Неизвестная война

Поле было мёртвым. Выжженная земля, изрытая воронками от ракет, пахла гарью и кровью. Ни одного дерева, ни одного звука — только ветер, гоняющий пепел по пустому пространству.

Посреди этого поля стояли двое солдат.

Один из них держал пистолет двумя руками, целясь прямо в грудь противника. Руки его дрожали, дыхание сбивалось, но он не отводил взгляда. Второй стоял напротив — с высоко поднятой головой и оружием, зажатым в одной руке. Он выглядел спокойным. Даже слишком.

— Всё кончено, — напряжённо сказал первый. — Ты проиграл.

Второй усмехнулся.

— Кто бы мог подумать. У нас с тобой пушки наравне. Выстрелим — и оба здесь же ляжем. Никто ещё не выиграл и никто не проиграл. Но этот вопрос может решиться быстро.

Воздух между ними сгущался. Казалось, ещё мгновение — и прозвучит выстрел. У первого солдата пистолет едва заметно ходил из стороны в сторону. У второго рука была неподвижна. Его высокомерие только усиливалось.

— Ну же, стреляй, — продолжил он. — Рискни. Сражаться тебе уже не за кого. Все твои и все мои полегли здесь. Остались только мы. Ты и я.

— Если ты тянешь время — не выйдет, — зло ответил первый. — Я застрелю тебя. За все отнятые жизни. За товарищей. За семью. Слышишь?!

Второй широко улыбнулся.

— Ты так говоришь, будто это я здесь всех положил в одиночку. Но это не так. Хотя твои суждения забавны. С ними ты здесь же и поляжешь.

И тут тишину нарушил тихий треск. Рация. Она лежала в правом кармане камуфляжа второго солдата. Он заметно напрягся.

— Если не возражаешь, нужно ответить, — сказал он с натянутой вежливостью. — Некрасиво как-то. Могут и наказать.

— Только попробуй, — резко бросил первый. — Сразу пулю поймаешь. Быстро руку обратно!

— Можешь попробовать, если силёнок хватит, — спокойно ответил второй. — Только учти: ты тоже пулю поймаешь. И это произойдёт быстро.

Не отводя оружия, он медленно опустил свободную руку и достал рацию. Из динамика послышался короткий шум, затем незнакомый голос:

— Приём. Капитан Сеченов, ответьте.

— Капитан Сеченов на связи, солдат. Говори.

У первого солдата задрожали руки ещё сильнее. Он навёл дуло точно в голову противника, но так и не решился нажать на спуск.

— Вы живы… — голос в рации звучал радостно. — Не надеялся услышать кого-то на другом конце линии.

— А я-то как надеялся… — прошептал Сеченов.

Голос стал тревожным.

— Капитан… Тут такое дело. Разведка сообщает: в вашу квартиру попала ракета. Прямо в балкон. Новость пришла около тридцати минут назад. Сейчас там работают спасатели… но сообщают, что из квартиры никто не вышел.

Сеченов замер. Пистолет в его руке дрогнул, но цель он не потерял.

— Как… как это? Ты уверен, что информация точная?

— Так точно. Данные подтверждены. Наши разведчики отслеживают каждую ракету.

Отчаяние накрыло капитана. Он продолжал целиться, но внутри всё рушилось.

— Капитан, вы здесь? Приём?

Он уже не слушал. Бормотание из рации стало пустым шумом. Сеченов швырнул устройство в сторону. Оно упало в нескольких метрах. Капитан медленно опустил оружие и голову вместе с ним. Его прежняя решимость сменилась пустотой.

— Фору мне решил дать? — зло усмехнулся первый солдат. — Я ведь пристрелю тебя и глазом не моргну.

— Хочешь — стреляй, — с отчаянием ответил Сеченов. — Ты давно мог это сделать. Мне уже всё равно. На эту жизнь и на тебя в частности.

— Ты что, бессмертный? — раздражённо бросил солдат.

Капитан полностью опустил руку с пистолетом. Он смотрел в землю, сдерживая желание расплакаться.

— Мне тебя не жалко, — продолжал солдат. — Я убью тебя!

— Тогда стреляй, — тихо сказал Сеченов. — Ты сделаешь мне одолжение. Отправишь к жене и дочке.

— Что ты сказал?

— Мне всё равно, чем закончится эта война. Я хочу лишь одного — чтобы ты застрелил меня сейчас.

По спине солдата пробежал холод. Он был готов закончить всё, но не смог. Пистолет опустился, повиснув на его руке.

— Даже если я тебя не убью, это сделают другие, — сказал он. — И меня заодно.

— Ты мне ничем не помогал.

— Но собираюсь, — ответил солдат. — Ты один отсюда не выберешься.

— Ты понимаешь, что это самоубийство? — устало сказал капитан. — По законам военного времени нас расстреляют. Ни мне, ни тебе не выжить.

Солдат колебался недолго.

— Я не буду тебя убивать.

— Почему? — удивился Сеченов.

— Мне тебя жалко как человек. Пойдём. Нужно убираться отсюда.

Они пошли в сторону капитана.

Позже, на чистом поле без дыма и огня, они шли молча. Солдат думал о своей судьбе, о надежде выжить. Ему было по-человечески жаль человека рядом — тот потерял всё.

— Что мы скажем, когда придём? — спросил Сеченов. — Меня узнают. А тебя увидят — сразу ликвидируют.

— Будем надеяться, что нет. Я не хочу умирать. У меня планы.

— Какие?

— Университет. Работа. Семья. Я был уборщиком в маленьком городе… а потом мобилизация. Сказали — родина в опасности.

— А ты знаешь, что твоя страна напала первой? — спросил капитан.

Солдат замолчал.

— Мне сказали другое…

— Новости хоть иногда читать надо.

— Да кому они нужны…

На горизонте показался форт.

— Как тебя зовут? — спросил Сеченов.

— Алексей.

Пуля просвистела мгновенно. Алексей упал, не издав ни звука.

***

Сеченов закричал. Слёзы текли по щекам. Он побежал к воротам, сделал выстрел — и тут же был сражён очередью.

Он упал и больше не встал. Резкий хлопок и всё закончилось. Ни усталости, ни боли.

Сеченов проснулся в холодном поту. Он судорожно проверил тело — ни одной раны. Солнце светило в окно.

Дверь распахнулась, и в комнату влетела маленькая девочка.

— Папа! Ты проснулся!

— Конечно, доча…

Из кухни донёсся голос жены.

— Завтрак готов!

Раздался звонок в дверь.

Сеченов открыл.

— Здравствуйте, — сказал знакомый парень с листком в руке. — Здесь живёт Сеченов в отставке?

— Да.

— Алексей. Приятно познакомиться.