Наступит завтра

Все события и герои вымышлены.

Любые совпадения с реальными личностями случайны

Ещё не растаял снег, когда в хмуром февральском небе зазвучали раскаты грома. Интернет тотчас запестрел вспышками молний, а на Главном канале необычному природному явлению посвятили вечерний выпуск новостей.

Граф не поддался всеобщему восторгу. Старик знал, что зимняя гроза предвещает беду. За его долгую жизнь такое случалось лишь однажды: в год Великих перемен, или, как называл его Граф, в год его великой ошибки.

Три минувших десятилетия не стерли из памяти старика события прошлого. Он помнил свержение правящей аристократии, как вчера.

Все началось с того, что Марк Штольц, юный выходец из низов, собрал единомышленников и устроил графам кровавую бойню. Уцелевшие аристократы в спешке покинули свои поместья. Марк занял почетную должность Главы и утвердил новую власть в лице Городского совета. Градуб стал независимым государством. На границах его земель быстро выросла глухая каменная стена, отрезавшая город от всего мира.

Шли годы. Новая власть объявила войну преступности. В тёмные переулки провели электричество. Служба Заботы опутала улицы паутиной из видеокамер: у каждого фонарного столба появились глаза и уши.

Похорошела городская больница. Благодаря реформе здравоохранения, медперсонал сократили, а на невыплаченные людям зарплаты сделали ремонт.

Появлялись новые предприятия, а вместе с ними сотни новых рабочих мест. Братья-близнецы, по фамилии Винтер, открыли фармацевтический завод. На этом их добродетель не закончилась: предприниматели позаботились и об умах сего города. В самом сердце Градуба близнецы построили стеклянный небоскреб и дали ему имя ученого-биотехнолога — Николая Крука. Открытие центра экспериментальных наук со всем торжеством транслировали по телевидению.

Конкуренты из малого бизнеса чахли. Братья-близнецы процветали. Со временем их предприятия объединились в корпорацию Винтер.

Изменились в лучшую сторону и районы. Верхний — застроили небоскребами. В них проживал средний класс. Центральный — облагородили инсталляциями, велодорожками и летними верандами. Вдоль Загородного шоссе грибами росли особняки, за высокими заборами которых прятались тайны богачей.

Лишь Нижнего района не коснулись изменения. Здесь, в грязных пятиэтажках, ютились простые рабочие, покорно ожидавшие перемен. Зеленой полосой через весь город тянулся лес. За годы правления Марка он превратился в ухоженный парк. «Солнечный» — гласила неоновая вывеска над коваными воротами. Граф зашел внутрь и погрузился в поток нарядных людей. На дорогую одежду и парфюм градубцы никогда не скупились. Каждый выход из дома был для них, как дефиле.

Старик свернул на тропинку и вскоре вышел к заброшенному розарию. Ветви вековых дубов скрипели под порывами ледяного ветра. Графу казалось, что в их шуме он слышит стон собственной совести.

Колючие изгороди тянулись до самого горизонта, как проволока на тюремном заборе. Наступит лето, и в саду распустятся черные розы. Право любоваться заброшенным местом, единственное, что осталось у Графа после года Великих перемен.

С тех пор много воды утекло. Старшее поколение жило настоящим, молодежь — будущим, а Граф, единственный оставшийся в городе аристократ, прошлым. Он стал посмешищем. Сумасшедшим бездомным, о котором слагали невероятные легенды.

Старик не обижался. Горожане не замечали за красивым фасадом прогнившие стены. Но Граф знал, что придёт время, и посыплется штукатурка…

Тучи разошлись. Заполыхало в последний раз рубиновое зарево. Кровавый, завораживающий до мурашек, послегрозовой закат не предвещал ничего хорошего. Бездомный знал это. За годы, проведенные на улицах, он научился дышать в унисон с родным городом.

Он колебался. «Стоит ли предупреждать жителей о грядущих бедах? Людям нравится верить в хорошие предсказания, но плохие они слышать не хотят».

Старик увидел парня, бредущего по аллее парка. «На ногах — треники. В руках — спортивная сумка. Поверит ли он? Скорее нет. Его разум озабочен прокачкой мышц ради покорения очередной цыпочки. Рассказать рыжему главврачу в окне городской больнице? Пф! Что ему катаклизмы и беды! Его катастрофа — это пустая бутылка из-под коньяка. Вот кудрявый помощник главврача — другое дело! Парень умен не по годам. Кто знает, может однажды он свершит важное научное открытие, но сейчас… Его глаза зашорены скепсисом, а разум занят диссертацией. Поведать о дурном предчувствии юной балерине? Девушка пришивает брендовую бирку к платью. Больше всего на свете ей хочется славы. И пусть весь город горит! Сказать об угрозе дочери Главы? Исключено. Она спешит на показ мод. Да и кто станет слушать бездомного? Девушка-продавец пустившая переждать непогоду в магазине? Выслушает, но не всерьез. Скорее, из жалости к промокшему старику».

Солнце скрылось за горизонтом. Стих городской шум. Последние зеваки разбрелись по квартирным норкам. Бездомный достал из чемодана клетчатое одеяло. Он любил ночевать в Заброшенном розарии. В забытом людьми месте старик видел отражение собственной судьбы.

Он стал никем. Марк Штольц присвоил поместье Графа и стер его имя из учебников. Но существование бездомного аристократа не перестало быть правдой. Как и проклятая связь, навсегда связавшая судьбу Графа с человеком, уничтожившим его личность.

Старик вздохнул. Кровавый закат после зимней грозы не предвещал ничего хорошего. Граф понимал: грядет нечто ужасное. Но… что может быть страшнее человека?