Неждана и Влас

- Чего нос-то воротишь, бесстыдница? - шипела мать, со злостью проходясь гребнем по волосам дочери. Хороши они были, коль в косы заплести – волос густой, тяжёлый, длинный. Мороки с ними было много, но немногие девицы в их селе могли похвастаться таким богатством. Вот только матери до этого богатства было невдомёк, зло расчёсывала она дочери волосы, намеренно дёргая, чтобы побольнее сделать.

- Ты норов свой поумерь, порченная теперь, кто тебя в жёны возьмёт такую? А Влас мужчина основательный, дом справный себе поставил, пущай и в лесу. Вот и пойдёшь за него, как отец велит, хоть перестанешь ему глаза мозолить, напоминать ему о своей глупости, - принялась мать дочери косы плести, да так туго затягивала, что у Нежданы слёзы на глаза наворачивались. Но матери возражать не смела, пускай и не видела Неждана от неё ласки всю свою жизнь. А вот то, что отец снова осерчать может – вот этого она боялась, авось и правда лучше будет, коль уедет она из отчего дома? Выпорол он её так, что спина до сих пор саднит.

Пока мать голову дочери в порядок приводила, по крайней мере, по её мнению, глядела на себя Неждана в блюдо, начищенное до блеска, и в коем можно было себя разглядеть. Ничем она не была примечательна – обычное личико молодой девушки, с щедрой россыпью веснушек, да глаза серые, которые темнели, коль Неждана чем-то недовольна была. И волосы – густые, русые, ежели распустить их, да в озере искупаться, запросто можно было её за русалку принять! Не видит Неждана в своём лице девичьей красы, да и мать ей талдычила об этом постоянно.

Вот только Алексей что-то смог разглядеть в ней, когда заглянул в серые глаза девушки у колодца. Сердце парня дрогнуло, забилось быстрее, и, подхватив тяжёлые вёдра, донёс их до самого дома. Любовь промеж ними сладилась, напоминая хрупкие цветочки яблони, что робко весной распускаются, да тянут лепесточки свои к солнышку. Круглой сиротой был, сам по себе жил, слыл парнем работящим, так что в деревне к нему хорошо относились. Но Неждана знала, что не позволит отец за него замуж пойти, как бы они этого не хотели. Отцу богатого жениха подавай, чтобы выкуп за невесту хороший дал, ведь ничего от собственной дочери толкового не ждал, да и вообще за человека считал даже. Мать ему вторила, дочь откровенно они не любили, и зачастую думала Неждана, что её вообще в этот двор подбросили, потому как на родителей она даже не похожа была.

Но ведь есть в доме пара рук лишних, да и повыгоднее её замуж можно продать! Долго молодые робко любовались друг другом. Да разве ж шило в мешке утаить можно? Решилась Неждана молодому парню довериться, залезли они на сеновал, да там всё и сладилось. Вот только миловаться долго у них не получилось – отец внезапно явился. Может сказал кто, а может по какой нужде туда пришёл – о том Неждана не ведала. Но гнев отца страшен был, без всякого труда он догадался, что между молодыми произошло. Повезло Алексею, что выскочить успел, не пострадал, а вот Неждане досталось хорошенько. Думала отец и вовсе её в живых не оставит, да ещё и косы выдерет – орал так, что оглохнуть можно.

Притащив Неждану обратно в дом, швырнул он её в закуток, в котором жила она. Пригрозил, чтобы ни шагу со двора не делала, а сам ушёл куда-то. Неждана и рада была бы уйти, да от побоев заболела, и почти седмицу целую металась в бреду. С трудом её знахарка деревенская отпоила, да привела в себя. Вот только когда Неждана в себя пришла, ждало её страшное известие – не стало Алексея. Сказали, что зашибло его деревом в лесу, один он был, никто и не видел. Пару дней пролежал, прежде чем нашли, а когда Неждана смогла на ноги вставать, то уже и схоронили.

Отец, говоря это дочери, довольно ухмылялся, глядя как она бледнеет, словно доставляло ему удовольствие собственную дочь мучить. А ещё было в его глазах нечто такое, что подсказывало Неждане страшную догадку. Казалось ей в тот момент, что часть внутри у неё словно заледенела и стала твёрже камня. Стала она молчаливой тенью самой себя, камень тяжёлый теперь внутри неё был, но с тех пор не смел отец на неё руку поднять, а мать за косы дёргать. Только захотят душу отвести, так Неждана глаза свои вскинет, да пристально в лицо смотрит. Незнамо было что там видели они в её взгляде, но отец сердито плевал, да уходил, а мать только бранилась. Казалось девушке, что теперь жизнь у неё всегда такой будет – в заботах о доме, который стал ей темницей. Кто на такую польстится, коль даже родители от неё открещиваются? Нелюбви Неждана не понимала, был бы рядом Алексей, так сбежали бы точно! Только вот нет его, и померк белый свет для девушки.

Вот и надумали её за лесника-бирюка отдать, дочерний позор прикрыть, да хороший выкуп за такую невесту получить. Неждана никак не отнеслась к этой новости, когда отец однажды вечером об этом объявил, да горделиво на семейство своё поглядывал. Неждана, поклевав чего-то со стола, сидела в своём углу, да вышивала на полотенце вязь из зелёных листочков. Пожалуй, было это единственное, что осталось ей в радость в этом мире.

- Слышишь? Завтра сватать тебя будут, так что подготовься, да в порядок себя приведи, - начал сердиться отец, дочь ведь даже голову не поднимала, словно не слышала его совсем. А мать засуетилась:
- Радость-то какая! Ещё и жених такой приличный, дом у него полная чаша. Не волнуйся, всё будет как положено, сватов уважим как следует. Дочь я подготовлю, - разлилась матушка цветочным мёдом. Иначе осерчает муж, ещё и ей достанется, ещё и этого не хватало! Долго они ещё обсуждали промеж собой выгоду от того, что дочь выдают замуж. Неждана их слушать и перестала, думая о том, какого ей там жениха нашли. А поскольку с односельчанами она не зналась почти, гадать можно было долго, и она решила просто дождаться завтрашнего дня.

Она закончила стежок последний, любовно провела пальцами по вышивке. Это действительно хоть немного, но приносило в её беспросветную серую жизнь хоть какую-то радость. Мать же, покормив отца, засуетилась, приданое дочери подбирая, да вытаскивая из сундуков перины и подушки. Неждана, когда сваты пришли, напоминала рыбу, что недавно из речки выловили. Ни радости, ни огорчения никакого не выказывала, просто смотрела куда-то сквозь людей. Для себя приняла решение: ежели возьмут её замуж, то пойдёт. Даже если будет дурно ей в доме лесника, то можно сбежать просто. А может и лучше будет ей, чем в родительском доме? Да ещё и голова болела от того, как мать её причесала, противно было! Не хотелось на себя со стороны глядеть.

Знала Неждана, что жениха Власом кличут, да говорят про него в деревне всякое. Действительно - бирюком живёт, нелюдимый совсем, может чем дурным промышляет, но про то ничего известно не было. Единственное, на счёт чего воспротивилась вдруг Неждана – на счёт празднования свадьбы. Никакого торжества она не хотела, и отцу об этом прямо сказала:
- Не хочу никакого праздника. Коль избавится от меня желаете, сделаете как я велю. А я не буду по деревне слухи разносить о том, что вы творите. А если орать на меня начнёшь, то я в ответ не тише начну. А коль руку на меня подымешь, то в этот раз так просто не отделаешься, - Неждана говорила, смотря прямо в глаза отцу. И впервые тот в ответ бранью не разразился. Может от того, что разглядел что-то в глазах дочери? Да и в самом деле, на кой гулянку большую устраивать, соседей просто так кормить? А так, избавится от нелюбимой дочери, отправит её куда подальше всё. Тем более она на рыбу мороженую больше походит, чем на нормальную девицу!

Да и Влас видать не против тихого празднества. Свадьба для девушки промелькнула так, словно её и не было. Помнила только жениха – крупного, похожего на медведя мужчину, который на неё толком и не глядел. Сидел рядом за столом, да перед собой глядел, словно боялся на неё взгляд даже поднять иль голову повернуть. Да и у родителей долго оставаться они не стали – на следующий вечер после свадьбы, погрузил Влас на подводу приданое, да поехала Неждана в новый свой дом.

Глядела девушка на то, как исчезает деревня её за поворотом. Вот вроде дом родной, а в груди ничего не кольнёт даже. Холод там, да тяжесть страшная, в голове мысли шевелятся, словно ветви древесные. Какова жизнь её в новом доме ждёт? Да ещё мать даже на крыльцо не вышла, дабы дочь свою в новый дом проводить. От того всё внутри холоднее становится словно.

За что же родная мать с ней так? Пускай отец суровый был до жестокости, но из-за него так внутри ничего пронзительно не стискивает. Не хочется Неждане с подводы спрыгнуть, да опрометью обратно бежать. Лишь бы капельку тепла в материнских глазах увидеть! Может за тем полюбила Алексея? Хотела хоть немного тепла увидеть, обнять кого-нибудь. И односельчане сторонились её, словно какая-то она не такая была. Глубоко вздохнула Неждана, стараясь вынырнуть из тёмного омута. Нет, не время теперь тосковать по тому, что ушло. В пору ей о грядущем дне подумать.

Повернула голову Неждана, да принялась Власа разглядывать. Крупный мужчина, лицо бородой рыжей заросло. Но опрятный - кафтан тёмно-зелёного цвета, с медными пряжками, штаны добротные. Руки к работе привыкли - сжимают пальцы повод, а на них мозоли видны. Волосы рыжие тоже коротко стрижены, чтобы не мешались. Виду сурового – встреть такого на лесной тропке, испугалась бы досмерти. Влас, почувствовав, что на него смотрят, повернул голову. Скользнул взглядом по лицу Нежданы и заговорил первый:
- Знаю, что не по своей воле за меня пошла. Но слово даю - не обижу тебя.
- Отчего же ты тогда на свадьбу эту согласился? Почему меня вообще посватал? - сквозь холодную тяжесть в груди девушки шевельнулось любопытство: - Иль не знаешь, какая я?
- Какая есть, такая по нраву мне пришлась, - Влас отвёл взгляд, словно... засмущался? Но наверняка это только кажется Неждане.
- Надеюсь слово ты держать умеешь. Умею я хозяйничать, постараюсь тебе верной женой стать, - проговорила Неждана, и они замолчали.

Берёзы и осины вокруг начали сменяться стройными соснами. Скрипели колёса подводы, подрагивала она на редких камнях и ямах. Далеко её увозил Влас, в самую глубину соснового леса, куда по ягоды ходить боялись. Неждана, может, и чувствовала смутное волнение от того, что так далеко её от дома увозят. Но вдыхая запах соснового леса полной грудью, девушка неожиданно чувствовала облегчение. Она подняла взгляд, разглядывая сосны, которые шептались о чём-то своем. Сегодня день был солнечный, и было удивительно, что девушка это только заметила! Она давно уже не обращала внимания на погоду вокруг – ведь всё было для неё одинаково. А теперь… Неждана невольно залюбовалась сосновым лесом. Солнечные лучики, что пробивались сквозь пушистые древесные кроны, растекались по лесной подстилке медовыми пятнами. В воздухе витал смолянисто-хвойный аромат – неповторимый и лёгкий, словно летняя паутинка. Неждана распахнула глаза шире: ведь лето в самом разгаре было! Как же она этого не заметила?

В голове словно прояснилось. Быть может благодаря лесу, а может от того, что вырвалась она из душного плена родного дома своего? Девушка во все глаза рассматривала лес вокруг, не замечая, как Влас поглядывает на неё посветлевшими глазами.

Конечно, понимал мужчина, что не по любви за него Неждана вышла. Да и как можно полюбить того, кого никогда не видела? Это он, изредка бывая в деревне, иногда видел её у колодца. Личико такое серьёзное у неё всегда было, брови нахмурены. Придёт, воду наберёт, да сразу домой идёт. Поспрашивал Влас, да вызнал, что семья у неё дурной славой пользуется. Мол, отец жестокий, не гнушается в ход пускать не только в семье, но и с соседями. Мать – баба скандальная - на неё косо взглянешь, так лаяться летит! Да и дети все в родителей, а девку эту почти и не видят за пределами двора. Может она какая-нибудь блаженная? Приглядывался всё Влас, лес научил его внимательным быть. Про историю с тем парнем тоже знал – на торг приезжал, да наслушался людского пересуда. Не повезло девушке… И зашевелилось тогда внутри у него. Вспомнил про своё одиночество, от которого уставать уже стал. Хотелось не со зверем лесным словом перебросится, а с человеком поговорить иногда. А ведь Неждана такая же одинокая, как и он, получается.

Вот и посватался. Сам от себя такого не ожидал, но набрал лесных даров с избытком, чтобы родителей невесты уважить. А те оказались и совсем не против! Не хотел самому себе Влас пока признаваться, что по сердцу ему Неждана пришлась. Пускай и похожа она сейчас на льдинку застывшую. Но как увидел, что девушка на лес засмотрелась, лицом посветлела, так и затеплилась в нём надежда. Может, пройдёт время, да сможет его Неждана полюбить?

Не по нраву Власу спешка обычно, да и самому себе была в диковинку такая прыть. А поди ж ты – решил и сделал. И теперь везёт жену в свой дом, и как их дальнейшая жизнь сложится пока непонятно было. Тревожился малость Влас, но он ведь мужчина, так что справится. И данное слово тоже сдержит! На свадьбе вёл себя так от того, что непривычно ему было при таком количестве народа. Да и в деревне ему тяжко приходилось. Нет, не чурался он общества людского, просто тяжело ему было долго находится в месте, где людей много. А вот в лесу задышалось ему свободнее, пусть немного и робела душа перед девушкой.

Дом его был в стороне от дороги, вела к нему широкая тропа, по коей подвода спокойно проехать могла. Дом казался высоким и светлым, резные наличники притягивали к себе взгляд. Рядом с домом были ещё какие-то постройки, у крыльца копошились куры. За низким плетнём можно было разглядеть и огород, и сразу видать – крепкий хозяин Влас. Не хуже, чем в деревне, хоть и далече.

- Дом от отца мне остался. Я его малость перебрал, по-своему перегородил. Не нужно мне одному столько места.
- У тебя есть братья или сёстры? – спросила Неждана, только чтобы не молчать.
- Да, у меня два брата и три сестры, разъехались уже давненько из этих мест. Как только родителей не стало, отправились счастья в других местах искать. Дом я немного уменьшил, да принялся лесом заниматься.
- А что ты делаешь? – Неждана спрыгнула с телеги, разминая затёкшие ноги и разглядывая двор. Женской руки, разумеется, здесь было не видно. Вот только не чувствовала она тягу к хозяйству сейчас. Дома-то делала только потому, что не хотела скандалов, а тут… Неждана поглядела на Власа, который с огромной охотой рассказывал про свой дом. На наличники резные с любовью поглядывал, видно было, что вложил много труда он в своё наследство. Вот он, её муж, рядом стоит! И совсем это не Алексей, от воспоминаний о котором сердце тоскливо ныть начинает. В горле горький ком встаёт так, что продохнуть невозможно!

Смахнула Неждана слёзы с глаз непрошенные, да встряхнула головой. Будет у неё ещё время для печали, а пока подумать нужно, как будет она здесь жить. Теперь уже с мужем. Влас не тревожил больше своими разговорами Неждану, начал подводу разгружать. Распахнул дверь в дом, показывая новой хозяйке то, что отныне теперь ей принадлежать будет.

Скупо было в доме, без души. Сразу было видать, что хозяин тут чаще только на ночёвку бывает. А пыли вокруг было! И половики совсем старые, стол и пол давно как следует не отскребали. Да и печку следовало уже давно побелить. Всё подмечала Неждана, и в противовес камню, что давил на её душу, захотелось ей сразу здесь порядок навести. Дом был просторным и светлым, хотелось из него всю пыль вытряхнуть.

Прежде чем в горницу идти, повернулась Неждана к Власу:
- Послушай, что хочу тебе сказать. Нет во мне тепла, Влас. Пусто там. Думаю, в деревне тебе всё уже про меня рассказали, - она растянула в улыбке невеселой губы: - Не могу обещать, что смогу тебя полюбить. Но достойной женой постараюсь стать, вот только большего не проси.
- Я понял, - кивнул Влас, не дав девушке договорить. – Будем жить – привыкать друг к другу. Я часто в лес ухожу, работы у меня не хватает. А ты за домом будешь глядеть, как хозяйка. Коль помощь нужна будет, сразу говори. И спать будешь вот здесь, - он показал светлицу, где Неждане одной вольготно будет. А вот для двоих там тесно.

Вскинула Неждана взгляд на мужчину, и тот махнул рукой на другую дверь:
- Я вот там буду, коль тебе что-то понадобится.

Ничего девушка ему не ответила, но в её серых глазах вспыхнул огонёк благодарности. Так и началась замужняя жизнь Нежданы.