Нескучный ужин

В столовую я опаздывал. Чувствовал, что батальон уже где-то на подходе. Поэтому не стал бежать в расположение, а рванул сразу к столовке. Опоздал. Чуть-чуть, но опоздал. Наши ребята зашли прямо передо мной. Пришлось пристроиться к другому подразделению. Наши уже были на раздаче и получали свои порции.

Да-да! К нам, в армию, тоже пришла цивилизация и вместо опостылевших, вечно холодных котелков, в столовой появилась линия раздачи и подносы. Выбора правда никакого. Из серии: “жри что дают”. Однако, мы были довольны.

Я окликнул друга и он взял мне порцию на свой поднос. Сидим, ужинаем.

Тут нужно отметить, что столики в зале были рассчитаны на четверых, а нас было пятеро. В этом никто не виноват. Так обстоятельства сложились. Кому-то из нас иногда приходилось усаживаться за стол пятым, с торца стола, в проходе. Впрочем, это ни кому не мешало. В этот раз на торце сидел я, спиной ко входу. Так, о чем это я? Ах да, сидим, ужинаем.

В этот момент в районе входа в столовку вдруг слышим:

- Гав-гав-гав!

Замечу, это не собака была, это в столовку пожаловал зам. по тыловому обеспечению танкового полка, подполковник Козлов. На самом деле, лично мне, да и всем моим сослуживцам тоже, этот Козлов был до фонаря. Просто какой-то офицер, какого-то там соседнего полка. Таких в дивизии пруд пруди. Вот только столовался наш батальон у танкистов, а этот Козлов, в столовке, был главнюком. Сколько же крови данный индивид выпил у наряда по кухне!.. Мне тоже от него неслабо доставалось в своё время. Как вспомнишь, так вздрогнешь! Но в тот день наряд кухонный был не наш, стало быть и к Козлову пиетета никакого небыло. А то, что зам-по-тыл орёт где-то там возле входа, так он всегда орёт. Ничего не обычного. На самом-то деле он не орёт даже, а так разговаривает. А то, что у собеседника в голове после этого звенит, то тут понимать нужно: Козлов так командный голос вырабатывает.

Какого рожна Козлов именно в этот день не домой к любимой жене пошёл, а в столовку направился, безобразия разыскивать, история умалчивает. Важно то, что этот вечер, ужин разнообразился ором Козлова.

Вдруг заливистое гавканье как-то разом стихло.

- Идёт к нам, - тихо прокомментировал кто-то из ребят, сидящего за нашим столом лицом ко входу.

- Ясно, - так же тихо ответил я, понимая, что это по мою душу.

- Товарищ сержант! - прогавкал зам-по-тыл, материзовавшись у меня за спиной. - Почему это вы сидите НЕ ПО ПРАВИЛАМ!

Возмущению Козлова не было предела. Он разве что слюной не брызгал. Я сразу себя почувствовал так, как будто Козлов поймал меня за руку при передаче принципиальной схемы столовской картофелечистки турецкому шпиëну. Впрочем, спорить с Козловым по поводу правил сидения за столом я не стал, как и не стал выяснять место, где эти чудо правила написаны, а спокойно, взяв свой стакан с компотом и тарелку, пересел за соседний столик.

- Товарищ сержант! А где. Ваш. ПОДНОС!!!??

Блииин! Вот это косяк! Я бы даже сказал: косячище! В этот момент я понял, что только что, прямо в присутствии Козлова, совершил форменную диверсию в его столовой! Словно смачно плюнул в любимую Козловскую канализацию. Ей богу, лучше бы я ограничился картофелечисткой.

- А ну-ка! Идите. За мной! - прошипел мне в лицо зам-по-тыл и двинулся куда-то вглубь столовой, в сторону раздачи.

Что именно хотел Козлов, до сих пор не пойму. На что расчитывал-то? С кем хотел разобраться? С нарядом по столовой что ли? Выяснить, почему мне поднос не достался? Или почему я без подноса ужинаю? Я вот вааще не пойму. Если у читателей будет какое-то предположение, с удовольствием его выслушаю.

В любом случае, Козлов бодро потопал вглубь столовки. Ну и я тоже двинул,... в строго противоположенную сторону, к выходу. Идём оба, расходимся как в море корабли. А в столовке тишина гробовая, это если конечно не считать топот Козловских сапог. Никто ложками по тарелкам не стучит, не разговаривает. В армии-то развлечений мало. Потому все смотрят внимательно. Интересно же, чем дело закончится.

В какой-то момент Козлов обернулся назад и увидел, что я немного с курса сбился и давай орать:

- Товарищ сержант! Остановитесь! Приказываю остановиться!.. (ну и ещё орал какую-то подобную лабуду).

Я, естественно, не реагирую. Иду себе, даже не ускоряюсь. А зачем? Мало ли на какого сержанта Козлов орёт? Сержантов в столовке куча. Есть на кого поорать. Потому иду и в ус не дую. На встречу солдатик и вполголоса, не улыбаясь, и стараясь не шевелить губами, мне говорит:

- Он уже за тобой бежит!

Вот вы видели когда-нибудь, как Винни Пух бегает? Нет? Вот! Я тоже не видел. А солдаты в столовке видели! Ведь Козлов-то чистый Винни! Ростом мне по плечо, ручки-ножки маленькие, голова о-го-го! В плечах как полтора меня, и… бежит! Очень хотелось обернуться, посмотреть. Еле сдержался…

Я бы ушел. Ей богу бы ушел. Уже в предбаннике был. Ещё пять шагов и за пределом столовой. Но! В этот момент Козлов проорал:

- Лейтенант, задержите этого сержанта! (Это зам-по-тыл так дежурному офицеру крикнул, что на входе в столовку очередь регулировал).

Вот летеха-то и шагнул в дверной проём, воздуха в грудь побольше набрал и собою выход законопатил. А тут уж и Козлов подлетел и давай что-то гавкать. Что именно гавкал - не знаю. Я сразу звук вырубил. Знаете, кому-то надо проплакаться, кому-то выговориться. А Козлову нужно прогавкаться. Тут понимать надо: может быть Козлов этот, как прогавкается, так спит хорошо! А я понимающий! Потому человека не перебиваю. Жду, со скучающей физиономией, когда Козлов фонтанировать перестанет. Только мысль в голове бьётся, что как в часть прийду, то надо бы хб простирнуть, ибо Козлов стопудово меня забрызгает своей слюной ядовитой.

- …Объявляю вам, товарищ сержант, трое суток ареста! - после пятиминутного ора, торжественно выдал напоследок Козлов.

Тут неслужившим надо пояснить, что ежели командир подчинённому сколько-то суток ареста объявляет, то подчинённый с радостным выражением на лице должен в ответ рявкнуть: “Есть, столько-то суток ареста!”

Вот только Козлов не мой командир ни разу, а я ни разу не его подчинённый. Потому, я радость не показываю. Разве что теперь легкая скука на моём лице сменилась на интерес. Интересно же, как дальше-то Козлов выкручиваться собирается.

- Товарищ лейтенант, - обратился зам-по-тылу к дежурному офицеру, после минутной паузы, во время которой Козлов ожидал от меня радостной реакции, - проводите этого сержанта на гарнизонную гауптвахту!

- Пойдём, - не стал возражать летеха.

- Пойдём, - согласился я.

Мы честно прошли метров пятьдесят, может семьдесят, прежде чем лейтенант поинтересовался:

- Слушай, а чего это наш Козлов на тебя так вдохновенно орал-то?

- А фиг его знает, - пожав плечами, ответил я, - он же у вас дурачек-с!

Лейтенант заржал. Видимо мой диагноз Козлову совпал с общим мнением танкистов.

- О! Старшина, - обратился летеха к проходившему мимо прапору из нашей части, - это же ваш солдат? (И далее мне) Поступаешь в распоряжение старшины.

Тут поясняю для неслуживших: прапорщик, это звание, а старшина - должность. Это разные вещи. Не надо путать.

- В расположение, шагом марш, - махнул мне рукой в сторону казармы старшина.

Вообще-то лейтенант правильно решил. В комендатуру я всё равно бы не пошёл. Свернул бы на ближайшей развилке в сторону части и был бы таков. И ничего бы мне никто не сделал. Летеха был умный и в дурацкую ситуацию решил не влипать, потому сделал правильный вывод: спихнул меня по-быстрому первому попавшему.

Я, конечно, в расположение сразу не пошёл. Я пошёл к ближайшему коммутационному шкафу, через который вся гарнизонная связь проходила. Во-первых, снял предохранитель с линии домашнего телефона Козлова, во-вторых, вернул предохранитель на линию старшины.

Со старшиной у нас были сложные отношения. Когда я первый раз отправился в наряд по столовке, то перед ужином, у наряда было минут тридцать. Старшина был главным по наряду. Как сейчас помню, сидели мы кучкой на кухне и старшина байки травил на тему: какой он у нас молодец! Как он на своём огородике капусту выращивал для солдатского котелка, а я думал: “...как же нам со старшиной-то повезло…” Это уж я потом понял, что ни капусты, ни каких других ништяков, даже тех что положено, нам от старшины не дождаться. А после того, как мы с напарником на трое суток без приёма пищи остались, так вообще старшине личную вендетту объявили. При чем, говорим на начало третьего дня голодовки старшине:

- Товарищ старшина, мы сегодня снова будем работать за пределами части. Не факт, что на ужин успеем. Если так случится, то вы уж проследите, чтобы дневальный нам пайку с ужина принёс.

И вот, возвращаемся в часть, нежравши, далеко за полночь, спрашиваем у дневального:

- Нам старшина порцию ужина оставлял?

Дневальный только глазами удивлённо хлопает. Не в курсе про пайку.

Так что решили мы с моим напарником, Сашкой Бычковым, так: если старшина косячит, то ему дома связь рвём, если что-то хорошее делает, восстанавливаем. Тем более, делать-то особо ничего и не нужно: коммутационный шкаф - вон он, возле забора части. Предохранитель на нужной линии либо снял, либо поставил. Всего делов-то! В конце-концов академик Павлов своих собачек выдрессировал, у них слюна в нужный момент выделялась. Чем наш старшина хуже!? Забегая вперед скажу: старшина - не собачка Павлова. У него причинно-следственная связь вообще не работает. Более чем за год кропотливой работы с ним, старшина так и не понял в какие моменты у него дома телефон работать перестаёт. Помню как-то едем из запасного района в кунге ПТО (если кто не знает, то так закрытая машина тех-обслуживания называется). Внутри человек десять бойцов и старшина с нами. Ехали-ехали, и вдруг старшина ко мне обращается:

- Знаешь, - говорит, - что у меня дома телефон не работает?

- Знаю, товарищ старшина, - киваю я головой в ответ.

Конечно я знаю! Лично вот этими руками (тут я тебе, читатель, обе свои ладошки показываю) я старшине связь отключал. Мне ли не знать!?

Посидели пару минут в тишине и тут старшина вновь говорит:

- Ну!? И когда телефон заработает?

- Не знаю, товарищ старшина, - пожимаю я плечами.

Конечно я не знаю, когда у него связь наладится! Это же только от него самого зависит! Мне-то как это узнать!?

А вечером, меня Сашка встречает. (Мы с ним в тот день раздельно работали). Довольный!

- Я, - говорит, - старшине связь восстановил. Сообщаю тебе, что бы ты знал.

- Да!? С какой радости?

- Понимаешь, - отвечает Шурик, сдвигая на лоб панаму, - подходит тут ко мне старшина и говорит: “Бичков, сделай мне дома телефон пожяяялуйста. Я твоего напарника просил-просил, а он не хочет”. И вид у него такой жалостный… Вообщем мне так ржачно стало, что я ему на радостях линию скоммутировал. Так что старшина со связью теперь.

- Ну и ладно, - пожимаю я плечами, - всё равно через недельку-другую старшина накосячит. Вот и отключим.

Так вот, в тот день, когда меня Козлов-то на губу отправил, я посчитал, что старшина доброе дело сделал и ему можно связь восстановить.

На этой мажорной ноте вся история с нескучным ужином могла бы и закончиться, если бы на следующий день, мы с напарником, возвращаясь в часть из города, не столкнулись с Козловым. Причём, Козлов пер как танк по главной тропе и очччень спешил, а мы сбоку на эту тропу выходили.

Вот вы видели когда-нибудь спешащего Винни Пуха? Нет? А подпрыгивающего Винни? Тоже нет? Вот! А я видел!

На самом деле, мой дорогой читатель, мне будет непросто описать то, что мне довелось в тот день увидеть, но я попробую.

Повторюсь: Винни… (Винни зачеркнуть) Козлов оччень спешил и на максимально возможной скорости переставлял свои короткие ножки. Да так быстро, что со стороны казалось, что его движения смазываются. Да у него прямо каблуки на сапогах плавились и подметки рвались, так он спешил. И в этот момент, Козлов поворачивает голову и видит меня. Тут-то всё и произошло! Будто кто-то невидимый, Козлову со всего маха в задницу шило загнал… ну или к Козловской оголенной филейной части заряженный конденсатор большой ёмкости подсунул. В любом случае, Козлов как-то нескладно подпрыгнул, почти на полметра, а ноги-то, ноги команду “остановись” от мозга получить не успели. Ноги как шагали, так и шагали, только уже прямо по воздуху. В подвисшем положении Козлов умудрился пару тройку шагов сделать прежде чем от мозга нужная команда поступила.

Я от удивления выпучил глаза на выпучившего глаза Козлова. Я то понятно чего так выпучился. Выше описал. А Козлов-то чего? Приведение что ли узрел?

- Сержант! А что ты тут делаешь? - первым в себя пришёл Козлов.

- Э-э-э… А я вот, тут плюшками балу…(Не то. Зачеркнуть) связь чиню, - ответил я, как только “отвиснул” от удивления.

- А почему ты тут, а не на гаубвахте? Ты что, там вчера не был?

- Так отпустили, - я не стал вдаваться в подробности о том как именно меня отпустили.

- Так… (мозг Козлова стал лихорадочно пытаться сложить мозайку в единое целое) Так… (рисунок в голове категорически отказывался сложиться в правильный узор, а Козлов походу очччень спешил) Значит так, после обеда подойдешь ко мне и всё подробно расскажешь. Ясно?

- Так точно, - уверил я офицера.

Винни Пух поскак…(блин, что же меня сегодня так на эпичного героя писателя Алана Милна клинит-то) Козлов поскакал по своим Козловским делам, а мы с напарником чешем в часть и ухахатываемся, поскольку еще утром комбат нам поставил задачу обслужить линию Валлийского гарнизона (а это двенадцать километров от части), вернуться к обеду не предполагалось, посему мы ещё с утра получили сухпай (для кто не служил поясню, сухпай это сухой паёк). Машина, которая должна была отвести нас на линию задерживалась, вот мы и закрывали с утра мелочевку в офицерском городке.

С Козловым я пересекся на следующее утро, когда хотел проскользнуть перед ним на завтрак.

- Сержант! - грозно остановил меня офицер, - Почему вы вчера не подошли ко мне после обеда?

- Так я вчера на обеде не был, - честно-пречестно ответил я.

Козлов поиграл скулами, похмурился, но возразить ничего не сумел.

- После завтрака подойдешь!

После завтрака я подойти к Козлову не смог. Кто виноват, что Козлов этот уструячил от столовки прямо перед тем, как я вышел из неё!? Нет, я конечно мог бы его и догнать. Метров двадцать-тридцать нас разделяло. Но! Тут понимать надо: мне до дембеля рукой подать, а Козлову лет десять до своего дембеля пахать! И это ми-ни-мум! Так кто из нас за кем бегать должен!? Дембель за зелёным салабоном!? А по сравнению со мной, Козлов как раз тем самым зелёнкой и был! Так что Козлова я догонять не стал. Не по статусу.

Несколько последующих дней я с тем же успехом “подходил” к зам-по-тылу танкисту, и всё никак! Всё время что-то мешало. Тут понимать надо: объективные обстоятельства! Спустя примерно неделю, в аккурат перед завтраком, в очередной раз Козлов меня тормознул по привычке, а потом притворно отвернулся и одной рукой глаза прикрыл, дескать не видит меня, а другой рукой мне машет, дескать всё сержант, иди-иди.

После этого завтрака, я не сразу отправился в часть. Забежал к коммутационному шкафу, вернул предохранитель на линию Козлова и отрубил связь старшине, это чтобы два раза не ходить, впрочем, это уже другая история.