Не в себе

Давайте начистоту. Большинство из нас не считают себя счастливыми. Одни прикидываются ими, другие врут, что счастливы, третьи совсем не скрывают, а иные еще и гордятся своей несчастной долей. Не редко счастье осознается в прошедшем времени. Спустя много лет, заработав новые проблемы, человек оглядывается назад и понимает, что был счастлив. Я не расскажу вам о своем рецепте счастья, напротив, я поделюсь с вами историей, как я потерял себя. В буквальном смысле.

Задачка для читателя: в одной комнате находятся два человека, Сергей и Маша. Сергей обладает невероятной способностью обмениваться сознанием. То есть, он может запросто оказаться в теле Маши, а Маша в этот момент переселится в тело Сергея. Так вот, кем же будет Сергей в теле Маши, а кем будет Маша в теле Сергея? Читатель наверняка воскликнет, что душа первична, и Сергей останется Сергеем, несмотря на пышную грудь, а Маша будет юной девушкой, несмотря на… Отчасти, они будут правы. Для сознания Маши и Сергея внутреннее ощущение не сильно изменится. Но люди будут воспринимать только их тело, и по-прежнему будут думать, что тело Сергея - это и есть Сергей, а тело Маши - и есть Маша. И вот этот наждак внешнего отношения постепенно сотрет восприятие собственного «я». Откуда я это знаю? Знаю.

Глава 1

Противный ледяной осенний дождь промочил насквозь всю мою одежду. Даже сквозь сильное опьянение чувствовался озноб, сотрясающий мышцы снизу доверху. Бессильная ярость и обида, помноженные на изрядное количество спиртного, завели меня в совершенно незнакомый район города. Уличного освещения здесь не было, и только свет из окон домов помогал мне не натыкаться на бордюры и столбы, и не попадать в большие лужи. Последнее было не важно, я и так был мокрым насквозь.

Больше темноты меня слепила ярость. Перед глазами замерла картинка, на которой я видел свою Алену рядом с другим парнем. Это был нокаут, прямой в челюсть, сбивший меня с ног. Я мог ожидать чего угодно от своей девушки: истерики, выяснения отношений, но только не циничной демонстрации своей измены. Она как будто ждала меня, чтобы зафиксировать поцелуй, зная мое отношение к этому, и сделала именно так, чтобы не осталось никаких вопросов по поводу ее поступка. Я был уверен, что она подобрала первую попавшуюся кандидатуру на роль нового парня, чтобы показать его мне. Зачем она это сделала?

Я был родом из деревни. Мои родители не дали мне абсолютно ничего, что помогло бы закрепиться в жизни, кроме отменного здоровья и правильно работающих мозгов. Отец, перед тем, как я отправился в город, сказал мне, что молодость - это время глупостей, и надо успеть их совершить, чтобы не жалеть об упущенном времени в старости. Я полагаю, что под глупостью он понимал нестандартные решения, необходимые для удовлетворения собственных амбиций. Мне повезло, что я сразу начал общаться с правильными людьми, в среде которых главным критерием была финансовая успешность. Они дополнили меня, и дальше я пошел по жизни самостоятельно.

К окончанию вуза у меня уже было успешное дело, которое за несколько лет превратилось в хороший бизнес. Баннеры с моей рекламой висели на самых дорогих перекрестках в городе. Всему, чего я добился, обязан был только самому себе. Я имел право ценить своё дороже, чем мои сверстники, получившие кусок бизнеса от своих родителей. И мне кажется, что в какой-то момент меня настигла гордыня. Жизнь меня слегка шлепала по щекам, чтобы я пришел в себя, но я игнорировал ее сигналы.

Однажды в мою жизнь вошла девушка Алена. Мы познакомились на презентации одного проекта. Я сразу заприметил ее. Она была очаровательной. Светленькая, с большими глазами, пухлыми губами и добродушной улыбкой. В ее внешности сочетались уют, сексуальность и ум. Девушка была не в своей тарелке, и это было прекрасным поводом познакомиться с ней.

Мы начали дружить. Как только я понял, что Алена влюбилась в меня, сразу включил ее в список своей честно заработанной собственности. Пока наши отношения были свежи, она терпела это. Но и этому пришел конец. Ей надоело быть моей беспрекословной собственностью, а я не мог поступиться. И вот результат - мне влепили прямым в челюсть. Жизнь приберегла для меня самый доступный способ объяснить, что я заигрался.

Редкие вспышки молний выхватывали из темноты блестящую полосу мокрой дороги. Очередная вспышка осветила прямоугольные силуэты мусорных баков. Я чуть не наткнулся на них в темноте. Баки оказались весьма кстати - меня начало мутить. Я ухватился за скользкий край бака и нагнулся над ним. Вонь из него спровоцировала спазм, и меня тут же вырвало. Потом еще несколько раз. Силы покинули меня. Мне не хотелось никуда идти. Я сел на бордюр и привалился к баку. Челюсти отбивали чечетку, перед глазами все плыло, и мне было так плохо, что смерть в этот момент могла бы показаться настоящим спасением.

Сквозь шорох дождя я услышал собачий рык. Кажется, кто-то посчитал меня конкурентом на территории, где можно перекусить. Во вспышке молнии я увидел мокрого оскалившегося пса с опущенным хвостом. Сквозь пелену алкоголя я почувствовал, что он очень мне не понравился. Молния, отразившаяся в его глазах, напугала меня. В них сверкнула какая-то потусторонняя злоба. Готов поклясться, что, когда его морду озарила очередная вспышка, я разглядел пену вокруг его пасти. Пес сделал полукруг возле меня и совершенно неожиданно бросился и укусил за ногу. Я пнул его изо всех сил, но промахнулся. Я поскользнулся и упал, больно ударившись головой. Мне показалось, что удар выбил у меня искры из глаз, но на самом деле это была молния, ударившая в железный бак.

Я вывалился из своего тела, стоял рядом и смотрел на умирающего себя. Мне было спокойно. Я ждал, когда человек по имени Денис Коротков умрет, чтобы его душа отправилась в другой мир. К бакам подъехал автомобиль. Мужик выскочил из него и, прикрываясь курткой от дождя, подбежал к багажнику, чтобы вынуть мусор. Он почти наступил на мое тело, вскрикнул и полез за телефоном. Спаситель дождался «скорую», перепоручил меня врачам и только тогда уехал. А я оказался в светлом салоне реанимационного автомобиля. Мое тело дымилось. Кожаные ботинки на ногах обгорели настолько, что спеклись с плотью ног.

К груди приложили дефибриллятор, и я снова оказался Денисом Коротковым. Я пришел в сознание, но у меня не было сил открыть глаза. Я только слышал, что со мной происходит. Машина остановилась, меня спустили с нее на каталку и покатили. Каждая кочка отдавалась болью в теле. Открылись двери, и в нос ударил сильный запах санитарии. Сквозь закрытые веки пробегали желтые пятна ламп.

- Денис Коротков. Двадцать шесть лет. Поражение молнией. Обгорание тканей - не менее пятидесяти процентов. Ботинки прижарились к пяткам насмерть. Думаю, если бы мы хватились немного позже, то везли бы его уже в морг. – Произнес женский голос.

- Вот и покатала бы подольше. И так видно, что не жилец. Время только тратить на него. – Ответил уставший мужской голос.

Я все слышал, несмотря на то, что находился почти без сознания. Предложение врача, клявшегося когда-то клятвой Гиппократа, показалось мне настолько бесчеловечным, что захотелось пнуть его. Но тело мне не повиновалось. Однако меня приняли и покатили дальше. Я почувствовал, как меня снова перекладывают. Мужской голос, которому я испортил отдых, бубнил что-то недовольное под нос. Поодаль слышались два девичьих голоса, стеснявшиеся возразить мужчине вслух. Они были на моей стороне.

Я почувствовал, как мне на лицо надели маску и подали живительный кислород. В локтевой сгиб грубо воткнулась игла. Я хотел возразить, но не смог даже пошевелить языком. Через минуту мне стало гораздо легче. Мысли о смерти отступили, и я снова захотел жить.

- Типичная ситуация, когда медицина бессильна. Мы можем только продлить агонию. Вы, как будущие врачи, должны иметь мужество поступить так, как это делаю я. Если смерть неизбежна, то и откладывать ее не имеет смысла. Всё равно пациент ничего не чувствует.

Врач, который был обязан спасти меня, приговорил к смерти. Он перекрыл мне кислород и капельницу. Не знаю, как у меня это получилось. Я просто захотел, чтобы доктор осознал, каково это - понимать, что ты сейчас отдашь Богу душу. Не имея возможности повелевать своим телом, я смог только открыть глаза и заглянуть прямо в душу доктора. То, что произошло дальше, трудно объяснить с точки зрения прагматичного понимания мира. Моя душа перелетела в тело доктора, а душа доктора, за секунды до смерти – в моё. Доктор умер в моем теле, а я навсегда лишился своего.

Какое-то время я не мог понять, что случилось. Стоял, как вкопанный, и смотрел на свои руки, которые были руками доктора. Смотрел на покрывающееся пятнами свое недавнее физическое вместилище, на двух девушек в медицинских халатах, испуганно смотрящих на меня. И жуткая мысль потихоньку начала прокрадываться в мое сознание. Она была настолько невероятной, что я долго не мог принять ее.

- Он умер? – Спросила девушка. – Вам плохо?

Я встрепенулся, как будто испугался. Мой взгляд в этот момент, наверное, был красноречивее любых слов. В нем застыл страх, неопределенность и полное непонимание. Девушки боком попятились к выходу. Они не сводили с меня глаз. Открыли дверь и выпорхнули в коридор.

- Склеился доктор. – Произнес голос.

- Синдром палача. – Добавил второй.