Нечисть в доме

Каждый раз, прежде чем выйти из дома, я ровно на десять минут зажигала церковную свечу. Не знаю, для чего я это делала, но бабушка всегда меня так учила, дабы отпугнуть нечисть, которая жила в тёмных сенях нашего старинного столетнего дома. По её рассказам помнилось, что нечисть эта вылезала только после полуночи и блуждала до рассвета издавая хриплые и стонущие звуки. В некоторых моментах слышалось, как за дверью скрипят половицы, пугающе разрезая тишину, которую мы так старательно пытались соблюдать каждую ночь. Мне запрещалось покидать свою комнату в этот отрезок времени ни при каких обстоятельствах. На случай, если вдруг захочется есть, бабушка всегда приносила несколько долек печенья и стакан теплого молока до того как пробьет 12.

Что это была за нечисть такая? Да кто знает. Бабушка никогда не рассказывала и даже сильно ругалась, когда я вновь делала попытки, дабы выудить у неё хоть крупицу нужной информации. Всё тщетно.

Мне было двенадцать, и всё это время я ломала голову.

- Дом ужасов, - шипела я себе под нос, в очередной раз запираясь в своей комнате. Сюда я приезжала исключительно на летние каникулы, а родители так и не удосужились ответить на мой вопрос об этом месте. Видите ли слишком мала я была для них, чтобы спрашивать.

- Да что это за тварь-то такая? – моёму любопытству не было предела.

В эту ночь на свой страх и риск я покинула своё убежище в момент, когда наши старинные напольные часы с маятником пробили полночь. На окна бабушка никогда не весила занавески, поэтому лунному свету был доступ для освящения нескольких участков тёмных сенок. Я шла медленными шагами, прислушиваясь к мельчайшим шорохам и звукам. Старые уставшие половицы слегка прогибались под моим весом, издавая скрип от которого шли мурашки. Не сказала бы, что бесстрашно, я дрожала. Сердце колотилось с такой силой, что думалось, выпрыгнет наружу.

- Только бы копыта не откинуть раньше срока – подумала я, глядя на трясущиеся руки. Внезапно где-то в глубине, в темноте, послышался какой-то хрип.

- Да ну нахер, я обратно!

- Милая, это ты?

- Б-бабушка? – заикаясь говорила я, поворачивая голову к источнику шума.

Под лунный свет выползало нечто. Тело было серое, невзрачное с оттянутой вниз кожей. Эта сущность с макушки до пят была покрыта зелёной слизью и оставляла за собой мокрые следы, которые растекались по деревянным половицам. Моё внимание сразу привлекло лицо, искажённое до такой степени, что узнавались только голубые глаза. Впавшие внутрь щёки сильно выделяли скулы, придавая худощавость общей картине. Да и лицом то это было назвать сложно.

- Эх – тяжко вздыхает она, - как бы по мягче тебе объяснить, лапушка…

Я открывала и закрывала рот, словно рыба на берегу, наблюдая, как нечисть разводила руками, пытаясь растянуть синие губы в гримасу, чем-то похожую на улыбку. От этого мне становилось ещё страшнее. С каждым её шагом я отступала назад. Теперь было понятно, почему мне запрещали строго настрого выходить из комнаты. В памяти всплывали описания существ из старых добрых сказок и я быстро начинаю сопоставлять их с тварью в нашем доме.

- Болотная кикимора... – беззвучно произнесла я, шевеля губами.

- Ой, - ёкнула она, выпуская изо рта небольшое количество жидкости. Затем когтистыми руками принялась что-то оттуда вытаскивать. Вытянув зелёную жижу, кикимора резко хрустнула позвоночником, выпрямившись, и провернула голову вокруг своей оси.

- Мля… долбаные водоросли! Вечно в глотке застревают.

Я выдаю тихий нервный смешок, всё ещё ошарашено выжидая продолжение спектакля. Кажется, моя кукуха медленно начинала съезжать.

- Смешно тебе? – проклокотала она, стряхивая с себя лишнюю слизь.

Последние несколько часов мы стояли у окна, наблюдая за лунным светом и активно беседуя. Мой взгляд падает на болото около дома, которое давно заросло тиной и зелёным мхом. Его обитатель действительно существовал и более того, находился рядом. Всё это время бабушка боялась травмировать мою психику, поэтому и выдумала всё о свече и о монстре в тёмных сенях, которым в конечном итоге была сама. Страшнее всего, что я с рождения одна из них и моё время ещё не пришло.