не отвертишься

Глава 1. Побег из клетки

Точка зрения Лиссы: Я сидела в своей комнате, окружённая роскошью, которая казалась мне золотой клеткой. Мои огненно-рыжие волосы, длиной до пояса, были уложены в сложную причёску, а синие глаза, яркие, как летнее небо, отражали внутреннюю бурю. Моя светлая, почти бледная кожа контрастировала с тёмным бархатом платья, а эльфийские вытянутые уши, которые я тщательно скрывала под волосами, слегка дрожали от напряжения. Никто не должен был знать, кто я на самом деле. Суккуба. Дочь матриарха. Но я не хотела быть такой, как моя мать, Алитая. Если кто-то скажет, что сбегать из дворца демонессы-матери — это легко, пусть сначала попробует сделать это в платье из шёлка и с хвостом, который живёт собственной жизнью.

Хвост, зараза, вечно цепляется за ветки.

— Тише ты, — шикнула я на него, когда он шлёпнул по кусту, пока я спускалась из окна по верёвке, сделанной из простыней. — Хочешь, чтобы вся материнская стража прибежала?

Хвост виновато дёрнулся. И надо сказать, в тот момент он был единственным существом на свете, которое слушалось меня так же плохо, как я слушалась королеву. Я фыркнула, представив, как мать, с её холодным взглядом, отчитывает меня за побег, а мой хвост в это время дерзко виляет. Ну, хоть кто-то разделяет моё бунтарство, — подумала я, стараясь не хихикнуть в самый неподходящий момент.

Её холодный взгляд, её слова о том, что чувства — это слабость, преследовали меня. Она прошла ритуал, лишивший её эмоций, и теперь хотела того же для меня. Первая близость с разумным — и я потеряю способность чувствовать, превращусь в пустую оболочку. Но я мечтала о другом. О любви. О настоящем принце, как в тех тайных романах, которые я прятала под кроватью.

— Я не стану такой, как ты, мама, — шептала я, собирая небольшой узелок с вещами. Моя тонкая талия, спортивная фигура и длинные ноги делали меня похожей на богиню, но внутри я была лишь испуганным ребёнком. Страх перед пауками и мышами был ничтожным по сравнению со страхом перед ритуалом.

Ночью, когда стража дремала, я выбралась через окно, используя заклинание левитации. Моя универсальная магия, хоть и несовершенная, позволила мягко приземлиться на землю. Я оглянулась на дворец, где огни окон казались глазами, следящими за мной, и, не раздумывая, бросилась в темноту.

Точка зрения Алитаи

Алитая, матриарх суккуб, сидела на своём троне из чёрного обсидиана, когда стража доложила о побеге Лиссы. Её огненно-рыжие волосы сияли, как пламя, а красные глаза сузились от гнева. Пухлые губы изогнулись в холодной улыбке, полной раздражения.

— Глупая девчонка, — прошипела она, её голос был как шёлк, но с ядовитым оттенком. — Думает, что может сбежать от судьбы? От меня?

Она поднялась с трона, её высокая фигура, ростом 180 см, излучала власть. Грудь пятого размера и стройные формы подчёркивались облегающим платьем из алого шёлка. Она знала, что Лисса — её наследница, её инструмент. Но чувства? Они только мешают. Алитая давно избавилась от них, и её дочь должна была сделать то же самое.

— Найдите её, — приказала она, её голос резал, как клинок. — Приведите ко мне. Она не понимает, что я делаю это для её блага. Без эмоций она станет сильнее. Непобедимой.

Но в глубине души, где-то под слоем холодного расчёта, мелькнула искра беспокойства. Лисса была её плотью и кровью. И хотя Алитая не признавалась в этом даже себе, мысль о том, что её дочь может пострадать, вызывала лёгкий укол. Она тут же подавила это чувство. Слабость. Я не могу её позволить.

Она вызвала своих лучших следопытов, возглавляемых демоницей по имени Карисса, чьи чёрные волосы и жёлтые глаза делали её похожей на пантеру.

— Карисса, возьми отряд из десяти воинов. Используй магию слежения. Она не могла уйти далеко, — холодно приказала Алитая. — И не смейте возвращаться без неё.

Точка зрения Кариссы

Я склонила голову, чувствуя, как азарт охоты разгорается внутри. Мои жёлтые глаза сверкнули в тусклом свете зала. Лисса, маленькая принцесса, думала, что может сбежать? Она не знает, с кем играет, — подумала я, сжимая рукоять своего клинка. Мой отряд, состоящий из суккуб и низших демонов, был готов. Мы выследим её, даже если придётся перевернуть каждый камень в этом мире. Глава 2. Караван и первая встреча

Точка зрения Лиссы: Через несколько дней пути я, измождённая и покрытая пылью, наткнулась на караван. Мои длинные волосы были растрёпаны, а платье, некогда изящное, превратилось в лохмотья. Я тщательно следила за тем, чтобы никто не заметил моих эльфийских ушей, скрывая их под платком, а хвост был надёжно спрятан под длинной юбкой, хотя он то и дело пытался высунуться, как непослушный ребёнок. Гном Брорис, пузатый коротышка с густой чёрной бородой и лысой головой, подозрительно прищурился, разглядывая меня. Его жадность боролась с добротой, но в итоге он согласился взять меня с собой, если я заплачу. У меня, конечно, не было ни монеты, но моя аристократичная внешность и умение говорить убедили его.

— Ты, девка, выглядишь как знатная. Приведёшь мне богатых клиентов, и я закрою глаза на твой пустой кошелёк, — проворчал он, потирая руки, его нос-картошка сморщился в хитрой улыбке.

Я кивнула, стараясь выглядеть уверенно, хотя внутри всё сжималось от страха. Я должна была скрывать, кто я. Суккуба. Если кто-то узнает, меня либо убьют, либо сдадут матери.

В тот же день к каравану присоединился ещё один попутчик. Он появился на стоянке в день, когда я, полусонная, грела ноги у костра и бормотала из романа: «Он бросил плащ, чтобы принцесса не замочила ножку». И подумала: а вдруг кто-то действительно бросит? И я решила проверить, есть ли в нём хоть капля благородства.

Яромир. Высокий мужчина с коротким ежиком седых волос вошёл в лагерь с грацией хищного кота. Его сухощавое, но мускулистое тело было покрыто шрамами, а карие глаза, почти красные в тусклом свете костра, смотрели с холодной отстранённостью. Шрам, пересекающий лицо от брови до подбородка, придавал ему угрюмый вид. Он не улыбался. Никогда. Брорис нанял его в охрану, шепнув мне на ухо:

— Этот вояка — легенда. Его именем в мире демонов детей пугают. С ним мы в безопасности.

Я замерла, чувствуя, как сердце сжалось от смеси шока, восторга и ужаса. Яромир? Тот самый наёмник-рыцарь, которого боятся мои соплеменники? Я слышала о нём. Его называли "Кровавым Шрамом", человеком, который мог в одиночку вырезать отряд демонов. Мои синие глаза расширились, а пальцы нервно сжали край платья. Он... он тот, о ком рассказывали страшные истории. Но почему он выглядит таким... сломленным?

Я разглядывала его с любопытством. Его шрамы, его молчаливость — всё в нём казалось загадкой. Мне хотелось, чтобы он заметил меня, чтобы кто-то в этом холодном мире проявил хоть каплю заботы. Вспомнив сцены из романов, я решила испытать его. Когда караван остановился у широкой лужи, я, с важным видом подойдя к Яромиру, кокетливо произнесла:

— Не могли бы вы, добрый рыцарь, кинуть свой плащ, чтобы я, как истинная дама, не замочила ножки?

Яромир даже не повернулся. Его взгляд скользнул по мне, как по пустому месту, а затем, без единого слова, он шагнул ко мне, подхватил, словно мешок с зерном, и перекинул через плечо. Я ахнула, мои щеки вспыхнули от стыда и гнева.

— Ты что себе позволяешь, мужлан?! — закричала я, колотя кулачками по его спине. — Я не какая-то крестьянка!

Яромир, не обращая внимания на мои крики, спокойно перенёс меня через лужу и сгрузил на землю. Его голос, низкий и хриплый, прозвучал без тени эмоций:

— Ножки сухие. Чего ещё надо?

Я, пылая от негодования, топнула ногой. Мои синие глаза сверкали, а губы дрожали от обиды. Я была уверена, что этот угрюмый воин — полное воплощение невоспитанности. Как он посмел? Я же дама! А он... он просто грубиян! Но почему моё сердце так колотится?

Точка зрения Яромира

Я чувствовал, как девчонка колотит меня по спине, но не реагировал. Её гневный голос, её возмущение — всё это было почти забавно. Но я не мог себе позволить улыбнуться. Её синие глаза, её огненные волосы, её аристократичная красота — всё это было как удар, от которого я не мог оправиться. Она слишком юна. Слишком красива. А я — лишь старый воин, полный шрамов, — думал я, стараясь отогнать эти мысли.

Я знал, что она ждала от меня рыцарского жеста, как в её глупых книжках. Но я не рыцарь. Я наёмник, изгнанник, человек, потерявший всё. И всё же, когда я нёс её через лужу, чувствуя тепло её тела, что-то внутри меня дрогнуло. Я быстро отогнал это чувство. Она не для меня. И никогда не будет.

Точка зрения Брориса

Я наблюдал за этой сценой, сидя на своей повозке, и не мог сдержать ухмылку. Моя густая борода дрогнула, когда я хмыкнул. Эта девка, Лисса, с её важным видом, и Яромир, угрюмый, как туча, — они были как огонь и лёд.

— Ну, девка, ты попала, — пробормотал я себе под нос, потирая руки. — Этот вояка не из тех, кто будет тебе ножки целовать. Но, может, оно и к лучшему. С ним ты в безопасности. А мне главное — довезти караван. И получить побольше монет.

Я был жаден, да. Но не мог не признать, что девчонка мне нравилась. Её дерзость, её взгляд — в ней было что-то, что заставляло меня вспомнить о юности. Но я быстро отмахнулся от этих мыслей. Деньги. Только деньги. А чувства — это для дураков. Глава 3. Первые столкновения с отрядом Алитаи

Точка зрения Лиссы: Мы двигались уже несколько дней, когда я впервые заметила, что за нами следят. Тени в лесу, шорохи по ночам — всё это заставляло моё сердце колотиться быстрее. Я знала, что мать не оставит меня в покое. Однажды ночью, когда караван остановился на привал, я услышала шаги. Мой хвост, спрятанный под платьем, нервно дёрнулся, а руки задрожали.

— Яромир, ты слышишь? — шепнула я, подойдя к нему.

Он лишь кивнул, его карие глаза сузились, а рука легла на рукоять меча.

— Оставайся здесь, — коротко бросил он, поднимаясь.

Но я не могла просто сидеть. Я выглянула из-за повозки и увидела их. Отряд Кариссы. Десять фигур, окруживших наш лагерь. Её чёрные волосы блестели в лунном свете, а жёлтые глаза горели, как у хищника.

— Лисса, выходи, — её голос был холодным, но в нём чувствовалась насмешка. — Твоя мать ждёт. Не заставляй нас проливать кровь этих жалких людишек.

Я сжалась, чувствуя, как страх сковывает тело. Они нашли меня. Всё кончено.

Точка зрения Яромира

Я видел их. Десять демонов, возглавляемых суккубой с жёлтыми глазами. Её магия слежения была сильна, но я знал, как сражаться с такими, как она. Я шагнул вперёд, мой меч был готов.

— Уходите, пока живы, — мой голос был холоден, как лёд.

Карисса рассмеялась, её когти блеснули в темноте.

— Ты? Один против нас? Отдай девчонку, и мы уйдём.

Я не ответил. Первый удар был моим. Мой меч рассёк воздух, разрубив одного из низших демонов пополам. Карисса бросилась на меня, её клинок, окружённый тёмной магией, устремился к моему горлу. Я уклонился, чувствуя, как магия жжёт кожу, и ответил ударом в её бок. Она взвыла, отступая, а её отряд окружил меня.

Бой был коротким, но яростным. Я убил троих, ранил ещё двоих, прежде чем Карисса, шипя от боли, приказала отступить.

— Мы вернёмся, воин. И девчонка будет нашей, — бросила она, исчезая в тенях.

Я вернулся к Лиссе, чувствуя, как кровь стекает из мелкой раны на руке. Её синие глаза были полны страха, но и благодарности.

— Спасибо, — шепнула она, её голос дрожал.

Я лишь кивнул, не доверяя себе говорить. Они вернутся. И я должен быть готов.

Точка зрения Кариссы

Я отступила, чувствуя боль в боку. Этот воин, Яромир, был сильнее, чем я ожидала. Мои воины были ранены, трое мертвы. Но я не сдамся. Алитая не прощает неудач. Лисса будет нашей. Даже если мне придётся сжечь этот караван дотла. Глава 4. Непростое начало пути

Точка зрения Лиссы: Караван двигался медленно, и каждый день я находила новые способы вывести Яромира из себя. Я не могла остановиться. То ли от скуки, то ли от желания увидеть хоть каплю эмоций на его каменном лице. Я просила его нести мои вещи, хотя у меня их почти не было, то требовала рассказать "рыцарскую историю", то нарочно наступала на его сапоги, чтобы привлечь внимание.

Однажды вечером, когда мы остановились на привал у старого дуба, я подкралась к его фляге и подсыпала туда немного горькой травы, которую нашла по дороге. Когда он сделал глоток, его лицо на миг исказилось, но он лишь сплюнул и продолжил молчать. Я не выдержала и расхохоталась, мои синие глаза искрились весельем.

— Ну же, Яромир, признай, что это смешно! Ты хотя бы раз можешь улыбнуться? Или твой шрам не даёт? — поддразнила я, скрестив руки на груди.

Он медленно повернулся ко мне, его карие глаза сузились, но в них мелькнуло что-то, похожее на тень улыбки.

— Если я улыбнусь, ты сбежишь от страха, — хрипло ответил он, и я замерла, не зная, шутит он или нет.

Моё сердце дрогнуло. Это была первая его попытка пошутить? Или он серьёзен? Я фыркнула, стараясь скрыть смущение, и отвернулась. Он невыносим. Но почему мне так хочется его разозлить? Почему я хочу увидеть его улыбку? И почему моё сердце так колотится, когда он говорит со мной?

А потом я вспомнила, как он сражался с отрядом Кариссы. Его сила, его решимость — всё это пугало и восхищало меня. Он защищает меня. Даже не зная, кто я. Но что будет, если он узнает?

Точка зрения Яромира

Её выходки были бесконечны. Горькая трава во фляге, колючки в плаще, её постоянные поддразнивания — всё это должно было бы раздражать. Но я лишь сжимал зубы и молчал. Её смех, звонкий и чистый, был как бальзам для моей души. Я не мог себе позволить показать это. Её красота, её синие глаза, её дерзость — всё это пробуждало во мне давно забытые чувства. Но я гнал их прочь. Я слишком стар для неё. Слишком сломлен. Она заслуживает кого-то лучше.

Когда она спросила про улыбку, я не удержался и ответил. Её реакция — смесь удивления и смущения — была почти забавной. Но я быстро отвёл взгляд. Не смей надеяться, Яромир. Ты не для неё. А потом я вспомнил бой с демонами. Я знал, кто они. Знал, что они ищут её. И знал, кто она. С первого дня. Её магия, её манеры, её страх — всё выдавало в ней суккубу. Но я молчал. Не потому, что мне было всё равно. А потому, что хотел защитить её.

Точка зрения Брориса

Я наблюдал за их пикировками, сидя у костра с кружкой эля. Моя борода снова дрогнула от ухмылки.

— Ну и парочка, — пробормотал я, качая головой. — Один молчит, как камень, другая трещит, как сорока. Но, видать, не зря их судьба свела.

Я был жаден, но не слеп. Видел, как девка смотрит на вояку. Видел, как он, хоть и прячет, но следит за ней. Пусть их. Лишь бы до конца пути доехали без проблем. А там — хоть женятся, хоть дерутся. Мне лишь бы монеты в кармане звенели. Глава 5. Первая искра

Точка зрения Лиссы: Дни шли, и я начала замечать, что Яромир не так уж и непробиваем. Однажды, когда мы остановились у реки, я решила искупаться. Я знала, что он где-то рядом, и нарочно начала напевать, делая вид, что не замечаю его. Моя фигура, отражённая в воде, выглядела идеально, и я надеялась, что он хоть раз посмотрит на меня не как на раздражающую девчонку.

— Эй, Яромир, не хочешь присоединиться? Вода тёплая! — крикнула я, обернувшись.

Он стоял у дерева, скрестив руки, его взгляд был холодным, но я заметила, как его глаза на миг задержались на мне.

— Не отвлекайся, — коротко бросил он, отворачиваясь.

Я фыркнула, но внутри всё ликовало. Он заметил! Он точно заметил! А может, мне показалось? Ну и пусть! Главное, что он не такой уж и каменный! Я хихикнула, представив, как он, краснея, отворачивается, чтобы скрыть смущение. Хотя, конечно, с его шрамом и угрюмым видом это было трудно представить.

Точка зрения Яромира

Я старался не смотреть. Её голос, её смех, её отражение в воде — всё это было как пытка. Она была слишком красива. Слишком юна. Я не мог себе позволить даже думать о ней. Но когда она позвала меня, я не удержался и взглянул. Её огненные волосы, её синие глаза, её фигура — всё это впечаталось в память. Я быстро отвернулся, чувствуя, как кровь стучит в висках. Я не должен. Я не имею права.

Глава 6. В борделе: Ревность и боль

Точка зрения Лиссы: Однажды вечером, когда караван остановился у небольшого городка, Яромир ушёл. Я знала, куда он направляется. Бордели. Моё сердце сжалось от странного, незнакомого чувства. Почему мне так больно думать, что он проведёт ночь с кем-то другим? Я ведь даже не любила его... или любила? Я сидела у костра, теребя край платья, и не находила себе места.

— Куда он пошёл? — спросила я у Брориса, стараясь казаться равнодушной.

Гном хмыкнул, потирая бороду.

— Куда мужики ходят, девка. Не твоё дело.

Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев и боль смешиваются в груди. Почему он ушёл? Почему не остался со мной? Разве я хуже этих... женщин? Неужели я для него просто обуза, которую он терпит? Я не могла понять своих чувств, но они разрывали меня изнутри. Я представила, как он смеётся с какой-нибудь красоткой, и чуть не расплакалась. Да пусть проваливает! Мне всё равно! Или нет?

Точка зрения Яромира

Я шёл по пыльной дороге к борделю, чувствуя, как тоска сжимает сердце. Это место было знакомым — запах дешёвого вина, приглушённый свет масляных ламп, скрип деревянных полов и смех, полный фальши. Я не хотел быть здесь, но знал, что не могу быть с Лиссой. Её синие глаза, её смех — всё это преследовало меня, и я искал забвения в знакомых стенах.

У входа меня встретила Настасья. Её русые волосы были уложены в небрежный пучок, несколько прядей падали на плечи, а голубые глаза смотрели с привычной смесью кокетства и усталости. Её длинные эльфийские уши слегка дрогнули, когда она улыбнулась, а откровенное платье из полупрозрачного шёлка, переливающегося в тусклом свете, едва скрывало её изящную фигуру. Она шагнула ко мне, её походка была плавной, почти кошачьей, а запах её духов — сладкий, с нотками лаванды — ударил в ноздри.

— Яромир, сколько лет, — проворковала она, её голос был мягким, но с циничным подтекстом. Её тонкие пальцы скользнули по моей руке, но я не почувствовал ничего, кроме раздражения. — Скучал по мне? Или просто пришёл забыться?

Я кивнул, не вдаваясь в подробности, и прошёл внутрь. Она повела меня к небольшому столу в углу, где было тише, подальше от пьяных криков и пошлых песен. Настасья села напротив, её голубые глаза изучали меня с любопытством, а длинные уши снова дрогнули, выдавая её интерес. Она налила мне вина из кувшина, её движения были отточенными, почти механическими, но я заметил, как её взгляд задержался на моём шраме.

— Ты изменился, — сказала она, наклоняясь чуть ближе, так что я почувствовал тепло её дыхания. Её грудь, обтянутая тонкой тканью, приподнялась, когда она вздохнула, но я отвёл взгляд. — Раньше ты был... теплее. А теперь ты как лёд. Что с тобой, воин?

— Устал, — коротко ответил я, сделав глоток вина. Оно было кислым, но я не обратил внимания. Мои мысли были далеко — с Лиссой, с её огненными волосами и синими глазами, которые я не мог выкинуть из головы.

Настасья фыркнула, её улыбка стала резче, а в голосе послышалось раздражение.

— Устал? Или дело в той девчонке, с которой ты путешествуешь? Я слышала о ней. Говорят, она красотка. Неужели она тебя зацепила? — её пальцы сжали край бокала, а голубые глаза сузились, выдавая укол ревности.

Я стиснул зубы, не отвечая. Её слова задели меня, но я не подал виду. Настасья наклонилась ещё ближе, её рука скользнула по моему плечу, а голос стал тише, почти шёпотом:

— Ты знаешь, что я могу дать тебе больше, чем любая девчонка. Забудь её. Хотя бы на ночь.

Я отстранился, чувствуя, как гнев смешивается с тоской.

— Хватит, — хрипло сказал я, поднимаясь. — Я не для этого пришёл.

Её лицо на миг исказилось от обиды, но она быстро скрыла это за привычной улыбкой.

— Как хочешь, воин. Но ты вернёшься. Вы всегда возвращаетесь, — бросила она мне вслед, её голос был полон уверенности, но я слышал в нём нотку неуверенности.

Я ушёл, не оглядываясь, чувствуя, как её взгляд жжёт мне спину. Настасья была частью моего прошлого, но сейчас всё, о чём я мог думать, — это Лисса. Я не могу быть с ней. Но и забыть её не могу.

Точка зрения Настасьи

Я смотрела, как Яромир уходит, и чувствовала, как унижение сжимает грудь. Мои голубые глаза сузились, а пальцы сжали бокал так, что он чуть не треснул. Кто эта девчонка, чтобы он так смотрел сквозь меня? — думала я, чувствуя, как ревность разъедает изнутри. Я привыкла, что мужчины возвращаются, что я могу играть с их чувствами, как с игрушками. Но Яромир... он был другим. Его шрамы, его холодность — всё это притягивало меня, но теперь я видела, что его мысли заняты другой. Она не заслуживает его. Но я найду способ напомнить ему, кто я. Он ещё вернётся.

Глава 7: "Тени прошлого"

Точка зрения Лиссы: Ночь была холодной, а воздух пропитан запахом сырости и хвои. Караван остановился на привал у старого дуба, чьи корявые ветви нависали над нами, как когтистые лапы. Костёр потрескивал, бросая тёплые отблески на лица караванщиков, но моё сердце оставалось холодным. Я сидела, обхватив колени, и теребила край своего потёртого платья, всё ещё чувствуя боль от того, что Яромир ушёл в бордель. Почему он ушёл? Неужели я для него ничего не значу? — думала я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Мои синие глаза смотрели в огонь, но видели только его угрюмое лицо, его шрам, его холодный взгляд.

Я решила отвлечься и подошла к повозке Брориса, чтобы взять воды, но замерла, услышав его низкий голос. Он говорил с одним из караванщиков, худощавым мужчиной по имени Горан, чья седая борода была такой же редкой, как его зубы. Они сидели у другой стороны костра, думая, что их никто не слышит.

— Этот вояка, Яромир, не простой, — ворчал Брорис, потирая свою густую чёрную бороду. Его нос-картошка сморщился, когда он сделал глоток эля из потёртой кружки. — Я слыхал, он был братом самого императора. Герцог, ни больше ни меньше. А потом его изгнали.

Горан хмыкнул, его мутные глаза прищурились.
— Изгнали? За что ж такого человека? — его голос был хриплым, как скрип старой телеги.

— За бабу, — хохотнул Брорис, но в его смехе не было веселья. — Его жена, Злата, ныне императрица, предала его. Ушла к брату, Дубомиру. А Яромира вышвырнули, как пса. С тех пор он и скитается. Говорят, сердце у него мёртвое. Потому и молчит, как камень.

Я замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Злата? Предательство? Его изгнали из-за любви? Мои пальцы сжали кувшин так, что костяшки побелели. Я представила Яромира, гордого и сильного, как его унижают, как он теряет всё из-за женщины, которая разбила ему сердце. Моя боль от его ухода в бордель вдруг показалась мелочной. Он страдает. Всё это время он носил эту рану в душе, а я только и делала, что злила его своими выходками.

Я вернулась к своему месту у костра, чувствуя, как решимость растёт во мне. Я не позволю ему страдать одному. Даже если он не хочет моей помощи, я буду рядом. Я не предам его, как она. Мои синие глаза сверкнули в темноте, а сердце сжалось от желания защитить его, как он защищал меня.

Точка зрения Кариссы
Я наблюдала за караваном из тени леса, мои жёлтые глаза сияли, как у хищника в ночи. Мои чёрные волосы сливались с темнотой, а когти нервно скребли кору дерева, за которым я пряталась. Алитая не простит мне очередной неудачи. Мой отряд, потрёпанный после схватки с этим воином, Яромиром, был готов к новому удару. Мы выследили их, используя магию слежения, и я знала, что девчонка, Лисса, всё ещё с ними.

— На этот раз мы не промахнёмся, — прошипела я, повернувшись к своим воинам. Их было семеро — низшие демоны с рогами и клыками, их глаза горели жёлтым светом, а тела были покрыты грубой чешуёй. — Мы нападём ночью, когда они будут спать. Убейте всех, кроме девчонки. Её нужно взять живой.

Один из демонов, с кривым рогом на лбу, оскалился.
— А если воин снова вмешается? Он силён, Карисса.

Мои губы изогнулись в холодной улыбке, а когти блеснули в лунном свете.
— Тогда я сама с ним разберусь. Его кровь будет моим трофеем. Алитая хочет девчонку, и она её получит.

Я повернулась к каравану, чувствуя азарт охоты. Огонь их костра был как маяк в ночи, а запах страха, который я чувствовала даже на расстоянии, разжигал во мне жажду. Ты не уйдёшь, Лисса. И твой защитник не спасёт тебя на этот раз

Глава 8. Первое нападение: Кровь и защита

Точка зрения Лиссы: Бой вспыхнул внезапно, как молния в ясном небе. Караванщики кричали, лошади ржали, топая копытами в панике, а воздух дрожал и вибрировал от заклятий, что разрывали тишину. Я спряталась в повозке, вцепившись в деревянный борт так, что костяшки побелели. Сквозь щель в ткани я видела, как Яромир двигался впереди — точно, спокойно, будто каждая секунда была у него на счету. Его меч пел коротко и ровно, словно отмерял ритм боя. Его спина, широкая и твёрдая, как скала, не дрогнула ни на миг. Ни спешки, ни лишних движений. Он был воплощением силы, и я не могла отвести взгляд.

Пять минут — и я не выдержала. Любопытство, страх, гордость — всё смешалось в груди, как бурлящий котёл. Я должна была увидеть, что происходит. Осторожно, стараясь не выдать себя, я выбралась наружу, прячась за бочками. И тут же пожалела об этом.

Три чёрные стрелы, ровные, будто вырезанные из тьмы, летели прямо в меня. Я замерла, зажмурившись, сжавшись в комок. Вот и всё. Пора платить за дерзость, — мелькнула мысль. Я ждала боли, ждала конца. Но вместо этого почувствовала тёплое дыхание у лица и тяжесть, от которой земля ушла из-под ног.

Открыв глаза, я увидела наконечник стрелы в нескольких пальцах от моих губ. Кровь стекала по древку, тёмная, густая. Выше — Яромир, нависший надо мной, его лицо было близко, так близко, что я чувствовала жар его кожи. Его плечо было пробито насквозь, кольчуга разорвана, а из раны сочилась кровь. Ещё две стрелы застряли в его доспехах, но он даже не дрогнул. Его карие глаза, почти красные от гнева, были спокойны, будто это не кровь, а просто дождь. Он всё ещё держал меч, готовый к бою.

— Сиди в повозке, — коротко бросил он, сжимая зубы от боли. Его голос был хриплым, но твёрдым, как сталь.

И, не сказав больше ни слова, он поднялся и пошёл обратно в бой, словно раны были пустяком. Я сидела на земле, не в силах пошевелиться. В голове роились мысли — о воде, которую я лила в его сапоги, о том, как злилась на него за лужу, о всех моих глупых выходках. И теперь... он закрыл меня собой. Меня, чужую, наглую, существо, от которого любой человек инстинктивно отшатнулся бы. Почему? Моё сердце сжалось, а слёзы сами собой потекли по щекам.

Точка зрения Яромира

Боль в плече была острой, но я привык к ней за годы войн. Кровь стекала по руке, но я не обращал внимания. Главное — она жива. Лисса. Эта девчонка с её синими глазами и огненными волосами, которая выводила меня из себя каждый день, была в безопасности. Я видел её страх, её слёзы, и это ранило меня сильнее, чем стрелы.

Коздог, демон с отталкивающей внешностью, стоял впереди. Его чёрные глаза блестели злобой, а раздвоенный язык мелькал, как у змеи. "Отдай девчонку, воин. Она принадлежит Ильнуину," — прошипел он, его магия иллюзий создавала вокруг ложные тени, пытаясь сбить меня с толку. Но я видел его истинный облик. Его когтистые руки сжимали кривой клинок, окружённый тёмным дымом.

— Ты её не получишь, — мой голос был холоден, как лёд. Я шагнул вперёд, меч в моей руке запел снова. Каждый удар был точен, каждый выпад — смертелен. Коздог бросился на меня, его иллюзии создавали десятки его копий, но я чувствовал, где настоящий. Мой меч рассёк воздух, разрубив одну из теней, а затем настоящий клинок Коздога, усиленный магией, ударил мне в бок. Острая боль пронзила тело, кровь хлынула на землю, но я не остановился. Я отразил ещё один удар, вложив в ответный выпад всю свою ярость. Клинок врезался в его плечо, и демон взвыл, отступая.

Но врагов было слишком много. Ещё один удар, нанесённый низшим демоном сзади, пришёлся мне в спину. Я упал на одно колено, чувствуя, как силы покидают меня. Кровь текла из нескольких ран, зрение начало мутнеть. Я был серьёзно ранен, и знал, что долго не продержусь. Оглянувшись на Лиссу, я увидел её бледное лицо, её синие глаза, полные ужаса. И понял, что должен увести её.

Точка зрения Брориса

Я видел, как всё разворачивается, и понял сразу: нападение из-за девки. Эти охотники за головами, их магия, их цель — всё указывало на неё. Я был жаден, но не глуп. Если они заберут её, караван выживет. Но если Яромир проиграет, нас всех вырежут. Я подбежал к нему, прячась за повозкой, и прошипел:

— Уводи её, вояка! Это из-за неё! Я прикрою, сколько смогу, но ты должен её спасти!

Яромир лишь кивнул, его взгляд был твёрдым, несмотря на кровь, стекающую по его телу. Я знал, что он сделает это. Не ради меня, не ради денег. Ради неё.

Точка зрения Яромира

Слова Брориса подтвердили мои подозрения. Нападение было из-за Лиссы. Я не знал, кто она на самом деле, но знал, что должен её защитить. Схватив её за руку, я потащил её прочь, вглубь леса, подальше от опасности. Каждый шаг отдавался болью, кровь стекала по боку и спине, но я не мог позволить себе упасть. Не сейчас. Не пока она со мной.

Путь через лес был тяжёлым. Мы пробирались сквозь густые кусты, ветви царапали кожу, а враги, кажется, были повсюду. Я слышал их шаги, их заклятия, разрывающие воздух. Один из демонов, низший, с рогами и когтями, выскочил из тени, его глаза горели жёлтым светом. Я отбросил Лиссу за себя, принимая удар на меч. Его когти скрежетали по стали, но я одним взмахом разрубил его горло. Ещё двое появились слева, их магия создавала огненные шары. Я уклонился, чувствуя, как жар опаляет плечо, и убил одного ударом в грудь. Второй успел ранить меня в бедро, прежде чем я прикончил его.

— Беги, Лисса! — рявкнул я, чувствуя, как силы покидают меня.

Она, дрожа, послушалась, и мы продолжили путь, пока звуки погони не стихли. Ночь накрыла нас, холод пробирал до костей. Мы нашли укрытие под старым деревом, где я, обессиленный, рухнул на колени. Лисса, плача, пыталась остановить кровь из моих ран.

— Мы должны согреться, — прошептала она, её голос дрожал.

Я кивнул, и мы прижались друг к другу, обнимаясь, чтобы не замёрзнуть. Её тепло, её дрожь — всё это было как пытка. Я старался держать себя в руках, но её близость разжигала во мне огонь. Я не должен. Я не могу, — думал я, но не мог отстраниться.

Точка зрения Лиссы

Я прижалась к Яромиру, чувствуя тепло его тела, несмотря на холод леса. Мои руки дрожали, обнимая его, а сердце колотилось так, будто готово было выскочить из груди. Я была смущена, щеки пылали, но в то же время счастлива. Он так близко. Он защищает меня, даже будучи раненым. Почему он делает это для меня? Я чувствовала его напряжение, его дыхание, и это только усиливало моё смущение. Но я не могла отстраниться. Его тепло было единственным, что держало меня в этом кошмаре. Если бы только он знал, кто я. Но как сказать? А вдруг он отвернётся?

Глава 9. Спасение в лесу

Точка зрения Лиссы: Мы бежали, пока лес не стал таким густым, что ветви царапали кожу. Яромир, несмотря на раны, тащил меня за собой, его рука, липкая от крови, крепко сжимала мою. Я не могла перестать плакать, видя, как он бледнеет с каждым шагом. Его раны были серьёзными, кровь текла из плеча, бока и бедра, а каждый его шаг был тяжелее предыдущего. Наконец, мы наткнулись на маленькую хижину, скрытую среди древних деревьев. Там нас встретила Тося, старушка-знахарка с добрыми карими глазами и седыми густыми волосами, собранными в косу. Её морщинистое лицо осветилось тёплой улыбкой, но, увидев Яромира, она нахмурилась.

— Ложись, воин, — строго сказала она, указывая на грубую кровать, покрытую шкурами. — А ты, девочка, не реви, а помогай.

Я, дрожа, помогала ей снимать с Яромира кольчугу, каждый его стон разрывал мне сердце. Его раны были ужасны — глубокие, кровоточащие, а кожа вокруг них побледнела. Тося промыла их, наложила травяные повязки, бормоча под нос какие-то заклинания. Она работала всю ночь, её руки дрожали от усталости, но она не сдавалась.

— Он на грани, — шепнула она мне, её голос был полон тревоги. — Если бы вы пришли позже, я бы не смогла его спасти.

Я сидела рядом с ним, держа его руку, и не могла отвести взгляд от его бледного лица. Шрамы, которые раньше казались мне устрашающими, теперь были такими родными. Я не могу жить без него. Я люблю его, — поняла я, и слёзы снова потекли по моим щекам.

Точка зрения Тося

Я видела, как девчонка смотрит на воина, и сердце моё сжалось. Её синие глаза, полные слёз, её дрожащие руки — всё говорило о любви. Я была стара, но не слепа. Этот воин, с его шрамами и угрюмым видом, был её миром. А она — его. Его раны были тяжёлыми, я едва вытащила его с того света, используя все свои травы и заклинания.

— Не бойся, милая, — сказала я, меняя повязку на его плече. — Он крепкий. Выкарабкается. Но это было близко. Слишком близко.

Она кивнула, но слёзы не переставали течь. Я вздохнула. Молодость. Любовь. Сколько боли она приносит. Но без неё жизнь — пустота.

Точка зрения Яромира

Я очнулся от боли, но первое, что я увидел, были синие глаза Лиссы, полные слёз. Она сидела рядом, её тонкие пальцы сжимали мою руку. Её нежность была как удар, который я не мог выдержать. Я хотел сказать ей, как сильно она мне дорога, но слова застревали в горле. Я не достоин её, — думал я, пока Тося меняла повязки, её строгий взгляд не оставлял места для возражений. Но каждый взгляд Лиссы, каждое её касание разжигало во мне огонь, который я давно считал потухшим.

Испытания любви Глава 10. Неумелые знаки внимания

Точка зрения Лиссы: После выздоровления Яромира, которое далось Тосе с таким трудом, мы продолжили путь. Старушка снабдила нас травами и дала напутствие, её добрые карие глаза провожали нас с теплом.

— Берегите друг друга, — сказала она, её голос был скрипучим, но полным заботы. — И не лезьте больше в неприятности, если сможете.

Я кивнула, чувствуя, как тепло разливается в груди. Я теперь осознавала свои чувства к Яромиру, но как их показать? Я не знала, что делать. Однажды, когда мы остановились на привал, я неуклюже попыталась взять его за руку, но споткнулась о корень и чуть не упала ему на грудь. Мои щеки вспыхнули, а он лишь хмыкнул, поддержав меня за талию. Его прикосновение обожгло, и я, бормоча извинения, отскочила, как ошпаренная.

— Смотри под ноги, — коротко сказал он, но в его голосе не было раздражения.

Я кивнула, чувствуя себя полной дурой. Почему я такая неуклюжая? Почему не могу быть как героини из романов? Они бы грациозно упали ему в объятия, а я... я просто позорюсь! Я отвернулась, пряча румянец, и пробормотала:

— Да уж, с грацией у меня явно проблемы. Может, ты меня научишь не падать на каждом шагу?

Он лишь хмыкнул, его карие глаза мельком взглянули на меня.

— Это не научишь. Это от природы.

Я фыркнула, но внутри всё ликовало. Он шутит? Или издевается? Ну и пусть! Главное, что говорит со мной!

В другой раз я решила приготовить ему еду. Я старалась, честно! Но вместо супа у меня получился чёрный уголь, который даже лошади отказались есть. Яромир, глядя на это "блюдо", лишь приподнял бровь, но ничего не сказал. Я топнула ногой, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Ну скажи хоть что-нибудь! — воскликнула я, скрестив руки на груди. — Хоть посмейся надо мной, что ли!

— Лучше не трать время, — хрипло ответил он, но в его глазах мелькнуло что-то, похожее на улыбку. — У тебя другие таланты.

Я замерла, не зная, как реагировать. Таланты? Это что, комплимент? Или он просто жалеет меня? Я отвернулась, пряча румянец, и пробормотала:

— Ну, спасибо, что не отравился. В следующий раз я, может, и не сожгу всё к демонам.

Точка зрения Яромира

Её попытки были такими неуклюжими, что я едва сдерживал улыбку. Когда она споткнулась, я подхватил её, чувствуя тепло её тела. Это было как удар. Я не мог себе позволить думать о ней, но каждый её взгляд, каждый её жест разрушал мои стены. Её сожжённый суп, её гневный взгляд — всё это трогало меня до глубины души.

— Не злись, — сказал я, стараясь казаться равнодушным. — Ты старалась.

Она посмотрела на меня с удивлением, и я быстро отвёл взгляд. Не смей, Яромир. Не давай ей надежду. Но в глубине души я знал, что уже поздно. Её синие глаза, её смех — всё это давно пробило мою броню.

Глава 11. Совет в таверне

Точка зрения Лиссы: В одной таверне, где мы остановились на ночь, я продолжала свои попытки. Таверна была шумной, пахла кислым элем и жареным мясом, а грубые деревянные столы были покрыты пятнами от пролитого пива. Яромир сидел в углу, чиня своё оружие, его лицо, как всегда, было непроницаемым. Я, собрав всю смелость, принесла ему кружку эля, но, конечно, пролила половину на его колени. Он лишь вздохнул, а я, краснея, начала извиняться, пока не заметила, как барменша, пышная женщина с хитрым взглядом и ярко накрашенными губами, наблюдает за мной с ухмылкой.

— Ой, Яромир, прости! Я такая неуклюжая! — затараторила я, пытаясь вытереть пятно рукавом. — Я сейчас принесу другую кружку, честно! Или, может, ты хочешь что-то другое? Мясо? Хлеб? Я могу...

— Хватит, — коротко перебил он, его голос был спокойным, но твёрдым. — Сядь.

Я послушалась, чувствуя, как щеки горят. Ну почему я вечно позорюсь перед ним? Он, наверное, думает, что я полная идиотка.

Когда Яромир отошёл, а я пошла за водой, барменша подмигнула мне и шепнула:

— Девочка, хочешь его завоевать? Заставь ревновать. Флиртуй с другим парнем, и он сам к тебе прибежит. Мужики — они такие, не любят, когда их игрушку кто-то трогает.

Я нахмурилась, чувствуя, как гнев поднимается внутри.

— Нет, — твёрдо сказала я, глядя ей прямо в лицо. — Я никогда не причиню ему боль. Даже ради игры. Он не игрушка, а человек, который мне дорог.

Барменша опешила, её ухмылка исчезла, и я, гордо вскинув подбородок, ушла, чувствуя, как сердце колотится от решимости. Как она могла такое предложить? Яромир заслуживает большего. Даже если он никогда не посмотрит на меня так, как я хочу.

Точка зрения барменши (Мира)

Я смотрела, как девчонка уходит, и не могла поверить. Её синие глаза пылали, её голос был полон решимости. Кто она такая, чтобы так говорить? — думала я, чувствуя укол раздражения. Я привыкла, что все играют в эти игры. Но эта девка... она была другой. Ну и пусть. Её воин всё равно вернётся ко мне или к другой. Они всегда возвращаются.

Точка зрения Яромира

Я видел, как Лисса говорит с барменшей, и заметил, как её лицо изменилось. Она была раздражена, но решительна. Я не знал, о чём они говорили, но чувствовал, что это связано со мной. Её синие глаза, её огненные волосы — всё это не выходило из головы. Я старался казаться равнодушным, но каждый её взгляд был как нож. Я не должен. Я не могу.

Глава 12: "Секреты разведки"

Точка зрения Яромира: Таверна на окраине города была мрачной, как мои мысли. Деревянные стены, пропитанные запахом кислого эля и прогорклого жира, были покрыты копотью от масляных ламп. За грубыми столами сидели наёмники и торговцы, их голоса сливались в низкий гул, а воздух был тяжёлым от дыма. Я сидел в углу, подальше от любопытных глаз, сжимая кружку с тёплым пивом, которое я даже не собирался пить. Мои карие глаза, почти красные в тусклом свете, следили за дверью. Я ждал Свята.

Он вошёл, как всегда, незаметно. Невзрачный, в простой тёмной одежде, с короткими каштановыми волосами и серыми глазами, которые видели больше, чем показывали. Его рост — едва 170 см, но в его движениях была точность, которая выдавала опыт. Он сел напротив, его взгляд скользнул по таверне, проверяя, нет ли лишних ушей.

— Ты опоздал, — хрипло сказал я, не отводя глаз.

— Дела, — коротко ответил он, его голос был тихим, с лёгкой хрипотцой. — Но я принёс новости. Плохие.

Я напрягся, чувствуя, как тревога сжимает грудь.
— Говори, — отрезал я, мой шрам на лице дёрнулся, когда я сжал челюсть.

Свят наклонился ближе, его серые глаза сузились.
— За твоей девчонкой следят. Не только демоны. Люди. Из окружения Златы. Они знают, что она с тобой, и знают, что ты в столице. Я слышал, что императрица не рада твоему возвращению. И уж тем более ей не по душе, что ты с другой.

Я стиснул зубы, чувствуя, как гнев закипает внутри. Злата. Её имя было как нож, вонзающийся в старую рану. Я знал, что она не оставит меня в покое, но Лисса... Она не посмеет тронуть её. Я не позволю.

— Кто именно? — спросил я, мой голос был холоден, как лёд.

Свят покачал головой, его пальцы нервно постукивали по столу.
— Пока не знаю. Мои люди работают. Но будь осторожен. В столице слишком много глаз. И не все из них принадлежат друзьям.

Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ложится на плечи. Лисса была в опасности, и я знал, что должен защитить её, даже если это будет стоить мне жизни.
— Спасибо, Свят. Держи меня в курсе, — сказал я, поднимаясь.

Он кивнул, его взгляд был серьёзным.
— Не доверяй никому, Яромир. Даже тем, кто кажется близким.

Я ушёл, чувствуя, как его слова эхом звучат в голове. Злата. Если ты посмеешь тронуть Лиссу, я разорву тебя на части.

Точка зрения Свята
Я смотрел, как Яромир уходит, его широкая спина исчезла в дверном проёме. Мои серые глаза сузились, а пальцы сжали край кружки. Я знал его с юности, знал, через что он прошёл из-за Златы, из-за изгнания. И знал, что эта девчонка, Лисса, стала для него всем. Он не переживёт, если с ней что-то случится, — думал я, чувствуя, как долг перед империей и дружба борются внутри.

Я был главой разведки, и моя работа — знать всё. Но даже я не мог предсказать, что задумала Злата. Её шпионы были повсюду, и я чувствовал, что она готовит что-то большее, чем просто месть. Я должен выяснить. Ради Яромира. Ради его девчонки. Я допил пиво и ушёл в ночь, растворяясь в тенях, как всегда.

13. Встреча с прошлым в столице

Точка зрения Яромира: Столица империи людей встретила нас шумом и суетой. Высокие шпили дворцов возвышались над мощёными улицами, а воздух был пропитан запахом благовоний и свежей выпечки. Мы остановились в гостинице, где ресторан на первом этаже был полон знати и торговцев. Я сидел за столом, когда внезапно почувствовал холод в груди. Напротив меня стояла Злата. Моя бывшая жена. Ныне императрица. Её золотые волосы, завитые в сложную причёску, сияли, как корона, а голубые глаза смотрели с холодной насмешкой. Она не изменилась. Та же красота, что когда-то пленила меня, и тот же яд в улыбке, что разбила моё сердце.

Я побледнел, старые раны в душе открылись, как будто кто-то вонзил кинжал. Лисса, сидящая рядом, заметила моё состояние. Её синие глаза наполнились тревогой, а пальцы сжали край платья.

Точка зрения Златы

Я узнала о приезде Яромира ещё до того, как вошла в ресторан. Мои шпионы доложили, что он в столице. Моё сердце дрогнуло — не от любви, а от смеси вины и раздражения. Почему он вернулся? Почему сейчас? — думала я, поправляя золотые волосы перед зеркалом. Я знала, что Дубомир будет недоволен, но мне нужно было увидеть его. Увидеть, что он стал после всех этих лет.

Когда я вошла в зал и увидела его, моё дыхание перехватило. Он был таким же, как раньше — угрюмым, с этим шрамом, который делал его лицо суровым, но притягательным. Но рядом с ним была девчонка. Молодая, красивая, с огненными волосами и синими глазами, полными огня. Я сразу поняла, что она влюблена в него. Её взгляд, её поза — всё кричало об этом. И это разозлило меня. Кто она такая? Почему он с ней? Неужели он забыл меня так легко? Она слишком юна, слишком наивна. Она не может дать ему того, что могла бы я, если бы не выбрала власть.

Я подошла, скрывая раздражение за холодной улыбкой.

— Яромир, сколько лет, — протянула я, мой голос был как мёд, но я знала, что под ним скрывается яд. — Ты всё такой же... угрюмый. И кто эта милая девочка с тобой?

Точка зрения Лиссы

Я видела, как Яромир побледнел, как напряглись его плечи, и моё сердце сжалось от страха за него. Кто эта женщина? Почему он так на неё смотрит? Когда я узнала, что это Злата, его бывшая жена, которая предала его, ненависть вспыхнула во мне, как лесной пожар. Как можно было причинить такую боль моему Яромиру? Её голубые глаза, её женственная фигура, её холодная улыбка — всё в ней вызывало отвращение.

Злата, заметив мой взгляд, улыбнулась с вежливой насмешкой, подходя ближе. Её платье, шитое золотыми нитями, шуршало, а каждый шаг был полон уверенности.

— О, какая милая спутница у Яромира, — её голос был сладким, как мёд, но яд в нём чувствовался сразу. — Ты, должно быть, его... ученица? Или, может, служанка?

Я выпрямилась, глядя ей прямо в глаза, мои синие глаза сверкали яростью.

— А вы, должно быть, та, кто разбивает сердца, — парировала я, стараясь держать себя в руках. — Но не волнуйтесь, я позабочусь о нём лучше, чем кто-либо когда-либо мог.

Злата прищурилась, её губы дрогнули в улыбке, полной презрения. Она открыла рот, чтобы ответить, но Яромир шагнул вперёд, его голос был холоден, как северный ветер:

— Злата, держи свой яд при себе. Лисса — моя спутница, и я не позволю тебе её оскорблять.

Моё сердце затрепетало. Он защитил меня. Его угрюмое лицо, его карие глаза, теперь почти красные от гнева, были полны решимости. Я почувствовала, как тепло разливается в груди, и впервые за день перестала нервничать.

Точка зрения Златы

Его слова резанули меня, как нож. Он защищает её. Он никогда так не защищал меня. Я сжала кулаки под длинными рукавами, но сохранила улыбку. Эта девчонка... она заняла моё место. И хотя я давно выбрала власть, а не любовь, это задело меня. Она не заслуживает его. Она слишком юна, слишком наивна. Но я сделаю так, чтобы она исчезла. Я не позволю ей стоять между нами, даже если сама не хочу его возвращения. Это вопрос гордости.

Злата только хмыкнула, её взгляд скользнул по мне с презрением, но она отступила, бросив напоследок:

— Увидимся на балу, Яромир. Не забудь привести свою... спутницу.

Глава 14. Признание перед балом

Точка зрения Лиссы: Той ночью, после встречи со Златой, я не могла уснуть. Мы вернулись в комнату в гостинице, и я сидела на краю кровати, теребя край платья. Я знала, что бал будет испытанием, и понимала, что не могу больше скрывать правду от Яромира. Он защищал меня, рисковал жизнью, а я всё ещё держала в тайне, кто я на самом деле. Страх сжимал сердце, но я должна была сказать.

— Яромир, — начала я, мой голос дрожал, а синие глаза избегали его взгляда. — Я должна тебе кое-что рассказать.

Он стоял у окна, его широкая спина была ко мне повёрнута, но я видела, как он напрягся.

— Говори, — коротко ответил он, не оборачиваясь.

Я сглотнула, чувствуя, как ком в горле становится больше.

— Я... я не просто беглянка. Я суккуба. Дочь матриарха Алитаи. Я сбежала, потому что не хотела становиться такой, как она. Не хотела терять чувства. Прости, что не сказала раньше. Я боялась, что ты... отвернёшься.

Тишина повисла в комнате, тяжёлая, как камень. Я ждала, что он скажет, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Он уйдёт. Он возненавидит меня. Я ведь демон, а он... он человек, который сражался с такими, как я.

Но Яромир повернулся, его карие глаза, почти красные в тусклом свете лампы, смотрели на меня спокойно. Он шагнул ближе, и я невольно сжалась, ожидая осуждения. Но вместо этого он произнёс:

— Я знал. С первого дня.

Я замерла, мои глаза расширились от шока.

— Что? Ты... знал? — мой голос был едва слышен.

Он кивнул, его лицо оставалось непроницаемым, но в голосе мелькнула тень тепла.

— Твоя магия, твои манеры, твой страх — всё выдавало. Но мне было всё равно. Ты — это ты, Лисса. А не твоя кровь.

Моё сердце сжалось, слёзы хлынули по щекам, но это были слёзы облегчения. Я бросилась к нему, обнимая его, не в силах сдержаться.

— Спасибо, — шептала я, уткнувшись в его грудь. — Спасибо, что не отвернулся.

Точка зрения Яромира

Её объятия были как удар. Я чувствовал тепло её тела, её слёзы, пропитавшие мою рубаху, и не мог пошевелиться. Я знал, кто она, с самого начала. Её магия, её страх перед демонами, её скрытность — всё указывало на это. Но мне было всё равно. Она не была похожа на тех, с кем я сражался. Она была... Лиссой. Моей Лиссой. Я хотел сказать ей больше, но слова застревали в горле. Вместо этого я просто обнял её в ответ, стараясь не показать, как сильно она мне дорога. Я не должен. Но как отпустить её теперь?

Глава 15. Нападение Борровира

Точка зрения Лиссы: Той же ночью, когда мы вернулись в комнату, я всё ещё переживала за Яромира из-за встречи со Златой. Ненависть к ней кипела во мне, но ещё больше я боялась за него. Я хотела обнять его, сказать, что всё будет хорошо, но не знала, как.

И тут опасность снова настигла нас. Злата, не желая оставлять нас в покое, подослала Борровира, красавчика с прилизанными светлыми волосами до плеч. Он подошёл ко мне на улице, когда я вышла за свежим воздухом. Его тонкая фигура, подпиленные ногти и самодовольная улыбка сразу вызвали у меня отвращение.

— О, прекрасная дама, неужели вы одна? Позвольте мне скрасить ваш вечер, — его голос был слащавым, а взгляд скользил по мне, как по добыче.

— Уходи, — резко сказала я, отступая назад. — Мне не нужны твои ухаживания.

Но он не отступил. Его улыбка стала жёстче, а рука потянулась ко мне, пытаясь схватить.

— Не будь такой холодной, красавица. Я знаю, как растопить твоё сердце, — прошипел он, его пальцы сомкнулись на моём запястье. Он потянул меня в тёмный переулок, его хватка была сильной, а вторая рука попыталась обхватить меня за талию. — Ты ведь не хочешь, чтобы всё стало... грубо, правда?

Я закричала, пытаясь вырваться, но его сила была больше. Моя магия, слабая и неконтролируемая, не помогла. Я чувствовала его горячее дыхание на шее, его самодовольный смех, и страх сковал меня. И тут, как тень, появился Яромир. Его кулак, твёрдый, как камень, отправил Борровира в нокаут одним ударом. Тот рухнул на землю, как мешок с зерном, а Яромир, не сказав ни слова, обнял меня, прижимая к своей груди. Я дрожала, чувствуя тепло его тела, и впервые за ночь мне стало спокойно.

— Ты в порядке? — его голос был хриплым, полным тревоги.

Я кивнула, не в силах говорить, и прижалась к нему сильнее. Он снова спас меня. Почему он всегда рядом, когда мне так плохо?

Точка зрения Борровира

Я очнулся с болью в челюсти, лёжа на холодной земле. Этот воин, Яромир, ударил меня, как будто я был ничтожеством. Я скрипнул зубами, чувствуя унижение. Эта девка должна была быть моей. Злата обещала золото, если я уведу её. Но этот шрамолицый... он заплатит. Я найду способ отомстить.

Точка зрения Яромира

Я чувствовал, как Лисса дрожит в моих руках, и ярость кипела во мне. Этот наглец посмел тронуть её. Я сдержался, чтобы не добить его, но лишь ради неё. Её синие глаза, полные страха, смотрели на меня с благодарностью, и я понял, что сделаю всё, чтобы защитить её.

— Никто больше не тронет тебя, — тихо сказал я, сжимая её крепче. — Обещаю.

Глава 16. Приглашение на бал и шопинг

Точка зрения Дубомира: Я узнал о возвращении Яромира от своих шпионов. Моё сердце сжалось от смеси вины и радости. Он жив. Мой брат жив. Я изгнал его, поддавшись гневу и страху, но никогда не переставал о нём думать. Злата была ошибкой, я знал это. Но я не мог вернуть прошлое.

Приглашение на бал было моим способом исправить хоть что-то. Я хотел увидеть его, поговорить, понять, простит ли он меня. Он должен прийти. Я не приму отказа, — думал я, подписывая письмо. Мои голубые глаза смотрели на перо с решимостью, а волевой подбородок сжался. Я был императором, но перед братом чувствовал себя мальчишкой, который совершил ошибку.

Точка зрения Яромира

Письмо от Дубомира было коротким, но твёрдым. Отказ не принимался. Я не хотел идти, но знал, что это неизбежно. Лисса, услышав о бале, оживилась, её синие глаза заблестели.

— Мы идём? — спросила она, её голос был полон надежды.

— Да, — коротко ответил я, не в силах отказать ей.

Точка зрения Лиссы

Я не могла поверить. Бал! Как в моих романах! Но у меня не было подходящей одежды. Яромир, заметив моё беспокойство, на следующий день повёл меня на рынок. Столица была полна торговцев, их прилавки ломились от шелков, бархата и украшений. Я разглядывала ткани, чувствуя, как глаза разбегаются.

— Выбирай, — сказал он, его голос был, как всегда, спокойным, но в нём чувствовалась забота.

— Ты серьёзно? Ты покупаешь мне платье? — спросила я, не веря своим ушам.

Он кивнул, и я не могла сдержать улыбку. Мы ходили от прилавка к прилавку, я примеряла платья, крутясь перед зеркалом, а он молча смотрел. Я выбрала изумрудное платье, которое подчёркивало мою фигуру, с глубоким вырезом на спине.

— Ну как? — спросила я, чувствуя, как сердце колотится.

— Идёт тебе, — коротко ответил он, но его взгляд задержался на мне дольше, чем обычно.

Потом мы выбирали украшения. Я остановилась на тонком ожерелье с зелёным камнем, подходящим к моим глазам, и маленьких серьгах.

— А это не слишком? — спросила я, чувствуя себя неловко. — Ты и так много тратишь.

— Бери, — отрезал он, не давая мне возразить. — На балу ты должна выглядеть... достойно.

Я улыбнулась, чувствуя, как румянец заливает щеки. Он заботится обо мне. Даже если не говорит этого вслух. Мы купили ещё несколько мелочей — ленты для волос, туфли, и я чувствовала себя принцессой, идущей рядом с угрюмым, но надёжным рыцарем.

Точка зрения Яромира

Её радость была заразительной. Я видел, как её синие глаза сияют, когда она выбирала платье, как её улыбка становилась шире с каждым новым украшением. Я платил, не торгуясь, хотя торговцы явно завышали цены. Её счастье стоило этого. Она выглядит как настоящая принцесса. А я... я лишь тень рядом с ней. Но я сделаю всё, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Даже на этом проклятом балу.

Глава 17. Бал: Танцы, встречи и ревность

Точка зрения Лиссы: Бал был как из моих романов. Огромный зал во дворце был украшен золотыми гирляндами и хрустальными люстрами, от которых свет отражался на мраморных стенах. Знать, одетая в шелка и бархат, танцевала под мелодии арф и флейт. Аромат роз и вина витал в воздухе, а слуги с подносами сновали между гостями. Я надела изумрудное платье, которое купил Яромир, и чувствовала себя принцессой, хотя сердце билось быстрее от страха. Что, если я опозорюсь? Что, если Яромир не обратит на меня внимания?

Яромир выглядел величественно, несмотря на простоту его одежды. Его чёрный камзол подчёркивал широкие плечи, а шрам на лице придавал ему суровую, но притягательную красоту. Он держался рядом, но молчал, как всегда.

Когда заиграла медленная мелодия, я робко посмотрела на него.

— Потанцуем? — спросила я, чувствуя, как сердце колотится.

Он кивнул, и его рука легла на мою талию. Мы начали танцевать, его движения были уверенными, но осторожными. Я чувствовала тепло его руки, его дыхание, и моё сердце пело. Он так близко. Он держит меня. Это как в моих снах. Я смотрела в его карие глаза, почти красные в тусклом свете, и чувствовала, что могу утонуть в них. Каждый шаг, каждый поворот — всё казалось идеальным. Я не замечала никого вокруг, только его.

Точка зрения Яромира

Её тепло, её взгляд — всё это было как магия. Я держал её за талию, чувствуя, как её тело движется в такт моему. Её синие глаза сияли, и я не мог отвести взгляд. Она слишком красива. Слишком близко. Я не должен, — думал я, но не мог отпустить её. Её улыбка, её лёгкость — всё это было как свет в моей тьме.

Точка зрения Лиссы

Но счастье длилось недолго. Аланна, графиня с каштановыми волосами и зелёными глазами, одетая в алое платье, которое подчёркивало её стройную фигуру, подошла к нам с улыбкой, полной уверенности.

— Яромир, не подаришь мне танец? — её голос был сладким, но я слышала в нём угрозу.

Я почувствовала, как ревность разрывает меня изнутри. Мои кулаки сжались, а сердце сжалось от боли, когда Яромир кивнул ей. Они начали танцевать, и я не могла отвести взгляд. Её рука лежала на его плече, её улыбка была такой уверенной. Почему он согласился? Неужели я ему не нужна? Неужели я для него просто спутница, а она... кто-то важный? Я чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза, но сдерживалась, не желая показывать слабость. Моя грудь сжималась от боли, а мысли путались. Я думала, что после признания что-то изменилось. Но, может, я ошиблась?

Точка зрения Аланны

Я знала, что Яромир — мой шанс. Брат императора, герцог, даже если в изгнании. Он был моим билетом к власти. И его шрамы, его угрюмость только добавляли ему привлекательности. Я улыбнулась, касаясь его плеча, и начала танец, стараясь быть ближе.

— Ты всё такой же молчаливый, Яромир. Но я знаю, как растопить лёд, — проворковала я, глядя ему в глаза. — Помнишь, как мы танцевали на балу в юности? Мы могли бы вернуть те времена.

Он лишь хмыкнул, его взгляд был холодным. Я чувствовала, что он не заинтересован, но не сдавалась. Он будет моим. Эта девчонка — ничто по сравнению со мной. Она не знает, как удержать такого мужчину. Я прижалась чуть ближе, но он отстранился, его движения стали жёстче.

Точка зрения Яромира

Аланна была настойчива, но я не чувствовал ничего. Её касания, её слова — всё это было пустым. Я смотрел на Лиссу, стоящую в стороне, и видел боль в её синих глазах. Это ранило меня сильнее, чем любой меч. Когда танец закончился, я шагнул к ней, не обращая внимания на Аланну.

— Не волнуйся, малышка. Кроме тебя мне никто не нужен, — шепнул я с лёгкой улыбкой, которая из-за шрама казалась ухмылкой.

Точка зрения Аланны

Его слова были как удар. Он ушёл к ней, к этой девчонке, даже не взглянув на меня. Я сжала кулаки, чувствуя унижение. Она не заслуживает его. Но я не сдамся. Я найду способ. Я повернулась к одному из своих спутников, шепнув:

— Узнай о ней всё. Я хочу знать, кто она и почему он так её защищает.

Точка зрения Лиссы

Его слова согрели меня, как солнечный свет после долгой ночи. Я улыбнулась, чувствуя, как боль отступает, но всё ещё не могла полностью расслабиться. Вечер продолжался, и ко мне начали подходить мужчины. Один за другим, они делали комплименты, приглашали на танцы. Молодой лорд с тёмными кудрями и самодовольной улыбкой склонился ко мне:

— Прекрасная дама, вы затмеваете всех в этом зале. Позвольте мне танец?

— Благодарю, но я не танцую, — ответила я, стараясь быть вежливой, но твёрдой.

Другой, рыцарь в блестящих доспехах, с широкой улыбкой добавил:

— Ваши глаза — как звёзды. Один танец, и я буду счастливейшим человеком в империи.

— Нет, спасибо, — отрезала я, чувствуя раздражение.

Даже сам король, Дубомир, высокий мужчина с голубыми глазами и властным взглядом, подошёл ко мне, его улыбка была мягкой, но полной уверенности.

— Лисса, не откажешь ли в танце императору? Это честь, которую мало кто получает, — сказал он, протягивая руку.

Я взглянула на Яромира, стоящего рядом, и покачала головой.

— Простите, ваше величество, но я обещала танцы только одному человеку, — ответила я, чувствуя, как щеки краснеют.

Дубомир улыбнулся, но в его взгляде мелькнуло уважение.

— Верность — редкое качество. Твой спутник счастливчик, — сказал он, отступая.

Яромир молчал, но я заметила, как его взгляд смягчился. Он доволен? Или мне показалось?

Точка зрения Дубомира

Я смотрел на Лиссу и видел в ней нечто большее, чем просто спутницу моего брата. Её отказ, её верность — всё это тронуло меня. Она не из тех, кто ищет выгоды. Может, она и есть то, что нужно Яромиру, чтобы исцелиться. Я повернулся к брату, чувствуя, как вина снова сжимает сердце.

— Я рад, что ты пришёл, Яромир. Нам нужно поговорить. Позже, — сказал я, стараясь казаться твёрдым, но внутри боялся его отказа.

Точка зрения Яромира

Я кивнул Дубомиру, но мысли были о Лиссе. Её отказ королю, её взгляд — всё это заставило моё сердце биться быстрее. Она выбрала меня. Даже перед императором. Я не мог показать, как сильно это тронуло меня, но чувствовал, как тепло разливается в груди.

Точка зрения Златы

Я наблюдала за всем издалека, чувствуя, как ярость кипит внутри. Она отказала даже Дубомиру. Кто она такая? Почему все вокруг неё вьются, как мухи? Я сжала бокал так, что он чуть не треснул. Я не позволю ей остаться с Яромиром. Она исчезнет. Скоро.

Точка зрения Свята

Я стоял в тени, наблюдая за балом. Моя невзрачная внешность позволяла мне оставаться незамеченным, но я видел всё. Яромир, Лисса, их связь — всё это было очевидно. Я знал о её происхождении, знал о демонах, что охотятся за ней. Она опасна для него. Но он не отпустит её. И я не могу его винить. Я шагнул к Яромиру, когда Лисса отошла к столу с угощениями.

— Будь осторожен, друг. За ней следят. И не только люди, — шепнул я, мой голос был тихим, но твёрдым.

Яромир кивнул, его взгляд стал жёстче.

— Я знаю. Спасибо, Свят.

Точка зрения Лиссы

Вечер подходил к концу, и я чувствовала усталость. Яромир заметил это и, не говоря ни слова, повёл меня к выходу. У дверей нас ждала карета под охраной гвардейцев императора.

— Езжай в гостиницу. Я останусь ненадолго, — сказал он, его голос был твёрдым, но в глазах мелькнула забота.

— А ты? — спросила я, чувствуя беспокойство.

— Я вернусь скоро. Не волнуйся, — ответил он, помогая мне сесть в карету.

Гвардейцы, высокие мужчины в блестящих доспехах, окружили карету, и я почувствовала себя в безопасности, но всё равно не могла избавиться от тревоги. Что-то не так. Я чувствую это.

Точка зрения Яромира

Я смотрел, как карета уезжает, чувствуя, как тревога сжимает сердце. Я знал, что бал — это не конец. Злата, демоны, кто-то ещё — все они следят за нами. Я должен был остаться, чтобы поговорить с Дубомиром и Святом, но каждый миг, пока Лисса была не со мной, казался вечностью. Она должна быть в безопасности. Я не прощу себе, если с ней что-то случится.

Глава 18: "Искушение власти"

Точка зрения Дубомира: Я стоял в своём кабинете, скрытом за тяжёлыми бархатными шторами, в самой глубине дворца. Золотые канделябры отбрасывали тёплый свет на мраморные стены, а запах воска и старых пергаментов витал в воздухе. Моя мантия с золотой вышивкой была тяжёлой, как мои мысли. Я вызвал Яромира на беседу после бала, зная, что он не захочет говорить. Но я должен был попытаться. Он мой брат. Я должен исправить то, что разрушил.

Дверь отворилась, и он вошёл. Его широкие плечи, шрам, пересекающий лицо, и холодный взгляд карих глаз, почти красных в тусклом свете, напомнили мне о том, каким он был до изгнания. Он не поклонился, не выказал уважения, и я не ждал этого.

— Зачем звал? — его голос был хриплым, полным сдерживаемого гнева.

Я вздохнул, мои голубые глаза встретились с его взглядом. Мой волевой подбородок сжался, но я старался говорить мягко.
— Я хочу, чтобы ты вернулся, Яромир. Ты мой брат. Твоё место здесь, в империи. Я могу дать тебе титул, земли, должность советника. Ты заслужил это.

Его лицо не дрогнуло, но я видел, как его кулаки сжались.
— Ты изгнал меня, Дубомир. Из-за неё, — отрезал он, и я знал, что он имеет в виду Злату. Каждое его слово было как удар.

Я отвёл взгляд, чувствуя, как вина сжимает сердце.
— Я ошибся. Я был слеп. Но я хочу исправить это. Дай мне шанс, — сказал я, шагнув ближе, но он отступил, его взгляд стал ещё холоднее.

— Слишком поздно, — бросил он, его голос был как лёд. — У меня есть то, что важнее титулов. И я не позволю тебе или ей вмешиваться.

Я понял, что он говорит о Лиссе. Её синие глаза, её огненные волосы — я видел, как он смотрит на неё. И знал, что не смогу его переубедить.
— Подумай, Яромир. Я не хочу потерять тебя снова, — тихо сказал я, но он уже повернулся к двери.

Точка зрения Яромира
Слова Дубомира жгли, как раскалённый уголь. Его предложение — титул, земли — всё это было пустым. Я не мог простить его за прошлое, не мог забыть, как он выбрал Злату, а не меня. Мои кулаки сжались, шрам на лице дёрнулся от напряжения. Я не вернусь. Не ради него. Не ради империи. Только ради Лиссы.

Я ушёл, не оглядываясь, чувствуя, как старые раны открываются снова. Но я знал, что должен сосредоточиться на настоящем. Лисса была в опасности, и я не мог позволить себе отвлекаться.

Точка зрения Златы
Я стояла в тени коридора, скрытая за тяжёлой портьерой, и наблюдала, как Яромир покидает кабинет Дубомира. Мои золотые волосы были уложены в сложную причёску, а голубые глаза сверкали от гнева. Я знала, что Дубомир хочет вернуть его, и это бесило меня. Он не заслуживает прощения. И уж тем более не заслуживает её.

Я повернулась к Коздогу, который ждал меня в укромной комнате. Его отталкивающая внешность — лысая голова, чёрные глаза, раздвоенный язык — вызывала у меня отвращение, но он был полезен.
— Ускорь план, — холодно сказала я, мой голос был как мёд, но с ядом. — Похить девчонку сегодня ночью. Я хочу, чтобы она исчезла.

Коздог оскалился, его когти блеснули в тусклом свете.
— Как прикажете, госпожа. Она будет у Ильнуина к утру, — прошипел он, его магия иллюзий уже начала создавать тени вокруг него.

Я улыбнулась, чувствуя, как удовлетворение разливается в груди. Ты проиграешь, Яромир. И эта девчонка не будет стоять между нами.

Глава 19. Похищение

Точка зрения Лиссы: Я вернулась в гостиницу, чувствуя усталость, но тревога не отпускала. Гвардейцы проводили меня до комнаты, но, как только я закрыла дверь, воздух вокруг сгустился. Тени в углу комнаты задвигались, и я почувствовала холод, пробирающий до костей. Мой хвост, спрятанный под платьем, нервно дёрнулся, а сердце заколотилось.

— Кто здесь? — прошептала я, отступая к стене.

Из тени выступил Коздог. Его отталкивающая внешность — лысая голова, чёрные глаза, раздвоенный язык, мелькающий, как у змеи, — вызвала у меня тошноту. Его магия иллюзий окутала комнату, создавая ложные образы, от которых голова закружилась. Я пыталась закричать, но голос пропал, как будто кто-то сдавил горло.

— Ты идёшь со мной, принцесса, — прошипел он, его когтистая рука схватила меня за запястье. — Ильнуин ждёт.

Я пыталась сопротивляться, но его магия была сильнее. Мои слабые заклинания отскакивали от него, как капли дождя от камня. Он потащил меня к окну, где тёмный портал уже открывался, его края дрожали, как чёрное пламя. Я чувствовала, как силы покидают меня, как страх сковывает тело. Яромир, где ты? Пожалуйста, найди меня...

Мир вокруг растворился в тёмном вихре, и я очнулась в мрачном домене Ильнуина. Огромный зал, вырезанный из чёрного камня, был пропитан запахом серы. Ильнуин, демон гнева, возвышался надо мной. Его рост — больше двух метров, красные волосы до пояса, ветвистые рога и глаза, горящие, как угли, внушали ужас. Его взгляд, полный похоти и садизма, заставил меня содрогнуться.

— Ты будешь моей, — прорычал он, его голос был низким, как гром. — Твоя мать не смогла меня остановить, и этот твой воин тоже не сможет.

Я сжалась, чувствуя, как страх сковывает тело. Но в глубине души я знала: Яромир придёт за мной. Он всегда приходил.

Точка зрения Коздога

Я смотрел на девчонку, прикованную к алтарю из чёрного камня, и чувствовал удовлетворение. Моя магия иллюзий сработала идеально. Она не смогла сопротивляться, а её стражники даже не заметили, как я проник в комнату. Ильнуин будет доволен. А я получу свою награду. Но в глубине души я чувствовал тревогу. Этот воин, Яромир, был проблемой. Я знал, что он придёт за ней. И я должен быть готов.

Глава 20. Жертва Яромира

Точка зрения Яромира: Я обезумел от ярости, когда обнаружил, что Лисса пропала. Её запах, её след — всё указывало на Коздога. Я не медлил. Обратившись к старому другу, Святому, главе разведки, я потребовал:

— Сними с меня печать магии.

Свят, с его невзрачной внешностью и хитрым взглядом, покачал головой. Его голос был тихим, но твёрдым:

— Ты умрёшь через 36 часов, если я это сделаю. Подумай, Яромир.

— Мне плевать. Я должен спасти её, — отрезал я, не допуская сомнений.

Печать была снята. Магия, запечатанная во мне годами, хлынула наружу, как бурлящий поток. Я чувствовал, как сила наполняет меня, но знал, что это временно. Телепортировавшись в домен Ильнуина, я оказался в сердце тьмы.

Глава 21. Битва с Ильнуином и легионом гнева

Точка зрения Яромира: Я телепортировался в домен Ильнуина. Тёмные пещеры, пропитанные запахом серы, стены, покрытые кровавыми рунами, и воздух, тяжёлый от магии огня. Ильнуин ждал меня, его огромная секира пылала алым пламенем, а глаза горели, как угли. Вокруг него стоял легион демонов гнева — десятки существ с рогами, когтями и пылающими глазами. Лисса была прикована к алтарю из чёрного камня, её синие глаза были полны страха, но в них горела надежда, когда она увидела меня.

— Отпусти её, — мой голос был холоден, как смерть. Меч в моей руке засветился магией, впервые за многие годы.

Ильнуин рассмеялся, его рёв эхом отразился от стен.

— Ты умрёшь, воин. А она станет моей.

Битва началась с атаки легиона. Десятки демонов бросились на меня, их когти и огненные заклятия разрывали воздух. Я уклонялся, используя магию для ускорения, разрубая одного за другим. Мой меч пел, каждый удар был точным, но их было слишком много. Один из демонов ранил меня в бок, его когти оставили глубокую рану, но я не остановился. Я выпустил волну магии, отбрасывая их, и пробился к Коздогу, который стоял ближе к алтарю.

— Ты, — прорычал я, мой взгляд был полон ярости.

Коздог ухмыльнулся, его иллюзии создали десятки его копий, но я чувствовал, где он настоящий. Мой меч рассёк воздух, разрубив две тени, и на третьем ударе я попал в цель. Клинок врезался в его грудь, и он взвыл, падая на колени. Я не дал ему шанса — ещё один удар, и его голова покатилась по полу.

— Один готов, — пробормотал я, вытирая кровь с лица.

Но Ильнуин был главной угрозой. Его секира обрушивалась на меня, как молот, каждый удар сопровождался вспышками огня. Я уклонялся, но каждый выпад отнимал силы. Он выпустил огненный шквал, пламя лизнуло моё плечо, оставив ожог, но я прорвался сквозь него, используя магию как щит. Мой удар пришёлся ему в грудь, разрубив броню, и он взвыл, падая на колени. Но я не остановился. Ещё один удар — и его секира отлетела в сторону. Последний взмах моего меча завершил бой, его кровь хлынула на камни, а тело рухнуло с грохотом.

Оставшиеся демоны, видя падение своего господина, начали отступать, но я не дал им шанса. Волна магии, усиленная моей яростью, накрыла их, сжигая дотла. Я был измождён, кровь текла из многочисленных ран, но я подбежал к Лиссе, разрубая цепи.

Точка зрения Ильнуина

Я чувствовал, как жизнь покидает меня. Этот воин, этот Яромир, был сильнее, чем я думал. Моя ярость, моя магия — всё оказалось бесполезным. Она должна была быть моей, — думал я, пока тьма не поглотила меня.

Точка зрения Лиссы

Я видела, как Яромир сражается, и моё сердце колотилось от страха и гордости. Когда Ильнуин упал, я закричала от облегчения. Он подбежал ко мне, разрубая цепи, и я бросилась к нему, обнимая его, не обращая внимания на его раны.

— Я знала, что ты придёшь! Я люблю тебя! — кричала я, рыдая. Слёзы текли по щекам, руки дрожали, но я не могла отпустить его. Он жив. Он здесь. Он спас меня.

— Я тоже люблю тебя, Лисса, — его голос был хриплым, полным боли. Он обнял меня, его руки, липкие от крови, сжимали меня так, будто я могла исчезнуть. — Но ты должна найти другого. Я умру через 12 часов.

— Нет! — закричала я, чувствуя, как сердце разрывается. — Я не отпущу тебя! Мы найдём способ!

Он покачал головой, его карие глаза были полны тоски.

— Печать снята. Это цена. Но я не жалею. Ты жива. Это главное.

Я рыдала, прижимаясь к нему, чувствуя, как его тепло, его дыхание становятся слабее. Я не могу потерять его. Только не теперь, когда он сказал, что любит меня.

— Проведи со мной эту ночь, — шепнула я, глядя ему в глаза. — Я хочу почувствовать, как это — быть с любимым. Даже если это последнее, что у нас есть.

Он посмотрел на меня, его взгляд смягчился, и он кивнул.

— Хорошо, — тихо сказал он, его голос был полон нежности, которой я никогда в нём не слышала.

Глава 22. Признание и ритуал

Точка зрения Лиссы: Мы нашли укромное место в разрушенном домене Ильнуина — небольшую пещеру, где свет магического огня, который я зажгла слабым заклинанием, отражался на чёрных каменных стенах, создавая мягкое, тёплое сияние. Воздух был тяжёлым от запаха серы, но я чувствовала только тепло тела Яромира, сидящего рядом. Мои руки дрожали, когда я объясняла ему суть ритуала, а сердце колотилось так, будто готово было выскочить из груди.

— Это единственный способ спасти тебя, — шептала я, чувствуя, как щеки горят от смущения. Мои синие глаза избегали его взгляда, но я заставила себя продолжить. — Мы должны стать единым целым. Физически и духовно. Я отдам тебе половину своего сердца, своей магии. Это свяжет нас навсегда. Ты согласен?

— мой голос дрожал, но я старалась быть твёрдой.

Яромир смотрел на меня, его карие глаза, почти красные в тусклом свете, были полны сомнений и боли. Его шрам, пересекающий лицо, казался ещё глубже в полумраке, а кровь, всё ещё сочившаяся из его ран, напоминала о том, как мало времени у нас осталось.

— Ты уверена? — его голос был хриплым, полным тревоги. — Если я умру, ты тоже...

— Я не хочу жить без тебя, — перебила я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Моя решимость была твёрдой, несмотря на страх. — Я уверена.

Он кивнул, и я почувствовала, как облегчение смешивается с нервозностью. Я начертила магический круг на каменном полу, используя остатки своей силы. Символы, вырезанные когтем, засветились синим светом, а воздух вокруг нас наполнился энергией, от которой кожа покрылась мурашками. Мы начали раздеваться, и я чувствовала, как неловкость сковывает меня. Мои пальцы дрожали, снимая платье, а его рубаха, пропитанная кровью, упала на пол с глухим звуком. Его тело, покрытое шрамами, было прекрасным в своей суровой силе, и я любила его таким, какой он есть.

Я шагнула ближе, чувствуя холод камня под босыми ногами, и коснулась его груди, где сердце билось медленно, но упрямо. Его кожа была горячей, несмотря на бледность, а шрамы под моими пальцами казались картой его боли. Он обнял меня, его руки, грубые и сильные, но такие нежные в этот момент, притянули меня ближе. Я чувствовала его дыхание на своей шее, его тепло, и моё смущение начало отступать, сменяясь желанием быть с ним.

Когда наши тела слились, я почувствовала острую боль — короткую, но резкую, как укол кинжала. Это был мой первый раз, и я сжалась, невольно вцепившись в его плечи. Мои ногти впились в его кожу, но он замер, его руки поддерживали меня, а голос, хриплый и полный беспокойства, шептал:

— Если больно, скажи. Мы остановимся.

Я покачала головой, превозмогая дискомфорт, и шепнула:

— Нет. Я хочу этого. С тобой.

Он кивнул, его движения стали ещё осторожнее, почти мучительно медленными, чтобы не причинить мне боль. Его руки скользили по моей спине, успокаивая, а губы касались моего лба, шепча слова, которых я не могла разобрать, но которые согревали меня. Боль скоро прошла, сменившись теплом, близостью и чувством, которое я не могла описать. Я чувствовала его сердцебиение, его дыхание, и каждый его взгляд, полный любви, разжигал во мне огонь. Моя магия начала перетекать в него, я ощущала, как часть меня — моё сердце, моя жизнь — становится его. Символы вокруг нас сияли ярче, а воздух дрожал от энергии.

Наши движения стали увереннее, синхронными, как танец, который мы знали всегда. Я чувствовала, как его сила возвращается, как его раны перестают кровоточить, а дыхание становится ровнее. Мои синие глаза встретились с его карими, и в этот момент не было ничего, кроме нас. Его руки сжимали меня крепче, но не до боли, а так, будто он боялся, что я исчезну. Моя кожа горела под его касаниями, а каждый его вздох отзывался во мне волной тепла. Когда всё закончилось, мы лежали, обнимая друг друга, тяжело дыша, но чувствуя, что стали единым целым.

— Ты спасла меня, — тихо сказал он, его голос был полон благодарности, а руки всё ещё сжимали меня, как будто отпустить было невозможно.

— Мы спасли друг друга, — шепнула я, улыбаясь сквозь слёзы. Моя голова лежала на его груди, слушая, как его сердце бьётся сильнее, и я знала, что теперь мы связаны навсегда.

Точка зрения Яромира

Её тепло, её дрожь, её слёзы — всё это разрывало меня изнутри. Я чувствовал её боль, её страх, и старался быть нежным, насколько мог. Её синие глаза, полные любви, были единственным, что я видел, когда мы стали единым целым. Моя магия, давно запечатанная, начала возвращаться, но это было ничто по сравнению с тем, что она дала мне — часть своего сердца. Её магия текла в меня, исцеляя раны, возвращая жизнь, и я знал, что не достоин этого. Её касания, её дыхание — всё это было как свет в моей тьме, и я сжимал её, боясь, что это сон. Она отдала мне всё. Как я могу быть достойным этого? Когда всё закончилось, я обнимал её, чувствуя, как её тепло становится частью меня, и знал, что больше никогда не отпущу её.

Глава 23. Новый домен

Точка зрения Лиссы и Яромира: Вместе мы телепортировались к Алитае, матери Лиссы. Её дворец, полный мрачной роскоши, был таким же холодным, как она сама. Огненно-рыжие волосы, красные глаза, как пламя, и развратная улыбка — она смотрела на нас с холодным любопытством.

— Мы победили Ильнуина, — твёрдо сказала Лисса, держа мою руку. — Его домен теперь твой.

Алитая кивнула, в её взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение. Её губы сложились в улыбку.

— Неплохо, дочь. Возможно, ты не так бесполезна, как я думала.

Мы с Лиссой переглянулись. Впереди нас ждали новые испытания, но теперь мы были вместе. Навсегда.

Глава 24: "Эхо материнской воли"

Точка зрения Лиссы: Дворец Алитаи был холодным, несмотря на роскошь. Чёрные обсидиановые стены, украшенные кровавыми рунами, отражали свет магических факелов, а воздух был пропитан запахом благовоний и серы. Я стояла перед троном моей матери, чувствуя, как сердце колотится от страха и гнева. Яромир ждал снаружи, и я знала, что он не позволит мне остаться здесь надолго, но этот разговор был неизбежен.

Алитая сидела на троне, её огненно-рыжие волосы сияли, как пламя, а красные глаза смотрели на меня с холодным любопытством. Её алое платье из шёлка подчёркивало её пышную фигуру, а пухлые губы изогнулись в лёгкой улыбке, полной власти.
— Ты победила Ильнуина, Лисса. Я впечатлена, — её голос был как шёлк, но с ядовитым оттенком. — Но ты всё ещё слаба. Ты могла бы стать сильнее, если бы приняла ритуал.

Я сжала кулаки, мои синие глаза сверкнули от гнева.
— Я не хочу быть такой, как ты, — твёрдо сказала я, чувствуя, как голос дрожит. — Я не хочу терять чувства. Я люблю Яромира, и это делает меня сильнее, а не слабее.

Её улыбка стала холоднее, а взгляд — острее, как лезвие. Она поднялась с трона, её рост — 180 см — делал её устрашающей, а движения были грациозны, как у хищницы.
— Любовь — это слабость, дочь. Она сломает тебя, как сломала многих до тебя. Прими ритуал, и ты станешь непобедимой. Ты сможешь защитить своего воина, вместо того чтобы быть его обузой, — её слова резали, как нож, и я почувствовала, как сомнения начинают грызть меня изнутри.

— Нет, — отрезала я, но мой голос был тише, чем я хотела. А что, если она права? Что, если я не смогу защитить его? Я отвернулась, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

Точка зрения Алитаи
Я смотрела на Лиссу, чувствуя, как раздражение смешивается с чем-то, что я давно подавила. Она моя дочь. Моя плоть и кровь. Почему она так упряма? Её синие глаза, полные эмоций, были как зеркало того, чем я когда-то была, до ритуала. Но я знала, что чувства — это слабость. Я прошла через это, и она должна пройти.

— Ты ещё вернёшься, Лисса, — сказала я, мой голос был холодным, но в нём мелькнула тень надежды. — Когда твой воин падёт, ты поймёшь, что я была права.

Она ушла, не оглядываясь, и я сжала подлокотники трона так, что когти оставили следы на обсидиане. Она не понимает. Но я не позволю ей погибнуть из-за её глупости.

Глава 25: "Старые долги"

Точка зрения Яромира: Письмо пришло утром, когда мы с Лиссой остановились в небольшой деревне на пути из домена Алитаи. Оно было написано изящным почерком, но я сразу узнал, от кого оно. Настасья. Её слова были просты: "У меня есть информация о новой угрозе для твоей спутницы. Встретимся в таверне 'Ржавый клинок'." Я скомкал бумагу, чувствуя, как гнев закипает внутри. Что ей нужно? Но я знал, что должен проверить. Лисса была в опасности, и я не мог игнорировать даже малейший намёк на угрозу.

— Я скоро вернусь, — сказал я Лиссе, стараясь казаться спокойным. Её синие глаза наполнились тревогой, но она кивнула.

Таверна "Ржавый клинок" была ещё хуже, чем я помнил. Грязные стены, запах прогорклого жира и пьяные крики встретили меня, как старые знакомые. Настасья ждала в углу, её русые волосы были распущены, а голубые глаза смотрели с привычной смесью кокетства и усталости. Её длинные эльфийские уши дрогнули, когда она улыбнулась, а откровенное платье из полупрозрачного шёлка переливалось в тусклом свете.

— Яромир, ты пришёл, — проворковала она, её голос был мягким, но я чувствовал подвох. — Я знала, что ты не сможешь отказаться.

— Говори, что знаешь, — отрезал я, не садясь. Мои карие глаза сузились, а шрам на лице дёрнулся от напряжения.

Её улыбка стала шире, но в ней не было тепла.
— Не так быстро, воин. Сначала выпей со мной. За старые времена, — она подвинула мне кружку, но я не прикоснулся к ней.

И тут я почувствовал движение за спиной. Инстинкт сработал раньше, чем разум. Я развернулся, мой меч вылетел из ножен, и я увидел Борровира, того самого красавчика с прилизанными светлыми волосами, который напал на Лиссу. Его тонкая фигура была напряжена, а в руках блестел кинжал. За ним стояли двое наёмников, их лица были скрыты капюшонами.

— Ты заплатишь за тот удар, шрамолицый, — прошипел он, его улыбка была полной злобы.

Я не ответил. Первый удар был моим. Мой меч рассёк воздух, отбив кинжал Борровира, а затем я пнул его в грудь, отправив на пол. Наёмники бросились на меня, но я уклонился от их топоров, разрубив одного в плечо, а второго ударив рукоятью в лицо. Борровир попытался подняться, но я приставил меч к его горлу.
— Ещё раз тронешь её, и ты труп, — прорычал я, мой голос был холоден, как смерть.

Он побледнел, но я отпустил его, зная, что он не угроза. Я повернулся к Настасье, её голубые глаза были полны страха.
— Ты знала, — сказал я, мой взгляд был полон ярости.

Она покачала головой, её руки дрожали.
— Я не хотела... Он заставил меня! Я просто... — её голос оборвался, но я не стал слушать.

Я ушёл, чувствуя, как тревога за Лиссу сжимает сердце. Я не могу доверять никому. Только ей.

Точка зрения Настасьи
Я смотрела, как Яромир уходит, чувствуя, как унижение и страх смешиваются внутри. Мои голубые глаза сузились, а пальцы сжали край стола. Борровир заставил меня заманить его, угрожая разоблачить мои долги, но я не ожидала, что всё закончится так быстро. Он сильнее, чем я думала. И эта девчонка... она действительно важна для него. Я скрипнула зубами, чувствуя, как ревность разъедает меня. Я не сдамся. Он ещё вернётся ко мне.

Глава 26: "Тени империи"

Точка зрения Яромира: Я встретился со Святом на окраине столицы, в заброшенном амбаре, где запах сырости и гнилого сена был единственным, что нарушало тишину. Его невзрачная фигура появилась из тени, серые глаза, как всегда, видели всё. Я стоял, скрестив руки, чувствуя, как тревога сжимает грудь. После ловушки Настасьи я знал, что угрозы становятся ближе.

— Что у тебя? — хрипло спросил я, мой шрам дёрнулся от напряжения.

Свят шагнул ближе, его голос был тихим, но твёрдым.
— Заговор. Злата плетёт интриги. Она наняла людей, чтобы устранить твою девчонку. Её раздражает, что ты с Лиссой, и она хочет вернуть влияние на Дубомира. Мои шпионы перехватили её письмо к Аланне. Они планируют нападение, — его серые глаза сузились, а пальцы нервно постукивали по рукояти скрытого кинжала.

Я стиснул зубы, чувствуя, как ярость закипает внутри. Злата. Ты не остановишься, пока не разрушишь всё, что у меня есть.
— Когда? Где? — отрезал я, мой голос был холоден, как лёд.

— Скоро. В столице. Они ждут, пока вы останетесь без охраны, — ответил Свят, его взгляд был серьёзным. — Но есть ещё кое-что. Дубомир может знать. Или, по крайней мере, подозревать. Если ты расскажешь ему, это может вызвать конфликт.

Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ложится на плечи. Я не доверял Дубомиру полностью, но знал, что должен защитить Лиссу.
— Мы уйдём из столицы. Но сначала я хочу знать всё. Выясни, кто ещё замешан, — сказал я, мой взгляд был полон решимости.

Свят кивнул, его лицо осталось непроницаемым.
— Будь осторожен, Яромир. Злата не остановится, пока не получит, что хочет.

Точка зрения Свята
Я смотрел, как Яромир уходит, чувствуя, как долг и дружба борются внутри. Мои серые глаза следили за его широкой спиной, а мысли путались. Я знал, что Злата опасна, знал, что её шпионы повсюду. Но я не мог сказать Яромиру всего. Дубомир, возможно, был замешан, хотя я не был уверен. Если я раскрою слишком много, это может разрушить империю. Но если я промолчу, Яромир может потерять всё. Я вздохнул, растворяясь в тенях. Моя работа — знать. И я выясню правду.

Глава 27: "Песнь о будущем"

Точка зрения Лиссы: Вечер был редким моментом спокойствия. Мы с Яромиром остановились у небольшой реки, чьи воды тихо журчали, отражая свет закатного солнца. Трава под ногами была мягкой, а воздух был пропитан запахом полевых цветов. Я сидела, подтянув колени к груди, и смотрела на воду, чувствуя, как тревога последних дней отступает. Яромир сидел рядом, его широкая спина была ко мне повёрнута, но я чувствовала его тепло даже на расстоянии.

— Знаешь, — начала я, мой голос был тихим, почти шёпотом, — я всегда мечтала о маленьком доме у реки. Где-нибудь далеко от всего. Где нет демонов, нет интриг. Только мы.

Он повернулся, его карие глаза, почти красные в закатном свете, посмотрели на меня с лёгким удивлением. Его шрам казался мягче в этом тёплом свете, а губы дрогнули в тени улыбки.
— Дом у реки, — повторил он, его голос был хриплым, но в нём мелькнула теплота. — Это можно устроить.

Я улыбнулась, чувствуя, как сердце сжимается от счастья.
— Правда? Ты бы хотел этого? — спросила я, мои синие глаза сияли от надежды.

Он кивнул, его взгляд смягчился.
— Если это сделает тебя счастливой, — тихо сказал он, и я почувствовала, как румянец заливает щеки.

Мы сидели молча, слушая журчание воды и пение птиц. Впервые за долгое время я чувствовала, что у нас есть будущее. Мы справимся. Вместе.

Точка зрения Яромира
Её слова о доме у реки задели меня глубже, чем я ожидал. Я смотрел на неё, на её синие глаза, полные надежды, на её огненные волосы, сияющие в закатном свете, и чувствовал, как что-то внутри меня оттаивает. Дом. С ней. Это возможно? Я не был уверен, но знал, что сделаю всё, чтобы защитить её мечту.

— Мы найдём такое место, — сказал я, чувствуя, как слова сами слетают с губ. Её улыбка была как свет, и я знал, что не могу её подвести. Даже если весь мир будет против нас, я построю для неё этот дом.

Глава 28: "Когти предательства"

Точка зрения Лиссы: Утро началось с тревоги. Мы с Яромиром двигались через густой лес, чьи деревья нависали над нами, как тёмные стражи. Воздух был тяжёлым от сырости, а шорох листвы казался подозрительным. Мой хвост, спрятанный под платьем, нервно дёрнулся, а синие глаза скользили по теням. Я чувствовала, что что-то не так.

И тут они появились. Карисса и её отряд из пяти низших демонов выскочили из кустов, их жёлтые глаза сияли злобой, а когти блестели в утреннем свете. Её чёрные волосы развевались, а улыбка была полна угрозы.
— Ты думала, что всё кончено, принцесса? — прошипела она, её голос был низким, с рычащими нотками. — Алитая хочет тебя. И я доставлю тебя ей.

Я сжалась, чувствуя, как страх сковывает тело, но Яромир шагнул вперёд, его меч был готов.
— Не тронь её, — прорычал он, его карие глаза сузились от ярости.

Точка зрения Яромира
Я видел, как Лисса дрожит, и ярость закипела во мне. Карисса бросилась на меня, её когти, окружённые тёмной магией, устремились к моему горлу. Я уклонился, чувствуя, как магия жжёт кожу, и ответил ударом меча в её бок. Она взвыла, отступая, а её демоны окружили нас.

— Лисса, держись рядом! — рявкнул я, отбивая удар одного из демонов. Мой меч разрубил его плечо, но другой успел ранить меня в руку. Боль была острой, но я не остановился.

Точка зрения Лиссы
Я видела, как Яромир сражается, и знала, что должна помочь. Моя магия была слабой, но я чувствовала, как наша связь — ритуал, который связал нас — усиливает меня. Я подняла руки, шепча заклинание, и волна энергии оттолкнула одного из демонов, дав Яромиру шанс. Он взглянул на меня, его глаза мелькнули удивлением, а затем благодарностью.

Мы сражались вместе, его меч и моя магия дополняли друг друга. Когда последний демон пал, Карисса, тяжело дыша, отступила, её жёлтые глаза были полны ненависти.
— Это не конец, — прошипела она, исчезая в тенях.

Я упала на колени, чувствуя, как силы покидают меня, но Яромир подхватил меня, его руки, липкие от крови, сжали меня крепко.
— Ты в порядке? — его голос был полон тревоги.

Я кивнула, улыбаясь сквозь усталость. Мы сильнее вместе. Теперь я знаю это.

Точка зрения Кариссы
Я отступила, чувствуя боль в боку и унижение. Их связь, их сила — это было больше, чем я ожидала. Мои жёлтые глаза сузились, а когти впились в ладони. Алитая не простит мне этого. Но я не сдамся. Я вернусь. И девчонка будет моей добычей.

Глава 29: "Разговор с императором"

Точка зрения Дубомира: Я ждал их в тронном зале, окружённом мраморными колоннами и золотыми гирляндами. Свет солнца проникал через витражные окна, отбрасывая цветные блики на пол, а воздух был пропитан запахом благовоний. Моя мантия с золотой вышивкой была тяжёлой, как мои мысли. Я знал, что Яромир не захочет слушать, но должен был попытаться.

Они вошли вместе — Яромир, с его шрамом и холодным взглядом, и Лисса, с её синими глазами, полными настороженности. Её огненные волосы сияли в свете зала, а тонкая фигура была напряжена. Я поднялся с трона, мои голубые глаза встретились с взглядом брата.

— Яромир, Лисса, я рад, что вы пришли, — начал я, мой голос был глубоким, но мягким. — Я хочу предложить вам будущее. Яромир, вернись в империю. Я дам тебе титул герцога, земли на юге. Ты заслужил это.

Я видел, как его кулаки сжались, а взгляд стал ещё холоднее.
— А что ты хочешь взамен? — хрипло спросил он, его голос был полон подозрения.

Я вздохнул, чувствуя, как вина сжимает сердце.
— Только одно. Лисса должна скрыть свою природу. Никто не должен знать, что она суккуба. Это ради её же безопасности. И ради империи, — сказал я, стараясь казаться искренним.

Точка зрения Яромира
Его слова были как удар. Скрыть её природу? Скрыть, кто она есть? Я стиснул зубы, чувствуя, как ярость закипает внутри.
— Ты хочешь, чтобы она лгала о себе? Чтобы жила в тени, как я жил после твоего предательства? — прорычал я, мой шрам дёрнулся от гнева. — Нет, Дубомир. Я не вернусь. И она не будет притворяться ради твоих игр.

Точка зрения Лиссы
Я смотрела на Яромира, чувствуя, как гордость и любовь смешиваются в груди. Его защита, его решимость — всё это согревало меня, несмотря на холодный взгляд Дубомира. Я шагнула вперёд, мои синие глаза сверкнули.
— Я благодарна за предложение, ваше величество. Но я не стану скрывать, кто я. Яромир принимает меня такой, какая я есть. И этого достаточно, — твёрдо сказала я, чувствуя, как голос дрожит, но держа голову высоко.

Дубомир вздохнул, его голубые глаза смягчились, но я видела в них разочарование.
— Вы сделали свой выбор. Но моё предложение остаётся в силе. Если передумаете, — сказал он, отступая.

Мы ушли, и я сжала руку Яромира, чувствуя, как его тепло успокаивает меня. Мы не принадлежим этому миру. Но у нас есть друг друг.

Глава 30: "Последний удар Златы"

Точка зрения Златы: Я стояла в своих покоях, окружённая роскошью, которая больше не радовала. Золотые зеркала отражали мои золотые волосы и голубые глаза, полные ярости. Я сжимала письмо, которое только что отправила Аланне. Эта девчонка должна исчезнуть. Яромир должен понять, что он принадлежит мне, даже если я не хочу его возвращения. Это вопрос гордости.

Аланна, с её каштановыми волосами и зелёными глазами, вошла с уверенной улыбкой. Её алое платье шуршало, а взгляд был полон алчности.
— Всё готово, госпожа. Мои люди нападут на них сегодня ночью. Они не ожидают, — сказала она, её голос был сладким, но с нотками жёсткости.

— Хорошо, — холодно ответила я, мои губы изогнулись в улыбке. — Уберите её. Но Яромира не трогайте. Он должен увидеть, как она падает.

Точка зрения Аланны
Я покинула покои Златы, чувствуя, как азарт разгорается внутри. Мои зелёные глаза сияли, а пальцы сжали рукоять скрытого кинжала. Это мой шанс. Если я уберу девчонку, Яромир будет моим. Или, по крайней мере, я получу золото Златы. Я собрала своих людей — пятерых наёмников, их лица были скрыты масками, а оружие блестело в тусклом свете. Мы ждали в переулке, где Яромир и Лисса должны были пройти.

Точка зрения Яромира
Я чувствовал угрозу ещё до того, как увидел их. Мы с Лиссой шли по тёмной улице, когда тени вокруг нас задвигались. Мой меч был готов, а карие глаза сузились. Пятеро наёмников окружили нас, и я узнал Аланну, её зелёные глаза сияли злобой.

— Отдай девчонку, Яромир. И мы уйдём, — сказала она, её голос был полон уверенности.

— Никогда, — прорычал я, шагнув вперёд. Бой был коротким, но яростным. Мой меч разрубил двоих, но один из наёмников успел ранить Лиссу в плечо. Её крик боли резанул меня, как нож, и я убил оставшихся с яростью, которую не мог сдержать. Аланна отступила, её лицо было бледным.

— Злата не остановится, — бросила она, исчезая в тенях.

Я подхватил Лиссу, её кровь стекала по руке, но рана была неглубокой.
— Я в порядке, — шепнула она, её синие глаза были полны боли, но и благодарности.

Точка зрения Лиссы
Боль в плече была острой, но тепло Яромира, его руки, сжимающие меня, успокаивали. Я знала, что Злата не остановится, но знала и то, что Яромир не отпустит меня. Мы справимся. Даже если весь мир против нас.

Глава 31: "Прощение и прощание"

Точка зрения Яромира: Я стоял перед Дубомиром в его личных покоях, подальше от любопытных глаз. Комната была скромной для императора — простой деревянный стол, несколько свечей и запах старых книг. Его голубые глаза смотрели на меня с тенью вины, а светлые волосы были слегка растрёпаны, как будто он не спал.

— Яромир, я ошибся, — начал он, его голос был тихим, но твёрдым. — Я выбрал Злату, а не тебя. Я был слеп. Прости меня.

Я стиснул зубы, чувствуя, как старые раны открываются. Его слова были искренними, я видел это, но боль не ушла.
— Ты разрушил мою жизнь, Дубомир. Но я не держу зла. Не ради тебя. Ради себя, — хрипло сказал я, мой шрам дёрнулся от напряжения. — Мы уходим. Я не могу остаться здесь, где каждый угол пропитан предательством.

Он кивнул, его взгляд был полон сожаления.
— Я понимаю. Но знай, что ты всегда можешь вернуться. Ты мой брат, — сказал он, протягивая руку.

Я пожал её, чувствуя, как тяжесть спадает с плеч. Прощение. Не для него. Для меня.

Точка зрения Дубомира
Я смотрел, как Яромир уходит, чувствуя, как сердце сжимается. Я знал, что не могу удержать его. Злата, интриги, империя — всё это отравило его жизнь. Но я был рад, что он простил меня, даже если не сказал этого вслух. Я надеюсь, он найдёт счастье. С ней. Мои голубые глаза следили за дверью, а мысли были полны сожаления. Я был императором, но потерял брата. И это была моя самая большая ошибка.

Глава 32: "Новый дом"

Точка зрения Лиссы: Мы нашли это место спустя несколько недель пути. Небольшая поляна у реки, окружённая высокими соснами, чьи ветви шелестели на ветру. Вода журчала, отражая свет солнца, а воздух был свежим, полным запаха травы и цветов. Это было именно то, о чём я мечтала. Я стояла, чувствуя, как слёзы счастья наворачиваются на глаза, а Яромир начал разгружать наши вещи.

— Здесь мы начнём заново, — сказала я, мои синие глаза сияли, а голос дрожал от эмоций.

Он кивнул, его карие глаза смягчились, а шрам казался не таким суровым в этом тёплом свете.
— Мы построим дом. Вместе, — хрипло ответил он, и я почувствовала, как сердце поёт.

Мы начали работать — собирали брёвна, рыли фундамент, и каждый день я чувствовала, как моё прошлое как суккубы становится всё дальше. Я больше не боюсь. С ним я дома.

Точка зрения Яромира
Я смотрел на Лиссу, на её улыбку, на её синие глаза, полные счастья, и чувствовал, что впервые за многие годы у меня есть цель. Дом у реки — это было её мечтой, но теперь и моей. Я рубил брёвна, чувствуя, как мышцы ноют, но не останавливался. Я сделаю это для неё. Даже если это последнее, что я сделаю. Её смех, её тепло — всё это было моим миром. И я знал, что защищу его любой ценой.

Глава 33: "Клятва у огня"

Точка зрения Лиссы: Ночь была ясной, звёзды сияли над нами, как тысячи маленьких огней. Мы с Яромиром сидели у костра перед нашим недостроенным домом, его тепло согревало нас, а запах дыма смешивался с ароматом реки. Я держала его руку, чувствуя, как его грубые пальцы сжимают мои, и знала, что это момент, который я запомню навсегда.

— Я клянусь быть с тобой, Яромир. Несмотря на всё. На демонов, на интриги, на прошлое. Я твоя, — сказала я, мои синие глаза сияли от слёз, но голос был твёрдым.

Он посмотрел на меня, его карие глаза, почти красные в свете костра, были полны любви, которой я никогда не видела раньше.
— Я клянусь защищать тебя, Лисса. Быть твоим щитом, твоим домом. Ты моё сердце, — хрипло ответил он, и я почувствовала, как слёзы текут по щекам.

Мы скрепили клятву, бросив ветви в огонь, и я знала, что ничто не разлучит нас.

Точка зрения Яромира
Её слова, её слёзы — всё это было как свет в моей тьме. Я смотрел на неё, на её огненные волосы, сияющие в свете костра, и знал, что она — моё всё. Моя клятва была не просто словами. Это был обет, который я не нарушу. Я защищу её. Даже если весь мир будет против нас.

Точка зрения Алитаи
Я наблюдала за ними через магический кристалл, сидя на своём троне из обсидиана. Мои красные глаза сузились, а пухлые губы изогнулись в лёгкой улыбке. Их клятва, их связь — это было сильнее, чем я ожидала. Может, она и сделала правильный выбор, — подумала я, чувствуя, как что-то, похожее на гордость, мелькает внутри, прежде чем я подавила это.

Но в тенях моего дворца я видела движение. Новая угроза поднималась, и я знала, что их покой будет недолгим. Пусть наслаждаются моментом. Скоро им придётся сражаться снова.