Небесный всадник

Я нёсся через лес.

Мой мотоцикл ревел, дрожал, подпрыгивал на кочках, каждый раз рискуя на такой скорости окончательно потерять сцепление, но всё равно держался. Я не видел ничего, кроме просеки и трёх колей, которые такой-то скорости, наверное, никогда и не видели. И всё по одной простой причине.

Дракон.

Какой дракон, спросит любой адекватный человек?

Да тот, что сейчас летит надо мной и рыгает огнём, сжигая округу. Сраный огромный дракон с грёбанный вертолёт, который, как перехватчик, вылетел по мою задницу, желая сделать из хрустика обычного хрустика жаренного. В гробу я видел такие путешествия, скажу честно.

А ведь ещё каких-то часа два назад всё было вполне неплохо и обыденно…

Два часа назад, когда было вполне неплохо и обыденно

Так, не понял, а где дорога?

Я огляделся, силясь понять, в какие дебри умудрился забраться.

Дело в том, что асфальтированная дорога, по которой я ехал на эндурике, резко обрывалась, и дальше стеной начинался лес. Глухой, густой и тёмный лес. В принципе, ничего удивительного, учитывая, что я еду через лес, но продолжение дороги, не постесняюсь спросить, где?

Признаюсь честно, меня нельзя было назвать гением, но заблудиться на одной-единственной дороге без съездов — это слишком мощно даже для меня. И тем не менее лес, который перекрывал дорогу дальше, говорил обратное. К тому же, сейчас ночь глухая, луны нет, и в темноте было легко проскочить какую-нибудь развилку или знак, что дорога перекрыта, но…

От такого поворота внезапных событий я даже засомневался в себе и полез смотреть навигатор. Нет, всё в порядке, я не дебил, потому что навигатор в телефоне упорно показывает, что я на правильном пути и надо ехать дальше. Типа дальше дорога есть, и зелёная линия услужливо указывает вперёд.

Но я-то дороги не вижу! Я вижу глухой лес! Куда дальше-то?!

Несколько секунд разглядывая стену леса перед собой, я всё же решил спешиться. Не, ну а вдруг тут какая-то грунтовая дорога или ещё что? Поэтому я включил фонарик, подошёл к самому краю дороги, где она оканчивалась, и осмотрелся.

Но грунтовой дороги не было. Вообще ничего не было, ни единого намёка, что дальше можно как-то проехать. Зато было ощущение, словно кто-то просто украл асфальт, идеально ровно его отрезав, и засадил оставшуюся просеку лесом. Я, конечно, слышал, что у нас деньги воруют из бюджета, но чтобы дорогу вместе с асфальтом украсть — это было чем-то совсем новеньким. Тем более Приморское шоссе, тут и воровать было нечего.

Я тупил минуту, стоя на дороге посреди ночного леса, где единственные источники света — это фара мотоцикла да фонарик на телефоне.

Дороги дальше, как бы меня ни убеждал навигатор в телефоне, не было, а значит, надо было возвращаться. Поэтому я сел на мотоцикл, развернулся и поехал обратно. Возможно, GPS просто сбоит в такой чаще, хотя чащей Приморское шоссе назвать язык не поворачивался — с одной стороны Питер, с другой Выборг. И тем не менее в кромешной тьме можно было действительно проехать нужный поворот.

И я поехал обратно.

Вообще после покупки турэндурика я почувствовал какую-то любовь к путешествиям. Днём, ночью, утром, вечером, по асфальту и пыльным дорогам — куда ни поедешь, везде кайф! И в принципе, я бы мог поехать дальше через лес, как показывал мой навигатор, на нём бы без проблем проехал, но я сейчас не могу заблудиться.

Не имел права.

Мои друзья… Они были в страшной беде. У меня с собой была вся закуска к алкоголю, без которой бедолаги вусмерть упьются. Поэтому долг зовёт!

Но долг как-то хреново меня звал, потому что, проехав от силы километра два, я упёрся…

В лес.

Так…

Это или я дебил, или я дебил. Почему опять лес? Я же только что ехал по этой дороге. К тому же, за мной никогда картографического кретинизма не наблюдалось, да и типа сложно заблудиться на одной-единственной при том асфальтированной дороге без съездов.

Но дороги дальше не было. Был лес.

Я опять обратился к навигатору, но и тот мягко намекнул, что я в полной жопе, потому что сейчас не просто показывал неправильное направление, а вообще не ловил сеть и не мог найти меня на карте, что уже намекает.

Нет-нет-нет, быть не может, я тут ездил сколько раз и не мог просто заблудиться на ровном месте. Наверняка в темноте задумался и свернул чёрт знает куда.

И теперь, будучи уверенным, что где-то не там свернул, я развернулся и вновь поехал назад. Только теперь медленно. Оглядываясь по сторонам и останавливаясь, чтобы не пропустить поворот в кромешной тьме, будто луна со звёздами потухла. Кстати, а ведь не слышно ни ветра, ни птиц и вообще ничего…

Но только если бы именно это было моей проблемой, потому что я проехал пять сотен метров, и чё?! Я уткнулся в стену леса. Отрывок асфальтированной дороги становится с каждым разом всё меньше и меньше!

Я остановился.

Удивительно, как ты пытаешься до последнего отрицать странности, пытаешься до последнего держаться за ту самую нормальность. Ведь быть такого не может, что дорога с каждым кругом становится всё меньше, верно? Это как какой-то фильм ужасов прямо, где ты попадаешь на закольцованный участок дороги, с которого не можешь уехать. А потом дороги совсем не станет, зато появятся страшные и опасные твари, которые будут не против тебя сожрать…

От этой мысли меня пробрало. Оглядевшись, я понял, что вокруг действительно аномально темно. Ни звуков, ни ветра, ни света, будто я попал в какую-то мёртвую реальность. Мёртвую на словах, так как при этом начало чудиться, что я и не один здесь вовсе, а вокруг…

А знаете что? А идите в задницу!

Прежде чем воображение успело меня накрутить, я зло дёрнул эндурик и пробуксовкой дёрнулся вперёд.

Нету дороги?! И не очень-то и нужно! Так проеду, если на то пошло!

И это было скорее не обдуманное решение, а реакция на обстановку, которая начала не просто пугать, а сеять в душе панику. Что-то было странное вокруг, и я не мог понять, что именно. Ну, помимо того, что дорога пропала, естественно. И вместо того, чтобы дальше давиться страхом, я решил хоть как-то действовать, а именно — ехать вперёд. Уж куда-то точно выеду. Учитывая, что по правую руку тут Финский залив, куда-то так точно доеду.

И я ехал. Ехал, слегка буксовал на корнях, прыгал на кочках, проезжая по лесу меж деревьев в местах, которые, казалось, никогда не видели человека. Свет фар то и дело выхватывал то булыжники, то деревья, то поваленные стволы, которые я старательно объезжал.

Не покидало стойкое чувство, будто что-то идёт за мной следом, но вместо того, чтобы обернуться и обосраться, я предпочёл поддавать газка, иногда пролетая по ровным участкам. И в какой-то момент я настолько осмелел, что буквально гнал через лес. Километров двадцать, но по такой местности это казалось сверх скоростью, только и успевай, что уворачиваться от деревьев.

А лес не кончался. Пусть я и старался об этом не думать, но ему не было ни конца, ни края, и в какой-то момент даже на лёгком адреналине от ночных покатушек меж деревьев я стал нехотя признавать, что происходит какая-то хрень. И в тот момент, когда эта мысль стала назойливее…

Я вылетел на грунтовую дорогу.

Колесо попало в колею и едва там же и не осталось, когда я с дуру долбанул по тормозам, едва не полетев через руль. Сердце билось как сумасшедшее. Взгляд бегал по округе, будто рассчитывал найти нечто пугающее, что вот-вот меня сожрёт и…

Не, нихрена, я был один. Никто за мной не гнался. И я мог наконец выдохнуть, потому что, куда бы я ни заехал полчаса назад, тем не менее смог выбраться пусть и на просёлочную, но дорогу. А просёлочная дорога — это круто. Это значит, что здесь ездят люди, а где люди, там и выход к цивилизации. Короче, я спасён!

Я не мог отдышаться, чувствуя в душе облегчение. В какой-то момент паника уже так неплохо меня за яйки помассировала, но…

Всё хорошо, что хорошо кончается, верно?

Дорога, на которую я выбрался, была… м-м-м… вообще дорогой сложно назвать, скорее это просека в лесу с тремя колеями. Даже без света фар она хорошо просматривалась в оба конца, так как внезапно на небе и луна вышла, и звёзды зажглись, делая мир чуть светлее и гостеприимнее.

— Та-а-а-ак… — протянул я, оглядываясь и пытаясь понять, где оказался, после чего полез за телефоном. — А чё так, а где мы оказались?

Карты как не фурычили, так и не фурычат, что странно. И тем не менее это была хоть какая-то дорога, а не кусок асфальта, который уменьшался с каждым кругом. Оставалось понять, куда именно ехать.

Пришлось немного свериться с внутренним компасом. Вообще, тема опасная, так как в лесу ты быстро теряешь как направление, так и понимание севера с югом, однако тут всего две стороны, куда ехать, и я искренне надеялся, что угадаю. Ну типа пятьдесят на пятьдесят.

Выбрал я всё же ехать направо, потому что и внутреннее чувство так говорило, и небо с той стороны было посветлее. Обычно такое наблюдается, когда там город или рассвет начинается. Туда я и двинулся. В любом случае, земля, как говорят, круглая…

Как оказалось с той стороны начинался ни на есть что самый настоящий рассвет. Но, помимо этого, в воздухе угадывался запах гари. Отчётливый запах, когда жгут костёр или топят печки. Это несколько вдохновляло, так как где огонь, там чаще всего и люди. Хоть деревушка, хоть что, но это было гораздо лучше, чем плутать по чёрт знает каким дорогам. И, преисполнившись надежд, я дал газку.

Вообще, приятно было кататься. Сразу мысли прочищаются. И с рассветом все ночные кошмары автоматом отступали. Я даже позволил себе немного разогнаться, хотя по просёлочным дорогам делать этого не советую — любители натягивать лески, горите в аду. И тем не менее, какой же кайф прокатиться с ветерком…

Ровно до того момента, пока ты не подъезжаешь к источнику дыма.

Честно признаться, я и не сразу понял, что увидел перед собой. Вроде бы впереди была утренняя дымка, вроде там виднелись какие-то дома в ней… Но чем ближе я подъезжал, тем отчётливее понимал, что это не отнюдь не утренняя дымка, а дым. Дым от пожара, который я почувствовал отсюда за несколько километров. И дома не совсем дома, а… то, что от них осталось. Пепелище…

Я притормозил, не доезжая до деревушки.

Первая ассоциация, которую навевала картина впереди, была… не знаю… скажем, с сожжённой дотла деревней во время войны. Да, точно, такая типичная картина о войне, где я был словно солдат, который выходит к руинам деревни или города после врагов. А может это фильм здесь снимают?

Честно скажу, я и сам не поверил в эту мысль, но сознание всегда хочет цепляться за что-то нормальное, за что-то объяснимое и обыденное. И тем не менее постановкой для фильма это не было, больно реалистично. Больше походило на пожар, что не было редкостью. Загорелся один дом, огонь перекинулся на другой, и результат перед глазами. А если это ещё и ночью произошло, то люди могли и не проснуться.

Я осторожно поддал газа, закатываясь в деревню. Единственный звук, который сейчас был в округе — это урчание моего тысячакубового движка, который эхом разносился по мёртвой округе. Вперёд меня подталкивала мысль, что, возможно, там кому-то может понадобиться помощь, но что бы здесь ни произошло, живых было не видать.

Я доехал почти до центра деревни, прежде чем остановился и вновь огляделся.

Реально, ни одной живой души. Только то, что осталось от домов: где-то остались только печные трубы, а где-то часть стен и даже крыша.

— ЭЙ! ЕСТЬ КТО?! — мой голос разлетелся мёртвым эхом по округе. — ЗДЕСЬ ЕСТЬ КТО ЖИВОЙ?! ВАМ НУЖНА ПОМОЩЬ? АУ, ЛЮДИ!

В ответ была зловещая тишина.

Обдумывая своё положение, я бросил взгляд назад, откуда приехал. Связи на сотике нет, но если есть дорога, то есть и выход к цивилизации. Можно съездить, позвать на помощь. Только сначала надо здесь осмотреться, может кто живой есть, хотя… чёт как-то место мёртвым выглядит, если по чесноку.

Именно за этой мыслью я заметил движение по левую руку. Словно опровержение мысли, что здесь все померли. И пусть отсюда был виден только силуэт, но это точно был человек, и он уверенно приближался ко мне.

Слишком уверенно.

А когда он наконец показался из-за дымки,

Тут, честно говоря, я знатно охренел.

Ко мне вышел не просто человек, а самый настоящий рыцарь. Нет, я серьёзно, человек в полноценных доспехах, какие мы все видели в музее, с арбалетом на перевес. Я, честно говоря, даже думать о чём-то забыл вот этот момент. Может здесь всё-таки снимают кино? Другого объяснения происходящему я, честно сказать, не видел, но…

— День добрый, — поздоровался я притворно бодрым голосом, подняв руку. Дружелюбие — лучший выход. — Прошу прощения, я заблудился…

А остальную часть слов я проглотил, дёрнувшись с байка нахрен подальше, потому что этот рыцарь внезапно поднял свой арбалет и нацелил в меня.

Вот жопой чую, что когда в тебя целятся, это ничего хорошего не несёт. Удивительно, но жопа была права, потому что через мгновение я буквально увидел тень в воздухе, которая стала оперением стрелы в стене не до конца сгоревшего дома за моей спиной.

Вот тебе и дружелюбие…

Я вскочил с завалившегося мотика, когда рыцарь отбросил арбалет и вытащил такую здоровенную дуру, которую можно было описать как большой меч. Наверное, спрашивать «а меня за шо» у него бесполезно.

Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я рывком поставил эндурик обратно на колёса и резко выкрутил ручку газа. Движок взревел и, к моему удивлению, заставил рыцаря резко остановиться. Мало того остановиться, он ещё и пятиться начал назад, неуверенно подняв меч, будто боялся, что сейчас его мотоцикл загрызёт.

Эм… ну допустим…

Только будь он единственной моей проблемой на горизонте…

Из дыма, словно ёжики из тумана, начали появляться и другие индивидуумы, одетые схожим образом. В плане, в стиле средневековья. Больше десяти человек, правда, часть далеко не рыцари, а обычные грязные, как бомжи, мужики в кирасах и шлемах с огромными алебардами наперевес.

Да вы чё, угораете, что ли? Что за компашка обдолбанных реконструкторов?! Они на меня обиделись так, что я им вечеринку сорвал или что? Слишком далеко солевики-то от Питера забрались играть в свои войнушки.

Собственно, выяснять времени не было, да и, если честно, не очень хотелось. Меня учили, что если видишь обдолбанного человека, лучше беги. И я последовал совету в точности — поддав газку, резко сорвался с места.

Знаете, давайте-ка вот это вот всё без меня, лады?

Не лады.

Я проехал по дороге сквозь деревушку, заставив этих недореконструкторов расступиться в испуге, и в последний момент едва смог разъехаться со всадником, который выскочил наперерез. Этот был посмелее остальных, чего не скажешь о его лошади. От рёва литрового движка она заржала и встала на дыбы, и его пика пролетела прямо рядом с моей харей, щёлкнув по шлему. И тут же в ближайшем дереве появилась стрела — я заметил пролетевшую тень совсем рядом.

— ДА ХЕР ВАМ!!! — крикнул я, набирая скорость. Не постеснялся показать и средний палец напоследок.

И надо сказать, что поехал я вовремя, так как в этот момент из леса выскочило ещё всадников пять. Все с пиками точёными явно по мою душу, но куда им до моего эндурика было, который просто пролетел мимо, поднимая кубы пыли. Если бы задержался, то вполне возможно, что могли бы достать, а так, пока они там разогнались, я уже метров на двести разорвал дистанцию.

Это была победа. Непонятно чего непонятно над чем и непонятно почему, но победа. Моя победа.

Я гнал по просёлочной дороги прочь от солевых реконструкторов, стараясь не замечать мысли, что не сильно всё это сейчас было похоже на постанову или розыгрыш. А потом стало не до этого…

Я заметил это чудо, потому что меня ещё на вождении приучали смотреть по зеркалам. И там на фоне светлеющего неба эту точку было видно вполне отчётливо. Точку, которая становилась всё больше и больше, явно приближаясь. Что-то крылатое, что-то большее, что-то очень похожее на…

Я обернулся, чтобы увидеть это своими глазами.

Потому что вряд ли я когда-либо ещё увижу нечто похожее, будь в пьяном угаре или под солями, так как ко мне стремительно приближался…

— Дракон?

Даже мой голос превратился в писк.

Ящерица с крыльями. Ну а что это, если не дракон? Ещё и со всадником на спине. Дракон чистой воды, мать вашу. И это чудо, по моим скромнейшим оценкам, было так примерно с «МИ-24». Интересно, а оно огнём умеет стрелять?

Словно в ответ на невысказанный вопрос эта тварь как раз это и сделала. Огненное пламя вылетело из пасти, словно из огнемёта, и растворилось в воздухе. Выглядит эффектно. И что-то мне подсказывает, что не менее эффектно оно будет выглядеть на мне, если я попаду под него.

Окей, я понял.

И навалил полный газ. Во всех смыслах.

Движок ревел. Эндуро подпрыгивал на кочках, иногда почти подлетал. А спидометр спокойно перевалил за сотню и продолжал расти. Я никогда не был экстремалом, никогда не любил носиться, как ужаленный в задницу снаряд из пушки, по трассам, но сейчас… Сейчас я был лучшим представителем хрустящей фракции, летя через какой-то сраный заколдованный лес, преследуемый драконом, а мой спидометр начал показывать пугающе быстро увеличивающиеся цифры.

И вот я там, где есть сейчас — мчусь по лесной дороге, спасаясь от дракона, прилипнув ко мотоциклу.

Подо мной ревёт движок. В ушах свистит ветер. Сердце бьётся, как в последний раз, и от каждой колдобины, казалось, пропускает удар, а дракон…

За спиной почувствовался жар, и яркий свет мелькнул в зеркалах. Оборачиваться не рискнул. Было и так понятно, что меня пытались поджарить, но не достали. Эта тварь висела на хвосте, и той скорости, что выдавал спидометр, кажется, хватало, чтобы держать дистанцию.

Скорости в сто тридцать километров.

Я по дорогам столько обычно не езжу, боюся, а тут лечу по ушатанной тропинке в надежде, что меня не догонят.

Бдыньк!

Ещё одна кочка, и я подлетаю, цепляюсь за руль и ловлю воблинг. Руль бьёт так, что у меня сердце в кишки проваливается. Но здесь сработали рефлексы. Рука выкрутила газ, я почувствовал, как мотоцикл пытается встать на дыбы, и почти сразу биение руля исчезло.

Не исчез дракон, к сожалению — на этот раз я даже смог разглядеть пламя, оно почти достало меня, мне буквально обожгло открытые участки кожи, но нет, всё равно смог вырваться.

То, что я видел в зеркале, меня совсем не радовало. Эта тварь, казалось, была прямо за моей спиной с каким-то всадником. Ещё чуть-чуть, и, кажется, догонит…

А впереди замаячил просвет среди бесконечного леса, что могло значит только две вещи.

Или я сейчас вылечу из леса.

Или впереди конец дороги.