Не твоя кровь

Первый раз будильник звонил в 5.05. Второй — в 6.06. И самый беспощадный, неумолимый сигнал раздавался в 7.07. И эти семёрки совсем не казались счастливыми. Мира часто спрашивала себя, симптомом какой болезни это является? Вот эта одержимость числами? Просто попытка добавить красоты и точности в эту пронизанную хаосом жизнь. Как-то так. Как и всё, что она, Мира, делает. Стоит ли говорить, что спать она ложилась ровно в 22.22? А вот реально засыпала… Тут все числа и планы были бессильны.

Но если вернуться к утру, то 7.07 тоже бывали разными. Летние звали светлым, шумным и зелёным. А вот с осени начиналась истинная мука. Серое небо очень быстро сменялось чернильно-чёрным в их маленьком сибирском городке. Потом приходила зима. Приходила и воцарялась на долгие пять месяцев. И Мира начинала отсчёт. Ждала весну, призывала её ворваться тёплым западным ветром. Но в этом году выходило совсем плохо. По календарю уже март, а за окном — грязный, но не желающий сдавать свои позиции снег, серый лёд и обжигающий как пощёчины восточный ветер.

После настойчивого сигнала будильника Мира какое-то время просто лежала, вглядываясь во тьму. Тьма жадно улыбалась в ответ, игриво скалилась, накрывала плотным удушливым покрывалом, утягивала в свои пугающие глубины. Мира обычно считала до четырёх и щёлкала выключателем бра. Тьма нехотя уходила в угол, чтобы дождаться возвращения хозяйки комнаты и продолжить свою игру в прятки.

Это утро, тринадцатого марта, ничем не выделялось на фоне серых будней. Разве что была пятница. Что не предвещало ничего хорошего. Мира поднялась и отдёрнула штору. Светлее не стало. Тяжёлые, почти чёрные, тучи. Дождь со снегом. Просто прекрасно.

— Сейчас весна! — упрямо проговорила Мира и пошлёпала — левая тапка дышала на ладан — на кухню, по пути кутаясь в тёплый домашний кардиган. Это тоже было своеобразным ритуалом. Как и налить кофе, что дожидался её в маленькой дешёвой кофеварке всю ночь. С завтраком были проблемы. Его всегда не хотелось. И Мира никогда не настаивала.

В квартире было сумрачно и тихо. Мира маленькими глотками цедила горький напиток и смотрела в расцвеченный огнями роутера коридор. А куда ещё было тут смотреть? Кухня была крошечной, но при выборе места жительства, её наличие было принципиальным. И нет, не потому, что Мира любила покулинарить. Это было то, что впитывается ещё в детстве. Этому учили бабушка, прабабушка, и Мира усвоила чётко: в жилище у ведьмы должна быть кухня.

Ведьма. Мира громко хмыкнула, разгоняя сонную тишину дома. Стоит ли говорить, что на кухне работала только кофеварка, да изредка микроволновка. Фамильная ступка была задвинута в самый дальний уголок шкафа.

Пора вернуться к реальной, пустой и бессмысленной, но зато такой безопасной человеческой жизни. А что делают каждый день обычные люди? Не ведьмы которые.

Идут на работу, конечно.

Мира натянула джинсы и тонкий полосатый свитер, на ноги — кроссовки. Они кожаные, должны выдержать и скользь, и слякоть. Серое пальто, серый шарф — к растворению и слиянию с серым промозглым пространством готова. Наушники в уши. Вместо нормальной сумки — детский рюкзак в виде енота. Надо бы всё-таки смотаться в выходные в торговый центр за новой сумкой, а эту отдать дочке соседки.

Уже закрывая дверь, Мира вспомнила, что забыла телефон. Чертыхнулась, снова чертыхнулась, когда поняла, что чертыхнулась (не лучшая идея для пятницы тринадцатого). Потом вернулась, нашла дурацкий гаджет на столе возле грязной чашки. Ещё раз ругнулась, но уже вполне безвредно, замочила чашку, сунула телефон в карман и двинулась на выход. Опять же, по въевшейся в подкорку привычке, глянула в зеркало. Оно состояло из мелких квадратов и тут же услужливо отразило все фрагменты из которых состояла она, Мира Григорьева. Получив недружелюбный взгляд карих глаз, Мира показала самой себе язык и вышла. Три привычных поворота в замке. Но стоило только вынуть длинный и тяжёлый ключ, как вся связка выпала из руки и со звоном ударила о грязную ступеньку подъезда.

Не к добру. Так сказала бы прабабушка Агриппина. Но Мира снова хмыкнула, подняла ключи и поспешила на улицу.

Благо, идти было недалеко. А любимые Árstíðir в наушниках скрасили путь равный двум остановкам. Их баллады на древнем северном языке как никогда подходили этой внезапно вернувшейся на порог зиме. Снег был мелким, лёгким, едва покрывал асфальт и пожухлые газоны и обещал к вечеру превратиться в месиво. Но сейчас он кружился в свете фонарей, словно пытался убедить Миру, что и в этом есть что-то прекрасное. «Весна» — подумала она упрямо и, привычно считая шаги, свернула за угол.

Место, где она работала… Нет, это звучит сухо и формально. Место, где она проводила большую часть жизни, её приют, её детище, пусть и совместное, и терпящее временные убытки. Маленький магазинчик авторских украшений с мастерской внутри. На вывеске гордо значилось — «Григ». Всего одно слово, витиеватой вязью. Но сколько было за ним всего разного: сомнения и страхи — не получится, никому не нужно, бессонные ночи, литры горького кофе и адреналиновая дрожь, когда всё-таки магазин открылся.

Мира остановилась у зелёной деревянной двери с колокольчиком справа. В ряду обычных бесстыже-прозрачных дверей, их вход смотрелся необычно, на то и был расчёт. Пусть не нора хоббита, но, может, пристанище эльфов?

Она отключила сигнализацию, пока не примчались «драконы» из охраны, и зажгла свет. И мгновение просто осматривалась. Торговый — не зал, а зальчик, с несколькими витринами и плюшевым диваном, как из той самой Центральной кофейни. Перед ним стоял столик с каталогами. Кирпичные стены украшали смешные картины без рам. На них были изображены и гном-рокер, и дракон в диадеме, и эльф в берете. Вклад немного странной, но очаровательной художницы Саши в магазин. Да и неё одной. Сколько же людей поучаствовали в этом безумном предприятии! «Вот и не смей думать, что ты одна» — грозно сказала себе Мира и принялась готовится к открытию.

Скоро придёт Янка, и можно будет скрыться в мастерской, предоставив кузине (а Янка настаивала именно на этой вычурной форме их родства), заниматься клиентами. Она это и умела, и любила. Большинство клиентов вообще считали, что Янка и есть та самая Григ, а та и не отрицала — только игриво подмигивала. И это Миру вполне устраивало. Меньше всего ей хотелось лишний раз с кем-то общаться.

В который раз преисполнившись благодарности к сестре и партнёру по бизнесу, Мира даже сделала то, что обычно не делала — полила все цветы в зале. А их там было немало. Будто у них ещё и отдел флористики. Растения были единственной искренней страстью Янки, помимо денег. Но не то чтобы эти увлечения сильно противоречили друг другу. Ведь Янка не просто так…

Смартфон издал звучный бульк, выбранный когда-то, как сигнал о сообщении. Янка. Аудиосообщение. Целых четыре. Магия чисел. Ну хоть не тринадцать! Мира вздохнула. Нет, она не была ненавистницей голосовых, но всё-таки они имели пренеприятное свойство — до последнего держать интригу. А в случае с Янкой, это действительно была самая настоящая интрига. Сообщение могло содержать от невинного «я зашла в магазин, чтобы купить кофе» до безумного «я была на вечеринке и проснулась в Питере». Или вообще самое страшное — «тебя ищет бабушка».

Мира нажала на проигрыш, и деловитую тишину утра нарушил хриплый и сонный голос Янки:

— Мурашка моя, загибаюсь… Как вернулась вчера уже сразу… Это вирус, точно вирус. Сил совсем нет, ты уж там продержись как-нибудь. Я отосплю… отлежусь сегодня!

Мира подозрительно глянула на смартфон, а он уже запустил следующее послание:

— И не надо так укоризненно смотреть. Я не ты, у меня слабый организм. Мне иногда нужен отдых.

Мира вздохнула ещё раз, но уже смиренно. В конце концов кузина не виновата, что у Миры проблемы с общением. Чуть только выправятся дела, можно будет нанять кого-нибудь. Но чтобы дела улучшились — необходимо продолжать работу.

— Да! — заговорила снова Янка. Голос был уже совсем бодрым и деловым. — Там сегодня после обеда клиентка зайдёт за заказом. За особым заказом, поняла? Я положила его в верхний ящик под кассой. И если терминал будет виснуть — перезагрузи.

И сразу четвёртое:

— И полей цветочки!

— Уже, — кивнула кому-то невидимому Мира.

И занялась рутиной, ровно в десять открыв замок зелёной двери. Никто не рванулся тут же внутрь, и Мира немного успокоилась. Поругав себя, впрочем. Сможет ли она когда-нибудь забыться? Точнее забыть? Иногда казалось, что того, что она хочет забыть — слишком много. И проще просто обнулить себя полностью. Перезагрузить как терминал.

День шёл неторопливо и размеренно. Колокольчик над дверью звякнул пока только два раза — уже давно знакомая Мире клиентка зашла за пополнением коллекции браслетов. Они поболтали немного — ура, Мире это удалось — и сошлись на наборе из тонких браслетов-цепочек с камешками и кожаными вставками. Вторым посетителем был Глеб из барбер-шопа по соседству. Он в последнее время часто заходил, но ничего не брал. Обычно с ним общалась Янка, и верно поэтому, не застав её, он поспешил уйти.

Оставшееся время Мира обновляла каталог на сайте, уточняла сроки некоторых заказов, смотрела мастер-класс по гальванике. В мастерской делать нечего, когда в любой момент кто-то может зайти и отвлечь. Но и обычные дела должны когда-то делаться. В час дня проснулся аппетит, и Мира сообразила нехитрый перекус — протеиновый батончик, банан, молоко. Отдельно заварила кофе. Нет, это не было диетой, это было полнейшей безалаберностью. Пообещав себе, сделать на ужин что-то серьёзное, Мира уже было устроилась за маленьким столом, когда в зале снова зазвенел колокольчик.

Сразу за звуком закрывающейся двери — она как-то тяжело щёлкнула — раздался перестук решительных каблуков.

Раз. Два. Три. Четыре. Успела насчитать Мира и вышла в зал. Клиенткой оказалась молодая женщина, возраст которой более точно не позволяли определить «фильтры» на её лице. Это когда и скулы прочерчены, и кончик носа блестит как надо, и брови зачёсаны в крутой разлёт. А губы подчёркнуты каким-то хитрым способом, чтобы выглядело очень естественно. Почему только эта естественность так походила на сотни таких же лиц?

Мира усмехнулась про себя, заметив плохо скрытое неодобрение на всё-таки довольно красивом лице незнакомки. Отличное начало.

— Здравствуйте. — Мира машинально одёрнула рукава и максимально вежливо улыбнулась.

— Добрый день. — Клиентка поправила светлые пряди, раскладывая их по плечам. — Я за заказом.

— На чьё имя заказ? — спросила Мира и двинулась к стойке. Спрашивала она так, для формальности, своих заказчиков она отлично знала, значит это та, что от Янки.

— Карина.

Надо же, Мира ожидала какой-нибудь Анжелины. Хотя ей ли цепляться к именам?

— Одну секунду. — Мира выдвинула тяжёлый ящик, взяла упаковку и замерла. Свёрток был довольно тяжёлым. Мира нахмурилась и осторожно развернула пергамент. Ну конечно! Внутри был обычный целлофановый мешочек, и он уже не мешал разглядеть свёрнутое змеёй украшение. Это было одно из её давних изделий — на кожаный шнур были нанизаны серебряные цилиндрики с различным дизайном, вместе складывающиеся в замысловатое ожерелье. Зачем эта этника такой модной девушке в искусственной шубе цвета пыльной розы? Ответ прост — дело вовсе не в дизайне. Просто Янка взяла то, что подходило для её целей больше всего. Мира залезла в мешочек, потрогала своё изделие и поднесла пальцы к носу. Знакомый аромат.

— Какие-то проблемы?

Мира резко подняла глаза и перехватила острый и настороженный взгляд из-под наращённых ресниц.

— Нет, но…

— Я могу забрать заказ?

Мира замялась:

— Да, можете, но Карина…

— Что?

— Вы уверены, что вам это нужно? — Мира мысленно хлопнула себя по лбу. Прекрасно сформулировано. Нужно ли вам то, что вы думаете, что нужно. Карина выразительно вздёрнула идеальную бровь и переспросила:

— Нужно?

— Да, просто вы должны знать… — Мира меньше всего хотела продолжать этот разговор. Но и не предупредить не могла. — Вы… Вы знаете, как работает эта вещь?

— Мне всё уже объяснили. Я знаю, как это должно работать. И надеюсь, нет даже жду, что сработает. — Теперь Карина совсем отставила свою наигранную простоту. — Меня уверили, что эта … вещь сделает меня неимоверно привлекательной, — тут она фыркнула, явно считая, что и так неимоверно привлекательна, — для вполне конкретного человека.

— Что? — Мира перевела хмурый взгляд на ожерелье и отдёрнула руку. Ох, Янка-Янка! Ведь обещала же не связываться с этим! Одно дело — заговорённые на привлекательность травы, но если для кого-то конкретного…

— Так я могу забрать? — Пальцы с длинными, но очень естественными бежевыми ногтями потянулись к Мире. И она сделала последнюю попытку.

— Как только я возьму с вас деньги, всё что будет дальше… Вы должны понять. Отвечать за это придётся вам… И это…

— Ах вот оно что! — Карина закусила губу, задумалась и чуть ли не рассмеялась. — Я бы всё равно выкупила, но раз всё так серьезно у вас!

Она достала какую-то очередную модель «надкушенного яблока» и заворковала:

— Зайдёшь? Я немножко не рассчитала, ты же поможешь? Жду!

Отключив сигнал, Карина перевела торжествующий взгляд на Миру.

— А если оплатит другой? Что на это скажет ваша магия?

Миру аж передёрнуло. Она старалась не осуждать заказчиков необычных заказов. Все они ищут счастья так или иначе. Но такая откровенная издёвка, циничность… А ведь, судя по всему, оплатит этот счёт тот самый «конкретный» человек!

Мира уже не стала уточнять, что последствий Карине всё равно не избежать, а просто попыталась заглушить вопящую внутри совесть. Не здесь, так в другом месте эта чудная девушка найдёт те средства, что оправдывает её цель.

«Забудь, забей на это, закрой глаза», — повторяла про себя Мира как заклинание, упаковывая ожерелье обратно в пергамент.

Зазвенел колокольчик, и зашёл посетитель. Четвёртый на сегодня, пятницу тринадцатого. Мира подняла взгляд и замерла. Проклятая магия чисел!