Нефритовые жеребцы кайзера.

- Как хотите, а этот ваш очерк я в номер не пропущу! - решительно заявил редактор газеты молодому курчавому юноше в мятом пиджаке, с испачканными чернилами пальцами и мятущимся лицом.

- Почему? - искренне изумился очеркист.

- Потому, что ваш очерк наверняка - халтура и приспособленчество.

- Это поклеп!

- Нет. Это - суровая констатация факта.

- Это не очерк, а статья!

- Все равно.

- Вы даже не читали мою статью!

- Мне было достаточно прочитать ваш очерк про старика Меркулыча и пять его разноплановых сыновей, чтобы понять, что вы ни черта не смыслите в журналистике, не нюхали деревни, о которой пишете, не знаете народной интеллигенции! - разгорячился редактор. - Что вы там писали, дайте - ка вспомнить…А! «Уже занималась заря, а беседе не было видно конца. Вот он, родоначальник новой народной интеллигенции! - подумал я. - Простой, как римлянин, и мудрый, как фольклор!». А вот это - «Светало... Где - то лаяли псы, поросшие густой шерстью. За околицей мела поземка. Вдруг под окнами, весело позванивая гусеницами, пробежал трактор». Трактор пробежал!

- Что не так? - удивился юноша в мятом пиджаке.

- Особенно феерично вы расписали сыновей Меркулыча! Господи, где вы только имечко такое выцарапали?! Все они получились в одинаковой степени настойчивыми, пытливыми и «не гнущимися, как молодые дубки». Отличались они друг от друга только тем, что один пытливо разглядывал чертежи, другой пытливо преподавал географию, третий пытливо крутил арифмометр.

- Все бухгалтеры крутят арифмометры, а Григорий, четвертый сын Меркулыча - бухгалтер. Стало быть, он тоже крутит арифмометр. Так и записал.

- Право слово, господин хороший, я скажу вам вашими же словами из очерка про Меркулыча: «Что я мог ответить этому замечательному старику, такому прямому и не гнущемуся, как осока?»

- Да вы хоть прочитайте мое творение! - плачуще сказал собеседник редактора.

- Опять про народную интеллигенцию?

- Нет. - торжественно заявил очеркист. - Исторический факт. Победа немцев в Ютландском сражении. Через два дня же годовщина сражения! Что вы вставите в номер?

- Действительно. - пробормотал редактор и все же принялся читать статью молодого курчавого юноши...

«С площадки на крыше Морского арсенала открывался прекрасный вид на затемненную Нефритовую гавань Вильгельмсхафена. Кайзер Вильгельм, по случаю одетый в адмиральскую форму, прямой, как жердь, молчаливо взирал вниз, в темноту, в которой укрылись корабли, готовые покинуть порт и вытянуться на рейд Jade Busen. Выход 1-й разведывательной группы линейных крейсеров был назначен на раннее утро. За линейными крейсерами, приблизительно через час, должны были последовать и линкоры Флота открытого моря. Настал этот день, этот час, которого ждал Вильгельм. Сегодня должна была решиться судьба Германии. Не на булонском пляже, не у фортов Вердена, не под крышами Монмартра решалась она. Судьба империи решалась сегодня в море.

На крышу Морского арсенала кайзер распорядился допустить только одного человека - адмирала Тирпица. Адмирал, почтительно приоткрыв рот, стоя за спиной кайзера, терпеливо ожидал какой - нибудь величественной реплики обожаемого императора, которая обязательно должна будет войти в анналы военно - морской, да и вообще, мировой, истории.

- Альфред, они уже двинулись? - внезапно спросил кайзер, не поворачивая голову к адмиралу.

Тирпиц вздрогнул, посмотрел на черное небо и односложно, лающе ответил:

- Да.

- У них есть шанс?

Тирпиц снова взглянул на черное небо и выдал:

- Да.

- «Ах, у меня белый конь, белый конь, белый конь, ах, у меня есть белый конь, ля - ля - ля - ля». - фальшиво пропел кайзер на манер отдаленно напоминающий «Ах, мой бедный Августин». Получилось ужасно. Тирпиц в темноте не увидел, как сконфуженно скривилось кайзеровское лицо, зато не стесняясь, скривил свое.

- Два. - сказал Тирпиц.

- Что два?

- У вас два белых коня. Два жеребца. Два нефритовых жеребца.

- Они пойдут первыми?

Кайзер говорил о «жеребцах» - «первом» и «втором», даже не получившими названий, - о двух новейших кораблях совершенно нового класса. Их появление произвело полную революцию в тактике и стратегии военных действий на море и теперь настало время проверить результат на практике. В открытом бою с английским флотом.

Недостаток всех существующих линейных кораблей заключался в том, что тяжелая артиллерия не могла обеспечить кругового обстрела. Носовые орудия лишены возможности стрелять назад. Поэтому корабль не в состоянии обрушить всю мощь огня своей артиллерии в одном направлении. Поле обстрела главной артиллерии не превосходит обычно 270 градусов. Наступательная мощь линейного корабля заключается в его тяжелой артиллерии. Это шесть или девять орудий калибром 12 - 16 дюймов. Но «жеребцы»…«Жеребцы» внушали…

На новых кораблях, спущенных на воду на одной из германских кораблестроительных верфей, в Вильгельмсгафене, артиллерия располагалась по - новому. Две трети длины каждого корабля занимали спардек, на котором не было ничего, кроме девяти тяжелых орудий и двух люков для выбрасывания гидропланов, помещающихся во внутренних ангарах. Вспомогательная артиллерия, машинное отделение и единственная дымовая труба помещались в кормовой части, так что они не мешали стрельбе тяжелой артиллерии. В центре спардека находилась стальная бронированная башня, в которой было сосредоточено все управление «жеребцом» и его артиллерией. Здесь же помещались три орудия, имевшие круговое вращение. Две боковые трехорудийные установки могли передвигаться как вдоль, так и поперек корабля, причем всегда таким образом, чтобы создать сосредоточенный огонь всех шести орудий. Вместе с орудиями передвигались и грузовые подъемники, доставляющие боеприпасы. В бою такой корабль, несомненно, имел преимущества перед противником: ему не приходилось менять курса; он мог вступить в бой всеми своими орудиями, как только это покажется необходимым его командиру»...

- М - да… - дочитав статью до конца, редактор озабоченно потер виски.

- Как вам?

- Вам удалось особенно про бороду адмирала Тирпица… - сказал редактор. - О бороде вы написали две страницы, называя ее то библейской, то, почему - то, патриаршей, то народной и адмиральской. Это, конечно, мощно, эпично, феерично…Но название…«Нефритовые жеребцы»…Да и в целом…Эта ваша военно - морская фантазия, основанная на правдоподобном факте, все же мало соответствует профилю нашей газеты и слабо отражает действительность, интересующую нашего читателя… - мягко и проникновенно спокойным тоном проговорил редактор газеты.

- То есть, как не соответствует? - немедленно взвился автор. - Да вы заплесневели в своем редакторском кабинете! Я вам докажу! Немцы в Ютландском бою победили?

- Победили, не спорю…

- Девять британских дредноутов и линейных крейсеров пустили на дно? Пустили или нет?

- Пустили…

- Германия одержала победу в войне, благодаря выигранному при Ютланде бою? Одержала или нет?

- Одержала. - послушно подтвердил редактор. - Но все дело в том, что ваша, в очередной раз, не побоюсь этого, прелестная статья, ваш военно - морской опус, преисполненный таким захлебывающимся восторгом по отношению к Германской империи, великой, и, вероятно, могучей, такая досада, нам никак не подходит.

- Да почему?! - продолжал яриться юноша - автор.

- Да потому, что наша газета…- тихо произнес редактор. - наша газета…, - и вдруг взревел так, как пожалуй, не ревело никогда в истории человечества стадо разгневанных быков, - Наша газета называется «Стандартное Многополье»! «Стандартное Многополье»! «Стандартное Многополье», черт вас дери!

- Ах, черт, совсем вылетело из головы… - немного смутился автор. - Ладно, отнесу в «Морской сборник». А для вас у меня есть блестящий очеркишко! Из сельской жизни, уверяю. Я, правда, не придумал еще названия, но у меня есть несколько вариантов: «Разговор у машины», или «Вышли мы все из народа», «Братский союз»...Сейчас я вам наглядно и сжато сформулирую тему будущего очерка…Вы мне от всей души спасибо скажете, что вам удалось законтрактовать мою продукцию еще на корню...