Не покупай после полуночи. Правило №10

Дядя Витя стоит у подъезда, нервно теребя пуговицу на своей старой олимпийке. Он смотрит на мигающую вывеску «ПРОДУКТЫ» через дорогу. Буква «Д» дрожит и гаснет, оставляя слово «ПРО УКТЫ». — Проголодались? — спрашивает он, не отрывая взгляда от магазина. — Сбегать хотите? Он поворачивается, и его лицо в полумраке кажется высеченным из камня. — Вон тот ларек. Днем — обычный. А ночью... Он качает головой. — Ночью там **Они** закупаются. Дядя Витя подходит ближе, понизив голос до шепота. — Если зайдешь туда после двенадцати и увидишь, что покупатели стоят слишком тихо... и лица у них белые, как мука... Не беги. Не кричи. И ничего не покупай. Просто стань в очередь. И молись, чтобы тебя приняли за своего.

Есть в городе такие магазины. «У дома». Тесные, душные, пахнет хлоркой и дешевой колбасой. Днем там пенсионерки хлеб берут. А ночью открывается **Смена для своих**. За прилавком стоит не тетя Зина, а **Продавец**. Высокий, худой, в сером халате. Глаза у него не мигают, а рот зашит грубыми нитками, но он все равно говорит.

Громко: —ПАКЕТ НУЖЕН? КАРТА МАГАЗИНА ЕСТЬ?

Был у нас парень, Стас. Любил он по ночам энергетики глушить. Зашел как-то в такой магазинчик. Смотрит — очередь. Человек пять. Стоят спиной к нему, не шевелятся. Стас встал в хвост. Ждет.

И тут замечает странность. Впереди стоит женщина в пальто. У неё шея... неестественно длинная. И кожа белая-белая, как бумага. А перед ней мужик. У него уши пришиты задом наперед. Стас похолодел. Понял — не люди это. Эти покупатели. Они приходят сюда за едой, которая нам не снилась. Гнилое мясо, кости, плесень.

Стас хотел тихонько уйти. Сделал шаг назад. Дверь скрипнула. И тут все пять голов в очереди **разом** повернулись к нему. На 180 градусов. Шеи хрустнули, как сухие ветки. Лица у них были одинаковые. Гладкие, белые, без носов. Только черные дыры глаз и рты-щели. И Продавец из-за кассы высунулся, руки длинные на прилавок положил:

— КУДА ЖЕ ВЫ, МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК? У НАС АКЦИЯ. КУПИ МЯСО — ПОЛУЧИ УШИ В ПОДАРОК.

Покупатели начали шептать, хором, скрипучими голосами:

— *Купи... Купи... Свежее... Вкусное...

Они начали подходить. Медленно, шаркая ногами.

Стас вспомнил, что дед ему говорил (мой знакомый, царство ему небесное): «С волками жить — по-волчьи выть». Стас замер. Перестал дышать. Сделал лицо каменным. Глаза вытаращил в одну точку, как они. Стоит, не шевелится. Сердце колотится так, что ребра трещат, а он стоит.

Покупатели подошли вплотную. Нюхают его. Холодом от них несет могильным. Один тронул его за щеку ледяным пальцем. — *Теплый...* — прошипел. — *Остывает...* — ответил другой. Продавец за кассой смотрел на Стаса своими немигающими глазами. Потом хмыкнул (в голове): — **СВОЙ. ПРОХОДИ НА КАССУ.** Стас на ватных ногах подошел. Продавец пробил ему... пустоту. Пикнул сканером по воздуху.

— С ВАС ТРИДЦАТЬ ЛЕТ ЖИЗНИ. ОПЛАТА ПО КАРТЕ?

Стас кивнул. Просто кивнул, глядя в стену.

—ОПЛАТА ПРОШЛА. ПРИХОДИТЕ ЕЩЕ.

Стас вышел из магазина медленно, шаркая, как они. Только за углом его вырвало. И упал он. А утром проснулся — постарел он с той ночи. Кожа дряблая стала, руки трясутся.

Врачи говорят — прогерия, старение быстрое. А он знает: он расплатился. Отдал тридцать лет, чтобы его не пустили на фарш. Потому что, если бы они поняли, что он живой... Из подсобки вышел бы Мясник. Тот, кто делает начинку для их пирожков. И тогда Стас лежал бы сейчас на прилавке, в красивой упаковке.

Дядя Витя вздыхает и достает сигарету. — Стас теперь в этот магазин не ходит. Боится. Он щелкает зажигалкой. — А я вот захожу иногда. За спичками. Старик делает паузу и смотрит на вас тяжелым взглядом. — Знаете, в чем секрет? Надо просто... убить в себе надежду. Сделать глаза пустыми. Тогда они тебя за своего принимают. Он затягивается. — Так что, если попадете в "Ночную смену"... Не дышите. Не бойтесь. И главное — не надейтесь выйти. Тогда, может быть, и выйдете.

От автора

В каждом городе, на каждой улице, в каждом доме есть свои городские байки.

Читай по порядку.

Или как хочешь.

Только не говори потом, что не знал,

куда нажимать кнопку «открыть».