Неожиданное открытие. Часть 3

Прошло два земных столетия.

Наше судно достигло Андромеды.

Все эти земные годы я корректировал маршрут, общался телепатически с Никартиго. Да и сам для экономии ресурсов периодически погружался в анабиоз.

Для отчёта и сохранения рассудка я вёл судовой журнал. Перед тем как показать отрывки из него, дам понять систему летоисчисления Мриноксов (моей расы):

1 лоникс = 1000 земных лет

1 нокс = 100 земных лет

1 крипк = 10 земных лет

1 торнис = 1 земной год

Добавлю, что земная метка, делящая историю человечества на «до н. э.» и «н. э.», равна 3000 лониксов. Год отправки нашей экспедиции в Андромеду — 3000 лониксов и 40 ноксов (4000 год н. э.).

1‑й день экспедиции

Мы договорились не выходить на связь и оставить здесь исследовательский корабль Тринита с посланием:

«Мы отправились туда, где не бывал никто из Тринита.»

Мы провели предварительные тесты нового аппарата и компьютерные симуляции, а также диагностику всех систем. Везде результат являлся положительным.

Мы собрали все вещи, которые привезли с собой перед полётом в ту систему. Я, Горниду и Рорнит отправились на борт нового судна. Пока мы готовили его к запуску, остальной экипаж доставил провиант в грузовой отсек.

Наша группа убедилась, что после отлёта останется лишь брошенный звездолёт с посланием. Все припасы мы заключили в М‑поле. Лишь Рорнит смог понять, как оно действует:

— Если коротко, оно позволяет на целые века сохранять пищу пригодной для употребления. Как подобное технически реализуемо — увы, я не знаю. Мы просто повторяли по чертежу.

— Но ты единственный из присутствующих, кто лучше всех разбирается в технике, — заключил я. — Так что ты будешь отличным инженером‑механиком на случай неполадок.

Данное поле также можно использовать для капсул сверхдолгого анабиоза. Разве что всем нужно принять особый препарат для стабильного состояния в ходе нахождения в гиперсне и благополучного пробуждения после отключения М‑поля.

40‑й день экспедиции

Не знаю, насколько мы уже отдалились от родной галактики. Впереди виднелась лишь бесконечная тьма. Любой бы испугался подобного.

К счастью для всей команды, именно на нашей планете разработали грамотную методику: она помогала пилотам сохранять спокойствие на протяжении долгих перелётов в космосе. Что касается экипажа — его состояние в анабиозе стабильное.

Правда, во время трапезы я услышал голос Горниду:

— Со мной тоже можешь поговорить. Как‑никак, я для тебя привычнее существа, которого ты в лицо не видел. Я от удивления чуть не подавился.

— Как ты можешь говорить со мной сейчас, когда не только твоё тело, но и сознание в анабиозе? — спросил я.

— Мои способности ориентированы не на биологической основе, а... будем называть, на духовной, — сказал Горниду.

— Но я читал, что при первом контакте с вами ваши представители объяснили свою... особенность строением нервной системы, — недоумевал я.

— Ну... не совсем. Иначе вы бы до сих пор нас побаивались, — объяснил Горниду. — Ты же знаешь, как ваша раса отреагировала на подобные способности.

— В основном сильное беспокойство. Однако нередки были случаи настоящей паники и вспышек ксенофобии, — вспоминал я курс истории из Академии. — Но на моём направлении говорили лишь обобщённую информацию.

5‑й земной год экспедиции

За это время я многое узнал о своём новом друге. Особенно — что его сородичи рассказали нашему виду лишь то, к чему мы были ментально готовы.

Выходило, что Тринит лишь поверхностно знает Норгивов (расу Горниду). Сначала — способность видеть прошлое какой‑либо местности. Затем — технологии на основе псионических способностей. А теперь — возможность общаться телепатически со мной, будучи в гиперсне.

За всё время я узнал о Норгивах больше, чем кто‑либо в Трините. — Мы научились использовать наше тело и разум для более сильного ощущения внешнего мира. И однажды наш тогдашний пророк первым обрёл наш текущий дар, — рассказывал Горниду. — Немногие испугались его новой способности, но большинство довольно быстро стало считать её естественной.

— Из‑за учений, которым посвятили себя ученики данного пророка? — спросил я.

— Всё правильно. Однако на тот момент лишь немногие стали частью этого учения и обрели такой же дар под руководством Крогнуса. Так появились первые ордена Телепатов, если тебе так проще, — ответил Горниду.

Я с восхищением слушал друга.

После формирования данных орденов их члены научились связываться между собой на огромных расстояниях. Это помогло тем группам развиваться быстрее тех, кто ещё не овладел данной способностью. Тогдашние правители по разным причинам посылали в те ордена своих послов. Цель — допустить конкретных подданных к обучению подобному дару.

Однако орден «Хэверн», например, за ноксы выработал систему испытаний. Так их знания ни разу не попали в плохие руки, а только к тем, кто был достоин, — вне зависимости от происхождения и социального статуса. На протяжении ноксов древние правители много раз пытались силой заставить ордена сотрудничать. Однако телепатические способности тех орденов стали настолько совершенными, что заменяли любое тогдашнее оружие.

— А дальше те правители, несмотря на подобное, сражались до последнего воина. Со временем их королевства пали, а остались лишь относительно невраждебные по отношению к орденам, — догадался я.

— И последние за ноксы уже стали полноценной организацией, общаясь телепатически между храмами — неважно, в какой части планеты они находились. А поскольку у их членов были знания и навыки, накопленные за столь долгую историю, те королевства установили дипломатические отношения с той организацией, получившей название «Оргниус» (что переводится как «глобальный»), — ответил Горниду.

— Так началось стремительное развитие вашей цивилизации после стольких ноксов застоя, — догадывался я.

— Ахахах. Нет. Застой присутствовал у сородичей за пределами «Оргниуса». А у нас уже начинался промышленный переворот. Правда, в отличие от других разумных видов, мы уделили время планированию и продумыванию развития, чтобы потом не решать проблем, которых можно было избежать, — сказал Горниду.

Так «Оргниус» проник в политику древних государств его планеты и значительно увеличил политическое влияние. За ноксы относительно быстро начало расти число телепатов.

А когда Норгивы значительно продвинулись в промышленности, то принялись искать новый источник энергии.

— Если у всех остальных видов таковым являлась энергия атома, то у нас —особые минералы. Они при нужных процедурах давали невероятное количество энергии. Это значительно ускорило наше развитие. Однако параллельно обычному развитию в промышленности, электронике, космонавтике и других областях самые высокоуважаемые члены «Оргниуса» посвящали себя изучению псионических способностей, — говорил Горниду.

— Вот откуда у вас способности, которые ты мне показывал и до сих пор демонстрируешь, — понял я.

100‑й год экспедиции

Млечный Путь далеко позади. Половина маршрута была пройдена считанные земные дни назад.

За торнисы перелёта я узнал о расе Горниду столько, сколько не знали даже самые высокопочитаемые исследователи Тринита. Появилось ощущение некой избранности.

Посудите сами:

Мне досталась роль капитана первого межгалактического звездолёта по решению высшего разума с другого края Вселенной.

Горниду, представитель расы Норгивов, показал способности, о которых весь остальной Тринит даже и не подозревал. Он рассказал полную историю становления своего вида. По словам моего друга, даже в высших и престижных исторических учреждениях преподаётся относительно обобщённая и поверхностная история Норгивов.

Сам мой вид способен проживать целые ноксы. Не забудем и про обыденные для меня навыки генной инженерии. Среди других видов они не достигают даже уровня среднего Мринокса.

У меня столько вопросов.

Каких сведений мы наберём в Андромеде, что вызовут фурор в Трините? И будет ли Тринит готов на тот момент к способностям расы Горниду? Как быстро нам удастся о себе напомнить после ноксов отсутствия?

180‑й земной год экспедиции

Наше судно прошло три четверти пути до заданных координат.

Забавно, что помню первый день отлёта, словно это случилось вчера. Какие волнения тогда испытывал...

Одно могу сказать точно: начало данной экспедиции разделило жизнь всего экипажа, включая Горниду и меня, на «до» и «после».

Да и о Горниду, как уже писал крипки назад, я узнал много неожиданного. Я рад, что он был взят в экипаж нашего судна. Он не только хороший друг, но и способен быть моим заместителем.

— Знаешь, Хэрних, за несколько земных столетий до событий с белым карликом за Пределами Млечного Пути у нашего главного пророка было видение о «путешествии в океан тьмы, и лишь двое из группы моряков будут лучиками света в нём», — сказал Горниду.

Я впервые в жизни присел от изумления.

— Твоя раса научилась предсказывать будущее? — в шоке мысленно спросил я.

— В общих чертах. Но на это способны лишь самые опытные из наших псиоников. А для подобного нужны земные столетия упорных тренировок. Даже среди нас всё ещё существуют скептики в отношении столь новой способности. Однако в наших мирах было много телепатических бесед о ней. Так данное пророчество и дошло до моего ума, — объяснил Горниду.

— И ты сомневался в правдивости подобного, пока не прочитал новость про открытие той системы, — догадался я.

— Ты вряд ли поверишь. Наша раса первой её обнаружила, а позднее лишь наводила на неё аппаратуру, дабы нам поверил весь Тринит, — сказал Горниду.

Я раскрыл рот от изумления.

Мой друг объяснил, что у них 500 земных лет назад научились изучать космос за счёт псионических способностей. И на момент отлёта нашей экспедиции масштаб таких исследований составлял фактически длину целой галактики. Однако Норгивы всё ещё скрывают подобную способность. Она позволила расе Горниду создать самые точные и продвинутые телескопы, какие только знал Тринит. Да и сам процесс производства они полностью не раскрывают по вышеописанной причине.

— Значит, вы просто направляете телескопы иных разумных рас в нужном направлении, — догадался я. — В каких ещё сферах жизни вы ведёте всех за собой в тайне от нас?

— Практически во всех. Иначе почему после налаживания дипломатических отношений с моим видом и его включения в состав Тринита последний начал развиваться стремительными темпами? — ответил Горниду.

200‑й земной год путешествия (прилёт в пункт назначения)

Мне было страшно, ведь предстояло первым высадиться на планете в другой галактике. Хоть там и имелась бактериальная жизнь, климат данного мира был иным: сильные шторма, ураганы и высокая вулканическая активность.

Я составил конкретный план действий для экстренных ситуаций, однако для его выполнения требовалось пробудить экипаж — моих коллег. Особенно — Горниду. Благодаря своим способностям он станет первым в пробуждении и изучении всех миров из списка координат. Горниду даже станет вторым пилотом.

Лишь сейчас я понял, зачем второе кресло указывалось в пилотном отсеке, когда я один без проблем справлялся с управлением.

— Ты поступишь мудро, если сделаешь Горниду вторым пилотом, — говорил Никартиго мне, когда я пересёк границу системы.

— Полагаю, в сознании Горниду уже имеются все нужные знания и навыки для пилотирования, — догадался я, когда начал приближаться к планете.

— Верно, но запомни: успех миссии зависит именно от вас обоих. Вы оба ответственны за остальной экипаж. Последнему иногда придётся находиться в неведении — в отличие от вас, — объяснил Никартиго.

Пока я подлетал к планете и принимал обратно на борт посланные зонды, мой собеседник рассказал о явлениях, которые поймём лишь мы с Горниду — несмотря на знания, ум и навыки остального экипажа. После выхода на околопланетную орбиту я собирался приступить к пробуждению Горниду, но снова услышал Никартиго:

— Вам двоим всё равно нужно подготовить всё для остального экипажа: план действий, тщательно изучить мир после высадки с помощью способностей Горниду. И только будучи уже на поверхности, можете пробуждать остальной экипаж.

— Получается, я и Горниду первыми выйдем наружу, но пробудим остальных уже там. Рискованно, — опасался я.

— Место вашей посадки — безопасная зона данного мира. А с вашей командой вы придумаете, как добраться до нужных мест. Желаю тебе и Горниду удачи, — сказал Никартиго.

Я вздохнул и запустил пробуждение Горниду.

От автора

После завершения романа пока решил уйти в рассказы («набить руку»).

Кому интересно: книга называется «Странник». Её можно найти на Литрес.