Не главный герой. Вбокел. Рон Уизли и методы разведения беспорядков в Хогвартсе

(Бечено)

1 сентября 1994, платформа 9+3/4

Поезд, уже выпуская густые клубы пара, возвещал о скором отправлении. Платформа была наполнена родителями, провожающими детей; первокурсниками, которые озирались с волнением, и учениками постарше, радостно встречавшимися после летних каникул.

Драко стоял у входа в вагон, держа в руках небольшую дорожную сумку. Они прибыли в самый последний момент вместе с Люциусом, который, по традиции, проводил его. Они прибыли за несколько минут до отправления. Как понимал Драко, чтобы не встречаться с Нарциссой. Он не мог спорить в этом вопросе с отцом.

Вообще, события после Чемпионата… Он до сих пор не знал, как к этому относиться. Сначала Уизли, бросивший вызов отцу. Его победа. Мать, которая стала женой Уизли. Его сила… И пьянка в магловском пабе. Куча вопросов, на которые нет ответа. И как же его всё это бесило. Но он ничего не мог сделать.

Поговорив с отцом, они пришли к выводу, что остается лишь наблюдать и использовать доступные возможности. Уизли опять оказался прав. Отец был удивлён, узнав, что Уизли вспомнил прошлую жизнь. Но принял спокойно. Впереди же ждал Хогвартс. И Драко придётся сильно постараться, чтобы окончательно не растерять влияние на факультете. Тот же Нотт не упустит возможность.

Гудок прервал его мысли. Отец посмотрел на него.

— Будь достоин своего имени, Драко.

Поезд мягко тронулся, увозя учеников в новый учебный год. Драко откинулся на спинку сиденья и глубоко выдохнул, незаметно оглядывая купе. Крэбб и Гойл, как всегда, сидели рядом, молча, словно два верных щита, но особой пользы от них не было. Блейз, растянувшись напротив, лениво пролистывал газету, словно его совершенно не касались все события лета. Панси сидела чуть в стороне, щебетала о тупости гриффиндорцев, но Драко не вслушивался. Он чувствовал, как на него посматривают – исподтишка, осторожно, оценивающе.

В купе стояла наигранная расслабленность. Разговоры были лёгкими, но Драко знал, что стоит кому-то задать вопрос, и атмосфера сразу изменится. Нотт, как он и предполагал, появился спустя десять минут, не торопясь, спокойно, будто случайно проходил мимо.

– Драко, – кивнул он, заходя и закрывая за собой дверь.

– Тео, – спокойно ответил Драко.

Они переглянулись, словно взвешивая друг друга, определяя границы разговора.

– Ты как? – с неприкрытым интересом спросил Нотт, присаживаясь рядом с Блейзом.

– Великолепно, – лениво ответил Драко.

– Да? – в голосе Тео прозвучала лёгкая усмешка. – Это хорошо. Мы уж подумали, что тебя могут беспокоить… скажем так, летние события.

Панси перестала говорить, даже Блейз чуть опустил газету. Драко не дернулся, не изменился в лице.

– А с чего мне беспокоиться? – он слегка приподнял бровь, словно искренне удивлён.

Нотт улыбнулся.

– Ну, ты же знаешь, слухи…

– Слухи – для тех, кто не может получить информацию напрямую. Я же не прячусь, Тео, – Драко откинулся на спинку, будто ему действительно было всё равно.

Тот медленно кивнул, явно не получив желаемой реакции.

– Ты прав. И всё же, скажи… каково это – быть сыном леди Блек? Да ещё и с таким… отчимом?

В купе повисла тишина. Драко почувствовал, как кровь начинает закипать, но опыт общения с новым Роном уже дал ему богатую практику держания лица.

— Вполне неплохо, – хмыкнул Драко. – Разве поддержка двух родов, имеющих места в Визенгамонте, может быть плохой?

— Ты прав, — усмехнулся Нотт. – Однако, учитывая твои семейные обстоятельства, я не уверен, что факультет сочтёт тебя достойным. Что думаешь делать?

Драко медленно повёл плечами, словно размышляя над словами Нотта, но в глазах его мелькнула насмешка.

– Тео, – протянул он, чуть склонив голову, – ты правда думаешь, что факультет примет тебя быстрее, чем меня?

Нотт усмехнулся, но в его взгляде не было веселья.

– Я думаю, что факультет уважает верность. Твоя же… под вопросом.

– Разумеется, верность важна. Но слизерин всегда ценил силу, – Драко слегка ухмыльнулся. – Ты действительно считаешь, что я стал слабее?

Нотт не ответил сразу. Он внимательно смотрел на него, пытаясь прочесть за словами что-то большее.

– Вопрос не только в силе, – сказал он наконец. – Вопрос в том, кого ты поддерживаешь.

В купе снова стало тихо. Панси нервно постучала ногтем по подлокотнику, но не вмешивалась. Драко чуть прищурился.

– Ты намекаешь, что мне стоит определиться с лояльностью?

– Я намекаю, что тебе стоит подумать, как сохранить позиции, – спокойно пояснил Нотт. – Потому что факультет может решить, что теперь ты не более чем удобный рычаг для нового лорда Блека. Да и не стоит забывать, что ты спутался с грязнокровками.

Драко почувствовал, как пальцы сжались в кулаки. Так вот куда он клонит.

– О, Тео, – протянул он медленно. – Я и не знал, что ты так за меня переживаешь.

– Ты не глупый, Драко, – усмехнулся Нотт. – Ты понимаешь, о чём я говорю.

Драко выдохнул, заставляя себя расслабиться. «Хороший ход, Тео. Ты хочешь спровоцировать меня, чтобы я либо отверг мать, либо показал, что нахожусь под её влиянием».

Он наклонился вперёд, облокотившись на колени.

– Скажи мне, Тео, – лениво произнёс он, – а кто именно решает, что достойно, а что нет?

– Факультет, – ответил Нотт.

– Ох, конечно, – Драко изобразил удивление. – И этот самый факультет не задастся вопросом, а не стал ли я сильнее?

Нотт слегка прищурился.

– Поясни.

– Всё просто, – Драко ухмыльнулся и сложил руки на груди. – Малфои никуда не делись, Блеки вернулись на политическую арену, а в Хогвартсе у меня куча новых родственников. Да, мой отец проиграл, но ты правда думаешь, что это делает меня слабее?

Нотт прищурился, но ничего не сказал.

– А что касается нового лорда Блека, – Драко усмехнулся, – ты бы рискнул выйти с ним на поле боя?

Нотт нахмурился и промолчал. Драко же добавил.

— Я – Малфой. Мы всегда чуем выгоду. И с новым лордом Блек мы достигли определённых взаимовыгодных соглашений.

В купе повисла тишина, нарушаемая лишь лёгким стуком колёс по рельсам. Драко с безразличной ленцой наблюдал за Ноттом, отмечая, как тот слегка напрягся, но быстро вернул себе невозмутимый вид.

– Взаимовыгодные соглашения, значит? – протянул Нотт, с лёгкой усмешкой склонив голову. – И в чём же они заключаются?

– А вот это уже не твое дело, – лениво ответил Драко, выдерживая его взгляд.

Он сделал небольшую паузу, позволяя словам осесть.

– И если уж говорить откровенно, – продолжил он, склонив голову набок, – я бы на твоём месте задумался не о моей позиции, а о своей.

В глазах Нотта мелькнуло лёгкое раздражение, но он не поддался.

– О, – его губы тронула тонкая усмешка. – Интересный ход. Ты предлагаешь мне подумать о моём месте, когда все взгляды устремлены на тебя?

Драко ответил таким же самодовольным взглядом.

– Именно.

Панси с интересом переводила взгляд с одного на другого, ожидая, кто сделает следующий шаг.

Нотт медленно кивнул, будто признавая логику.

– Что ж, любопытно, – он облокотился на подлокотник, чуть подавшись вперёд. – Однако, Драко, ты ведь понимаешь, что симпатии на факультете – штука переменчивая? Особенно к тем, кто не определился с лояльностью.

– Прекрасно, – Драко ухмыльнулся.

В глазах Нотта мелькнул огонёк раздражения, но он быстро взял себя в руки.

– Просто дружеский совет, – ответил он ровно. – Не стоит затягивать, когда твоё положение… шаткое.

Драко медленно кивнул.

– Тогда и я дам тебе совет, Тео, – он чуть наклонился вперёд, понижая голос. – Никто не любит тех, кто слишком активно заглядывает в чужие дела, пытаясь нащупать слабину.

Нотт выждал пару секунд, затем медленно выдохнул и усмехнулся.

– Будем считать, что услышал.

Он поднялся, легко расправляя мантию, и, кивнув, направился к выходу.

– До встречи, Драко.

Дверь за ним закрылась. В купе снова повисло молчание. Панси задумчиво произнесла

– Он явно хотел тебя проверить. И обломался.

– И не получил то, чего хотел, – заметил Драко, потирая висок.

Панси задумчиво посмотрела в сторону двери.

– Думаешь, он будет создавать проблемы?

– Пока нет, – хмыкнул Драко. – Но он выжидает. Он надеется, что я оступлюсь.

Блейз кивнул.

– Так что будешь делать?

Драко ухмыльнулся.

– Наблюдать. И использовать возможности.

***

Его спокойствие не продлилось долго. Спустя час, Дверь купе распахнулась с такой силой, что Крэбб и Гойл вздрогнули, Блейз выронил газету, а Панси схватилась за руку Драко.

На пороге стояли они. Фред и Джордж Уизли. Оба с самыми довольными рожами, какие только можно вообразить. В глазах — искорки злорадного веселья. Они явно не просто проходили мимо. Драко медленно закрыл глаза, вдохнул, сосчитал до трёх и так же медленно выдохнул.

— Драко! — начал Фред с таким восторгом, словно встретил давно потерянного брата.

— Племяш! — подхватил Джордж.

— Мы тут подумали…

— Что раз уж ты теперь часть нашей семьи…

— Пусть для нас это всё еще шок...

— То мы просто обязаны поддержать тебя в это нелёгкое время! – хором закончили они.

В купе наступила абсолютная тишина. Панси зависла с открытым ртом. Крэбб и Гойл выглядели так, будто пытаются переварить услышанное. Блейз задумчиво произнёс что-то на итальянском.

Драко медленно поднял голову.

— Вы в своём уме, Уизли?!

Фред драматично вздохнул.

— О, племяш, не будь таким строгим.

Джордж кивнул, сложив руки на груди.

— Мы сами в шоке, знай!

Драко сжал пальцы в кулаки, снова сосчитал до трёх, затем до пяти. Затем, Драко задумался о том, не проще ли просто выброситься из окна.

— Допустим. Это всё?

Близнецы, казалось, его не слышали. Или не хотели слышать. Фред дружески хлопнул его по плечу.

— Драко, знай!

Джордж поднял руку, изображая пафосную речь.

— Если подлые змеи вздумают тебя сожрать…

— Ты можешь обратиться к нам!

— Мы — твои дядюшки, это наша святая обязанность!

— И даже если мы не успеем тебя спасти...

— Мы обещаем достойно отомстить!

В купе раздался кашель — это Блейз не выдержал и фыркнул, прикрываясь газетой. Панси смотрела то на Драко, то на близнецов, явно ожидая, что вот-вот что-то случится. Крэбб и Гойл окончательно потерялись в ситуации.

Драко медленно вдохнул и выдохнул. Они издеваются. Они жестко издеваются. Он медленно откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди и, прищурившись, с ленцой спросил:

— Я услышал. Оставим на крайний случай. Что-то ещё?

Фред картинно вздохнул.

— Ну, если ты так холодно встречаешь родную семью…

Джордж пожал плечами.

— Что ж, мы поймём, но будем скорбеть.

— Но знай, племяш!

— Ты всегда можешь рассчитывать на нас!

— И на эпичную месть в случае твоей гибели!

Блейз откровенно ржал с ситуации. Панси была ошарашена. Кребб и Гойл поняли, что драки не будет, и ничего не делали. Драко закатил глаза.

Близнецы, насладившись эффектом, переглянулись, а затем один из них произнёс:

— Но, на самом деле, братишка просил тебя предупредить…

— …что Нарцисса с этого года преподаватель в Хогвартсе!

— Это не ЗОТИ, но мы не будем портить сюрприз! – хором закончили близнецы и, развернувшись, вышли из купе.

Панси нахмурилась.

– Но зачем?

– Это хороший вопрос, – тихо проговорил Драко.

«Почему мать решила преподавать? Это её выбор? Или влияние Уизли? Какие у неё мотивы? Как это воспримут в Хогвартсе? Как это воспримет факультет?»

Блейз лениво потянулся.

– Думаешь, её назначение – часть чьей-то игры?

Драко коротко хмыкнул.

– Все мы, часть чьей-то игры. Вопрос только в том, кто играет и зачем.

Панси прищурилась.

– Но если она теперь преподаёт, это значит…

– Это значит, что моя мать теперь официальная часть Хогвартса, – отрезал Драко.

Вопрос теперь в том, что он будет с этим делать. Потому что просто игнорировать это не получится.