Небытие

Я — Джек Сеп.
Мне двадцать шесть.

Меня отправили в пустоту — туда, где недавно ещё светили звёзды. Теперь там только тьма. Болезнь Вселенной распространялась слишком быстро: одна за другой, звёзды угасали, словно кто-то стирал их с неба. Но Солнце ещё живо. Оно всё ещё греет Землю, дарит свет и жизнь. Учёные предупреждают: у нас есть время. Немного. Десятки лет — может, век. Но Солнце уже меняется. Его спектр нестабилен, вспышки непонятные. Мы знаем: болезнь идёт и к нему.

Именно поэтому я лечу. Моя цель — последняя звезда, что погасла в этом секторе. Если мы поймём, почему она умерла, возможно, мы найдём способ спасти Солнце. Спасти Землю. Спасти всех нас. Хотел ли я этого? Наверное, да. Это шанс увидеть то, чего ещё никто не видел. Но вместе с этим во мне живёт страх — страх не вернуться. Страх больше никогда не увидеть дом. Маму. Отца. Друзей. Даже тех, с кем жизнь развела, с кем мы не разговариваем — всех я храню в себе. Потому что сейчас всё человечество — это я. И я лечу не ради себя.

Моё путешествие займёт столетия. Для меня — лишь несколько минут. Большую часть пути я проведу в криосне. Но не думайте, что я буду совсем один. Со мной Дар — мой спутник, искусственный разум. Его задача — следить за кораблём. И за мной. Чтобы в этой бездне у меня оставался хоть чей-то голос.

Я записал всё, что мог. Голоса, музыку, истории Земли. Если я не вернусь, пусть эти данные помогут тем, кто останется после нас. Если останется кто-то. Если вы слышите эту запись… значит, ещё есть кому слушать. Значит, надежда жива.

Берегите её. Мне пора. Конец связи.
Джек выключил диктофон, переслал запись на Землю и шагнул к криокапсуле.

— Дар, разбуди меня, когда мы войдём в новую систему.
— Так точно, сэр, — отозвался мягкий металлический голос.

Джек вдохнул в последний раз, словно пытаясь удержать этим воздухом всё прошлое, лёг в холодную капсулу и закрыл глаза. Сон отделил его от тьмы. Сон — и надежда, что в этой тьме ещё можно найти свет.