Неподходящее время для любви

В обеденный перерыв Том услышал, как завыла сирена, и вышел на крыльцо. Две женщины постарше — вроде бы их звали Хана и Тея - вполголоса переговаривались о том, что не иначе как ловят очередного нарушителя спокойствия.

- Что-то много их стало в последнее время, - услышал Том голос Ханы и отстраненно — словно о какой-нибудь абстрактной логической задаче — подумал о том, достаточно ли в этой реплике негатива по отношению к властям, чтобы донести о ней куда полагается.

Однако он тут же услышал нечто еще более интересное.

- Говорят, на всех складах заканчивается материал для очков. А сроки поставок уже вышли — похоже, с этим сейчас какая-то проблема.

На сей раз реплика исходила от Теи.

Мимо крыльца, посвистывая, прошел Кеплер и бросил свое обычное:

- Что столпились без работы? Перекур закончен!

Вернувшись на рабочее место, Том все продолжал размышлять насчет услышанного.

Соседка Тома - Мартина - рассказывала, что когда-то работала в учреждении, куда привозят сырье для очков. Прибывающие туда грузовики обычно все заляпаны грязью - видно, что путь они проделали долгий и нелегкий. Пара плечистых детин сгружают мешки в хранилище, а приемщик взвешивает каждый мешок и расписывается о получении в ведомости.

Том выводил на кульмане чертеж корпуса подводной лодки и, как всегда, краем глаза посматривал, что делает Мелинда.

Слухи о перебоях с материалом для очков никак не выходили у него из головы. Утром он заметил крошечную трещину на линзе для левого глаза. Само по себе это было пустяком, но такие трещины имели обыкновение разрастаться, и тогда линза приходила в негодность. Вот почему о любой трещине полагалось немедленно сообщать в Комитет надзора за линзами. Гражданин ставился на учет, его имя вносилось в реестр ожидания и через несколько дней ему выдавались новые очки. Внушительная стоимость изготовления новых очков вычиталась из жалования, но, по крайней мере, гражданин тут же получал обновку, и ему не приходилось щеголять по Городу без очков, за что грозило наказание в виде попадания в Темное место.

Том прекрасно понимал, что появился на свет в чертовски неудачное время. В результате вырождения цивилизации пальцы у людей сделались очень грубыми, и потому ощущения от осязания не соответствовали реальной структуре поверхностей. Кроме того, жители города рождались со слабым зрением, и чтобы компенсировать этот дефект, власти предоставляли гражданам корректирующие очки.

Если горожанин по каким-то причинам не носил очки хотя бы несколько часов, то у него возникали зрительные галлюцинации. С самого детства Том знал, что попасть в плен к собственным галлюцинациям — это, пожалуй, самое страшное, что только может произойти. В обучающих фильмах, которые их строем водили смотреть в кинозал, сюжет неизменно сводился примерно к одному и тому же: растяпы разного пола и возраста, потерявшие очки и вовремя не заявившие об утере, измученные галлюцинациями, неизменно теряли рассудок и заканчивали жизнь самоубийством.

Конечно, Темное место было не слишком похоже на комфортабельный отель, но благодаря ему горожанам хотя бы удавалось сохранять жизни.

После окончания рабочей смены Том наконец-то решился проводить Мелинду до дома. На прощание он чуть дольше положенного задержал ее руку в своей, и девушка еле заметно улыбнулась ему в ответ - Том решил, что Мелинде приятны его прикосновения.

- Ты красивая! - уверенно сказал он, глядя на Мелинду.

Том слышал, что девушкам очень важно слышать от парней такие признания.

Когда Том был маленьким, воспитательница читала им сказку, в которой девочка плакала от ужаса, когда у нее разбились очки и она увидела в зеркале свое отражение. Слишком уж непохожим было ее лицо на изображения принцесс со старинных картин и с книжных иллюстраций. Низкий лоб, нависающие надбровные дуги, выступающая нижняя челюсть и отсутствие подбородка показались ей мерзкими. Но со временем девочка подросла, и в ее жизни появился собственный прекрасный принц, который через свои очки видел ее похожей на старинные картины. Он убедил девушку, что та красавица. Девушка поверила, что она неотразима, и молодые люди поженились.

Распрощавшись с Мелиндой, Том подумал, что, возможно, скоро сможет вволю гладить тело девушки, лежа рядом с ней в постели... Ему вспомнились слышанные когда-то краем уха мерзкие мужские разговоры о том, что кожа девушек покрывается шерстью почти так же быстро, как и у мужчин, и поэтому с утра женщины еще дольше и тщательнее сбривают с себя растительность, чем сильный пол. Жены тех, кто распределял материальные блага, по слухам делали себе какие-то уколы, чтобы замедлить оволосение, но обычным девушкам такая роскошь была недоступна. А еще говорили, что в спецборделях для особо важных шишек работают женщины с гладкой кожей и с лицами, как в старинных книжках.

Тут Том почувствовал на себе взгляд чьих-то очков.

- Если ты думаешь, что такой весь незаметный, то ошибаешься, - крикнул он в сторону Фабиана, делавшему вид, что читает газету, стоя на перекрестке. Фабиан работал в том же учреждении, но в другом отделе.

- Ну, ладно: ты меня засек, - Фабиан демонстративно обезоруживающе поднял руки. - Просто интересно было посмотреть, будет ли у вас с Мелиндой какое-то продолжение, - вполголоса проговорил он, приблизившись к Тому.

- Так тебе она тоже нравится? - спросил Том с неожиданной для самого себя ревностью.

Ответ Фабиана был уклончив:

- Ну, не без того, - пожал он плечами. А потом хмыкнул: - Она симпатичная — особенно, если смотреть на нее через очки.

Тут Том чуть не вскипел от возмущения:

- Конечно, через очки! А как еще мы обычно смотрим друг на друга? Или ты имеешь в виду...

Он специально не договорил, ожидая, не продолжит ли Фабиан его фразу. Годы жизни в Городе, где жители имели привычку доносить друг на друга за Предательство, не прошли для Тома даром — он тоже кое-чему научился в плане искусства ведения разговора.

- Ничего такого я в виду не имею, - отрезал Фабиан.

Было самое время распрощаться и пойти домой, но Тому пришла в голову идея получить от Фабиана еще какой-нибудь пищи для размышлений. Он не собирался говорить о своих сердечных делах, но было бы неплохо попытаться что-то узнать по поводу последних слухов.

- Слышал сегодня вой сирены? — начал было он, но Фабиан приложил палец к губам и кивнул в сторону видневшегося чуть поодаль пустыря.

- Тут полно шпиков, - объяснил он по дороге. - Один стоял совсем близко от нас - надеюсь, он за нами не увяжется. Им нынче за каждого выявленного неблагонадежного полагается прибавка к жалованью.

У Тома мелькнула мысль, что он никогда раньше не вел с Фабианом столь обстоятельные беседы. Что-то в манере говорить его нового приятеля настораживало Тома. К тому же Том затруднялся сказать, когда и при каких обстоятельствах Фабиан появился у них в конторе. Он припомнил, что про Фабиана обычно говорили с какой-то опаской.

Вообще-то Фабиан и сам мог работать на шпиков. Ну, или, на худой конец, он мог принадлежать к пресловутым «вольнодумцам».

Фабиан двигался в сторону пустыря так быстро, что Том за ним еле поспевал. В какой-то момент Том споткнулся о булыжник и с размаху приземлился на колено. Ему не так жалко было продырявленные штаны, но вот трещина на левой линзе от сотрясения разошлась еще больше. Том со стоном приложил руку к очкам, что, видимо, не укрылось от цепкого взгляда Фабиана.

- Э, да у тебя, кажется, проблемы, приятель... - присвистнул Фабиан.

Похоже, наблюдательности Фабиану было не занимать. Лучшей тактикой в этом случае было поменьше говорить самому и изображать непонимание.

- Проблемы? - переспросил Том, побыстрей отдернув руку от очков.

- Ну, да: если дело так и дальше пойдет - не миновать тебе Темного места, - пожал плечами Фабиан.

Тут послышался вой сирены. До дороге напротив пустыря медленно двигалась машина с громкоговорителем, откуда доносились слова:

- Жителям города надлежит немедленно проследовать в закрепленные за ними жилые блоки и ждать дальнейших распоряжений.

Молодые люди переглянулись.

- Слышал? Домой нужно идти, - проговорил Том.

- У меня есть вариант поинтересней, - усмехнулся Фабиан. - Пойдем, что покажу — думаю, ты не пожалеешь.

Фабиан со знанием дела подошел к тому месту на пустыре, где красовался канализационный люк. Сдвинув вбок крышку, он кивком указал на обнаружившуюся там лестницу, ведущую вниз. А потом, предупреждая любые возможные вопросы, принялся спускаться.

Постояв некоторое время в нерешительности, Том последовал за приятелем.

Снизу перед юношами открылась внушительных размеров площадка с небольшим слоем воды. В нескольких метрах от них около костра грелся какой-то длинноволосый бродяга в лохмотьях. Очки с приделанной к ним веревочкой висели у него на шее.

- Кто это? - повернулся Том к Фабиану.

Однако оборванец, видимо, имел неплохой слух - он ответил вместо Фабиана:

- Можете считать меня некоронованным правителем Города. Ну, или альтернативным мэром — это уж как вам больше нравится.

Молодые люди уважительно поздоровались.

- Много вас нынче приходит, и всем интересно, что было, что будет и чем сердце успокоится, - продолжал человек у костра. По интонации его голоса было понятно, что где-то в глубине усов у того скрывается улыбка. - Интересно ведь? - вскинул оборванец внимательный взгляд на юношей.

Том стоял как вкопанный, проклиная себя за то, что не внял голосу разума и вместо того, чтобы пойти домой, оказался в месте, явно не предназначенном для добропорядочных граждан.

- Все верно: нам очень интересно, - отвечал тем временем Фабиан. Том с удивлением наблюдал, как тот расстегнул свою перекинутую через плечо сумку, достал оттуда нечто, завернутое в газету — по форме это напоминало пирог - и положил возле лежбища бродяги.

- Что ж... Как пелось в одной известной песне, «впереди большие перемены».

Приятели переглянулись: Том был совершенно ошарашен, хотя у него мелькнула мысль, что примерно в том же ключе делают предсказания все гадалки. Фабиан же всем своим видом изображал, будто давно уже ожидал чего-то подобного и вовсе не удивлен.

Человек в лохмотьях негромко заговорил — приятели вынуждены были придвинуться ближе, чтобы лучше слышать.

- В общем, случились кой-какие кадровые перестановки — ну, как говорится, никто не вечен... Существует большая вероятность, что проект Город будет признан неудачным, - продолжал он безо всякого выражения. - Уже прекратили выделять дорогостоящий материал для линз, потом еще что-нибудь подобное произойдет... В общем, что я могу вам сказать? Продолжайте жить как прежде, однако нос советую держать по ветру.

«Проект Город»? Поначалу Тома резануло это словосочетание, но потом его мозг отреагировал воспоминанием. В некоторых обучающих фильмах показывали историю возникновения Города. Так называемый «отец-основатель», имевший за плечами солидную научную базу, вместе со своими единомышленниками поселился в заброшенном городе и принялся выводить новую расу более совершенных людей. Как именно он это делал, из фильма было не понятно, но по скупым кадрам из операционной получалось, что хирурги вживляли человеческие гены в какие-то тела, которые изначально человеческими не были.

...Когда молодые люди поднимались наверх, Фабиан бросил:

- У него тут оптоволоконный кабель проходит, еще со старых времен, поэтому он типа такой весь умный.