Не смотри в их глаза

Алексей сгреб ладонью пот с лица, оставив на щеке грязную полосу. Штольня дышала сыростью, и каждый вдох обжигал легкие. Наконец-то нашёл… Оставив за спиной тысячи километров железных дорог, долгие сутки в трясущемся по ухабам лесных дорог и просек «УАЗике»… Но всё же. Нашёл!

- Что за хрень?.. - чувствуя разочарование вместо радости прошептал Алексей, когда луч фонаря осветил подземелье.

В полумраке виднелся свежий обвал - камни еще не успели покрыться плесенью, ноздри щекотал запах свежей земли. Блестели влагой корни деревьев, пробившиеся сквозь толщу грунта.

Когда глаза привыкли к сумраку, Алексей осмотрелся получше. Цель так близка, нельзя отступать! Камни, камни, тонкий ручеек воды, стекающий между булыжниками… А это что?

Сердце забилось чаще при виде тёмного провала между крупным валуном и рыхлой стенкой. Щель слишком узкая, но это не беда!

Лихорадочно пробив проход сапёрной лопаткой, Алексей смахнул с лица смешавшийся с грязью пот и улыбаясь, уставился в темноту. Не зря, всё не зря!..

- Лёша… - из темноты вдруг донесся шепот, такой тихий и четкий, будто кто-то стоял совсем рядом. Алексей замер, сердце подпрыгнуло к горлу...

«Послышалось? — попытался убедить себя Лёша, сжимая фонарь так, что костяшки побелели. — Или сквозняк шалит…»

Но шепот звучал слишком отчетливо, слишком... лично. Он звал…

Пересилив накативший страх, Алексей двинулся вперед. Под ногами захрустел старый, сухой щебень. Совсем некстати начал мерцать фонарь, от этого тени на стенах оживали, извиваясь как черви.

«Чёрт… Только бы не сели батарейки... Да нет же… Свежие поставил!»

Внезапно луч выхватил из мрака участок стены, испещренный странными символами. Они будто пульсировали в такт его сердцебиению. Лёша потянулся рукой, чтобы коснуться резных линий, но в этот момент сзади раздался грохот. Он обернулся и увидел, как груда камней перекрывает недавно прорытый тоннель, заперев его в каменном мешке.

«Нет... НЕТ!» - едва не заорал Алексей, рвущийся из глотки крик остановило лишь понимание, что вся эта старая, хлипкая штольня может обрушиться от громкого звука.

Паника сдавила горло. Лёша бросился к завалу, начал бешено раскидывать камни, пока пальцы не стерлись в кровь.

- Нет, нет… Не может быть! – прошептал внезапно пересохшими губами. – Если я здесь останусь… Нет! Должен быть другой выход! На той старой карте был второй выход! Найду его, и вернусь…

Он побежал по боковому тоннелю, спотыкаясь о шпалы и остатки рельсов. Вокруг шевелились, тянулись к ногам тени — высокие, тонкие, они скользили за ним по пятам. Порой чудились шаги — не свои, а чьи-то другие, тяжелые и мерные. И дыхание — горячее, прерывистое, прямо у самого уха.

«Это паника, просто паника... Держись братец, держись!» - пытался успокоить себя Алексей.

Не выдержав, остановился и резко обернулся, испуганно попятившись. Луч фонаря выхватил из мрака человеческий силуэт. Сгорбленный, с неестественно выгнутыми, будто изломанными конечностями. Тень замерла на мгновение, а затем бесшумно растаяла, словно ее и не было. Но в воздухе повис запах — сладковатый и тошнотворный, как у разлагающейся плоти.

В отчаянной попытке найти выход Лёша наткнулся на полуразрушенную каморку. На столе лежал истлевший дневник. Руки дрожали, когда он листал пожелтевшие страницы:

«Они не ушли, они ждут за стеной... не смотри в их глаза...»

Со страниц на него смотрели те же символы, что и на стене в тоннеле. Последняя запись была оборвана на полуслове, а на следующей странице — лишь бурое пятно, похожее на засохшую кровь.

Внезапно дверь с грохотом захлопнулась. Лёша медленно обернулся и увидел ЕГО. Тот самый силуэт теперь стоял вплотную. Лицо... Боже, это лицо! Бледное, как у утопленника, с провалившимися глазницами, из которых сочилась черная жижа. А рот... он был растянут в беззвучном крике, обнажая несколько острых, игольчатых зубов. Это не было человеческое лицо. Это была маска ужаса.

Алексей с криком отшатнулся, ударившись о стену. Существо сделало шаг вперед, и раздался скрежет — будто когти царапали камень.

Сердце замерло от навалившегося ужаса, но тело распрямилось, словно пружина. Сдирая кожу о камни, Алексей рванул в узкий проход, ведущий к другому выходу. В тот же миг ледяная хватка сомкнулась на его плече, боль пронзила все тело. С диким воплем он вырвался, чувствуя, как рвется куртка, и пролез в узкую щель между камнями. Побежал, не разбирая дороги, пока не увидел слабый свет впереди.

Выбравшись на поверхность, не останавливался, пока не оказался у машины. Запрыгнув в салон, запер все замки, завел мотор. Не обращая внимания на ухабы, понёсся по едва заметной дороге, петляющей между деревьями. Просека, разбитая лесовозами лесная дорога, и вот наконец – асфальт…

Остановившись, дрожащими руками вытащил из кармана фляжку со спиртом. Спасся... Но тут за спиной раздался знакомый шепот, в плечи впились ледяные когти: «Лёшшшша...».

Медленно подняв взор, Алексей увидел в зеркале тень на заднем сидении. Сотканная из чёрного тумана, она повторяла очертания существа из штольни. И в ее пустых глазницах уже горели две крошечные красные точки.

«Не смотри в их глаза…» - пронеслась мысль, последняя в жизни Алексея…