Не смотри на звезды!

Тяжелый знойный вечер. Темнота уже легла на землю отчего в небе отчётливо были видны россыпи звёзд. Дан поморщился, глядя на них в отражении реки Унай, что протекала рядом с их пещерой. В его народе все верили, что нельзя смотреть на звезды, ибо живущие там могут заметить и уже они начнут смотреть на тебя…

Да перевёл взгляд на реку. В отражении он увидел молодого мускулистого парня с окровавленными после жестокого обряда народа Фассар руками. Дан вздохнул. Ему не нравился ни пророк Ваттан, который поведал его в прошлом вольному народу о всемогущем боге Марран, ни обычаи, что Ваттан навязал вольному народу Фассар. Дан не верил в то, что говорил Ваттан, однако ему приходилось подчиняться дабы не быть сначала забитым, а потом сожженным заживо на капище Маррана.

"Звезды пусты внутри и холодны снаружи, - говорил Ваттан в окружении народа Дана, - На них живут страшные демоны - те, кто однажды предал истинного Бога Маррана. Они сведут тебя с ума, едва ваши взгляды встретятся", - пугал людей Ваттан, - "Они будут насылать вам жуткие видения, покуда вы не выдавите себе глаза. Они будут насылать вам крики мертвых, пока вы не оторвете себе уши. Они не остановятся, пока не вы оскверните капище Маррану, не убьете всех людей из вольного народа Фассар, после чего вы станете одним из демонов на пустых и холодных звездах", говорил Ваттан.

"Мы должны сжигать тех, кто посмотрел на звезды раньше, чем демоны овладеют их разумом, - предостерегал Ваттан, - Яркий свет огня ослепляет их и несколько дней они не смогут смотреть на нас, - заканчивал наставления Ваттан. "Не забывайте о подношениях истинному Богу Маррану, что создал нас. В ночь, когда луна становится большой, а её свет подобен солнцу, демоны достаточно сильны, чтобы долететь до нас. Лишь мощь Маррана сдерживает их, за что мы должны благодарить его едой и кровью", напоминал Ваттан.

Дану никогда не нравились ежедневные собрания Ваттана, в отличие от народа Фассар, который от мала до велика, всегда приходил и слушал с упоением. Дан родился в те времена, когда Ваттан еще не пришел к вольному народу Фассар из-за темных гор Хара. Дан хорошо помнил тот день, когда к их костровищу пришел Ваттан. То был высокий, худощавый старик, которому хватило лишь нескольких слов о демонах на звездах и истинном Боге Марране, чтобы вольный народ Фассар принял его веру и долгие годы соблюдал жестокие обычаи бога Маррана.

К своему сожалению Дан не был столь убедителен. Его что-то отторгало в облике пророка Ваттана, однако он не мог понять, что именно. Дану всегда казалось, будто что-то в нем неправильное; неестественное; неживое, но всякий раз, когда он начинал думать об этом, его охватывал необычайный страх. То не была боязнь хищных животных или злых людей. То был страх чего-то неправильного, потустороннего; страх чего-то того, что хуже смерти.

Иной раз Дану снилось, что он и есть тот демон, что прилетел с далеких звезд, после чего он в ужасе просыпался и бормотал под нос ту молитву, которую Ваттан заставил выучить каждого из вольного народа Фассар:

"Звезды пусты внутри и холодны снаружи.

А на них живут страшные и жестокие демоны.

И только Марран сможет защитить меня."

Только в те моменты животного страха Дан верил в Маррана. Страх постепенно отступал и Дану вновь становились противны пророк Ваттан и его бог.

Дан поежился от внезапного порыва ветра и тут же осознал, что он смотрел на звезды уже давно. В голову тут же пришли слова пророка Ваттана: "они сведут тебя с ума, едва ваши взгляды встретятся", пугал Ваттан. Дан испугался, но не от росказней старика, а от того, что кто-нибудь мог его заметить, и сейчас прибежит напуганная толпа фанатиков Маррана.

Вокруг было тихо. Дан усмехнулся своей удаче и лишь уходя обратил внимание на одну звезду. Она блестела ярче других и на мгновенье Дан увидел странный отблеск на ней. "Глупости", - подумал Дан, - "Никаких демонов не существует".

В детстве Дана всегда пугала темнота в пещере. Он начинал плакать и плакал до тех пор, пока мать не разжигала ему костер. Только тогда он успокаивался, глядя на пылающие деревяшки, что своим светом отгоняли тьму. С возрастом это прошло, однако сегодня ночью Дан вновь ощутил этот страх. Страх темноты, которая была всегда. Была до его рождения и будет после его смерти. Была до сотворения мира. Дана передёрнуло. Ему казалось, будто в дальнем углу тьма была живая. Будто в ней что-то двигалось, что-то жило. Дан никогда не видел чтобы Тьма была настолько плотная. Она казалась осязаемой. Костер в пещере медленно гасну, но Дан был скован липким страхом, проникающим во все тело. Казалось, что страх проник в кровь и теперь весь Дан один большой комок ужаса который предвещает нечто более страшное, чем смерть. Мысли его замедллились, а тело перестало подчиняться. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, а лишь наблюдал, как Тьма сгущается.

Дан не шевелился и тогда, когда с последним погасшим угольком Тьма начала наступать на него. Лишь когда Тьма окутала его, Дан попытался произнести молитву, но с его парализованных уст сошло лишь сдавленное шипение.

Тьма поглотила Дана, погрузив его в то бесконечное и темное пространство, где миллиарды лет назад родились первые звезды и галактики. Теперь там, где раньше рождались жизнь, смерть и боги, теперь был лишь дикий, животный ужас Дана - последний отголосок его сознания, захватываемого вечной Тьмой.

Дан видел бесконечные ряды демонов, стоящих перед ним и смотревшим прямо ему в глаза на пустом и холодном пространстве звезды. В момент, когда сотни тысяч демонических пар глаз были направлены на него, Дан чувствовал себя их Вождем, их Богом. Он мнил себя Марраном для демонов, пока те не стали сливаться воедино, образуя пустоту. Пустота занимала все пространство, видимое Даном. Пустота погрузила в себя и самого Дана, образовав Ничто. И в этом Ничто начала возникать живая Тьма, распространяющаяся везде и постоянно меняющая свой облик. "Но как из Ничто может появиться Нечто?", - думал Дан, падая в бесконечной пустоте, - "Значит ли это, что Некто создал ту Тьму, ту Пустоту или же наделил их жизнью?". Мысли проносились в голове Дана с бешеной скоростью, однако за мгновенье до того, как Дан понял, кем был этот Некто, Тьма вновь преобразилась. В этот раз на Дана смотрели те же сотни и тысячи глаз, как было на далекой звезде. Боясь, что сейчас эти глаза образуют новую Пустоту; пугаясь самой мысли о том, что он может попасть в новое Ничто, Дан выставил большие пальцы на руках и со всей силы ткнул себе в глаза. Это сработало. Хоть темнота и осталась, но это была именно темнота, а не Тьма, ведь пропали её глаза, с ненавистью смотрящие на него. Позже пришли Голоса. Голоса шептали ему: "Ты ничто. Ты нигде. Тебя здесь нет..". Дан соглашался. Ему хотелось верить, что это так. "Лишь Тьма способна открыть истину. Погрузись в неё. Стань частью Тьмы. Стань её живым пророком, что будет ходить по мир, превращая Свет в Тьму", - отвечали Голоса. "Но как??", - вопрошал Дан, - "Как Свет может стать Тьмой, как мне это сделать?", - не понимал Дан. "Пророк Ваттан лгал тебе", - отвечали Голоса. "Убей его и разрушь капище лживого бога Маррана. Это поможет вольному народу Фассару понять Истину. Погрузиться в Тьму", - кричали Голоса.

Дан бежал. Несмотря на выдавленные глаза, в тот момент его чувства были на пределе. Он учуял запах лживого пророка Ваттана едва Голоса замолкли. Дан убил Ваттана в его жилище, после чего разрушил капище Маррана, пахнущее гнилью от тех тел, что подносили лживому богу. "Я все сделал", - взмолился Дан, - "Больше нет лживого пророка Ваттана и его лживого Бога". "Нет.", - отвечали Голоса, - "Ты лишь погрузил свой народ во Тьму, но в мире есть и те, кто не познал Истину. Ты лишь исправил ошибки своего народа, но не научил других. Ты должен странствовать по свету, находить вольные народы и заставлять их смотреть на звезды. Лишь тогда мы примем тебя.".

Голоса исчезли. Дан чувствовал Тьму, приближающуюся к реке Унай, и это значило, что ему пора уходить. Он вспомнил, что лживый пророк Ваттан пришел из-за темных гор Хара, и потому Дан направился туда. Он чувствовал, что там есть Жизнь, не познавшая Тьму. Раз там был Ваттан, значит они еще не познали Истину, так и не посмотрев на звезды. Дан много думал о Ваттане. Дан понял, что Ваттан настолько погряз в своей безумной лжи, что позабыл все, кроме мерзкого бога Маррана. Он забыл Истину, забыл то, что было до жизни и будет после смерти Вселенной. Он перестал смотреть на звезды и забыл Тьму.