Найти принцессу

— И в школе ко мне близко не подходи! Уговор есть уговор…

Никто его не слышит. Вот так всегда. Он старше всего на несколько минут, но обязанности без прав при нём.

Сестрица и в этот день решила опоздать, нисколько не озаботившись о том важном первом впечатлении, которое предстоит благодарить или оправдывать до выпускного.

Никто не поверит, что они близнецы. Земля и небо, огонь и вода, плюс на минус. Сам всё лето на соревнованиях по спортивной акробатике кружил и вечерами в тренажерном зале выматывался, а младшая, как всегда и каждый раз, на диване да с пироженкой в руках. Даже злиться стал до отвращения: такая сестрица — позор ему на голову. Бока наела, как у взрослой тетки. Вот перемкнуло её от первой любви, которая случилась в первом же классе. До сих пор умудряется страдать.

— Хватит спать! — Стас готов был в порыве злости сдернуть одеяло вместе с безответственной сестрицей. Но…на динкиной кровати, едва прикрывшись, лежала такая красавица, что все слова сразу застряли в горле.

Один золотистый локон скользит на батистовой с кружевом сорочке, падает с груди и рассыпается на тонкие пряди. Девушка открывает глаза, трёт их, внимательно разглядывает его.

— Ты дурак? Какого разбудил в такую рань? Не сдалась мне твоя школа ни разу…

И голос был динкин!

Стас присел на краешек кровати. Как из его малахольной сестрицы получилась такая сладкая куколка? Настоящая стройняшка модельной внешности. Что за чудеса?!

— Я не буду больше мучить себя. Да, это, конечно, плохо, что я разрешила себе съесть на ночь любимый творожок. Но я буду любить себя даже с отёкшим лицом и опухшими глазами. Позвоню в агентство, и пусть делают со мной, что хотят. Но неустойку я им всё равно платить не буду. Я же люблю себя. Очень люблю.

За окном было почти темно. В подоконник стучал затяжной осенний дождик.

Ольга Сергеевна, с удивлением, прислушивалась к дочкиным разговорам, а потом позвала:

— Милая, пора просыпаться. Нам с папой скоро в аэропорт, я не хочу уезжать, пока ты не позавтракаешь на моих глазах. Помни, что сказал врач. Никаких игр с едой во вред себе!

Конечно, мама всегда права. Но кто бы мог на этот раз предположить подобные последствия от невинного баловства. Надо вставать и смотреть на свои отёкшие глаза. Откинув покрывало, привычно вытягивает ноги, чтобы потянуть носки в подъеме, и… Что это?!

Всё вдруг стало гораздо хуже. Ноги превратились в сардельки, а трусики расползлись на бедрах.

«Раз, два, три. Успокоиться».

— Дочка? Ты проснулась?

— Мам, да…одеваюсь.

И хлопнулась под кровать. Поясница предательски напряглась, как деревянная. Необъятные бедра запутались в покрывале. Дотянулась рукой до маленького зеркальца.

Вот это да… Что это такое? Лицо в зеркало не умещается, да и чужое совсем. И сумка на полу тоже не своя. Трясущимися руками едва успела открыть и обнаружить школьный дневник на имя Дины Ольховой, а потом с непосильной для себя скоростью снова юркнула под покрывало.

— Вот так ты у меня одеваешься… Доченька, поживей, что с тобой сегодня? — мама поцеловала её в макушку. — Первый раз мне в Париж не хочется, но что делать, если договорились уже за полгода. И тебя одну оставлять не следует.

— Брат Роман присмотрит, не волнуйтесь за меня.

Хорошо хоть голос остался прежним. По щекам потекли предательские слезы. Так хочется быть сильной девочкой и не думать при этом, что нельзя из дома выйти. Вся одежда теперь ей мала.