Некропольская кошка

Валерьяна Ивановна залпом допила остывший чай и поморщилась. Весенняя пора приводит на экскурсию столько людей, что и в туалет выйти некогда. Отрывая очередной корешок от билета, она усмехнулась очередному визгу умиления. Разумеется, он был вызван не памятниками деятелям искусства, а маленьким домиком с фотографией и надписью «Музей охраняется кошкой».

Валерьяна работала билетером в Некрополе уже пятнадцатый год. Когда-то пришла сюда за спокойствием – казалось, у кладбища этого с лихвой – да осталась из-за людей и их бесконечного интереса.

- Ой, а тут и правда кошечка живет? – в окно заглянула молодая девушка.

- Правда, только выходит она по ночам, а днем где-то пропадает, - кивнула Валерьяна Ивановна.

- Вот это охранница, - добродушно рассмеялась девушка и убежала к своей группе.

«Еще какая», - подумала Валерьяна и поставила табличку на перерыв.

Наступил вечер, а за ним ночь. Ворота закрывались в шесть, и сторож Алексей Алексеевич начинал свой дозор, изредка отходя в будку билетера «выпить чего для согреву».

- Ты уж меня прикрой, Мятка, - заговорщически сказал кошке Алексеич и нырнул за дверь.

Кошка в ответ лишь зевнула и принялась обходить территорию. Мятой её прозвали за зеленые глаза, а сама она была что-то вроде русской голубой – стройная, серая, Мятка легко сливалась с гранитными памятниками.

Луна ненадолго показалась из-за облаков. Кошка присела рядом с статуей архитектора и поглядела на небо. Где-то каркала ворона, но острый слух Мяты уловил еще один звук.

Метнувшись на шорох, кошка быстро достигла забора, через который прямо сейчас перемахивал высокий человек. Мята спряталась за кустом и стала наблюдать.

Человек огляделся, отряхнул штаны, и почти бесшумно двинулся вдоль забора. Кажется, он твердо знал куда идти; за лысенькой весенней ивой он повернул направо, и Мята отправилась за ним, ступая по дорожке мягкими лапами.

Когда она подошла к человеку, тот издавал странные звуки. Кошка наклонила голову; похоже было, что он плакал, бормоча под нос. Мята громко мяукнула, и, когда человек, отшатнувшись, заметил её, зашипела.

- Мятка, ты чего? – послышался голос Алексеича. Луч фонарика скользил между могил. – Снова животину какую поймала?

Человек заметался в панике и бросился бежать в противоположную от охранника сторону. Мята удовлетворенно облизнулась и пошла дремать в свою будку.

Утро субботы выдалось солнечным, и туристы повалили штабелями. Валерьяна Ивановна отрывала корешки от билетов, раздавала листовки с указателями – привычная рутина. Люди сюда приходили разные, но Валерьяна развлекалась тем, что делила их на группы.

Вот эти женщины в солнечных очках и с яркой помадой – ценительницы искусства. Они приходят в Некрополь обсудить любимых классиков и вздохнуть о том, что раньше было лучше.

Есть одинокие ценители тишины, которых кладбище успокаивает; такие любят присесть на лавочке, послушать шум ивы и подумать о своем.

Тут внимание Валерьяны привлек молодой юноша. Мягкие черты лица, кудрявые волосы, которые были спутаны, словно он только что оторвался от подушки. Юноша лихорадочно пошарил по карманам и положил на стойку билет. Красные глаза впали, руки тряслись.

«На наркомана не похож», - подумала Валерьяна, отрывая корешок и возвращая билет.

Парень нырнул вправо и исчез из поля зрения. Когда народа поубавилось, билетер поставила табличку «перерыв» и попросила кассира присмотреть за входом. В лице юноши Валерьяна разглядела отчаяние, и её любопытство взяло верх.

Медленно прогуливаясь по каменным тропинкам, Валерьяна знала, куда ей идти.

- Я не могу, я не могу, - бормотал парень, срываясь на всхлип у памятника известному композитору.

Валерьяна коротко кашлянула, и юноша отшатнулся.

- Могу я вам помочь? – с запинкой спросил он.

- А я тебе? – с мягкой улыбкой наклонила голову Валерьяна.

Внезапно юноша разрыдался. Валерьяна чуть доставала ему до плеча; она подошла ближе и на цыпочках погладила парня по голове.

Они присели на скамейку напротив памятника. Мимо сновали люди, но до билетера с грустным юношей никому не было дело.

- Я Миша, - сказал наконец парень, - Учусь на композитора в консерватории.

- Очень приятно, Миша, я Валентина Ивановна – ответила женщина, постукивая по бейджику на груди, - Пришел навестить кумира?

- Он величайший творец, - с жаром сказал Миша, вытирая нос, - Вы бы знали, как мне хочется иметь хоть долю его таланта.

- Могу представить, - усмехнулась Валерьяна, сверкнув зелеными глазами, - А ночью зачем приходил?

Парень удивился и начал отнекиваться, но Валерьяна потрепала его по руке.

- Я не собираюсь тебя ругать или устраивать неприятности, - заявила она, - Просто интересно.

Миша замялся. Наконец, собравшись с духом, он выпалил:

- Хотел провести ритуал вызова духа.

Валерьяна осмотрела парня скептическим взглядом.

«На ведьмака не похож», - подумала она и спросила вслух:

- Ты что, ведьмак?

Миша неловко рассмеялся и покачал головой.

- Нет, я вообще в этом не разбираюсь. Моя подруга Даша, а точнее её тетя, рассказала, как можно провести ритуал. Делать это нужно без посторонних, вот я и пробрался ночью, - потупив взгляд, ответил он.

- А зачем духа-то потревожить хотел? – Валерьяна продолжала рассматривать парня. Что-то в нем вызывало сочувствие, не казался он ей простым хулиганом.

- Обрести вдохновение, - пожал плечами Миша, - Получить совет, не знаю… Но это личное.

Они помолчали немного. Валерьяне было пора уходить, но хотелось помочь парню. Она уже собиралась встать со словами напутствия, как Миша заговорил:

- Моя бабушка, Римма Евстафьевна, очень любит искусство, в свое время многих музыкантов лично знала. Гордилась, что внук поступил в консерваторию и хорошо учится, всё ждала моих шедевров, - парень поднялся и стал ходить туда-сюда, - Сейчас она болеет. Серьезно. Врач думает, ей недолго осталось.

Он замолчал. Валерьяна тихо вздохнула.

- Я не хочу отпускать её вот так, - закончил Миша и горько заплакал.

Валерьяна подошла к нему и крепко обняла. Скрючившись, Миша обнял её и положил голову на плечо. Серый кашемир впитал юношеские слезы; когда Миша успокоился, Валерьяна посмотрела ему в глаза и сказала:

- Давай не будем трогать усопших. Я, конечно, не специалист, как и тетка твоей Даши, но кое-что у меня есть. Запиши адрес и приходи сегодня около семи.

Юноша устало кивнул, вбил адрес в телефон и, помахав Валерьяне, побрел через ворота.

Вечером, как и условились, Миша стоял возле двери парадной. Валерьяна выскользнула на улицу – нечего парню смотреть на её бардак – и вручила мешочек. Тот слегка кололся и приятно пах.

- Травы, - пояснила Валерьяна, - Особый сбор от моей давней знакомой. Перед сном завари, думая о том, кого хочешь увидеть во сне и какой ответ получить. Выпей и сразу ложись спать.

Парень посмотрел на мешочек и слегка улыбнулся.

- Пахнет кошачьей мятой.

- Всё, иди, иди, - Валерьяна закатила глаза, - И чтобы по ночам больше не шастал.

Миша быстро обнял женщину и пошел домой.

«Уж лучше так, чем через забор лазить», - удовлетворенно подумала Валерьяна, закрывая дверь.

Прошел месяц, за ним другой. Валерьяна Ивановна чередовала дневные обязанности с ночными, обещая себе, что скоро возьмет отпуск. Ни разу не брала, но вот сейчас точно возьмет.

Одним августовским вечером, когда солнце клонилось к закату, а последние посетители разбредались кто куда, Валерьяна сидела на скамейке, покачивая ногами. Довольный композитор напротив неё блестел в солнечных лучах. Уловив шаги рядом, Валерьяна обернулась. По каменной дорожке шагал Миша, да какой красавец: вечерний костюм, кудри аккуратно уложены. Всё та же смущенная улыбка, а глаза, хоть и грустные, но спокойные.

- Куда таким франтом вырядился? – спросила Валерьяна, похлопывая по скамейке рядом.

Миша присел, держа в руках пакет.

- В оперу. Сегодня иностранные студенты прибыли, будем опытом обмениваться.

Валерьяна одобрительно закивала, а затем указала на пакет.

- А тут что?

Миша вспыхнул. Медленно достал пластинку, вручая билетерше. Валерьяна внимательно осмотрела обложку: на черном фоне распускались цветы, обрамляя название – «Мята в ночи».

- Ну и названьице, - захихикала Валерьяна, но, посмотрев на пунцового Мишу, мягким голосом спросила, - Значит, получилось?

Миша коротко кивнул, потирая шею, а затем как затараторил:

- Написал одну композицию, затем другую, и понеслась. Бабушка была так счастлива, показывала подружкам статью обо мне, - на глазах выступила слеза, которую парень быстро смахнул и улыбнулся, - Успела застать выход пластинки.

Валерьяна похлопала его по плечу, широко улыбаясь. Миша полез в карман пиджака и достал два билета.

- Это тоже вам, - сунул он их Валерьяне, - Через месяц большой концерт, впервые на людях буду играть что-то свое.

Валерьяна уставилась на билеты. С кем пойти она решительно не знала, хоть Алексеича зови. От этой мысли она рассмеялась.

- Ни в коем случае не пропущу твой триумф, - заверила Валерьяна.

Миша встал и с усмешкой поклонился.

- Чай – это что-то с чем-то, - внезапно серьезно сказал он, - Я общался с мастером, как сейчас с вами. Иногда пью чашку, и вот снова бабушка рядом, сказку рассказывает. Волшебство, не иначе.

Валерьяна поднесла палец к губам.

- Просто травки, - сказала она, - Но давай это будет нашим секретом.

Миша кивнул, посмотрел на часы и заторопился к выходу.

- До встречи на концерте! – крикнул он на прощание и убежал.

Укутавшись потеплее в вязаный кардиган, Валерьяна ласково погладила пластинку.

- Видел? – помахала она пластинкой статуе, - Занимаюсь продвижением молодежи.

Встав со скамейки, Валерьяна потянулась. День перешел в вечер, а вечер скоро перейдет в ночь. Требуется вздремнуть перед обходом, иначе как Алексеич без неё справится?