Не будьте слепы

— Бежим быстрее, благородный уже прибыл! — грязная босая нога подопнула товарища в такую же замызганную лодыжку, от чего тот, не удержав равновесия на скользком полу пещеры, шлепнулся набок, распугивая многоножек.

— Как раз, пока рабочие будут строиться, мы успеем пролезть, шевелись, не успеем по шуму и придется смотреть издали, — гневно поблескивая янтарными глазами из-под спутанной челки продолжили гневную речь.

— Да-да, я знаю, знаю, не маленький, — проворчали поднимаясь. — Уже отсюда слышно шум, мы вовремя.

Две худые по-юношески еще нескладные фигуры разбежавшись запрыгнули на незаметный скальный выступ и сливаясь с тенями, полезли по стене, чтобы вскоре скрыться в туннеле.

Покрытый паутинами, кишащий как и все пространство верхних катакомб насекомыми и мелкими поверхностными монстрами, он вел в Зал Советов, где уже громыхал гневный голос.

— Согласно последним событиям, характеризующим срыв торжественной церемонии появления на свет третьего наследника Серебряной Ветви, лица, выполнявшие работу в смену Заката Солнца, приговариваются к переводу на поверхностную вахту удлиненного типа. Обвинение: непрофессиональные действия, повлекшие за собой отключение приборов отопления и смерть юного наследника. С целью предотвращения подобных ситуаций в будущем, к работе по внешнему обслуживанию механизмов обязую привлечь также детей виновных, — благородный замолчал, наблюдая реакцию, волной ужаса прокатившейся по рядам дроу.

Он усмехнулся. Да, общеизвестно, что дети у этих длинноухих мразей рождаются редко и не больше двух в семье, на большее отцы неспособны заработать. Но это только и значит, что быстрее и крепче будет усвоен урок.

— На общую подготовку к вахте отвожу два часа, за началом внешних работ прослежу лично. Прибыть к верхним гермоворотам строго в отведенное время, подготовленными, в составе четырех особей. А сейчас разойтись по рабочим местам, готовиться к осмотру техники.

Резко развернувшись, говоривший отправился в отведенный ему после казненного управляющего кабинет. Это жалкое место его раздражало, катакомбы уже давно душили его ограниченностью своего пространства, и вот сейчас он нашел решение всех своих проблем. Как удачно эльфы допустили данную осечку.

А под угловыми сводами Зала Советов притихли двое, прикрыв глаза, пряча их блеск, такой яркий в этом мраке вечной экономии на рабочих. Сердца глухо бились, пропадая в общей какофонии звуков. Согласно подслушанной ими информации, через два часа они вместе с отцами поднимутся на поверхность. Тело пробила дрожь, столь сильная, что стряхнула с ближних паутин их хозяев. Поверхность...

Они с содроганием принимали мысль о скорой смерти... Вахта будет длиться полтора цикла солнечного движения и за это время неподготовленный организм превратится в горстку пепла. Если взрослых дроу еще смогут защитить стандартные комбинезоны, то на их «полторашный» размер ничего подобного не существовало.

От раздирающей душу ярости, рык неконтролируемо вырвался из груди. Ну зачем, зачем они предложили эту диверсию? Почему отцы согласились? Не смогли просчитать риски? Нет, неправильные вопросы, да и ненужные. Почему они согласились?

О, конечно, им всем претила власть благородных магов. Жалкие захватчики, благородные твари!

Занятые мыслями они дождались пока зал опустел и двинулись задом выползать из укрытия. Возможности развернуться не представлялось и двигаться приходилось еще более медленнее и аккуратнее, чем в начале.

Выбравшись, они бросились бежать под родной свод, скоро должны были прийти родители. Забежав, развернулись, переходя на более спокойный шаг, но поскользнулись на мху и свалились друг на друга.

— Разбирайтесь в своих конечностях и идите поешьте перед дорогой.

— Когда подслушиваете, не пыхтите как торталы. Вам повезло, что благородный был слишком самодоволен, чтобы вас услышать.

Понуро опустив головы, соглашаясь с отцами, подростки прошли за стол. Матерей они не знали, те, как и младшие сестренки, остались с другими женщинами на общем среднем эльфийском уровне, окруженные роскошью. Для них старались работать мужчины, ведь дающие жизнь были великой ценностью, дарованной богиней. Ухаживая, делая подношения, мужчины покупали их милость и согласие стать матерью для будущего потомства. И позже, после родов решалась судьба детей — девочки оставались с матерями, мальчики уходили с отцами в обжитые ими своды, где жили обычно по несколько семей. На их верхних этажах существовала вероятность встретить тварь с поверхности, что спустилась по вентиляционным ходам. И вот теперь им самим предстояло подняться в их царство, лишиться будущего, возможности вырасти,обустроить свой свод, создать семью...

— Доедайте быстрее, нам еще надо успеть подготовиться.

Удивленно посмотрев на отцов, они в два глотка выпили похлебку, вытерлись рукавом и приготовились действовать, но были прерваны подзатыльником.

— Сколько раз вам повторять. Манеры дроу не допускают вытираться одеждой...

— Вытираться можно только голой рукой, — хором закончили подростки.

— А теперь пойдемте.

В спальне их ждали отцовские плащи, кулем скинутые на кровать.

— Сегодня до приезда благородного мы успели кое-что забрать из хранилища. Одевайте на голое тело, потом сверху свою одежду. Это гораздо лучше вас защитит, чем наши комбинезоны. Это то, что носили прародители, отправляясь на поверхность.

— Зачем им было это нужно?

Родитель усмехнулся, но втискивая сына в узкоскроенную мембрану комбинезона и поправляя застежки, ответил.

— Чтобы стать мужчиной и привлечь внимание дарующей жизнь, ей преподносили трофей — часть убитой песчаной твари. Это сейчас они стали менее кровожадны, оценив прохладу, которую мы создаем и побрякушки.

— Готово, пошли.

В назначенной время они пришли к гермоворотам. Благородного не было и им оставалось покорно замереть в его ожидании, не смея нарушить строгие технические инструкции для персонала.

Покрытые ржавчиной от влажности, но крепкие железные створки источали жар, в коридоре было влажно и душно, всюду сновали извилистые тела монстриков.

— Согласно протоколу, перед открытием ворот необходимо одеть спецкостюмы. Подготовьтесь. Дети тоже.

Резкий голос благородного заставил вздрогнуть подростков и те, заторможено начали одеваться в костюмы, вывешенные в таком же проржавевшем шкафчике, большие для них, они висели балахоном, плотная грубая ткань отказывалась подворачиваться или загибаться и штанины остались волочиться по земле, путаясь в ногах.

Раздавая очки, дроу контролировали как их одевают другие, малейшая ошибка могла стоить потери зрения, а недееспособный напарник превращался в обузу для всего отряда.

Плотные стекла почти ничего не просвечивали, мир для них сузился до звуков и тактильных ощущений, от чего начинало панически колотить тело.

— Открывайте, — скомандовал благородный и работники начали наощупь набирать заученную комбинацию на вмонтированном в стену механизме.

Присутствующих обдало паром от компрессора ворот и как только герметичность была нарушена, в коридор хлынул жар адова пекла, а глаза больно резанул луч солнца, который мало останавливали очки.

Эльфы посторонились, пропуская вперед мага, завороженно шагавшего вперед. Теплолюбивая тварь, почувствовав приятную для себя стихию, подрагивала в экстазе при каждом шаге, стремительно выходя на опаленную солнцем скалистую землю.

Дроу требовалось время, чтобы привыкнуть к изменению окружающей среды и они смотрели, как маг, похожий на недобитую пучеглазую моль, впервые видит солнце.

— Мерзкие благородные, и оставались бы на поверхности, — сплюнул юноша.

Взрослые, занятые своими мыслями, никак на это не отреагировали.

Да, раньше, давно, три поколения почти бессмертных жизней назад, они свободно жили в своих пещерах, регулируя прохладу и небольшую влажность превосходными паровыми механизмами, пока однажды, сошедший с ума портал не выплюнул на поверхность их планеты жалкую горстку человеческих магов. Загнанные, еле живые, они восторженно принялись обживать сожженную до пыли и пепла землю, отбиваясь от обитающих здесь песчаных тварей. Они были согласны конкурировать за теплоту и жар вечного солнца — он давал им силу, подпитывал веру в лучшее.

Такое соседство продолжалось долго, если судить по обжитым внешним пещерам, но закончилось неизбежным столкновением. Вышедшие на поверхность для свершения предбрачной церемонии дроу, вместо того, чтобы убить такету-эта, столкнулись с магами. Обе стороны понесли тогда потери, но отступили, спеша донести в кланы о новой опасности.

Эльфы были согласны отдать людям поверхность, разделив зоны обитания, но не были готовы к человеческой жестокости и алчности. Пораженные увиденными технологиями, обеспечивающими спокойную жизнь, быт и удобства подземного народа, люди предали перемирие, заключенное в Зале Советов парламентерами.

Быстро размножающиеся люди без жалости вырезали длинноухое племя, ставя их на колени. Когда почти не осталось детей и женщин, дроу согласились отдать свои катакомбы. Ради того, чтобы отвоевать захваченных дарующих жизнь, согласились перестроить свои механизмы под нужды магов, отныне провозглашенных благородными.

Великая империя пала, покорившись, а подземные туннели, овеваемые теперь теплом и даже жаром с поверхности, отсырели, покрылись мхом, лишайниками и ядовитыми спорами, а в вентиляционные шахты полезли такие чудища, что детей стали охранять.

— Великолепно, просто прекрасно... — бормотал как в бреду маг, чей оскал начинал пугать.

— Вам необходимо осмотреть внешнее оборудование, чтобы мы могли начать вахту, благородный.

— Идем, — раздраженно дернув на дерзкого эльфа плечом, мужчина последовал за рабочим. Кругом расстилались безжизненные земли, каждый шаг поднимал в воздух облако пыли.

Отряд двигался медленно, без лишних движений по змеящимся останкам каменной дорожки, ведущей от гермоворот куда-то вверх по горным выступам. К тому моменту, как они дошли до гряды камней, подростки уже еле волочили ноги, а в очках не было ничего видно от соленого пота, выедающего глаза.

— Что за чертовщина эти ваши механизмы...

Наблюдать за тем, как с каждым шагом камни расходятся, оголяя прогрызенные монстрами вентиляционные решетки было и правду жутко. Но поистине пугало коричнево-бурое месиво, мерно колышущееся внизу плато, куда спускались трубки, пышущие паром.

— Какого! — договорить благородный не успел, ловкая подсечка под ноги, удар в плечи и его поглощает это нечто.

С тихим хлюпом тело втягивается куда-то вглубь, и жижа начинает неистово колыхаться, растекаясь по дну плато, выплевывая в трубы все новые и новые порции пара, она стекается к центру, радостно смакуя свою добычу.

Эльфы наблюдают за этим молча, стоя на техническом сооружении, нависающим над логовом этого монстра и имеющее только выход обратно к воротам, да подступы к вентиляционным шахтам.

— Что это такое?.... — голос срывался в хриплый шепот от сковавшего тело ужаса, подростки замерли, боясь даже дышать, не то чтобы шевельнуться, отойти от края, отвести взгляд от клокочущей массы.

— Цена наших механизмов — служение могучему Труту! Маги так слепы в своей алчности, что даже умирая, уверены в собственной значимости. Что ж, в одном они правы — они превосходны... превосходные жертвы...

— Первые механизмы не выдерживали длительных нагрузок и часто выходили из строя, их приходилось долго чинить, они требовали сложного обслуживания, в то время как перегрев уносил в день несколько эльфийских жизней, — спокойный голос второго родителя начинал потихоньку сбивать панику, давая возможность дышать хотя бы через раз. — Те же, что находились на поверхности и вовсе работали пару часов. Так было до тех пор, пока Великий Жрец, уйдя в пустыню в поисках истины, не набрел на удивительное место — низина, заполненная живой, самостоятельной субстанцией, оно источало пар сколько бы времени он за ним не наблюдал. Космическое таинство открыло Жрецу имя этого явления — Трут, дитя космического Хаоса, оно осело на нашей земле и уже оказалось неспособно уйти. Ученые смогли адаптировать нашу жизнь так, чтобы выдыхаемый им пар служил источником питания всех механизмов. И Труту для жизни необходимо, как и всем живым существам, есть...

И взоры эльфов вновь устремились вниз, где переливалось в причудливо-мерзком движении тело космического бога, заканчивающего свой сегодняшний пир. Когда тело начало невыносимо ломить от высокой температуры, они отправились к ближайшему схрону, где собирались провести время вахты.

А на рабочем столе благородного лежали подписанные приказы о помиловании четырех дроу в случае, если им повезет пережить карающую вахту, и завещание, согласно которому маг уходил на поверхность, чтобы раскрыть тайну миграции песчаных микру. Уходил, преисполненный радостью и предвкушением, не зная, что станет подношением.

А коричнево-бурое сердце механизмов сыто затихало, чтобы проснуться позже.