Нежная девочка Аня

Там, в темноте, за сараем,

алюминиевой ложкой звеня,

нежная девочка Аня

ложкою ела коня.

Нежная девочка Аня

дивою сильной была.

Нежная девочка Аня

в Пустоши долго жила.

Много она позабыла,

ела спокойно коня.

Увидела это хозяйка,

хозяйка сказала ей: Бля,

Аня, ну правда, серьёзно?

Ох, доведёшь ты меня.

Аня плечами пожала

и, бросив взгляд на коня,

Аня на кухню сходила —

вилку и ножик взяла.

Из новогоднего капустника студентов факультета психологии дивов при РИИП. 199* год.

Глава 1

Белая крылатая лошадь ступала по льду осторожно, но без страха. Она только что насытилась и могла позволить себе прогулку. Ей нравился нынешний порядок вещей. Слабых — ела. Сильных — обходила. Порядок был древний и честный.

Но до нее доходили слухи о странном. И она пошла в сторону, откуда до нее доходили слухи о странном. Вернее - полетела. Поначалу ничего не менялось,а потом изменилось.

Из белёсой дымки вышли двое. Один — див. Большой, уверенный, с кабаньей головой, тяжёлыми клыками и гибким кошачьим телом. Такой мог убить. Такой мог сожрать. Такой был понятен. А второй…

Нелепость. Он шёл на задних лапах. Тонкий, высокий, без шерсти, без клыков, без когтей. Слишком медленный. Слишком живой. На нём была одежда — странная, бесполезная в Пустоши, — и он издавал звуки, не похожие ни на рык, ни на шипение.

Лошадь замерла.

Слабое существо шевелило пастью и что-то говорило. Слова падали в мороз, как крошки. Кот с кабаньей головой слушался ее.

Смешно. Опасно смешно. Такое в Пустоши не живёт. Такое — едят. Но див с кабаньей головой шагнул вперёд и ударил лапой по льду.

— Именем императора Пустоши! — проревел он.

Слова были тяжёлые. Они легли на землю, как цепи.Лошадь вздрогнула — не от страха, от удивления.

— Стой где стоишь, — продолжил див. В его голосе не было угрозы. Только порядок. — Пустошь изменилась.

Он говорил долго. О дворце.О тепле.

О пище, которую дают — и за которую не нужно драться и уничтожать себе подобных.

"Есть подобные мне?" — с удивлением подумала лошадь. Раньше мир был прост: те, кого она ест,и те, кто может съесть её. Он говорил о местах, где можно лечь и уснуть, и лёд не будет высасывать силу. О том, что во дворце императора дивов не едят. Вообще. Даже слабых.

Лошадь слушала.Верила — странно, сразу, почти стыдно.В Пустоши верить было не принято, но слова этого дива не пахли ложью.

И всё же… Она косилась на двуногое существо. Оно переступало с ноги на ногу, ёжилось от холода, смешно куталось в ткань и снова издавало свои мягкие, нелепые звуки.

Слабое.Беззащитное.Живое чудо.

"Как ты ещё не мёртвое?" — подумала она с весёлым недоумением. Ей стало смешно. Она фыркнула, выпустила облачко пара и сделала шаг вперёд.

Потом ещё один.Если это ловушка — что ж, достойная.Если правда — тем более стоит посмотреть. А на двуногое существо она оглянулась ещё раз. На всякий случай. Вдруг именно оно и было самым опасным из всех.