Навий колдун

ХРОНИКИ НИЖНЕГО МИРА

Истории форпостов

Часть первая. Явь.

1 Юдифь

Я вернулась домой на каникулы из академии Асгарда – и была несказанно этому рада. Впереди меня ждали два месяца каникул - и как минимум месяц из них я планировала откровенно бездельничать. Это в худшем случае! В лучшем же мне светила стажировка по моей специальности - боевой магии - под руководством самой Адельгейды или кого-то из Стражей нашего Третьего Северного форпоста.

Меня зовут Юдифь – и я то редкое исключение, которое не усыновил никто на стороне. Почему? Вероятно, я приношу несчастья. Моя первая потенциальная приемная мать, океанида-блоггер, упала и сломала ногу, когда поехала знакомиться со мной. Ее оракул сказал, что боги против – и она отменила свою заявку. Не очень-то и хотелось!

Бездетная семья вампиров из Северной Шотландии были следующими кандидатами – но за два дня до моего предполагаемого переезда у моего потенциального папаши погибла сестра, многодетная мать-одиночка. Им пришлось взять четверых племянников – разумеется, совет попечителей признал такую причину уважительной.

В третий раз мужа моей потенциальной матери, кицунэ, арестовали за нарушение Закона о Равновесии... Поэтому никто не возражал, когда меня решили оставить тут, на форпосте – под личную ответственность заместителя командира, баронессы Ирис де Флагеллан, заслуженнейшего Стража...

У леди Ириски уже имелось двое таких же приемышей – это Роршах и Брунгильда. Разумеется, они тоже Стражи. Кошачье имя Брунгильды – Бусина, а Рори в кошачьем обличии все называют по фамилии его погибшей приемной семьи – Медок. Мне дали кошачье имя Яшма. Через два года, после долгого собеседования на совете попечителей, я стала Юдифью де Флагеллан, четырнадцатой баронессой - «и прочая, прочая»...

Когда мне исполнилось шестнадцать, я захотела учиться в Асгарде. Каюсь, меня туда взяли почти без экзаменов – валькирия Адельгейда, возглавляющая наш форпост, является одной из учредительниц академии. Я обожаю наш универ – и с удовольствем рассказала бы вам все, что узнала о нем за два курса... Но я записываю этот шар не за этим. Итак, в чудный июньский полдень, когда братец Рори притащил наверх ширму, чтобы отгородить мне персональные апартаменты в девичьем дортуаре под крышей, я услышала наверху жалобный писк.

Котята, будущие Стражи, часто охотятся. Было бы странно, если бы существа, являющиеся по сути кошками, не умели прокормить себя охотой, верно? Поэтому на нашем чердаке часто происходят расправы над голубями, летучими мышами, крысами и прочей кормовой базой. Но этот писк был особенным. Хотя бы тем, что привлек мое внимание...

Я вылезла из окна, перекинувшись. В отряде форпоста была уже трехцветка – Пуся, Прасковья Ивановна Лайлатдоттир. В образе кошки она весила почти шесть килограммов и имела роскошную шубу с ворсом длиною в ладонь. Моя кошачья оболочка почти вдвое меньше. Я не гладкая и не пушистая – а такая, словно ветер меня взлохматил, а я не прилизалась. Единственное, что безусловно хорошо во мне – мой хвост-труба. Ну, и еще все говорят, что у меня красивые глаза – собственно, из-за них меня и назвали Яшмой. Я высоко, ловко прыгаю – и ни разу не сорвалась, перелезая из нашего окошка на крышу или чердак. Еще я умею бесшумно двигаться – в смысле, совершенно бесшумно, даже для кошки. Вот и в этот раз я появилась на чердаке неожиданно для малышни. Разумеется, они бросились врассыпную – только хвостишки мелькнули.

Передо мною сидел изрядно подгрызенный птенец, которого я поначалу приняла за вороненка. Глазенки малыша были полны ужаса.

- Ты хочешь сама его съесть? – котята быстро сообразили, что я ни разу не дядюшка Адольф, комендант общежития. И какая-то черно-белая малютка храбро ринулась отстаивать свою добычу. Я сняла футболку и завернула клюющегося птенца в нее.

- Если поймали добычу – сразу убивайте. Ловите только тогда, когда голодны. Так вы тренируете полезные навыки. Охота - не развлечение. Убивайте стремительно и бесшумно. А гонять перепуганное существо по всему чердаку и глумиться – недостойное поведение для будущего Стража. Усекли?

- Так ты не будешь его есть? – черно-беленькая вырастет упорной воительницей, этого не отнять.

- Птица проявила мужество - и я пришла ей на помощь. Теперь никто не будет ее есть! – я перехватила футболку половчее зубами и покинула чердак – только хвост мелькнул.

Зачем я это сделала? Честно говоря, понятия не имею. Мама леди Ириска всегда говорит: «слушай свое сердце». Сердце так мне подсказало, только и всего. Я спустилась в банные залы, к регенерационным ваннам – и, зачерпнув живой воды в первую попавшуюся плошку, засунула туда отчаянно сопротивлявшегося птенца, так и завернутого в мою футболку.

- Это что за натуралистические эксперименты?

Голос, который зазвучал за моей спиной, я бы не перепутала ни с одним другим. Люсьен Экзюпери, моя вечная любовь! Честно говоря, я и в Асгард пошла поступать только потому, что его закончил Люсьен. Думала, что у нас появятся хоть какие-то темы для бесед! Увы, малолетка-трехцветка на имела шансов заинтересовать такого блестящего мужчину... А вот птица заинтересовала.

- Ешкин кот! – Люсьен буквально выхватил у меня из рук плошку с птенцом. Вода в ней, кстати, отчего-то окрасилась в неистовый оранжевый цвет.

- Мелкая! Беги-ка за Адельгейдой! Да поживее!

Тело птички стало стремительно увеличиваться. Люсьен поспешно выплеснул ее в общую ванну – и я с изумлением увидела, как сквозь ставшие сначала прозрачными, а потом огненно-алыми перья засветился белым огнем скелет.

- Прямо за самой-самой?!

Мне еще не доводилось входить в кабинет командира форпоста с каким-либо известием.

- Да, быстрее! Скажи, что у нас тут растет рарог. И, судя по темпам роста и косвенным признакам, это симаргл.

Я не поняла ни слова, но опрометью кинулась наверх. Птица в ванне заголосила – и, тяжело взмахнув мокрыми крыльями, взлетела и шлепнулась мне на плечо, едва не сбив с ног. Теперь она была размером с хорошего бройлера.

- Ох, – выматерился Люсьен:

- Вот только этого нам всем и не хватало. Иди прямо с ней, что уж делать... Ну, мелкая, ты даешь!

Знаю. Мне стоило повернуться, посмотреть ему в глаза и чувственно и тихо сказать, что меня зовут не "мелкая", а Юдифь. Но тут я поняла: я стою перед Люсьеном в одном лифчике – моя футболка так и осталась в чертовой плошке. Я побежала наверх еще быстрее, по дороге пытаясь сотворить хоть какое-то подобие платья. Птица рарог ласково поклевывала меня здоровенным клювом за мочку уха.

"Вот это попала..."

2 Юдифь

Ох и день у меня вышел, мой дорогой шар...

Для начала я зашла в кабинет к командиру в ночной сорочке с кружевом и длинным, почти свадебным шлейфом – боги одни знают, как у меня такое вышло. Адельгейда уставилась на птицу рарог так, словно привидение увидела. Разве что не выматерилась.

"Видимо, редкая птица"

После моего путаного рассказала комендант Адольф Алоизыч был отправлен в верхние дортуары провести расследование. Расследование показало, что котята у реки нашли дохлую собаку, из пасти которой они и вытащили красное, словно окрашенное на Остару, яйцо. Яйцом они принялись играть, оно треснуло, пичуга вылупилась – и тотчас попыталась дать деру. Но наши малыши – а, точнее, та храбрая, черно-белая, изловила добычу и принесла ее на чердак. Там птица, которой мелкие горе-охотники ловко сломали одну лапу и оба крыла, принялась пищать – и тут заявилась я.

Клянусь, я бы так и стояла в нелепой ночной рубашке с птицею на плече, если бы кто-то не позвал мою сводную сестру. Бусина, хмыкнув, тотчас превратила мое диковинное одеяние в подобающее месту и времени синее скромное платье с оборочками – и даже накинула заклятье невидимости на мои переводные татуировки. Волосы оказались заплетены в аккуратные старомодные косички.

«Ты переборщила!»

«Пожалуйста!»

Леди Доротея, явившаяся на зов командира, внимательно осмотрела птицу – впрочем, она, как и Адельгейда, тоже старалась держаться на расстоянии. Птица снова стала черной – и теперь сильнее всего напоминала перекормленную и сильно уверенную в себе совершенно черную ворону.

За несколько минут осмотра в кабинет просочился едва ли не весь форпост. Пришел снизу Люсьен. Пришел его напарник Бруно, которого почти все давно звали Русланом. Пришла невеста трудолюбивого Адольфа, штурмовик Анутанетта Фьямм. Прибежал Тициан Макальпин – оказалось, именно он позвал Бусину, первым оценив мой шедевр... Последней в комнату вошла Смоуки. Я всегда была к ней несправедлива и знала это... Подозреваю, что она нравилась Люсьену. И, знаете, что самое обидное? Он ее ни капельки не интересовал!

Не было мамы, Прасковьи Ивановны и брата Рори. Видимо, они были заняты делом.

- Теперь эта мелкая недорощенная кошка – Хранительница, – пробурчала Доротея, пристально вглядываясь в мою растерянную физиономию

- Сколько тебе лет, юная баронесса? Ах, восемнадцать! Рановато для такого титула, но бежать некуда...

Адельгейда вздохнула и потрепала меня за плечо.

- Может, хоть как-то возможно его перепрошить? Перенастроить? Запечатлеть заново? – поинтересовался Бруно:

- Как у них это работает? Жалко ведь девку...

- Может, оно ко мне пойдет? – Бусина смело протянула руку к моему новообретенному питомцу, но птица сердито щелкнула клювом – и сестра взвизгнула, тряся обожжеными пальцами.

- Нет, не пойдет. Не перепрошить. Теперь это навсегда! – констатировала Адельгейда:

- Вопрос: что скажут в Асгарде? Мне кажется, кому-то придется переходить на дистанционное обучение!

Я всхлипнула. "Реально надо было сожрать эту дурацкую птицу! И что все так на меня таращатся?!"

- На каком курсе проходят в Асгарде пантеоны? – поинтересовалась Доротея у Люсьена:

- Наша малютка не двоечница?

- На третьем или на четвертом, – пожал плечами Люсьен:

- Славянский, кстати, в самом конце. Но, собственно, в других универах и этого нет. Так что, тетьЭлл, ты б рассказала про эту жар-птицу, кратко, но емко - как только ты и умеешь? Или нам строем пойти в библиотеку? Я в лекторы по теме не гожусь, я тогда болел.

Адельгейда вздохнула.

- Давайте начну я... Итак, все мы помним, что Боги, прилетевшие на эту планету, привезли с собой искру творенья. Это то, без чего невозможно создать одушевленных существ – то есть тех, чья душа способна к перерождению в том либо ином виде. Были созданы архангелы, небесное воинство. Потом ангелы. Это вторая раса. Потом была предпринята попытка создать расу царей, так появились Адам и Лилит. Потом Люцифер восстал, был низвергнут – и ушел на Обратную сторону, уведя с собой Сорок Верных – падших ангелов. С помощью искры творения он сотворил третью расу – расу демонов, благодаря чему между ним и Саваофом и были заключены мирные соглашения. Для сотворения демонов использовалось много материалов, в том числе камни и минералы. Использовался и алатырь – белый камень истины, месторождения которого есть только на Обратной стороне. От соприкосновения с молотками добытчиков вылетели искры – и по оплошности повелителя попали прямо в сосуд с эликсиром творения. Около сосуда же прохаживалась самка ворона – как известно, эти птицы всегда селятся рядом с людьми или аркидами и осознанно ищут, чем поживиться... Капли эликсира с частицами белого камня, выплеснувшиеся из сосуда, и поймала на лету та птица... Вскоре она начала нести яйца – так и появились рароги, разумные адские вороны.

- Это мы из школьной программы помним, – загудели Стражи:

- Только вот в Нижнем мире они, вроде, давно не водятся...

Птица на моем плече насмешливо каркнула – и хитрым глазом уставилась на Адельгейду: мол, продолжай.

- Изредка попадаются... Как все вы знаете, прародителем расы ликантропов является Фенрир, – продолжила валькирия, улыбнувшись то ли мне, то ли птице:

- Его превратила в оборотня повелительница Лилит, уже будучи изгнанной с Верхнего неба. В жилы Лилит некогда влил эликсир творения сам повелитель Люцифер, сделавший свою возлюбленную равной себе... Так вот, однажды Фенрир был тяжело ранен - и пришел к своей создательнице и подруге за исцелением. Лилит разрезала свою кожу и дала оборотню испить ее крови – ихора. Спутниками Лилит в это время уже были несколько рарогов. Один из них принялся помогать вытаскивать обломки наконечника копья из тела Фенрира – и нечаянно вкусил его плоти.

- Фууууу, – сказали хором Бусина и Смоуки:

- Вот всегда в основе сотворения рас какая-то фигня! Или криминал, или жуткое кровосмешение, или каннибализм...

- Вспомни, как сотворили водяных и кикимор - и умолкни! – фыркнул циничный Бруно:

- Что вышло, то вышло.

Про кикимор вспомнили все - и недолго помолчали.

- Утром, когда Фенрир проснулся, он ощутил себя исцеленным. А над собой увидел свое подобие – огненную полупрозрачную волчицу с огромными крыльями. От этого союза и появился Симагл. Тот, что был богом в славянском пантеоне. Тот, который одновременно и волк, и рарог!

Тут Доротея откашлялась и продолжила дальше за Адельгейду:

- Соответственно, симарглы – прямые родственники оборотней ликантропов. Все симарглы – рароги. Но далеко не все рароги – симарглы. Это редкая мутация, она очень плохо наследуется. К тому же, симарглы размножаются не так, как другие млекопитающиеся...

«Каждая селедка – рыба, но не каждая рыба – селедка», – хохотнул в моей голове голос Люсьена. Ого, меня добавили в групповую бесшумную речь – это как общий чат, только телепатический. Расту над собой.

- И как же они размножаются? – спросила тоном отличницы Смоуки:

- Простите, я не заканчивала не то, что университет – даже школу...

- Симарглы женского пола после соития с оборотнем, собакой, волком или другим симарглом уходят в укромное место и через некоторое время сносят яйцо. Снеся яйцо, самка симаргла умирает – если рядом нет другого симаргла, который даст ей напиться своей крови. В этом случае птенец вылупляется из яйца и находится около тела матери. Другие симарглы из этого рода, почуяв смерть родственницы, направляются к ее телу и принимают на себя заботу о птенце. Но бывает так, что симарглов поблизости нет – и тогда Хранителем становится тот, кого выберет для этого сам птенец. Симаргл живет около девятисот лет – и он предан только одному Хранителю. Утратив его, симаргл может погибнуть от горя. Симаргл дарует своему симбиоту защиту в бою, способности отличать правду от лжи и чуять даже скрытую опасность, а также способен поддерживать оптимизм и боевой дух симбиота в самых безнадежных ситуациях. Взамен он практически лишает своего избранника личной жизни – никто не способен полюбить симбиота так, как симаргл. Еще неудобное свойство симаргла – он чувствует помыслы любого, кто желает вреда симбиоту. А лицемерить симаргл не умеет – это самое правдивое существо в Трех мирах. Как правило, он пытается отогнать, поранить или даже убить потенциального обидчика... Еще симарглы способны читать мысли – и даже общаться с симбиотом в аналоге бесшумки... Поэтому девочку вряд ли пустят с этой милой птичкой в Асгард...

Я снова едва не разревелась.

- Юдифь. Успокойся! – Адельгейда ласково посмотрела на меня, но от прикосновения удержалась:

- Быть Хранителем симаргла - большая честь... Да, придется потерпеть бытовые неудобства. Симаргл предупреждает симбиота об опасности, как правило, возгоранием – поэтому наш комендант, безусловно, немедленно выделит вам отдельную комнату с огнеупорными свойствами, а ты с завтрашнего же дня начнешь экстренно изучать курс огнеборческой магии. Половые контакты пока придется исключить - это может вызвать у симаргла агрессию. Как и все виды поединков, спаррингов и прочего. Вообще, старайся жить так, чтобы тебя без спроса и без толку не трогали руками, особенно посторонние! Через какое-то время ты и симаргл научитесь понимать друг друга – и ты сможешь объяснить своему новому другу, в каких случаях нападение – не поединок, а всего лишь игра.

По выражнию лица валькирии я поняла, что она весьма и весьма сомневается в том, что наше понимание произойдет быстро.

- Каррррр! – проорал мне симаргл в самое ухо.

"Надо было сожрать, однозначно"

- Через некоторое время рарог начнет трансформироваться в собачью форму – и может попытаться похоотиться на кошек форпоста. Поэтому я сегодня же вызову из отпуска Сильвера, и тот, как охотничий пес, посменно с Адольфом будет следить...

Комендант ненавязчиво кашлянул.

- Что-то не так, Адольф?

- Госпожа Ида! Я же не сутками буду ходить за девчонкой? Может, мы волонтершу возьмем для того, женского пола? Пусть Дымка найдет – мало ли в округе толковых волчиц? Девушке много что надо... Как мне за нею следить? Я же не извращенец какой, право слово...

Люсьен поднял руку.

- Адик прав! Предлагаю установить дежурство и караулить эту воронособаку по очереди. На ночь – запирать. Утром – выпускать обоих и глаз не спускать. А как найдется толковая сука, пусть у нее и болит голова... Кстати! Есть дрессировщики этих тварей? Может, в Аду? Пригласим?

- Карррррр! Кра! Кра! – заорал рарог. То ли сама идея ему не понравилась, то ли он против дрессировки высказался?

Элла-Доротея вздохнула.

- Симарглы не дрессируются, Люсьен. С ними можно только договориться... Смоуки, милочка, поищите собаку на полную ставку со сверхурочными!

- А в качестве комнаты я предлагаю использовать бывшее хранилище артефактов! – добавила Антуанетта Фьямм.

- Там, правда, нет окна. Но переночевать можно и в комнате без окошка, верно? Зато это птицеволкообразное не удерет и не натворит бед... там стены бронированные!

- Симаргл засыпает, когда засыпает его симбиот, - пояснила Адельгейда, заметив мой встревоженный взгляд:

- И он никогда не покинет Хранителя добровольно... особенно в таком нежном возрасте. Поэтому предлагаю наоборот – чердак. Птица скоро достигнет полового созревания и станет петь... чердак легче звукоизолировать, а то мы с ума сойдем!

Мне принесли клетку размером с два детских манежа. Оказалось, что симарглу нужно давать сырую печенку и много зелени. Словом, мой уважаемый шар, у меня теперь отдельная комната – точнее, у нас двоих. Остается придумать кличку вот этому клювастому...

"И все-таки надо было его сьесть!"

3 Юдифь

Жизнь с птицей рарогом оказалось чуть менее страшной, чем я опасалась. Но хлопот мне хватало...

Во-первых он - или она?! - не хотел сидеть в клетке и, едва я пыталась его в ней закрыть, принимался воспламеняться. В комнату тотчас врывался Адольф Алоизович с огнетушителем наперевес – и потом мне приходилось заниматься то обычной, то магической уборкой, поочередно. На простой вопрос «отчего было не воспользоваться заклятиями?» комендант отвечал универсально: «так-то оно верней будет»... Ох уже эти пожилые оборотни! Пришлось прийти к компромиссу - рарог заходил в клетку, а я не запирала её.

Во-вторых, он вовсе не «спал одновременно со мной». Если он хотел спать - спать должна была и я. Окаянная птица клевала меня, выключала свет, долбя клювом по выключателю - словом, настаивала на соблюдении удобного ему (или ей?) режима.

На форпосте сразу же появилась новая традиция - теперь все подсмеивались надо мной, расхаживающей везде и повсюду с птенцом рарога на плече.

- Птица говорун отличается умом и сообразительностью, умом и сообразительностью! - комментировал Тициан.

- Пиастррррры, пиастррррры! - хихикал Бруно.

- Гамаюн - птица вещая, - напевала Смоуки.

- Как по утру до станицы прилетали жары-птицы, - бормотала себе под нос, искоса глядя на меня, Прасковья Ивановна. Она, кстати, спокойнее всех восприняла появление чудо-птицы на форпосте:

- Идочка, какой только твари у нас тут не бывало… чай, и к этой привыкнем со временем…

- Твой гадкий утенок ест крошки? – осведомлялась щедрая сестра Бусина.

- Цыпленок жареный, цыпленок пареный… - напевал Адольф.

Словом, жить всем стало веселее! Вернулась мама. И первым делом кинулась к Адельгейде - с все теми же вопросами: как бы перепрограммировать высокомотивированную на общение птичку на кого-то другого? Меня она кинулась обнимать, несмотря на присутствие рарога:

- Юдифь, мы что-нибудь придумаем!

Рарог попытался было вытянуть острый клюв - но вмиг отхватил серой когтистой лапой, после чего на маму не реагировал. Зауважал? Приехал брат Рори - ему мой питомец, наоборот, понравился.

- А ты знаешь, как определить, мальчик это или девочка?

Роршах смело почесал птице шею.

- А никак. Они определяются с полом не сразу. Видишь ли, каждый симаргл сам решает, мужчиной он хочет быть или женщиной! Твой ещё слишком мал для таких решений. Но, скорее всего, это будет парнишка. Правда, боец?

– Почему? – удивилась я. Не то чтобы я мысленно уже напялила на рарога розовый или малиновый бантик со стразами, но...

- Потому что ты девушка. Они склонны влюбляться в своих Хранителей, - Роршах погладил птицу по угольно-черной спине.

- Ты бы попробовала его научить простому «да» - «нет»? Это должно получиться. У Вёль со мной вместе жил рарог… мы неплохо с ним ладили…

Мой сводный брат Роршах несколько десятилетий прожил в урочище легендарной колдуньи Вёль - так его наказали за какое-то злостное нарушение. Я все хотела узнать, за что именно - но не находилось удобного момента спросить. А вообще-то у любого на форпосте было, о чем спросить! И любому было, что рассказать… отчасти, я была рада, что стала «дочерью полка», а не жила себе барышней в благополучном приемном семействе. Теперь вот и я стала чем-то примечательной - Хранительницей, пусть и всего лишь бестолкового птенца. Несколько дней я потратила на попытки наладить коммуникацию. Увы, мне попался бестолковейший из симарглов - либо он попросту не снисходил до общения со мной. Птиц жрал, пил, гадил, орал и желал использовать меня в качестве перевозочного средства. Ничего более интересного не происходило. «Может, он станет умней, когда научится обращаться в собаку? Мозг у собаки развит ведь куда сильнее, чем птичий… Как бы его ускорить?!»

- Может, снова засунуть тебя под живую воду? Ты тогда быстро оклемался - и сразу подрос…

Конечно, следовало бы сходить в ванны без рарога и просто набрать воды. Но мой пернатый друг начинал орать, как резаный, если я пыталась уйти от него дальше, чем в туалет. И я потащилась вниз с ним.

Ванны регенерационных купален наполнены проточной живой водой - она подается к нам через вертикальные штольни, сделанные лепреконами. Самая дальняя ванна наполняется водой мертвой - водами Стикса. Эта вода сращивает кости и заживляет рубленые и резаные раны. Проще говоря, восстанавливает целостность изначального контура. Пить воды Стикса нельзя - они вызывают тяжелое отравление, которое потом сложно вылечить. Тела пациентов погружают в мертвую воду так, чтобы голова оставалась на поверхности - за этим всегда следят. Раны на лице заживляют, лишь протирая их мертвой водой… поэтому я не просто удивилась, а офигела, когда рарог, весело спорхнув с моего плеча, нырнул в воды стикса, как утка.

- Стой, придурок, сдохнешь!

Над ванной появился призрачный контур пса - или волка? - с огромными крыльями за спиной. Сам рарог так и не вынырнул. Внезапно я ощутила странную, непреодолимую потребность зайти в воду. Мало того - ощутить, как сомкнутся воды Стикса над моей головой. Понимая мозгами, что творю полную дичь, я медленно подошла к дальней ванне. Силуэт крылатой овчарообразной дворгяни так и парил над ней. Я зашла в воду - зашипели, исчезая, волосинки на моих ногах.

«Вот так тотальная депиляция!» - я и не знала о таком эффекте мертвой воды. Однако, лезть в нее с головой мне было по-прежнему страшно.

- Давай, вылезай. Хватит дурить! Ты ж не самоубился там, птиц?

Вдруг кто-то резко дернул меня за ноги - да так, что я упала в ванну и, действительно, окунулась в неё с головой. Я рефлекторно перестала дышать - даже глаза зажмурила. Тут я и почувствовала… даже не знаю, как это описать: то, будто некая часть меня отделяется и взлетает наверх. Да! Я смотрела на ванну сверху и одновременно находилась внутри неё. Призрачный пёс с крыльями смотрел мне в глаза и улыбался, навиливая хвостом - он тоже висел над ванной, как чертов воздушный шарик. А дальше произошло неожиданное: у ванны с мертвой водой буквально пропало дно. Я ощутила себя Алисой, падающей в кроличью нору. Вокруг меня свистел ветер - как в аэротрубе. Мы летели и падали, летели и падали - я и рарог. Потом мы совсем упали - как и подобает Алисе, на кучу сухих листьев. Рарог стал прозрачным и алым - как тогда, когда я пыталась лечить его раны живой водой. Впрочем, его мутации были последним, что меня сейчас могло бы заинтересовать.

- Мы вообще где? - спросила я вслух. Разумеется, я не ждала, что мне кто-то ответит.

- В Нави, - ответил мне звонкий мальчишеский голос:

- И я даже мечтать не смел, что мы попадем сюда настолько быстро. С тобою приятно работать в команде, Юдифь! Хотя ты зело неожиданная...

Я обернулась. Рарога нигде не было. Рядом со мной стоял худой, вихрастый, черноволосый и удивительно красивый мальчишка с пронзительными серо-зелеными глазами лет шестнадцати на вид.

- Я Алкиной, сын Морока. - представился он, склонив голову:

- Племянник царя Кощея. Внук, соответственно, самого Чернобога. Словом, я здешний принц. Ты, главное, не бойся. Никто тебя не убьет.

4 Люсьен

- Короче, Люсик, дело дрянь. Сестры нигде нет. Вороны ее жирной нет. В подвале, если взглянуть сквозь кристальную рамку, показывают анимацию... – наша чудесная роковая блондинка Брунгильда Акс нисколько не обеспокоилась тем, что заявилась ко мне в комнату в нижнем белье. Точнее, она, безусловно, определяла свои коротюсенькие шорты и топик как «домашний костюм». То, что подобное отвлекает от дела, я уже ставил на вид Адельгейде. Знаете, что она мне сказала? «А ты не отвлекайся!»

- А кто у нас сегодня дежурный по птицеферме?

Я закончил читать эссе как раз об этих чертовых рарогах – Бруно настрочил его с космической скоростью, он любит такие задания. Его б к Доротее в пару. Была бы у нас боевая двойка вещунов-эрудитов... Бусина фыркнула.

- Дежурная - Смоуки. Но с нее где сядешь, там и слезешь. Она догадалась разве что обойти весь форпост с кристальной рамкой и нашла этих призраков. Говорит, они там находятся стабильно – Адельгейда придет и допросит. Ты когда-нибудь допрашивал призраков? Как они коммуницируют?

Кристальная рамка, если кто не знает – это такой камушек с дыркой посередине. На жаргоне его еще называют «глазок»... Кристальная она потому, что активируется такая штуковина помещением на мороз или же в морозилку – где и лежит до тех пор, пока внутреннюю сторону рамки не покроют ледяные кристаллы. После этого глазок проносят сквозь огонь – и готово, можно пользоваться, призраков видно.

- Симарглы были посредниками между Правью и Явью - и могли быть посредниками между этими мирами и Навью, - пояснила нам Дымка, крутившая между пальцев вышеупомянутый предмет:

- Я где-то читала, что, покидая один из миров, они оставляли в нем призрачное подобие – чтобы вернуться.

Смоуки постоянно так делает – с одной стороны, подчеркивает отсутствие у себя какого-либо образования, а с другой – знает кучу всего, потому что до фига читает... При этом мы, выпускники университетов, чувствуем себя идиотами... Ну, по крайней мере я. Я взял у нее рамку и взглянул сам. Под потолком купальни весело носились, играя, призрачные котенок и щенок. В кошке-подростке я без проблем узнал Яшму – мелкая, тощая, с огромным хвостом - а вот собака напоминала мне все породы одновременно. Этакий метис овчарки со всей улицей!

"Если это будущая сумрачная форма нашего домашнего симаргла – я ему не завидую"

- А кто в дальней ванне воду слил? – поинтересовалась Пуся, приволокшая вниз здоровенный горшок с фикусом. Как я понял, она увлеклась ежегодной обрезкой и маханула лишнего – добрая половина растения висела у нее в руках.

- Сейчас нальем новую. Видимо, ванну мыли! – услужливая Бусина метнулась к крану. И через секунду заорала:

- Ребята! Сюда!

Орать стоило. У ванны не было дна. Бесконечный тоннель уходил куда-то вглубь, к центру земли.

- Вопрос: связаны ли между собой это явление и пропажа котенка с птицей? – озвучила наши мысли вслух капитан Очевидность Ивановна, позабыв про пострадавшее растение:

- Бусина! Эй, Бусина, стой!

Увы, Брунгильда машинально таки открыла кран. Ванна восстановила форму с первыми брызгами – дно появилось из ниоткуда – и принялась совершенно естественно наполняться.

- Мы бы все равно туда не полезли! Придет Адельгейда, откроет портал... - оправдывалась сестрица Роршаха.

- Куда? Мы и понятия не имеем, куда вел этот ход! – я разозлился на нее так, что едва не укусил:

- Это же твоя сестра пропала! Ну, почему ты не думаешь головой за пределами драк, боевик?!

Пришла Доротея. После Адельгейды они с леди Ириской тут самые старшие – я имею в виду, по возрасту. Доротея уже лет триста служила форпосту, когда случилась знаменитая резня в Гленко, где погибли все ее человеческие потомки – но она до сих пор носила фамилию мужа. Ходили слухи, что Доротея лесбиянка – так как никто и никогда не слышал ни об одном ее романе, что не свойственно кошкам-Стражам. Но она никогда не комментировала эти слухи – как, впрочем, и не опровергала.

- Давайте обратимся к истории. Форпост в этом месте поставила сама богиня Мара. Наверняка остались документы о том, почему – или, как минимум, Адельгейде об этом прекрасно известно. Кто-то построил и эти ванны. Возможно, они имеют некие свойства, которыми мы не пользовались по незнанию... Так что сидите спокойно и ждите Иду! - подытожила она и она принялась помогать Прасковье врачевать фикус. Брунгильда вспыхнула.

- Если бы ваша сестра смылась в преисподнюю вместе со слитым бассейном мертвой воды, посмотрела бы я, как вы бы сидели спокойненько, Элла!

Доротея подняла глаза к потолку.

- Включи мозги, Бусина. Если бы твоя сестра погибла, ее призрак бы не ловил сейчас призрак собаки за хвост!

Я проверил: призраки и вправду резвились, как ни в чем не бывало.

«Ты понял, что она видит их без глазка?!» – спросила меня в бесшумке Смоуки. Да уж. У каждого на нашем форпосте свои грустные тайны... Мы бы грызлись еще - не час и не два. Но тут пришла Ида.

5 Доротея

- Котята, кто помнит миры славянского пантеона? – спросила валькирия, делая мне знак умолкнуть. Разумеется, первой ответила Смоуки:

- Явь, Правь и Навь! Явь – Нижний мир, Правь – Верхнее небо, Навь – обратная Сторона.

Я фыркнула. Вот всегда так – нахватаются по верхушкам и мнят себя грамотными.

- Кто понял, что именно не так? – уж от этого-то вопроса меня было не остановить! Все задумались. Откуда-то материализовался Бруно – вероятно, Люсьен позвал – и тут же дал верный ответ.

- Числа! Тут дело в числах. У славян священным числом было «четыре»! Шестнадцатеричная система исчисления, шестнадцатилетний годослов, шестнадцать главных богов. Четыре стороны света. Должно было быть четыре мира! И, так как Верхнее небо у нас было и есть недоступное для пантеонов пространство, оно и было выведенным за скобки четвертым миром! И назывался он «Славь». Так что Явь – Нижний мир, Правь – Обратная сторона. А вот Навь была иллюзорным миром-подобием. Аттракционом. Нет, я не особо умный, просто я курсовую когда-то про это писал...

Пока я слушала бубнеж Бруно, вспомнилось – я родилась как раз тогда, когда скандинавский пантеон сдавал позиции новому, христианскому... Пантеоны существовали всегда – с тех самых пор, как появилось разумное человечество. Боги и все остальные бессмертные используют магию – а откуда взять для нее энергию? Больше всего энергии приходит в молитвах – а когда люди молятся? Думаете, когда им хорошо? Дудки! Когда им больно, страшно - или и то и другое одновременно. А пуще всего они стараются перед смертью. Потому боги и додумались до Пантеонов – это как ролевые игры для людей. Постановки, в которых ангелы, демоны, боги - да кто горазд! - играют оптимальные для данной культуры и исторической эпохи роли. Например, скандинавский пантеон. Повелитель Айлон - бессменный Один. Падший ангел Азазель - бессменный Локи. Вель играла саму себя, валькирий понабрали по конкурсу из умерших асов... Конечно, лучше всего получалось, когда совпадало по тематике. Повелительница Тейя – Сиф. Демон ружия Армос – Хеймдалль. Богиня Эфра – разумеется, Фригг; кто же, как не она? Демоны-близнецы Деймос и Фобос – Вили и Ве, братья Одина. Тритон, сын повелителя Океана – Ньерд... Такой ладный пантеон был, такой красивый! А Браги, а Тюр! Ах, до сих пор вспомнить приятно...

Греческий пантеон тоже хорош был... Повелитель Вестор – Зевс. Богиня Моррана – Артемида. Сын Азазеля Альрик – Гефест. Повелитель Арран – Арес... Райских немало работало в греческом пантеоне, и все ладили, все шло прекрасно – хотя состав команд и менялся полностью раза четыре... Иногда исполнители настолько входили в роли, что сочетались реальными браками - и даже детей рожали!

И до сих пор у каждого пантеона полно поклонников, какой ни возьми. А потом додумались до этого новомодного монотеизма... тьфу, ни красы ни радости. И вся энергия в одну струйку, а как уж ее там распределят?

Бруно, пока я ностальгировала, дошел до перечисления богов Нави...

- Славяне были сотворены богом Вестором, – прервала его Адельгейда:

- И это были люди мужественные и благородные, сильные духом...Чтобы они боялись богов, понадобилось множество страшилищ! Бог войн и битв Арран взялся за роль Чернобога, но она ему быстро наскучила. Другого кандидата найти не смогли – и за дело взялся падший ангел ночных кошмаров Мортаэль, боец Жуткого Отряда. Первым Чернобогом, кажется, он и был... впрочем, уже не помню. Он сотворил первоклассных чудовищ – Вия, Морока, Мора, Кощея. По сути, из богов Нави были реальными только повелительница Мара да Троян, ловкий парень из великанов. Особенно удался Морок – с тех пор подобные наваждения так и называют. Под Навь приспособили часть Сварты, потеснив лепреконов...

- Хм... – деликатно кашлянул Люсьен:

– А какое отношение, командир, этот увлекательный экскурс в запселый полузабытый пантеон имеет отношение к сложившейся у нас ситуации?

Смоуки отвесила ему леща.

- Не перебивай! Может, другим интересно...

- Симаргл – я имею в виду самого первого из симарглов, родоначальника всех остальных – жил во всех трех мирах, кроме Слави, – закончила Адельгейда, словно не заметив реплику Люсьена:

- А на излете пантеона, когда люди потеряли страх и стали добывать рарогов для продажи и выделки, и вовсе переселился в Навь. Когда пантеон закрыли, возник вопрос: куда это все девать? Я имею в виду, всех обитателей?

- Рай стопудово посоветовал замуровать! – съязвила Прасковья, наколдовывая от скуки на фикусе то зонтики гортензии, то бутоны гвоздик:

- Или затопить. Или сжечь? Я имею в вижу, что не конфет им послали...

Все засмеялись. Архаичная надменность обитателей Верхнего неба была для нашего поколения скорее анекдотом, чем угрозой. Ветеранов передернуло – они еще помнили вживую те времена, когда Огненные мечи уничтожали поселения дилитов просто так, от нечего делать.

- Предложили затопить – а, точнее сказать, посоветовали Обратной Стороне разбираться самим. Всем обитателям Нави, разумеется, были предложены варианты эвакуации. Большинство населения тотчас Навь покинуло...

До меня дошло.

- Адельгейда! Часть народа Нави осталась в Сварте – и им оставили выход наружу только вниз, на Обратную Сторону?

- Ей ты тоже сейчас дашь подзатыльник? – ехидно осведомился Люсьен у Смоуки:

- Доротея так-то тоже сейчас перебила!

Валькирия развела руками.

- Мы доложили объединенному собранию, занимавшемуся этим вопросом, что жители эвакуированы, а территории затоплены водами Стикса. Но на самом деле был затоплен и впоследствии засыпан только колодец, через который выбирались из Нави в Явь ставший лидером навийского сопротивления Кощей и его братья... Всем им открыт был выход на Обратную Сторону, безусловно. Только они его замуровали. Сами. Изнутри. Сказали, что создали идеальный мир, остаются в нем жить и ни к кому не имеют претензий. А кто к ним сунется – пеняйте на себя!

Прасковья восхищенно присвистнула.

- Мне приемная мама это в детстве, как сказку, рассказывала. Что где-то в толще гор Сварты есть дивная долина и сапфирово-синее подземное море, на берегу растет огромный дуб, на дубе сидит кот на цепи...

- Пушкин что – тоже вырос в Аду? – открыла рот Бусина:

- Это же Лукоморье!

Адельгейда снова кивнула:

- Да, их столица – навийцев – так и называлась. Чтобы никто не проник внутрь и не обидел ненароком этих упрямых колонистов-отшельников, прямо над замурованным тоннелем в Навь богиня Моррана и велела поставить форпост. Я имею в виду – этот форпост. Чтобы тоннель не пропал совсем, мы решили частично использовать его как водопровод и подавать сюда мертвую воду. В ней все равно ничего живое не выживет...

Прасковья с грохотом уронила горшок с фикусом прямо на плиты, Брунгильда снова открыла рот, Люсьен и Бруно вытращили глаза. И только милая маленькая Смоуки, как ни в чем не бывало, уточнила:

- Нашу Яшму утащил в несуществующую по документам Навь сумасшедший симаргл через наш же водопровод – верно?

- Именно так, – подтвердила Адельгейда:

- Только вот боюсь, что он ни разу не сумасшедший. И нам надо как можно скорее, котятки, разобраться с этой проблемой. Потому как колодец замуровали в девятом веке, а сейчас у нас двадцать первый. И что там во что эволюционировало, в этой Нави – хрен его знает.