – капитан изобразил на лице такую гримасу, как будто у него, внезапно зуб заболел. – Мне, уже Тадеуш, с ней, весь мозг проел. Убеди… Удержи… мол, наконец задачи ставят соответственно его уровню… и о приводе заботятся, как положено… Ещё немного и сватать начнёт…

— И начну, ‐ Появившаяся в рубке голограмма Тадеуша, заняла место на противоположной стороне тактического планшета, с деланным видом присев на край стола и покачивая в воздухе ногой. – ты только посмотри, Роджер. – над планшетом зависло, медленно поворачивающееся, изображение Фатимы Аль-Ансари. – девушка молодая, красивая, умная, что немаловажно, да ещё и к тебе, несколько неравнодушна.

— Почему ты так решил? – я удивлённо посмотрел, на Тадеуша.

— В отличие от вас, я обращаю внимание на все мелочи, и ничего не забываю. Я примечаю мимику её лица, когда она разговаривает с капитаном, когда она смотрит ему в след. Я фиксирую все вопросы, которые она, как бы вскользь, задаёт экипажу. И могу с уверенностью сказать, что, если она задумает штурмовать крепость, по имени Роджер Барсак, у осаждённого не будет ни одного шанса в этом противостоянии.

Кстати, Роджер, помнишь те слова, что ты сказал нашему штурману, когда мы уходили от Такбира? Тебе не кажется, что эти слова, в полной мере относятся и к тебе?

Помнится, ты говорил, что единственное место для Хиджраитов, на этом корабле, это место за бортом? А теперь, десяток Хиджраитов, ползает по гиперприводу этого корабля и все только рады этому факту.

Да и ты сам, к девушке, тоже несколько неравнодушен. Уж поверь мне. Я фиксирую твоё состояние и могу с точностью до секунды сказать, как ты реагируешь на нашу принцессу…

— А тебе не кажется, что ты лезешь, немного не в своё дело?

— Поверь, на корабле нет, не моих дел. Всё, что здесь происходит, касается, так же и меня. Именно поэтому, я и провожу, столь специфический отбор кандидатов в экипаж.

Вы, все, часть корабля, а значит, часть меня. Как ты думаешь, что случится, если в твоём теле, конечности станут работать независимо от команд мозга?

— Я, тебя услышал. Но, впредь, постарайся трепаться поменьше. Мне иногда кажется, что здесь все стены – звукопроницаемы, или пол корабля телепатов собралось.

— Ай, да брось, ты. – Тадеуш махнул рукой. – Здесь, каждый мужик, уже приглядывает себе постоянную спутницу, не правда ли, Фёдор?

—Так, Тадеуш – собака бешеная. Ты, значит пытаешься воспользоваться тем, что практически неуязвим, и как старая сплетница начинаешь болтать по углам?

— Это не я болтаю, это все вокруг говорят, или думаешь, твой роман с Ангелиной Бетце, никто не заметит? Особенно, после того, как она отбрила половину ловеласов на корабле? Да пол команды, тебе в след с завистью глядит.

— Вот, даже как. – Роджер с интересом поглядел на меня. А у меня, почему-то загорелись уши. – Что ж, поздравляю. Ты, оказывается, великий воин. Раз уж смог такую неприступную крепость покорить.

— Да, никого я не покорял. – странно, но я почувствовал, даже некоторое облегчение. Тайна наших, с Ангелиной отношений, изрядно тяготила меня. Не люблю, знаете ли, чувствовать себя малолетним влюблённым, что тайком пробирается на свидание.

— Оно само, как-то так вышло. Слово, за слово. Тут, по лазам-переходам, вместе, там… И оказалось, что нам, вдвоём, есть что обсудить, не относящееся к службе. Да и просто комфортно.

А, вот кстати, Тадеуш, а ты за девками, в душе, тоже подглядываешь?

— Я, что, так на извращенца похож? Или может тебе чьи-то, «постельные подвиги» покоя не дают? И ты, таким образом, хочешь восполнить пробелы в образовании, так сказать?

— А, вот здесь, ты не прав. – присоединился капитан. – здесь может быть задействован вопрос безопасности корабля. Ведь, на корабле есть, тайные соглядатаи «конторы», обязательно есть. И они как-то обмениваются информацией. И вариант с сексуальными отношениями, нельзя сбрасывать со счетов.

— Ой, ой – Тадеуш состроил кислую мину. – Вы поглядите, какие мы умные. Мне, между прочим, совсем необязательно подглядывать. Можно шумовые фильтры настроить на определённые реперные слова, повторение фраз, и так далее. Я, между прочим, совсем не зря, образно говоря, свой хлеб ем.

— Это радует. – капитан поднялся из ложемента. – Идём, Фёдор, проинспектируем работы в двигательном. Мне, покоя не дают, до сих пор, не восстановленные энерговоды.

— Знаем, мы ваши энерговоды. – Тадеуш состроил невинное лицо, и тут же сделал вид, что спрятался за стойку планшета, когда в него полетела капитанская фуражка.

— Засранец. – капитан подобрал фуражку, и мы шагнули на платформу гравиподъёмника.

Триумвират Эридан – Земля – Дельта Лебедя. Малоизученное созвездие на краю человеческого сектора. Дальний рейдер «Трансцедентис». Отсек гиперпривода

— Смирно! – голос одного из техников, первым заметившего наше появление, разнёсся по всему отсеку.

— Вольно. – капитан привычно вскинул руку к козырьку в воинском приветствии.

Фатима Аль-Ансари, появилась откуда-то справа и сбоку от нас. Она вышла из-за вскрытого кожуха одного из обесточенных энерговодов и со спокойным достоинством приблизилась к нам.

— Господин капитан, разрешите доложить – она изящно вскинула руку к берету. – за время дежурства происшествий не зафиксировано. Работы продвигаются согласно регламента. Временно исполняющая обязанности главного специалиста отдела гиперпривода вольнонаёмная Аль-Ансари. Доклад окончен.

— Доклад принят. – капитан улыбнулся краешком губ и продолжил. – Как считаете, мы можем ускорить работы? Если надо перенаправить людей или резервные мощности…

— К сожалению, ускорить никак не получится. Людей, у меня, хватает с избытком. Всё остальное упирается в технологический процесс.

Ну и плюс, попутно, мы пока проверяем мои теоретические наработки, строим модели возможных надстроек на ваш гиперпривод, чтобы добавить немного мощности.

Капитан опустился в силовое кресло, около инженерного планшета, и сделал нам приглашающий жест.

— Скажите, Фатима. – он вопросительно посмотрел на девушку. – А почему, вы так стараетесь, для нас? Какие бы планы не строили адмирал Фарух и ваш, покойный, отец, мы всё-таки из разных, скажем так, лагерей.

— Ну, эти границы очень условны, Роджер. Тут, так сразу и не определишь, для кого я стараюсь больше, для вас или для себя.

— В смысле?

— Да, всё очень просто. В данный момент, я имею возможность воплотить в жизнь все те разработки, о которых размышляла ещё на Эдасихе. А вот будет ли у меня эта возможность после возвращения к цивилизации, это ещё очень большой вопрос.

Имеющиеся у меня псевдоличности, я скорее всего использовать не смогу, а значит мне придётся, очень долгое время, прятаться где-то на задворках галактики.

И, у меня нет полной уверенности в том, что людям отца, удалось полностью уничтожить все мои биологические данные. А это, в свою очередь, говорит о том, что оставленными мне средствами, я смогу воспользоваться только один раз.

— Ну, если продать те украшения, которые были на вас во время захвата, то вы обеспечены до конца жизни.

— Но этого, увы не хватит, на то, чтобы создать свой исследовательский центр.

И поэтому, я столь бесцеремонно пользуюсь вашим гостеприимством. Ведь только так я могу проверить на деле, то, что существует, исключительно в моих теориях.

— Ну, что же, теперь мне всё ясно. – Капитан поднялся и направился к выходу. – кстати, Фатима. Вы подумайте, на счёт заключения постоянного контракта с нами. Мне кажется, это может оказаться взаимовыгодным предприятием. Тадеуш, говорит, что о специалисте вашего класса, он и мечтать не осмеливался. И теперь, почти сорок процентов мощностей выделяет для обработки ваших изысканий. Иногда его приходится даже одёргивать. В общем, вы подумайте. Время ещё есть. Это относится ко всей вашей команде, за исключением адмирала Фаруха. Здесь, уж я, сделать ничего не смогу.

— А, как, на это смотрите вы? – Фатима посмотрела на капитана, но в глазах её плясали чёртики. — На сколько я знаю, ваша неприязнь к подданным султана, стала почти легендой.

Никогда не думал, что такой вопрос сможет смутить нашего капитана. Он поначалу, слегка смешался, но потом как-то подсобрался и ответил.

— Возможно пришло время внести коррективы, также и в собственные взгляды. Одно могу гарантировать, что условия проживания будут, как у всего остального экипажа, требования те же. Религиозную агитацию, не проводить.

— Всё вполне приемлемо, Роджер. Я подумаю над вашим предложением.

Капитан подошёл к переходному тамбуру.

— Смирно! – мелодичный голос Фатимы пролетел над отсеком.

И, капитан скрылся в переходе. Я вышел вслед за ним.

— Знаешь, Роджер. – я поравнялся с капитаном, идущим по переходу. – Я думаю, она согласится. Для неё это уникальная возможность спрятаться и одновременно остаться в науке. И ещё одно. Ты заметил, как ладно сидит на неё корабельная униформа? Просто загляденье.

— И этот, туда же. Вы что, сговорились с Тадеушем? Иди и делом займись, брачный аферист. Ну или спортом, каким. Пока я тебя на дуэль не вызвал.

— Да, я, вообще молчу. Моё дело сторона. Но мне кажется, что она к тебе, тоже, не совсем равнодушна.

— Спасибо, за заботу. Но я разберусь как-нибудь сам.

— Роджер. – появившийся Тадеуш, стоял привалившись плечом к стене. – А у нас, гость. Причём несколько странноватый. Пошли в ходовую, сам увидишь.

Не сговариваясь мы быстро пошли к платформе гравиподъёмника.

Триумвират Эридан –Земля – Дельта Лебедя. Малоизученное созвездие на краю человеческого сектора. Борт дальнего рейдера – «Трансцедентис». Ходовая рубка

— Он вынырнул со стороны неисследованной части пространства и лёг в дрейф. – Тадеуш указал на голограмму странного корабля, висящую над тактическим планшетом. – Очень странный корабль. Причём его двигательная установка, это вообще, отдельная песня. Я бы советовал пригласить Фатиму, в качестве эксперта. Я таких сигнатур, никогда не видел. Может она, где встречала.

Капитан кивнул, и вызвал Фатиму. Когда она вошла, он жестом пригласил её к планшету, и указав на изображение корабля, сказал.

— Вот, посмотрите, какие гости к нам пожаловали, один Бог его знает, откуда. Насколько мы смогли понять, это странный гибрид человеческого корабля и ещё чьих-то технологий. К сожалению, мы не смогли определить, чьих. В базе данных Тадеуша, нет никаких записей, о чём-либо подобном.

— Носовая часть корабля, – Тадеуш выделил один из сегментов. – представляет собой классический, малый исследовательский корабль, с экипажем не более пяти человек. Но, вот его кормовая часть, это нечто совершенно неизвестное нам. Точнее, его кормовая часть видоизменена, до неузнаваемости. И к тому же, некоторые устройства, смонтированные на внешней части корпуса, заставляют предположить, что это двигатели, для обеспечения планетарной посадки, что в этом типе кораблей предусматривалось в несколько ином исполнении.

Затем, посмотрите на данные телеметрии. Его энерговооружение, по видимой нам мощности, почти не уступает нашему, а мощность защитных полей, даже на несколько процентов выше.

— Интересный Франкенштейн нарисовался. А вы что, собрались на абордаж, капитан? – Фатима перевела взгляд с данных телеметрии, бегущих рядом с изображением странного корабля, на капитана.

— В данный момент, я оцениваю возможность вступления в контакт, хотя его транспондер и обозначает этот корабль, как малый исследовательский Земной Федерации.

— А, что мешает нам вызвать их, на всех известных земных частотах? – Я присоединился к обсуждению. – Особенно если есть опасения в правдивости данных передаваемых транспондером. Они же как-то передвигаются в обычном пространстве. Значит средства той же противометеоритной защиты, у них в норме. Что автоматически означает возможность получения различных сигналов.

— И ещё один нюанс, дамы и господа. – Тадеуш прошёлся по рубке, а затем включил запись появления, этого корабля, в системе. – Обратите внимание, на воронку гиперперехода, из которой он вышел. Она едва превышает габариты судна. Остаточное излучение, на момент схлопывания воронки, практически отсутствует. Что исключает возможность определения точки старта, по остаточному излучению. Его, я имею ввиду излучения, просто нет.

— Нечто подобное, – Фатима, обошла вокруг застывшего изображения, выходящего из воронки корабля, – применяют Эриданцы. Но здесь, я затрудняюсь подобрать эпитет. Эриданская технология выглядит как, ну может быть, первый лазерный станок, на современном заводе. Особенно в части рассеивания следов остаточного излучения. И, если эта технология стала доступна людям, то нам просто необходимо вступить с ними в контакт.

В перспективе, если мы сможем овладеть этой технологией, наш рейдер, станет просто неуловим.

Капитан с трудом, погасил, улыбку, на лице.

— Тадеуш, попробуй связаться с кораблём чужих.

— Уже. – Тадеуш вывел на экран изображение, вполне симпатичной женщины, в форме пилота ВКС Земли.

— Приветствую, уважаемая! – Капитан посмотрел ей в глаза. – Я, капитан дальнего рейдера «Трансцедентис», Империи Северная Корона, Роджер Барсак. Согласно общих директив объединённого человеческого сектора, триумвирата Эридан – Земля – Дельта Лебедя, прошу вас прекратить дальнейшее движение вглубь сектора, вплоть до прояснения всех обстоятельств вашего появления в данном секторе.

— Приветствую, капитан. Я, лейтенант-коммандор Энн Семёнова, исследовательский корпус Земли. Объединённая база дальней разведки триумвирата в пространстве галактики М-31.

— Странная у вас траектория движения, не находите? Служить на самой границе Эриданского сектора, а оказаться, в другом конце обжитого людьми пространства, на границе созвездия Индейца. Да ещё и на странно перестроенном корабле, который по энерговооружённости превосходит однотипные корабли исследователи, на порядок.

Извините, за эти рассуждения, но я просто пытаюсь прояснить ситуацию. Вы ведь и сами понимаете, что защитные протоколы, которых придерживаются абсолютно все, представители триумвирата, прямо предписывают мне, не допускать вашего продвижения вглубь обжитых систем, вплоть до выяснения всех обстоятельств.

— Разумеется, капитан. Я уже подготовила, короткий отчёт о произошедшем, и прошу вас, незамедлительно переправить его на Землю.