Немного правды о мужчинах

- Маргарита Васильевна, - произнес я полувопросительно-утвердительно, и ринулся от двери через кабинет, – Добрый день, извините за беспокойство, но мне просто необходима Ваша помощь… - закончил я фразу перед самым столом, вытягивая из нагрудного кармана визитку….

Вообще, в коммерции знакомство, первые шаги, первые произнесенные слова – это целое искусство, без преувеличения скажу – наука. Нужно моментально оценить качество офиса, цвет обоев, стоимость каждого рабочего места, настроение подчиненных и даже степень «делового» шума. Уж не говоря о том, в каком качестве ты появился – просящего, дающего, требующего… и степень твоей заинтересованности в положительном результате.

…Я ворвался в кабинет этаким нахрапистым рысаком, и застыл перед столом ребенком с телячьими глазами. Дело в том, что женщина с цифрами всегда вызывала во мне благоговейный трепет. Маргарита Васильевна считала цифры. Затаив дыхание, я заворожено следил за движением линейки по строчкам, ловил мелодию стука ноготков по клавишам калькулятора….

- Минуту…, - буркнула она, не поднимая головы, подняв вверх указательный палец и им же указав мне на стул перед столом.

- Не беспокойтесь…, я подожду…, - с придыханием, почти шепотом, ответил я.

Причем садиться мне совершенно не хотелось. Потупив взор, я нырнул взглядом в глубокое декольте ее строго костюма. При помощи гибкости своей спины, сверху я прекрасно мог рассмотреть округлые прелести в ее вырезе. А все остальное доигрывало мое бурное воображение.

И не осуждайте меня! Это рефлексы нормального мужчины. Сколько раз, жарким летним днем, в общественном транспорте, можно было наблюдать одну и ту же картину - эдакого извивающегося мужчину-удава, нависающего над сидящей дамой, и пытающегося заглянуть ей в декольте платья. Это совершенно нормальные мужчины, которые не в силах бороться со своими рефлексами. Рефлексы на шаг впереди их. Вот и у меня тоже.

А тогда я, нависая над столом, мечтал только об одном – бесконечности цифр в этих столбиках и возврата прогресса к примитивным счетам с костяшками. Но безнаказанность и сладость бытия когда-нибудь заканчивается – она поставила под жирной чертой многозначную цифру и подняла на меня глаза:

- Слушаю Вас?

Я обомлел. Да что я! Не знаю, про каких таких дам бальзаковского возраста писал сам Бальзак, но он бы точно охренел вместе со мной, глядя на такое совершенство! Не, но может я загнул конечно. Про Бальзака. О вкусах ведь не спорят. И красота тоже имеет персональный спрос.

Ну так вот, когда она произнесла «слушаю вас», я окончательно рухнул от ее бархатно-низкого голоса. Вместе с Бальзаком или нет. Я еле вытащил свои глаза из ее декольте и рефлекторно присел на краешек стула, как девственница перед гинекологом. Конечно, хренеть можно бесконечно, но я обязан был реагировать на слова, а не эрегировать на внешность.

Моя визитка легла перед ней на листок с цифрами.

- Маргарита Васильевна, понимаете, - начал я, медленно приходя в себя, - Похоже, мы с вашим менеджером, Юлей, совсем перестали друг друга понимать, - она вскинула красивые дуги бровей, я замахал руками, - Нет-нет, это не ее вина, скорее всего это не достаточно четко прописаны ГОСТы….

Она снова подняла красивый палец, останавливая меня, щелкнула двумя клавишами на телефоне и из динамика послышались длинные гудки. Потом она переключила кнопку:

- Да, Маргарита Васильевна, - послышалось по громкой.

- Тань, а где Виноградова?

- Она на складе, Маргарита Васильевна.

- Как вернется, пусть зайдет ко мне.

Я встряхнулся от завораживающего бархата ее голоса и продолжил:

- Понимаете, в классе А пищевая резина обозначена как для молочной промышленности и температуры применения до семидесяти градусов. Но совсем не прописан цвет…. Я просил светло-серую, а нам отгрузили черную…. Представьте себе, если вы будете пить молоко с черными вкраплениями…. В моей практике такое впервые….

А сам любовался ее красотой. Минимум макияжа. Неброские тени с неуловимым оттенком перламутра, легкая подводка, внимательный взгляд серо-зеленых миндалин глаз. Прямой узкий нос, высокая шея, безупречный подбородок целеустремленного человека, смуглый оттенок кожи….

Бледная родинка на правой щеке, в сантиметре от уголка рта, и еще одна повыше, совсем маленькая, придавали лицу… не пикантность, нет, а какую-то правдушность живого, реального человека. В меру короткая прическа с авангардными перышками милирования наполовину прикрывала уши со скромными «гвоздиками» настоящих бриллиантов.

Но губы…. Боже, какие губы! Классические, красиво очерченные, упругие, чуть припухлые, телесного цвета помады….

Она слушала меня, не перебивая, слегка наклонив голову и нежно прикусывая нижнюю губу. А мне хотелось крикнуть – «Немедленно прекрати! Это я, я должен так нежно покусывать их….!»

- А почему вы не хотите взять китайскую?

- А почему Вы решили, что я не хочу? – сорвалась у меня с языка мысль совершенно не про резину.

Она улыбнулась, услышав мою мысль. Я улыбнулся в ответ и поставил акцент ее правильному пониманию:

- Извините…

Вошла Юля – мы вышли – потом на склад – загрузились – вернулись - переделали документы…. Я все вертел башкой и тянул время. Мне очень сильно хотелось увидеть Маргариту так сказать в полный рост. Рубенс ниже пояса меня бы сильно разочаровал. Но она так и не выходила из своего кабинета. Поэтому я решил использовать еще один шанс - заставил Юльку сделать новый долгосрочный договор, сославшись на изменение реквизитов, и ринулся в кабинет за подписью.

Она стояла ко мне спиной, разглядывая в окно вытаявший из-под снега мусор.

«Мммм… - зашлось мое сердце в экстазе, – Мой размерчик…!». Но вслух произнес:

- Маргарита Васильевна, тут Ваш автограф нужен, - я подошел к ней, вытягивая на ходу ручку.

Она положила договор на низкий подоконник, наклонилась, чтобы подписать, и я наклонился, перелистывая страницы… от такой близости перехватило дыхание! Запах ее тела смешивался с тонкой свежестью дорогих духов.

- «О фреш»? – задыхаясь, тихо произнес я.

Она обернулась с легкой улыбкой и удивленными глазами.

- От Шанель…?

- Не угадали… но направление верное, «О фреш» мне тоже нравятся.

Она стояла так близко, что я слышал ее дыхание на своей груди….

Я сидел в своем кабинете и задумчиво-бездумно рисовал стрелочки на листе бумаги. В сотый раз я перебирал в памяти наше общение и не находил в Маргарите ни единого изъяна. Ну хоть бы алая помада, или резкий запах тела, или фасон костюма…. Ммм, а какие бедра, попка… а голос!!! всё, ВСЁ мое! Безупречно!

Боже, да такая дама должна иметь мужа, любовника и спонсора в трех разных ипостасях. И я готов был стать первыми двумя, и с натягом, вывернув карманы, третьим. Короче - я готов был сложить себя у ее ног….

(ремарочка)

Дело в том, что несколько месяцев назад моя семейная жизнь дала трещину. Ну, как это бывает - сначала лодка любви бьется о скалы быта, потом быт заедает семью, ты заедаешь жену, она заедает тебя, умеренность перестает быть нормой… и тогда кто-то из двоих произносит – Все, хватит!

И действительно – хватит. Даже в конституции записано, что каждая женщина имеет право на отдых. От таких, как я. Или то в КЗоТе написано? Или в УК, как программа защиты свидетелей? Ну неважно. Моя жена посчитала, что я кинусь в объятия другой, в другой быт так сказать, и при сравнении окажется… короче – ползание на брюхе, слезы-сопли раскаяния, великодушное прощение…. Все, как написано в сценарии. Она наивно ошибалась – я снял квартиру и кинулся в объятия целого города! Нахрена мне чужой быт?!

Но это не все. Проверив и пересчитав все свои старые явки-пароли, я столкнулся с удивительной и парадоксальной вещью – пока я был женат, меня принимали адекватно моему семейному статусу, в любом месте в любом виде и на любое короткое время. Но только как они все узнавали, что я свободен и не живу в семье, тут же начинались капризы – или ты остаешься на ночь или не дам, без вещей в следующий раз можешь не приходить, я борща наварила - поужинай в душ и потом все потом, при этом распаковывая новые «семейники» с ценником…. И прочее-прочее в бесконечных вариациях.

Но меня обуял ужас, когда одна из моих замужних мадам позвонила мне в дверь поздним вечером, в изрядном подпитии, и с порога заявила – все, я ушла от мужа, переезжаю жить к тебе…!

Каких усилий и нервов стоило мне в три часа ночи, в гневе и слезах, возвратить ее в лоно семьи, и передать в руки мужу, придумывая на ходу неправдоподобную версию про чей-то день рождения. А если бы в этот вечер я был не один?! А если бы она сразу заявилась с чемоданом…?!

После такого стресса и неимоверно-приложенных усилий я начал их боятся. Поменял номер мобильного, отключил дверной звонок и квартирный телефон, стал возвращаться домой украдкой и только затемно, не включая свет, сразу нырял спать, машину парковал в чужом дворе. Стало привычкой, выходя из квартиры смотреть в глазок и с минуту слушать подъезд….

Что проще поменять квартиру? Да вся фигня в том, что за приличную скидку я внес предоплату за полгода вперед! А свободных денег не было.

У меня появились новые знакомые неопределенно-малолетнего возраста, сомнительный секс «без обязательств» в машине после ночных клубов, хронический недосып, изжога от сухомятки и головная боль по утрам.

Такая жизнь меня изматывала. Я начал понимать, что шаговая доступность и отсутствие обязательств, это как еда в Макдональдсе – только брюхо набил, а оно такую пищу переваривать отказывается. И чревато гастритом.

Я загрустил-заскучал по красивым отношениям, умным женщинам, ухаживаниям, розам, нежным поцелуям, пеньюарам и хрустящим простыням…. И вот….

И вот я готов был сложиться у ног этой прекрасной дамы, но оставался открытым вопрос – сколько еще конкретно мужских тел и какой весовой категории мне придется распинывать у этих прекрасных ног. А то, что придется, я ни на секунду не сомневался.

И пора уже выдираться из образа жизни стареющего хиппи.

Я снял трубку, набрал номер. Длинные гудки прервались тишиной.

- Лех…, - спросил я тишину.

- Ну…, - ответила тишина.

- Чо ну?

- А чо Лех?

- Чирей что-ль на носу давишь?

- Не, бля, тебя в трубку слушаю. Не можешь что-ль без предисловий?

- Лех, нужна твоя помощь.

- У тебя своя служба безопасности есть.

- Это долго. А мне по-быстрому надо.

- Не ебётся тебе, как всем простым людям, тебе полную информацию про бабу подавай.

- Лех, это позарез нужно. Может это судьба моя?

- Тогда это не ко мне. Это в кожвендиспанцер обращайся.

- Лех, ну хватит выебаться. Говорю тебе – жизнь рушится.

- Тогда бери пойло и приезжай. Виски.

- Побойся Бога! Где я их возьму? Вон пробную партию нового коньяка технологи намешали. Стоит канистрочка.

- Ладно, тащи.

Леха был замечательным программистом и настоящим ментом. Не знаю, кого в нем было больше - порой я его безмерно любил, а порой люто ненавидел. Мента с мозгами программиста не часто встретишь.

Я смотрел на открытую страницу компьютера, а Леха, с другим майором, уже разливал наш бодяжный «Арарат» по стаканам.

- Лех, ты бы мне это… на флешку скинул…, - заискивающе начал я.

- Ты чо, больной?! Информация служебная, комп служебный, да ты хоть одну дырку на компе видишь, чтобы туда флешку воткнуть?! Даже дисковода нет. Защита от случайностей всяких … и мудаков. Вон бери листок и карандаш. У тебя всего десять минут. После страница автоматом закроется.

«Так… тридцать пять лет… место рождения… место жительства… разведена… сын… бухгалтер… экономист в администрации… главбух… финдиректор… последнее место работы… характер-характеристики… склонности-наклонности…»

Теперь было от чего плясать.

- Артем Виталич, привет дорогой. Узнал?

- Привет Серег. Как жизнь?

- Да середьне. У тебя есть пару минут? Я тут на скамейке где голубые ели.

- Кто ел? – хохотнул он.

- Ну еще и пили. Ну может и не голубые. Но клумбы перед администрацией прилично засраны, субботника вам не хватает. Выйди на солнышке погреться, снег уж весь стаял.

Я пинал пустую пивную банку о бордюр клумбы под голубыми ёлочками в ожидании Артема. Давным-давно, мы вместе получали по второму образованию, учась на арбитражных управляющих. Потом еще некоторое время «пилили» область, занимаясь очередным переделом собственности. После закона о СРО Артем ушел юристом в администрацию и благодаря своему высокому профессионализму и полному неприятию политических интриг, благополучно пережил трех мэров. Зная подозрительность мэров, их страсть к заговорам и дворцовым переворотам, я от греха подальше, позвал его на солнышко.

С улыбкой добрых знакомых мы крепко пожали друг другу руки.

- Мне нужна Марго.

- А именно?

- Васильевна. Ваш бывший экономист.

Он хмыкнул:

- Зачем?

- За надо.

- Запал? – он боднул головой, - Тяжеловато тебе с ней будет.

- Скажи что-нибудь хорошее.

- Красавица…! – и сквозь смех добавил, - Этого достаточно?

- Артем, а серьезно….

- А если серьезно, то ничего плохого сказать не могу. Пришла к нам временно, когда Машка в декрет ушла. Так на ее место. Марго тогда под сокращение попала, Машиностроительный техникум закрыли. Тихая, затюканная, глаз не поднимала. Ну, видимо кто-то на нее глаз и положил. А вот кто – до сих пор никто не знает. Все на самого мэра думали. А когда он сменился, она с его командой не ушла. Еще два года проработала, смогла и с новым язык найти. Потом неожиданно перешла финдиректором в какое-то ООО «Три козла», видимо прокладка под тендеры. Так она и сейчас здесь рисуется. Респектабельная дама, на кривой козе не подъедешь. Стена неприступная….

- Сам что-ль приступал? – догадался я.

- Да было дело. Хотел без затей, по-легкому срубить….

- Получилось?

- Ага, душевный разговор, - он хихикнул воспоминаниям, - Так что в связях порочащих не замечена, потому большая умница. Кто сейчас ее танцует – не знаю. Да и тогда не знал. А крыша в администрации есть наверняка. Кому-то она откаты таскает. А может кто-то и пользует ее заодно. Уж больно аппетитная дамочка. Я ведь в это не лезу. Меньше знаешь - ну ты знаешь.

- А муж?

- А что муж? Алкаш законченный. Сын раздолбай. Намучилась она с ними. Как только почувствовала, что сама сына содержать сможет, так сразу и развелась.

Я решил брать фортецию по всем законам осадного искусства. С поиском слабых мест, рекогносцировкой, осуществлением разведвылазок. Я хотел исключить любые ошибки.

За неделю я изучил график работы Маргариты, все маршруты передвижения, кто подвозит-увозит, отъезды-приезды, магазины-шопинги, во сколько ложится спать и как рано встает….

Одно обстоятельство меня радовало и напрягало – в квартире она жила одна с сыном, но бой-френда за неделю я так и не вычислил. Но он был. Не мог не быть.

Восьмое марта уже позади, день рождения у нее в октябре, день бухгалтера… хер его знает. Значит плавного перехода к цветам и подаркам не предвидится. Общих знакомых нет. Выставок-форумов нет. Деловых презентаций нет. А делать что-то надо. Не о резине же с ней снова разговаривать.

- Лед тронулся, - я тихонько выдохнул и переступил порог ее кабинета, - Маргарита Васильевна, я договорчик привез, - и подал ей файл.

- Могли бы оставить у Юли….

- Не мог, - и поставил перед ней небольшую коробочку с Армани «Идол».

- Что это? – она удивленно подняла брови.

- Исправляю свой промах. Это Ваш запах?

- А по-моему Вы переходите границу деловой этики. Я не давала повод….

- Пусть будет так, - я не дал ей закончить фразу, - Людям свойственно ошибаться. Вот и я один раз ошибся. А теперь исправляю свою ошибку. Если я ошибся во второй раз, то можете вылить на меня этот флакон, невзирая на деловую этику. Свежий дневной аромат. В этот раз я угадал? – и глазами выпрашивая снисхождение.

Она хмыкнула, опустила взгляд на коробочку, откинулась в кресле, прикрыла рот кулачком, хмыкнула еще раз…. Пауза затягивалась.

- Первый раз в жизни встречаю такого наглеца…, - но глаза ее смеялись.

- Извините, - и я тут же покинул кабинет, боясь деловым разговором поломать акцент ее фразы.

Конечно, просидев в «Рив-Гоше» полдня, и вусмерть замучив продавцов, я просто не имел права ошибаться.

Через пару дней мы «случайно» встретились с ней в «Карусели». Встреча вне офиса, в неформальной обстановке, была просто необходима. Нужна была степень узнаваемости в толпе.

- Сергей, Вы что, за мной следите?

- Да, - честно признался я, - Только не сегодня. У меня здесь сестра рядом, в кардиологии, вот после работы заскочил за фруктами, неудобно с пустыми руками….

Пару фраз о здоровье, о судьбе человека, о судьбах человечества, о теплой погоде…, еще раз извинения за прошлую наглость, но просто аромат не давал покоя….

– А вы неплохо разбираетесь в духах.

– И Вы тоже… имеете великолепный вкус, - мило улыбнулись друг другу, - Они идеально подходят к Вашему образу деловой женщины… - и без паузы, - Вы где-то рядом живете? Вас подвести?

- Нет-нет, я на машине….

- Тогда извините, я поспешу, а то в больницу опоздаю.

Ага, на машине! Машина-то есть, но она панически боится садиться за руль. А может на машине бой-френда? Но зачем ставить ее в неловкое положение. К тому же я «отсканировал» кофе в ее корзине и при первой же возможности подкинул их секретарше «Картнуар», как знак внимания клиента.

А еще через день я «случайно» столкнулся с ней на ступеньках администрации. Я был на служебной машине и как положено – с водителем. А вот ее служебка, «совершенно случайно» оказалась в шиномонтаже и она просто вынуждена была согласиться на мою машину.

- Что-то мы с Вами стали часто встречаться, - она была в замечательном настроении.

- Если бы это действительно было так, Маргарита Васильевна, я был бы счастлив, - я сделал сиротское выражение лица, - Ну так ведь ни разу!

- Что – ни разу?

- Не встречались. Только видимся, - я лукаво улыбнулся, пытаясь уловить ее настроение, - В этом есть две большие разницы.

Она на секунду замерла с приоткрытым ртом и удивленно-поднятыми бровями:

- Вы что, таким образом пытаетесь меня склеить…?!

- Нет. Пытаюсь подкатить. При этом используя служебную машину!

- Прекратите немедленно! – она через улыбку пыталась изобразить серьезный тон, - Я строгая женщина…!

- В этом-то вся трагедия… моя трагедия! Можно сказать, всей моей жизни! – я сидел на переднем сидении в пол-оборота, свернувши голову в ее сторону, - Мне безумно нравятся строгие женщины. Я без них жить не могу….

- Ну что Вы за наглец такой! – она хлопнула меня по плечу, - Используете свое положение и мою беззащитность! И все в личных целях! Дон Жуан! Бабник!

Она легко смеялась. И темы легко перекатывались от нитратов в арбузах до дефицита бюджета страны.

Только на третьей неделе я увидел его. Вернее их вместе. Хорошо шифруется. Я заскочил в «OBI», естественно неподалеку от дома Маргариты, за простыми лампочками и когда я уже подходил к кассам, то увидел их на входе. Действительно случайно.

Это был импозантный стройный седеющий мужчина. Красив? Да. Безусловно. Этакий лорд из закрытого английского гольф-клуба. Могу представить, сколько женских сердец он разбил за свою жизнь. И вполне могу понять Маргариту. Но не хватало в нем чего-то… какой-то брутальности что ли. Он был какой-то паточный, переслащенный, и это чувствовалось и в жестах и в походке и в манере общаться…. Короче - «Ролс-Ройс» с пробегом.

Они направились под стеклянную крышу к цветам-саженцам. Издалека было похоже, что он чем-то раздражен. Сдерживая себя, он что-то ей объяснял. У нее было виноватое выражение лица. Маргарита взяла горшочек с орхидеей, он нервно махнул на нее рукой.

Создавалось такое впечатление, что он хочет поскорее от нее избавиться. Что-то мне в нем напомнило мою прошлую женатость. И в этой напряженной ситуации уж точно не нужно, чтобы она меня заметила.

Я сразу из магазина позвонил Юльке… и с утра пораньше в кабинете на окнах у Маргариты стояли горшочки с орхидеями всех оттенков. А после обеда нарисовался сам. Времени было предостаточно, чтобы она устроила служебное расследование и выяснила, в конце концов – откуда у нее в кабинете цветы.

- Маргарита Васильевна, - начал я сдержанным тоном, понимая, что это пик, перелом, переход в неформальные отношения. Или она меня сразу погонит, или… или на все остальное я сразу согласен.

- Маргарита Васильевна, - повторил я по-настоящему волнуясь, - На следующей неделе у меня день рождения. Я Вас приглашаю. И не говорите о том, что это выходит за рамки деловой, или там бизнес-этики… я проконсультировался у своего генерального - он сказал, что все нормально – Днюхи укладываются в рамки бизнеса и выстраивать деловые отношения в такой день очень даже похвально. И благословил меня отгулом. И небольшой премией. Так что - выбирайте день.

Мне показалось, что она малёха охренела от такой ситуации. Наверняка она уже знала, что орхидеи и я есть суть одно, наверняка она меня не ожидала увидеть, а увидевши, растерялась, пока она себя собирала, я прямо с порога придавил ее своей наглостью.

- Ну… ну я не знаю, - она, не поднимая на меня глаз, терла себе переносицу большим и средним пальцем, прикрывая ладонью свою улыбку.

- Так, я не понял, - и сразу другим тоном, умоляя, - Маргарита Васильевна, соглашайтесь, пожалуйста, иначе с чем я приду после отгула к своему шефу… а ведь он у меня спросит, а врать я не умею… ведь осерчает, скажет с заданием не справился….

- Ну хорошо, хорошо… к тому же если это под личным контролем генерального… пусть будет четверг, - она уже давилась смехом, но глаз так и не подняла.

- Тогда я подам машину в четверг к концу дня?

- Только при одном условии – если за рулем будете Вы сами, - она уже приходила в себя.

- Всенепременно. Я обязательно позвоню заранее.

Пять дней я провел в эйфории.

Начал с того что уговорил своего друга, дать мне на вечер его «Нисан Тиану». Вы думаете это так просто? Он скорее бы согласился отдать на вечер свою жену. Но в моей голове торчал бзик – мой «Мини-Купер» скорее подходил для молодежной тусовки и ночных клубов, но только не для вечера с дамой сердца. Черная «Тиана» подходила ей так же идеально как ее костюм, парфюм, макияж….

Заказал столик в очень уютном ресторанчике за городом. Потом позвонил оптовикам на таможню.

- Серег, упаковка пятьдесят роз, прости, меньше не можем.

– Тогда мне темно-бардовых и самых свежих.

Стирался, гладился, мылся, брился, скоблился… даже, в предвкушении перспективы далекого будущего, купил три комплекта супер-пупер постельного белья.

И вот….

Я развязал свой стремительно худеющий чулок и переложил в карман остатки денег. Теперь можно было ехать….

Разговор в машине как-то не клеился. Ну и понятно, волнение – все же это было наше первое свидание.

Я притормозил и свернул с трассы. Поворот можно было легко проскочить, потому что к ресторанчику с пафосным названием «Черный Консул» вела узкая асфальтированная дорожка, а сам он был скрыт от дороги высокими тополями и густыми зарослями боярышника. Но тут меня ждала засада – перед рестораном, на самом выезде с парковки, продуктовый фургончик «затёр» таксиста на «Логане», перегородив проезд. Бросить чужую «Тиану» на обочине было смерти подобно. Оставался один выход – свернуть на лужайку с березками, объехать аварию, и дойти ногами метров пятьдесят.

Я аккуратно влез на бордюр, проехал и остановил машину на лужайке, не спускаясь на саму парковку. В открытые окна ветерок донес запах свежести, молодой листвы, цветущего луга.

- Господи, хорошо-то как…! – я глубоко вдохнул и прикрыл глаза, снимая напряжение.

И через секунду почувствовал легкое прикосновение на своей руке. Маргарита медленно сняла ее с рычага и положила на свое колено.

- Господи, сколько ты еще будешь меня мучить…?! – в тон мне проговорила она своим волнующим бархатным голосом.

Сработал рефлекс - моя рука скользнула в разрез ее юбки и ощутила высокие резинки чулок, потом нежно коснулась кончиками пальцев обнаженного тела. Маргарита приподнялась на сиденье и одним движением высоко поддернула юбку, освобождая от ее тесноты свои красивые ноги….

Можете мне не верить, но из всего дальнейшего зрительно я помню только это. И это при наличии у меня в тот момент абсолютной алкогольно-наркотической трезвости. Нет, я помню, частично, свои ощущения, но вот последовательность происходящего….

Она широко раздвинула ноги, становясь доступной для моих пальцев. (Минуту, две, вечность…?) я нежно гладил ее тело, живот, забираясь пальцами под трусики, властно раздвигал ладонью ноги, стараясь максимально ее раскрыть. Она не сопротивлялась моей руке, маняще двигала бедрами и прерывисто глубоко дышала, закрыв глаза.

И еще - она безумно сладко пахла сексом…. Может у меня на запахи пунктик. Но любое живое человеческое тело имеет свой индивидуальный неповторимый запах, который за день накапливается под одеждой, а потом резко проявляется при возбуждении и взрыве гормонов….

Так вот, она пахла умопомрачительно! Источала аромат сладо-страстия! – как бы сказали классики.

Через какое-то время (минуту, две, вечность?) под напором моих пальцев ее бедра судорожно дернулись и она тихо застонала. Тут же на трусиках появилось влажное пятно. Я протянул вторую руку, чтобы расстегнуть пуговицы на ее пиджаке, но она открыла глаза и потянулась ко мне губами.

Нежное прикосновение губ, почти одним дыханием, и тихий бархат голоса в мое ухо:

- Опусти пожалуйста спинку кресла....

Вы думаете так легко это сделать в чужой машине с полным пакетом наворотов? Но я все же справился довольно быстро. А когда микролифт заурчал, опуская спинку сидения, я с удивлением обнаружил, что все что можно было на мне расстегнуть, было уже расстегнутым. Мне только осталось приподняться в кресле и мои брюки вместе с трусами оказались на коленях.

Я попытался перехватить инициативу, но моментально потерпел неудачу – меня опрокинули на спину, и… мной овладели - как бы сказали классики.

Минет? Мой опыт орального секса делил всех женщин на три категории – на тех, кто любит минет, кто не любит минет, и голодных. Так вот, если бы мой член не рос из меня, то он был бы сейчас моментально проглочен. Я погрузился в наслаждения минета (минуту, две, вечность?), борясь с остротой ощущений и желанием кончить….

Вот с этого места у меня начинаются провалы в памяти. Потому что все дальнейшее было похоже на ураган!

Острота немного отступила, когда она оказалась на мне.

…она сидела на мне, она лежала на мне, она терлась о меня своей великолепной грудью, она целовала меня всего, сминала мои губы жадными поцелуями, не давая даже шанса приподняться…. Я летел в пропасть наслаждений, цепляясь за Маргариту всем, чем мог, я мял ее тело, я нежно гладил ее кожу, ловил губами ее лицо, шею, упругие возбужденные соски, тонул в ее хриплом дыхании, аромате секса разгоряченных тел…. Это длилось бесконечно!

В какой-то момент хаотичность нашей любви приобрела определенный ритм. Маргарита выпрямилась на мне с закрытыми глазами и, слушая в себе приближающийся оргазм, ритмично задвигала бедрами. Прошла еще одна вечность, когда она хрипло застонала и рухнула на меня, конвульсивно содрогаясь всем телом…. Я обнял ее и крепко прижал к себе. Спина Маргариты была влажной. Я нежно поцеловал ее в шею и провел языком по ложбинке ключицы. Даже пот ее был сладким….

Через какое-то время (ну точно не меньше вечности) Маргарита успокоилась, пришла в себя, и наши разгоряченные тела отлепились друг от друга. Она, с блаженной улыбкой на лице, перекатилась на свое сиденье.

Я поднял спинку. Беспомощно лежать придавленным сексом, мне что-то больше не хотелось. И протянул руку к ее красивой груди, довольно таки приличных размеров.

- Закури, - то ли попросила, то ли подсказала она мне.

Я бросил взгляд на автомобильные часы. Все эти переходы из вечности в вечность заняли ровно двадцать минут. Я достал из пиджака сигареты. Закурил. Мой не отстрелявшийся член начал медленно падать. Сзади вдруг появилась патрульная машина и остановилась около ДТП, о котором мы совершенно забыли. Маргарита оглянувшись, хохотнула и потащила из-под меня свой бюстгальтер. Хоть и без спешки, но мы все-таки оделись, поглядывая назад. Я вышел из машины, заправил рубашку в брюки, размял ноги. Маргарита не выходила. Я подошел к ее двери, открыл:

- Ну что, пошли? – и протянул ей руку.

- Ты знаешь… давай в следующий раз… - она наморщила носик, - У меня еще полно дел… отвези меня домой.

Последние слова прозвучали, как вердикт Верховного Суда, не подлежащий пересмотру. Мне ничто не оставалось, как сесть за руль и отвезти ее домой.

Вы ждете, что я скажу – обратный путь домой был похож на похоронную процессию? Да ни хрена! Она весело болтала, как будто мы только что встретились. Как будто и не было ничего, а все произошедшее было галлюцинацией, бредом, фантазией моего воспаленного ума. А в уме крутилось - как программа в стиральной машинке – замачивание, стирка, полоскание, отжим - двадцать минут, белье на веревке и о нем можно забыть.

Остановив машину возле ее подъезда, я грустно произнес:

- Ну что ж, буду отмечать день рождения в одиночестве.

- А что у тебя и правда день рождения? Я думала ты так… ну тогда поздравляю, - чмокнула меня в нос и выскочила из машины, на ходу поправляя мятую юбку.

Мля, а где слова, доступные всем порядочным людям, типа – «пока, до завтра, когда увидимся? ты мне завтра позвонишь?...». Меня постирали и повесили. А с бельем не прощаются.

Вы думаете, что мое разочарование заключается в том, что я не кончил? Вы ошибаетесь. С возрастом постепенно переходишь от количества к качеству, и кончить не цель, цель - реализовать в женщине женщину, доставить ей максимум наслаждения, попытаться раскрыть ее… и только потом подумать о себе.

То, что секс был коротким? Так то, может быть, наследие семейных отношений. Или наша мужская невнимательность и забота только о себе любимом. Может, только такие мужики ей в жизни попадались? Или может это ее природные потребности? Дело все не в этом. Я мечтал о хрустящих простынях, посыпанных лепестками роз, а получилось все как обычно, банально – в машине, на парковке.

На выезде из города, у главной развязки с промзоной, я притормозил у кафе «ЯР». Тут была большая стоянка фур транзитников и дальнобоев. Медленно проехав мимо вульгарных кукольно-разрисованных «жриц» в клетчатых колготках я остановился около неброской девочки в короткой джинсовой юбке. Опустил стекло, она заглянула в машину.

- Работаешь? Или ждешь кого?

- Работаю, - кивнула, будто стесняясь.

- Минет сколько?

- Восемьсот.

- Садись.

Она оглянулась на своих конкуренток, завистливо разглядывающих мою машину, и открыла дверь.

- Бери двойной тариф, дура… такие не часто подъезжают, - послышалось ей вслед.

Я отъехал метров сто на край парковки.

- Давно здесь, - спросил я, расстегивая брюки.

- Да не, я не постоянно… раз от разу, - и видя мои приготовления, добавила, - Деньги вперед, - и как бы извиняясь, - Ну у нас так принято, – и тут же, - Только у меня сдачи нет, - вроде как намекая на тысячную купюру.

- А, да, извини. Это не только у вас…, - я протянул руку за сумкой на заднее сиденье и наткнулся на розы, про которые я совсем забыл. Как там у классиков - мое лицо посетила кривая ухмылка сарказма?

Ровно через двадцать минут я разгрузил простату, заправил брюки, завел машину и сдал назад. Она открыла дверь, но я придержал ее за плечо и достал с заднего сиденья охапку темно-бардовых роз.

- Что Вы, не надо, - она подняла ладошки.

- Бери. Подругам раздашь.

Она глянула мне в глаза с сочувствием:

- Чо, кинула? – догадалась она.

- Нет. Я на рынке розами торгую. Это тебе бонус – сосешь классно….

Смеркалось… (как сказали бы классики).

В этот вечер я безобразно напился, думая только об одном – чем отличаются эти две женщины друг от друга, найди десять отличий. Нашел только два – одна попользовалась мной, другой попользовался я, и за деньги всегда обходится дешевле, чем по любви.

Вот так мои мечты о красивых отношениях, умных женщинах, нежных поцелуях, пеньюарах и хрустящих простынях рухнули в одночасье. Меня вернули с неба на землю. Все сразу встало на свои места. Но мне тааак не хотелось возвращаться в реальность.

Это даже не разочарование в постели, постели-то даже не было, это называется когнитивный диссонанс, последствия которого описаны во второй гипотезе Леона Фестингера.